Истинная или одна для всех

17 глава

— Что происходит? — мой голос дрожал. Ноги подкосились, и я села на диван. Кати присела рядом и осторожно взяла меня за руку. Слёзы хлынули из глаз. — Я… Я чувствую твою руку, — я подняла взгляд. — Почему я чувствую её?

— Я не знаю, Стася, — я вздрогнула от звука когда-то собственного имени. Оно неприятно мазнуло слух. Теперь оно было для меня чужим. — Расскажи, что именно с тобой произошло, может, нам удастся всё исправить или ты хочешь вернуться сюда, назад?

Я отрицательно замотала головой.

— Нет, не хочу. Там у меня появилась семья, странная, необычная. Я даже не мечтала, что такое может быть. Да, не всё просто и есть… — я закусила губу. Воспоминания от подслушанного разговора терзали душу. — Вообще есть проблемы, но всё решаемо. А для этого мне надо вернуться, — рукой погладила свой плоский живот.

— Ты беременна? — Кати округлила глаза и открыла рот, а потом так сильно завизжала, что я закрыла уши руками. — Аааа! Как круто! Поздравляю! Ты моя хорошая! — она сгребла меня в объятия и сильно обняла. — Конечно, ты вернёшься, обязательно вернёшься! Я сделаю всё возможное, чтобы тебе помочь.

Мы так были увлечены, что не заметили, что нас в комнате стало трое. Толик тихо поставил пакеты и покашлял, привлекая внимание.

— Любимая, не знал, что у тебя сегодня будут гости, — он с нескрываемым интересом рассматривал мою скромную персону.

А мы так и застыли в объятиях друг друга с ужасом в глазах и открытыми ртами.

С трудом, но мне удалось проглотить вязкую слюну.

— Он меня видит? — в ужасе прошептала я. И, судя по его вытянутому от удивления лицу, ещё и слышит.

— По-видимому, что да, — так же тихо ответила мне Кати.

Она первая разорвала наши объятия и встала с дивана. Медленно подошла к Толику. Он по прежнему стоял, не двигаясь, с опаской наблюдая за нами.

— Милая, что происходит? Кто эта девушка и почему так странно одета?

Я окинула себя взглядом. Только сейчас подумала, что засыпала я обнаженной, но сейчас на мне было старомодное платье простого покроя. Выдохнув, с облегчением тоже поднялась на ноги.

— Милый, это моя старая подруга. Она… актриса. Сейчас у неё съёмки в одном историческом фильме. Вот пришла показать мне свой костюм, — Кати старалась говорить спокойно, но голос её дрожал. — Ты нас немного напугал. Мы тебя не ждали, — она мило улыбнулась и поцеловала его в щёку.

Толик немного нахмурился и, обняв её одной рукой за талию, притянул к себе.

— Мы же договаривались, что я сегодня приду, продукты привезу. Ты же не любишь за ними ходить, да и мне не нравится, когда ты носишь тяжёлые сумки. Не для тебя это.

Кати игриво прошлась пальчиками по его груди и прижалась к нему сильнее.

— Ты ж мой добытчик, — она поцеловала его в губы.

Я отвернулась. В груди появилось неприятное чувство. Сначала подумала, что это ревность, но, сделав несколько глубоких вдохов и немного успокоившись, поняла, что это не так. Это не ревность. Зачем ревновать, если чувств не осталось.

Это отголоски моей боли. То чувство, что я испытала, когда он меня предал. Когда я впервые потеряла доверие, а взамен получила пустоту в душе и большую дыру в сердце.

Вот и сейчас, глядя на них, испытала дежавю. Только странно осознавать, что он обнимает и целует моё тело. МОЁ!

«Господи! Дикость-то какая!».

Я сжала голову руками, зарывшись пальцами в свои волосы.

— Кати? Милая, с тобой всё в порядке? — резко обернувшись, встретилась с двумя встревоженными взглядами.

— Да всё нормально. Голова немного разболелась.

— Может, лучше прямо сейчас провериться у врача? Я слышал, что у вас большие нагрузки во время съёмок, — Толик, как ему казалось, деликатно пытался выпроводить меня из МОЕЙ квартиры.

Я вся закипела от его наглости.

— Ну что ты. Это просто небольшая головная боль. Я сейчас дам ей лекарство, и она отдохнёт. Тем более, что мы хотели устроить небольшой девичник. Мы так давно с ней не видели. Нам есть что обсудить, — сказала настоящая Кати, видя мою реакцию на его слова. — Ой, совсем забыла вас представить друг другу. Это Анатолий, мой молодой человек.

— Вообще-то муж, — недовольно поправил он её.

