Измена. Моя (не) покорная

Глава 1

За несколько дней до этих событий

— Костюш, ну перестань. Ты же знаешь, что я не могу. Пока что не могу.

— Знаю, — нежно шепчет он мне на ушко, целуя чуть ниже, еще ниже. И забираясь пальчиками мне под майку. — Но мы ведь уже почти женаты. Уже, считай, муж и жена. Мы же можем хоть поласкать друг друга.

— Этим же все не закончится. Да я и сама хочу большего. Но надо еще совсем немножечко продержаться.

Пытаюсь увильнуть от его мокрых и таких приятных поцелуев и одновременно не пустить его шаловливую руку куда не надо. А ему будто все нипочем.

— Милый, подожди. Послушай.

— Что? — От отрывается губами от моей шеи и заглядывает мне в глаза.

— Нет, закрой. — Кладу ладошку ему на лицо. — А то я не смогу сказать. Вот, да.

— Ну хватит тебе стесняться так, как маленькая.

— Не называй меня так, — дую губки я. — А то передумаю!

— Прости. Так что ты хотела сказать? Видишь? Я не смотрю. Но мне очень интересно.

— Ладно. Я хочу… Устрою тебе сюрприз. Скажем, завтра днем. Нет, не такой! — смеюсь, заметив искорки восторга и предвкушения сладенького в его глазах. — С главным подарком пока немного повременим. Но тебе точно понравится. Я тут прикупила кое-что… сексуальненькое, — хихикаю и смущенно накручиваю прядь рыжих волос на палец.

— Ух! Уже хочу поскорее наступления завтрашнего дня. Ой… У меня день весь расписан. Прям совсем буду занят. Но вечером я весь твой! После четырех, идет?

— Ладно…

— Ну Настюш, не дуйся ты. Работа есть работа. Это чтоб мы с тобой ни в чем не нуждались. Ты же понимаешь. Ты лучше расскажи, что там у тебя?

Приоткрыв один глаз, игриво как бы подглядывая, смотрит на меня, и я опять теряюсь.

— Не скажу! И не спрашивай. Просто… Вот закончишь с работой, заскочишь ко мне и увидишь. Тебе точно понравится, обещаю!

— Хорошо, малышка. Иди ко мне, дай я тебя поцелую.

Он ловит мою руку и увлекает к себе на колени, нежно обнимает и оставляет на губах долгий поцелуй, от которого аж коленки трясутся, а в трусиках мокреет. Как же мне хочется, чтобы этот месяц поскорее прошел. Всего месяц, и мы станем официально мужем и женой. Даже не верится. Все так быстро происходит. Еще в конце весны только первый раз за руки взялись, а тут уже под венец. Будоражащее ощущение.

— Ну все, все. Ты говорил, ненадолго зайдешь.

— Настька, ты меня прогоняешь? — удивляется Костя, вскинув брови.

— Нет. Просто, мне идти нужно. Нам с Анькой нужно поболтать. Всякие женские штучки, понимаешь? — загадочно улыбаюсь и наклоняю голову, как кошечка.

— Понял. Ладно. — Поднимается с дивана и поправляет свой модный дорогой пиджак. Достает из кармана брелок от машины и крутит его на колечке. — Если хочешь, могу тебя подвезти.

— Нет, мне тут рядышком. В пиццерии посидим немножко.

— Ну, может, я тогда хоть приеду на ночь и останусь. Честное пионерское, — по-детски выставляет ладошки, — приставать не буду.

— А я вот могу и начать! Так что не надо. Договорились же, давай не будем никуда спешить. Еще вся жизнь впереди.

— Настька!

— Все, иди уже, Дон Жуан, — хохочу я и буквально в спину выталкиваю жениха из его же квартиры. Ну как его. Папа ему подарил в честь нашей помолвки, но так как мы еще не спим вместе, решили, что этот оставшийся месяц я буду жить здесь одна, а он только приезжать днем, чтобы пообщаться. Как бы и свидание, но и никаких особо растрат на рестораны и прочее. У него денег хоть и хватает, но мне как-то неловко немного становится каждый раз, когда чеки приносят на несколько тысяч за простой обед или пару десертов.

