Беру Вячеслава под локоть, и он чуть склоняет зонт, закрывая нас от моросящего питерского дождя, пока мы идем рядом по набережной.
Хоть ещё и лето, но за все дни, что были тут, солнце выглянуло всего раз. Погода-подстрекательница.
Как среди туч стараюсь рассмотреть лучи солнца, так и в Славе пытаюсь зацепиться за что-то. Заставляю себя искать.
Что-то теплое. Что-то притягательное. Искру.
Ну должно же что-то быть.
Высокий. Статный. Сдержанный.
Все вроде бы в этом мужчине идеально, но не цепляет, хоть убей. Я не хочу идеального.
- Красиво тут… но дома лучше.
Ветер с Невы цепляется за волосы, треплет край плаща.
- Согласен. Хочешь вернуться?
- По правде, да. Гулять по музеям я уже устала, а на улице долго в такую погоду не походишь.
Проходим мимо уличного музыканта - скрипка тянет что-то печальное, почти надрывное. И эта музыка усиливает мою внутреннюю пустоту.
- Может, посидим, где-нибудь, погреемся?
- Давай, найдем ресторан.
- Да не надо ресторана, Слав, давай просто в кафе.
Кивает и сворачиваем к первому попавшемуся на пути кафе.
Внутри так тепло. Желтый мягкий свет. Запах выпечки и кофе. Людей не много. Идеально.
Пока раздеваемся, ловлю свое отражение в зеркале. И вижу незнакомую мне женщину. Спокойную. Правильную. Почти счастливую.
Садимся у окна. За стеклом - канал, медленно текущая темная вода и редкие прохожие.
Делаем заказ.
Все правильно, как по книжке. Но такое безжизненное, механическое. Как роботы какие-то.
- Лариса, можно вопрос, откровенный?
Отпивает свой кофе.
- Можно, - пожимаю плечами.
- Я тебе не нравлюсь?
Уж это и впрямь откровенно. В лоб.
- Вы хороший, Вячеслав, - натягиваю улыбку, чтобы подбодрить его.
Он молчит, смотрит. Я перевожу взгляд на улицу.
За окном по воде проходит экскурсионный катер. Голос экскурсовода глухо доносится сквозь стекло.
- Это не ответ, Ларис.
Выдыхаю и перевожу на него взгляд. Ну зачем мучить его и обманывать?.
- Вы хороший, Вячеслав. Надежный. Умный. Воспитанный.
- Но?
- Почему вы думаете я с вами сюда поехала?
- Я надеялся, что ты сама захотела.
Да, грустно будет разбивать ваши надежды.
- Давайте по-честному. Папа мой решил, что раз я к тридцати не нашла себе мужа, то мне надо помочь. Он выбрал вас. Он не то чтобы настаивал, чтобы я сразу выходила за вас. Он хотел, чтобы мы познакомились лучше, чтобы узнали друг друга…
- Ничего плохого в этом не вижу.
- Да, но… есть один момент, про который мой отец знал, но вам не сказал, а мне сказал, что переболит.
- О чем?
- Я люблю другого.
Пауза. Рука Славы с кружкой зависает в моменте.
Согласна, что услышать такое откровение - это тяжело.
- Но вы не вместе?
- Да, мы расстались. Но не по своей воле. Одно дело, если бы я его разлюбила, другое - когда мне сказали, что нам надо расстаться.
- Кто вам мог приказать?
Этот вопрос я игнорирую.
- Мы, может, с ним не совсем подходим друг другу, но я ничего не могу с собой поделать и забыть его не могу. Вот папа думает, что я должна проводить с вами больше времени, чтобы забыть того мужчину. Поэтому я тут с вами.
Он молчит. Делает ещё глоток.
- Спасибо за откровенность, но лучше бы раньше об этом узнать.
- Это папе моему можете сказать спасибо, он знает все.
- Он сказал, что я вам, Лариса, нравлюсь и что вы хотели бы рассматривать меня в качестве мужа.
- Слав, он ищет, кому меня пристроить и спокойно уйти на пенсию.
Вячеслав ведет бровью.
- Зачем?
- Боится, что у меня такие запросы, что я сгину одна, без мужа, без работы, сделаю неправильный выбор.
- Мне кажется, что ты точно не сгинешь. После пожарной-то части.
Усмехаюсь грустно.
- Я уже нашла себе новое место работы, реабилитационный центр, хочу помогать людям.
- Отличная профессия. Ты мне нравишься, не отрицаю, но мучить кого-то я не хочу. Мне жена для галочки не нужна, мне нужна боевая подруга до пенсии. А ты…. я же вижу, что смотришь на меня, как на правильное решение, чтобы папе угодить, но не как на мужчину.
Тяжело, но честно.
- Вот и я папе говорю, зачем обманывать вас? Нельзя заставить кого-то полюбить, а потом по щелчку разлюбить. А он думает, что просто мне надо больше времени провести с вами, что рассмотреть все ваши положительные стороны.
- Если сразу не екнуло, - кладет руку на грудь, - и тем более, если екает на другого человека, то вероятность мала, что измениться что-то.
Мне и жалко, что он в такой ситуации оказался, но и сам должен был думать.
- Так почему твой отец так против твоего выбора?
- Я же вам сказала, для чего отец хочет меня выдать скорее замуж.
- Да.
- Так вот, тот мужчина - он водитель пожарной машины.
- А он знает, кто ты, кто твой отец?
- Нет, никто не знает. Точнее, уже, может, и знают, но когда у нас все начиналось, никто не знал.
- То есть, когда ты ходила со мной на свидания, то ты уже была с ним.
- Не совсем.
- У нас все как-то быстро завертелось. Хотя… возможно, под давлением отца, я на какое свидание и ходила, хотя уже была с другим мужчиной.
- Спишу это на вашу молодость, Лара. Но никогда не делайте так больше.
- Простите.
- Думаю, нам лучше вернуться назад.
Я молча киваю.
- Советчик из меня плохой, но я бы, если бы встретил человека, которого так сильно люблю, то не отпускал бы. Профессия не так важна, деньги не так важны, а найти того, с кем хорошо - вот это сложно. Вот у меня есть деньги, а я уже семь лет один. Да я бы отдал все, лишь бы найти по душе кого-то, искреннего, а не вот так…
-Прости, что так получилось.
- Это тоже опыт.
Мне стыдно, хочется провалиться и сгореть. И за себя стыдно, и за отца. Но даже пережить это лучше сейчас, чем тянуть дальше и врать.
Уехав в другой город с другим мужчиной, можно спрятаться от человека.
Но нельзя спрятаться от чувств.