— Бывший муж, — с улыбкой возразила она ему.

— Да, пока бывший, но скоро стану снова официальным мужем.

— В смысле, станешь мужем? Опять? — я громко ахнула. — После того, как ей изменял, унижал, обманывал? Как обрюхатил свою любовницу? Жил почти за её счёт и пользовался тем, что она тебя любила. Так ещё и обокрал в завершении!

— Мда. Теперь я точно знаю, что ты её подруга, — Толик хмыкнул и нахмурился. — Почему я раньше тебя не видел?

— Может, потому, что тебе было фиолетово, как на свою жену, так и на её окружение? — я скрестила руки на груди и злобно метала молнии в его сторону.

Ах, как мне хотелось впиться ногтями в его самодовольную рожу.

— У тебя такое лицо, как будто ты хочешь мне глаза выцарапать.

— Так! Брейк! — настоящая Кати встала между нами. — Да, у нас были проблемы, но мы смогли во всём разобраться. Теперь мы снова вместе и очень счастливы, — она выразительно посмотрела на меня. Я лишь цокнула и закатила глаза.

— Ой, да пожалуйста. Больно он мне нужен. Только потом не плачь. Такое гов… Такие не меняются, — я подняла руки вверх в знак применения и отошла в сторону.

— Как ты понимаешь, сегодня мы не сможем побыть вместе, — она обняла его за шею, привлекая к себе внимание. — Я позвоню тебе сама, как освобожусь.

Толик лишь поцеловал её в висок и, бросив на меня задумчивый взгляд, пошёл в коридор. Девушка пошла за ним, а я, взяв пакеты, отправилась на кухню.

Через несколько минут она вернулась. Села на стул и задумчиво посмотрела в окно.

— В то утро, когда я решила покончить с собой, я узнала, что мать, которая меня вырастила, мне не родная. Что она приходится мне тёткой и что она меня ненавидит, — девушка говорила спокойным голосом, без эмоций. — Знаешь, я случайно подслушала их разговор. Узнала, что моя родная мама умерла при родах. Отец отдал меня Зирте на воспитание. Я думаю, он знал, как ко мне относятся, но почему-то оставался в стороне. Я всю жизнь пыталась ей угодить. Вымолить, заслужить хоть крупицу её любви. Но чтобы я ни делала, как бы ни старалась, всё было бесполезно. Меня ненавидели, били, наказывали, — девушка смахнула одинокую слезу. — Из того разговора я узнала, что Зирта травит меня какими-то травами. Она говорила, что очень скоро я начну корчиться от болей и умру в муках. Никто и ничто не сможет мне помочь. Я испугалась. Мне было так больно узнать всю правду. Вот я и решилась на тот шаг.

— Мне так жаль. Очень жаль, — я сжала своей рукой её холодные пальцы. — Я видела всю твою жизнь, каждый её миг. Когда я очнулась в том мире, ко мне пришли все твои воспоминания, кроме последних. Я не помню о разговоре, о котором ты рассказываешь. Я встретилась с твоим отцом, мы поговорили. Я его простила и приняла как отца. Он очень тебя любит, но ему тогда было тяжело находиться рядом с тобой. Он так жалел, что поступил так. Но содеянного уже не изменить.

— Воспоминания. Возможно, потому, что я сама хотела о них забыть. А за отца спасибо. Надеюсь, что сейчас он счастлив, — она мне грустно улыбнулась. — Когда я очнулась здесь, то не могла понять, что происходит. Потом острая боль в голове. И вот я обладаю всеми твоими воспоминаниями. Это очень упростило мне жизнь. Кстати, меня из воды вытащила твоя подруга. Она, как оказалось пошла за тобой, волновалась. Меня привезли в больницу. Потом была куча анализов. Знакомство с твоей мамой, дядей, — на лице девушки расцвела улыбка. — Когда она ворвалась в палату со слезами на глазах. Я растерялась, а она так крепко меня обняла. Прижала к себе, гладила по голове, волосам. Говорила, как сильно меня любит, что всегда будет рядом, никогда не бросит. Я тогда впервые плакала от счастья. Меня любили. Меня по-настоящему любила мама. Я её не хотела отпускать, и представляешь, она осталась. Заняла соседнюю койку и была со мной рядом, пока меня не выписали.

— Да, мне очень повезло родиться именно её дочкой, — я сидела рядом и плакала. Сейчас, как никогда, понимая, как сильно я соскучилась по своей мамочке.

— Потом меня привезли в эту квартиру. Мы вместе сделали ремонт. Мама предложила сделать мне операции, что помогут избавиться от лишнего веса и измениться.