Наконец-то спроваживаю Костю и беру с тумбочки телефон. Пишу Аньке, чтобы узнать, готова ли она и когда мне выходить. Она очень быстро отвечает, что уже идет к той самой пиццерии, и удивляется, что я еще не собралась. Так что бросаю телефон и пулей бегу одеваться. Мне много не нужно — только мастерку набросить, причесаться малость и запрыгнуть в кеды. Это же не романтический ужин какой-нибудь, а обычная встреча с подружкой; можно и по-простому, не наряжаться. Да и этот спортивный костюм мне не просто так подарили. Костя говорит, он шикарно смотрится на моей фигуре. Подчеркивает все контуры. Так что уже через пять минут я выбегаю из квартиры, чуть не забыв прихватить со столика в прихожей связку ключей, и захлопываю дверь.

Перехожу через дорогу и вижу притопывающую мне навстречу подругу.

— Дай я тебя… Муа! Модница!

Обнимаю Аню в ответ на почти что поцелуй в губы — не касаясь, как мы обычно делаем с девчонками, и улыбаюсь как дурочка.

— Ты чего как заколдованная вся?

— Да Костя только ушел. Еле выпроводила его.

— Чего так?

— Ой, ты будто не знаешь его! У него тестостерон зашкаливает. Опять приставал. Еле выкрутилась.

— Не знай я тебя, — хмыкает Анька и открывает передо мной дверь в пиццерию, пропускает вперед, — я бы не поверила. А так вообще не представляю, как ты можешь сопротивляться его флюидам любви.

— А я и не могу… почти. Но надо держаться. Хоть из последних сил. Осталось же чуть-чуть. Кстати, об этом.

— Добрый день, что будете заказывать? — интересуется сразу же подбежавшая официантка, от которой Аня отмахнулась, как от назойливой мухи, ткнув пальцем в последнюю строчку списка меню и добавив не глядя: «И два капучино».

— Так вот, — прочистив горло после того, как меня перебили, продолжаю я. — Хотела спросить… Мы с Костиком еще не обсуждали медовый месяц. Ну, он же должен быть, да? Или его только старики устраивают?

— Мы с Сашкой похожи на стариков? — ведет бровью Аня.

— Ой, да ну тебя. Ты поняла, о чем я! А, так вы же ездили, да? Где лучше?

— Слушай, ты бы заранее сказала. У меня в тумбочке в ресторане лежит каталог новый. Ну как новый, относительно. Я потом еще смотрела, что мы упустили. Там было пару клевых местечек. Загляни ко мне после обеда. Народу будет поменьше, и я смогу тебе показать. А то названий я не помню. А там, где мы отдыхали, мне не очень понравилось. У меня изначально была идея получше. Только мой не захотел и слушать. Ему, видите ли, скидку хорошую давали, и он потащил меня на «Кураховские озера». Лучше б просто на море съездили.

— У нас, по идее, не должно возникнуть проблем с бюджетом, — немного стыдливо жмусь в плечи. — Но я согласна и на что-нибудь простенькое, честно говоря.

— Хорошо. Костик как раз будет на работе весь день. Около часа прибегу к тебе.

Мы еще немного посидели поболтали и разошлись по домам. Я вся сияющая и веселая топала на квартиру, окрыленная всеми предстоящими событиями и мыслями о том, понравится ли жениху мой легонький эротический костюмчик.

Сплю до последнего, потому что точно знаю, не найду себе места до самого обеда. И все равно соскакиваю с кровати в девять утра.

Не умею я спать, когда и днем и ночью переполняют такие чувства. Особенно если вот-вот собираешься устроить своему жениху эротическое шоу. Он ждет «сладенького» уже так долго, как и я, а это нас только раззадорит.

