Измена. (Не) вернуть назад

Глава 20

— Мама, — говорю в трубку, шумно втягивая воздух, — я попала в больницу с угрозой. Пока не могу прилететь, — я обсуждала с врачом вопрос возвращения домой, и он строго-настрого запретил ездить куда-то до снятия тонуса матки.

— Вита, — произносит она устало, — говори, в каком ты городе и в какой больнице, я сегодня же вылечу за тобой.

— Ты все равно не сможешь меня увезти, — всхлипываю.

Разговор с Костей оставил тягостное ощущение. Его напор выбил меня из колеи. Я, конечно, понимала, что, возможно, он так добр и терпим ко мне не без причины, но никак не ожидала, что он начнет говорить о новом замужестве и принятии нашего с Матвеем ребенка так внезапно. Ведь я ему не давала повода.

А эта его циничность по отношению к мужчине, которого я, несмотря на предательство, продолжаю любить… К тому, с кем прожито множество прекрасных моментов и с кем мы создали новую жизнь.

Пусть я зла и обижена на Матвея и не смогу простить ему предательство, но и оставлять его умирать в одиночестве я тоже не стану.

Он был моим близким и самым родным. Так как можно ставить на одну чашу весов предательство и человеческую жизнь?

Может, конечно, Костя и прав и Матвей не выживет. Но я просто не смогу находиться в стороне и ждать. Не смогу его бросить в самую трудную минуту и надеяться на его скорую кончину. Это не по-человечески. И моему сердцу не знакома такая черствость. К тому же… я никогда не прощу себе такого.

У меня все внутренности сковывает холодом, когда я думаю о подобном исходе.

Матвей просто не имеет права уйти сейчас, даже не увидев нашу дочь. Пусть мы будем не вместе, но он должен жить. Наша малышка увидит своего отца.

А развод… Разве теперь это важно?

— Но и оставить тебя одну я не могу, — продолжает настаивать на своем мама.

— Я не совсем одна.

— В каком плане? — напрягается родительница.

— Я случайно столкнулась с Костиком, — теперь мысли о друге вызывают напряжение.

— Каким Костиком?

— Ну как же, мам. Тем самым Костиком Раевским, что жил с нами по соседству. И он очень мне помогает тут.

В трубке повисает тишина.

— Мам? Ты еще тут?

— Прости, дочь. Просто я немного удивлена. Последнее, что я слышала о Раевских, — это то, что они эмигрировали в Германию. Но, может, то лишь слухи.

— Нет, они осели здесь. И Костя теперь в строительном бизнесе отца.

— Дочь, это, конечно же, все чудесно, но мне неспокойно, что ты вдалеке от всех близких. А теперь еще и в больницу попала.

— Мамуль, я переживаю, — делаю шумный вдох, чувствуя, как щиплет глаза.

— Все будет хорошо, солнце. Я приеду, и все будет хорошо, — слышу, как она взволнована.

А как бы я чувствовала себя, если бы моя беременная дочь оказалась в другом городе в больнице? Я бы с ума сошла от переживания.

— За Матвея, — всхлипываю. — Мне страшно…

— Ох, малышка моя. Нам всем страшно. Но он молодой и сильный. Должен справиться. И я уверена, стоит тебе появиться, как он сразу же вернется к нам.

— А как же эта его?.. Она к нему не приходит?

Мама снова замолкает, и это молчание настораживает.

— Мама, что не так? — мне не нравятся все эти недомолвки и игры в молчанку. — Говори, чего я не знаю.

— Она… Её не пускают к нему, поскольку допускаются только близкие родственники.

— Значит, так и ошивается рядом… — тяжело сглатываю. Не ожидала, что она все еще поблизости.

— Они были вместе в той машине, — признается мама, и грудь сжимает болью. Он не уволил ее, не отстранил от себя даже после моего побега.

Получается, я все правильно сделала. Мне мучительно осознавать то, что я оказалась для него настолько неважна, что он даже не попытался исправить ситуацию между нами.

— Они ехали на встречу с представителем рекламного агентства. Удар пришелся со стороны Матвея. А она… она отделалась сотрясением и парочкой переломов.

Тварь! И даже авария для нее оказалась без тяжелых последствий. В то время как мой муж находится между двумя мирами.

— Мама, а можно как-то вообще запретить ей приходить в больницу?

В груди все разрывает от боли и отчаяния.

— Только с распоряжения близких.

— А родители Матвея? Они приехали? — они живут в двухстах километрах от города, и в последнее время мы виделись очень редко.

— Да, солнце.

— Тогда и ты приезжай за мной, — понимаю, что мне тоже требуется поддержка. — Раз пока что его есть кому поддержать, приезжай, мама. Прошу.

Да, мама предала меня, не поддержав мое решение развестись. Но сейчас, когда произошло такое горе, мне как никогда нужна поддержка родного человека. Не друга из прошлого, пытающегося втиснуться в мою жизнь без приглашения, а того, кто любит меня всей душой. Меня и мою еще не рожденную малышку. Потому что я боюсь, что сломаюсь вдали от них. И я очень хочу к мужу. Чтобы, когда он очнется, лично высказать ему все, что я о нем думаю.

— Уже вылетаю, доченька, — успокаивает меня мама, а я начинаю отсчитывать часы до ее появления, еще не зная, как круто повернется ситуация.