— Ого! Я сколько не говорила с ней об этом, она всегда отказывалась.

— Я думаю, что тот прыжок с моста заставил её пересмотреть некоторые взгляды на жизнь, — она встала и включила кофе машину. — За три года я полностью изменилась не только внешне, но и внутренне.

— ТРИ ГОДА! ОХРЕНЕТЬ! — я подскочила от шока. — Как три года?

— А сколько прошло времени у тебя?

— Намного меньше. Обалдеть!

— Может, это потому, что у нас теперь разные миры? — она задумчиво постучала пальчиком по подбородку.

— Подожди. Я здесь примерно пол дня, тогда сколько времени прошло там?

— Я не знаю. Но думаю, что нам надо быстрее со всем разобраться. Неизвестно, как теперь может измениться поток времени, если мы обе тут.

— Так, ладно. Что дальше было? Как так получилось, что ты снова с этим козлом?

— Я тогда только вернулась. Пошла в бар, там и встретились. Он меня даже не узнал. Ну а потом начал петь мне дифирамбы о любви и тому подобное. Помнишь, ты запустила в него туфлёй? — я утвердительно махнула головой. — Он после этого поехал в травмпункт, хотел снять побои и написать на тебя заявление. Туда и прискакала его чудо. От вида крови грохнулась в обморок. Толик, как любящий мужчина, потребовал полного осмотра. Очень переживал за ребёнка, — она ехидно улыбнулась. — Вот только ребёнка никакого не было. Она его обманула. Надо сказать расставались они очень шумно.

— Откуда ты всё это знаешь?

— Так он мне всё и рассказал, вперемешку с признаниями в любви и того, что его околдовали, опоили, ну и т.д., — она махнула рукой и поставила передо мной чашку с ароматным кофе. — После этой встречи он буквально завалил меня подарками, цветами и собой. Он был повсюду. Его стало так много в моей жизни, что я чуть не свихнулась. И тогда я решила его проучить. Влюбить в себя и бросить, — она отвела взгляд. — Но, по-видимому, сама в него влюбилась.

На кухне воцарилась тишина. Я не знала, что ей сказать. Конечно, вариант, где Толик валяется у её ног и разбитым сердцем, очень грело моё самолюбие. Но ведь она не я. И то, что у них происходит, никак не касается меня. Это уже не моя жизнь. Он ей ничего не должен. По сути они чужие друг для друга. Может сейчас он действительно в неё влюбился по-настоящему. Но она этого не узнает, пока сама не окунётся в эти отношения.

— А что сказала мама?

— Ну… Она не очень рада, а дядя вообще его несколько раз уже с лестницы спускал. Но он продолжал ходить и просить прощение и разрешения нам быть вместе. Он даже вернул деньги, что украл, пока был женат на тебе.

Я округлила глаза. — Да ладно!

— Да, мы тоже все очень удивились, — она снова вздохнула. — Самым весомым аргументом стало то, что я сама захотела попробовать. И теперь поняла, что люблю, — она смущённо опустила глаза.

— Я не буду тебе говорить, что надо делать, а что нет. Это твоя жизнь. Да, у тебя мои воспоминания, но ты не должна жить по ним. Делай выводы, анализируй. У тебя теперь есть замечательная семья, они очень тебя любят. Уж я-то это знаю, — я обняла её. Она обняла в ответ.

— Можно я буду называть тебя Кати? Мне так будет удобнее.

— Конечно, можно, — я с облегчением улыбнулась.

Потом мы долго сидели за разговорами под чашку кофе. Я рассказала ей всё, что со мной приключилось. Стася слушала внимательно, иногда хмурилась, иногда смеялась. Она искренне была рада за меня, когда узнала о моих мужьях. И очень просила дать шанс Дарреллу. Поговорить с ним и во всём разобраться.

— Ты сказала, что эльф очистил твоё тело? — я покраснела от воспоминаний об этом моменте. — Знаешь, мне кажется, что он не только очистил, но и избавил твой организм от той гадости, что травила его. У них очень сильная магия. Может поэтому ты тут. Я имею ввиду, что сейчас ты перерождаешься. Освободившись от яда, тело начало восстанавливаться. А лучше лекарство — это сон.

Я задумалась над её словами.

— И как долго может длиться этот сон?

— А вот это зависит только от тебя. Надеюсь, что скоро ты воссоединишься с ними.

За окном взошла луна. Стася постелила мне постель. Приняв душ и переодевшись, я долго ворочались и не могла уснуть. Мысли не давали мне покоя. Наконец-то я смогла заснуть. Вот только сон принёс мне неожиданную встречу и открыл тайну моего происхождения.