Навеселе принимаю душ, навожу порядок на голове, заодно и ванную комнату мою — ну как обычно, не бывает так, чтобы просто зайти, покупаться и выйти. Страшно на кухню заходить, потому что обязательно приспичит протереть плиту, подоконник помыть и посуду перетереть. Уговариваю себя отложить это на потом, ведь только вчера все это до блеска намарафетила, быстренько завтракаю любимым кофе со сливками и диетическим горячим бутербродом и бегу собираться. Уже почти полдень. Анька наверняка и забыла, что я должна подойти. А вот у меня из головы не идет поскорее увидеть то самое райское местечко, в котором мы с Костиком проведем недельку, а может, и две после свадьбы. Надеюсь, он согласится.

Отправляю подруге эсэмэску «я уже бегу», хватаю ключи, обуваюсь и вылетаю из квартиры. Телефон даже не успеваю в карман джинсов засунуть. Потому и слышу входящее сообщение: «Давай быстрее. И надень, наверное, кофту с капюшоном. Тут такое творится».

Торможу, поскальзываясь на ступеньке, и падаю на попу. Перечитываю эсэмэску, мотаю головой и чувствую неладное. Перезваниваю.

— Что там? — спрашиваю запыхавшимся голосом, когда подруга еще даже «алло» сказать не успевает.

— Ты только не нервничай, — ровно говорит она.

— Да что случилось? Ну?

— Тут твой Костик…

— Костик? А кофту зачем? Ничего не поняла.

И только сейчас до меня доходит: Костя должен быть на работе; говорил, у него дел полно до самого вечера. А «тут» — означает, что он около ресторана… или в нем.

— Погоди. Он там, это где?

— Дуй сюда быстрее! — шипит Анька и кладет трубку. А я поднимаюсь и на негнущихся от какой-то аномальной тревоги возвращаюсь в квартиру, достаю кофту, сразу натягиваю ее на себя вместе с капюшоном и замечаю свое взвинченное и натянутое выражение лица.

— Да не может быть! — отмахиваюсь я от глупой мысли. — Он работает. Даже если и так, то у него какая-нибудь деловая встреча. Это нормально. Анька не так все поняла и меня перепугала, коза.

Пытаюсь улыбнуться, хотя получается совсем плохо, и захлопываю за собой дверь. Спустившись к подъезду, поначалу иду неторопливо, но с каждым шагом все больше и больше ускоряюсь, пока не перехожу почти что на бег. Взмокнув от капюшона, подхожу к перекрестку, сразу за которым находится ресторан, где Аня работает администратором. И замечаю новенькую машину Кости. Несколько раз быстро и неглубоко дышу, кручу головой и подхожу к двери.

Тут мне навстречу, чуть ли не крадучись, выходит подруга, сходу натягивает капюшон мне на лицо и ведет от двери.

— Да что ты делаешь? И куда ты меня тянешь?

— Не здесь, дурочка! Вон в том. — Кивает на ресторан через дорогу, поправляет на себе платье, смотрит по сторонам и волочет меня на ту сторону.

— Что я должна увидеть? Ну хватит уже, а?

— Становись вот здесь, — командует Аня, — и смотри в окно.

Только я пытаюсь присмотреться через усыпанное бликами и рассмотреть хоть что-нибудь по ту сторону, как сзади Аню зовет одна из официанток и просит вернуться в ресторан. Якобы там какой-то недовольный гость нарисовался.

— Зайдешь потом, — говорит подруга и убегает, оставляя меня одну в такой момент. Я уже и не знаю, что думать.

Отдуваюсь и снова прилипаю к окну. Складываю ладошки лодочкой перед глазами, но все без толку. Солнце слишком яркое. Ничего не видно. Несколько столиков только чуточку проглядываются, пустых. На столе бокалы, тарелки — все как обычно.

— Ну и коза! — плююсь я, злясь на подругу за то, что заставила меня так нервничать. А с другой стороны, машина-то точно его. Он здесь. Просто не видно. Но это ж еще не значит, что он там с кем-то! Тем более с какой-то девушкой. Может, приехал с коллегами пообедать. Он точно бывает здесь иногда. К Аньке он не заходит, потому что недолюбливает ее немного. Хоть и не говорил почему. А сюда…

Разворачиваюсь, топая ногами, и направляюсь к ресторану подруги. Открываю дверь, вхожу и ловлю недовольный взгляд девчонки, которая только недавно мне кофе приносила, пару дней назад.

