Измена. Вернуть свою жизнь (СИ)

Глава 21 Оля

Еду в машине врага в её дом. Да, когда-то Аська была подругой, только до сих пор не могу отпустить ситуацию. Казалось бы, кто старое помянет…

Знала о её успехах и старалась просто об этом не думать. Вычеркнуть из жизни, только отчего-то она нас опять свела.

Прошло десять лет. Кажется, я считала каждый чёртов год. И теперь она здесь.

Конечно, я узнала её сразу. Ещё когда она только подошла к очереди. Только просто сбежать с кассы не могла. И так есть пара выговоров, не хватало ещё, чтобы меня уволили.

Набираю смс матери, которая привыкла, что я никогда не задерживаюсь после работы. Курсирую по маршруту магазин-дом. Добро пожаловать в День сурка.

Какое-то время едем молча, и эта повисшая пауза давит. Не знаю, зачем вообще согласилась с ней поехать, наши дороги давно разошлись.

— Знаешь, Оль, если бы мы могли отмотать все назад, — начинает Аська.

— Хочешь сказать, что все было бы по-другому? — перебиваю её. Голос ровный и спокойный, а внутри начинает подниматься буря. Ну давай, выскажи ей всё, думаешь!

— Я не знаю, — отзывается Аська, — вернее, я бы не хотела больше так поступать, понимаешь? Мы были детьми, и…

— Семнадцать, — напоминаю. — Семнадцать лет. Вряд ли это то же самое, что шесть.

Она смотрит на дорогу, а я решаю закопать этот чёртов топор.

— Всё в прошлом, Аська, — говорю всё тем же ровным голосом. — Сейчас верю в судьбу, — пожимаю плечами, смотря, как мимо идут люди и мелькают дома. — У каждого свое предназначение.

— Ты так считаешь?

— Да.

Или нет? Я устала с собой договариваться.

Раньше часто размышляла, как сложилась бы жизнь, окажись я на том конкурсе. Представляла себя знаменитой пианисткой, разъезжающей с гастролями по России, а может и за рубежом. Счастливой женой в красивом уютном доме, хорошей матерью. Да, я представляла себя на месте Аськи!

Возможно, ничего этого бы не случилось, и я всё так же жила бы с матерью и ездила на эту чёртову работу, но надежда была! Надежда оставалась, и это тянуло вниз. Тяжесть воспоминаний с годами стиралась, я оградила себя от любых упоминаний про Аську, заставила себя ненавидеть её, чтобы случайно в порыве не простить. Поначалу злилась, потом злость прошла и появилось безразличие. На смену детским мечтам — взрослая жизнь.

Рада ли я её видеть? Аська — успешная женщина, благоухающая духами, а я обычная кассирша супермаркета. Только какой смысл винить её во всех бедах? Возможно, жизнь сложилась бы по-другому, выиграй я этот чертов конкурс. А если нет? А если все так, как и должно было быть?

Наверное, мы встретились не случайно, и пришла пора забыть обиду.

— Ну как ты? — задаёт Аська вопрос.

— Да пойдёт, — смотрю на отросшие ногти. Надо написать Алисе, уже больше месяца не была на маникюре.

— Расскажи о себе, — она спрашивает, потому что ей реально интересно?

— Утром иду на смену, и там по двенадцать часов рассчитываю покупателей, — начинаю монолог, — а потом усталая качусь в автобусе пятьдесят минут до дома.

— Где живёшь?

— Родительскую двушку в центре разменяли, когда отец ушел от нас. Мне с матерью досталась хрущевка в Черемушках, а отец переехал в ужасный район гостинок на Предмостной. Ну, помнишь, тот, где мы никогда бы не стали жить, — напоминаю ей разговор тысячелетней давности, и Аська кивает.

— Я там была пару раз. Ужас, конечно. Алкоголики, наркоманы, антисоциальные личности в малогабаритном жилье. И мой дорогой папаша.

— Почему разошлись?

— Загулял, — отвечаю нехотя.

— Ты играешь? — внезапно прилетает вопрос.

— Нет, — выдыхаю слово, усаживаясь поудобнее. Мы едем всё дальше от центра куда-то вглубь. Она точно живёт здесь? — Скоро приедем? — решаю уточнить.

— Да, ещё минут пятнадцать.

Значит, загородный коттедж. Неплохо устроилась.

С музыкой не пошло с того самого конкурса, словно черная полоса пошла. На бюджетное отделение в Институт искусств меня не приняли, оплачивать учебу мать была не в состоянии.

— А куда поступила? — сыплет Аська вопросами, как следователь.

— Кафедра технологии деревообработки, — пытаюсь подавить зевок, прикрывая рот рукой. Даже говорить об этом не могу без зевка, а на лекциях вообще засыпала. Профессия была до жути неинтересная и скучная. Душа просила творчества, а окружающая реальность тыкала носом в то, что было. Только о таком не говорят вслух.

Кстати, через год перевелась на заочку, потому что денег с мамой катастрофически не хватало, потому пошла продавцом. Платили немного, но других вариантов не было. Образование неполное, специальности нет, так что пыхти за копейки и не возмущайся. Смотрю на свою жизнь с высоты прожитых лет. Нихрена у меня нет, конечно, кроме геморроя и разочарования.

— Потом в магазин устроилась? — опять интересуется «подруга».

— Угу, — отвечаю нехотя. Такое чувство, что на моём фоне она хочет выглядеть ещё лучше. Только не хочу доставлять удовольствия.

А вообще, работала официанткой, посудомойщицей, администратором. Даже отучилась на ногтевых курсах, между прочим. Только поняла, что мастер из меня никудышний, так и бросила. Лишь деньги зря потратила. Теперь вон хожу к Алисе.

— Замужем? — переходит Аська к тяжёлой артиллерии.

— Нет, и не была.

Коротко и чётко. А всё потому, что козлы одни попадаются. Нет, ну а что мне по этому поводу говорить?

Вот, кажется, познакомилась с нормальным парнем. С виду неглупый, рассказы интересные про работу вёл, об увлечениях книгами говорил. А потом на ужин его пригласила. Мать уехала к родственникам в деревню, а я запекла рыбу с овощами, накрасилась там, оделась, когда пришел Олег. Почему-то нервничал, но делал вид, что чувствует себя как дома.

Разлил шампанское, принесенное с собой, осушил бокал до дна и снова налил. Я только пригубила напиток и принялась за горбушу. Он к ужину не притронулся, сосредоточился на шампанском, пока оно не закончилось. Молчание убивало. Олег, все еще жутко нервничая, подсел ближе и попытался поцеловать. Тут романтикой и не пахло, зато был явный запах спиртного от кавалера, поэтому Олег пошел домой без явного продолжения, а разочарованная я провела остаток вечера с кошкой и телевизором, заедая неудачное свидание мороженым.

Еще один ухажер наносил визиты редко, но метко, как говорится. Подобрался поближе к женскому сердцу, жаждущему любви и ласки, и растопил его мужским обаянием, а потом, к тому же, растопил и женское тело, требующее мужчину. Вот так просто исчезал на несколько месяцев, а потом появлялся, и я плыла, не в силах сопротивляться. А он снова исчезал.

Мужчин было много, да мужчины ли? Одно название в паспорте. А настоящего, вот такого, за которым, как за каменной стеной, не было. Наверное, они доставались другим, таким, как Аська.