«Дресс-код не подходит», думаю, подойдет и скажет сейчас. И уже вижу, как она ко мне собралась скользить на своих модных балетках. Но Аня первой встает передо мной, и мы вместе выходим опять на улицу.

— Нет там никого! — возмущаюсь. — Нафига ты меня перепугала так? Может, он просто…

— Ох, подруга, подруга. Смотри сюда.

Она достает телефон и показывает несколько фотографий, сделанных буквально пятнадцать минут назад.

На них мой Костя за столиком.

Рядом с ним какая-то баба.

Очень рядом.

У нее на голой ноге в короткой юбке лежит его ладонь, причем высоко, почти аж под самую письку.

А еще у нее во рту его язык!

— Фу!

— Ты, это… — Она убирает телефон, а я выхватываю его раньше, прикрываю от солнца экран и приближаю изображение. — Да погоди.

— Отстань! Это он!

— Он…

— И лижет ей гланды! Какого хрена? Не может быть, чтобы он… Да мы же только вчера… Блин!

Трясу руками, и Анька забирает у меня мобильник, понимая, что я его сейчас, скорее всего, случайно разобью, выброшу или раздавлю в руке.

— Козлина! Бабник долбаный! Мне в любви признается каждый день, а на следующий день лапает другую, причем рядом с домом, у всех на виду, сосется с ней! А-а-а! Не могу!

— Успокойся, а то он услышит тебя прям оттуда.

— Услышит? А и пускай! А лучше… Пусть точно услышит. И увидит. Ну-ка, дай мне… А я сама возьму.

— Да стой ты, — кричит Аня и пытается поймать меня за руку, но не успевает.

Я залетаю в ресторан, хватаю скрученные салфеткой вилку и нож. Вилку сразу выбрасываю, отчего она со звоном прыгает по белесому кафельному полу, а нож сжимаю в руке и несусь за дверь, затем и на другую сторону дороги.

— Ты че, дура? Зарезать его решила? Эй!

— Да отвали ты! — отмахиваюсь от нее и бегу к машине.

— Я в этом не участвую, — говорит Аня и возвращается в ресторан.

— Любишь так меня, да? И машинку свою любишь сильно? Тогда вот тебе вечерний мой подарочек! — шиплю я змеей и, сжав нож в руке, со всей силы всаживаю его в колесо. Не пробиваю, нож отскакивает, как мячик от асфальта, и я пробую еще и еще. И только с третьего раза протыкаю покрышку, которая выплевывает на меня резкий поток вонючего воздуха. — Нравится? — кричу, вынимаю лезвие и вбиваю его во второе колесо, в заднее.

Странно, что на мои вопли никто так и не выбегает на улицу и не вяжет меня по рукам и ногам. Но меня это мало заботит.

Когда покончила со всеми четырьмя колесами, заглядываю в салон через тонированное окно и вижу вытянутый язычок возле ручки.

— Так ты еще и не закрываешь дверь? Мой же ты молодчина! Тогда и сюда подарочек доставим тоже! Мерзкий ты бабник!

Открываю дверь и, не обращая внимания на жжение в легких от криков и учащенного дыхания, совершенно сбившегося, начинаю резать салон везде, где только попадаю ножом: кожаный руль, дорогие черные сиденья, коврики — всё. Захлопываю дверцу, наотмашь выбрасываю нож куда-то дальше по тротуару и иду в сторону дома.

Даже ни разу не оборачиваюсь. А толку, если глаза заливают слезы, бесконечными ручьями, текущими по щекам? Молча, только хныкая, как маленькая девочка, разбившая коленку, поднимаюсь домой и прямо в кедах падаю заплаканным лицом на подушку.

— Пошел ты нафиг, мудак! — бормочу, а получается что-то вроде «офоу ы аих уаг». Даже дышать не хочется. Лицом в подушку. В подушку! — Гад!