Как я нашла сына ректора-дракона и свое счастье

Глава 8

Когда девочка успокоилась и устроилась у меня на руках поудобнее, я спросила:

– Ты можешь показать там выход? Мы тут кругами бродим.

Бекка кивнула. Указала пальцем вперед и устроила голову на моем плече. Мы с Эриком быстрым шагом направились туда, куда было велено, и я сказала:

– Заберем ее вместе с Витти. Ребенку тут нельзя оставаться.

Эрик понимающе кивнул. Все время, пока я разговаривала с девочкой, он молча стоял и не торопил нас – хотя я ждала, что дракон по привычке примется покрикивать.

Но он не стал. Видно, лабиринт влиял.

– Кто это с тобой сделал? – спросил Эрик. Бекка приподняла голову, вздохнула и ответила:

– Папа…

Ноздри ректора дрогнули, словно он с трудом сдерживал желание дохнуть огнем. Я прекрасно его понимала. Будь у меня возможность, я бы тоже приложила этого урода покрепче.

Нормальные родители бросились за своими детьми, пытаясь вырвать их из лап чудовища. А ненормальные, быть может, и не заметили пропажу.

– Как ты понял, что нужно резать пальцы зеркалом? – спросила я.

– Родитель, который обидел свое дитя, слышит голос в голове, – ответил Эрик. – И я тоже услышал.

Бекка обхватила меня крепче. Ничего, маленькая, когда мы отсюда выберемся, то исправим твое личико. Ректор академии магии найдет чары, которые сделают тебя писаной красавицей.

– Смотри-ка! – весело воскликнул Эрик. – Мы вышли! Этих кустов тут точно не было!

Я вздохнула с облегчением. Ну слава всем небесам!- И я, кажется, узнал это место, - добавил ректор уже мрачнее. - Это академия Зауран, мертвая. Лабиринт и дворец были раньше на месте моей академии. Потом их разрушило землетрясение, но энергетический оттиск, как видно, перенесся в зазеркалье.

– Спасибо, маленькая, – сказала я, опустив Бекку на землю, и девочка вздохнула и вдруг посмотрела на меня с таким отчаянием, которого вообще не должно быть у детей. Наверно, решила, что мы бросаем ее тут.

Я улыбнулась. Погладила ее по растрепанным светлым волосам.

– Мне немного тяжело тебя нести. Пойдешь с нами сама? – спросила я, и Бекка кивнула, глядя по-прежнему настороженно. – Нам нужно найти нашего сына, Витти. Может, ты его видела? Мальчик-дракон со светлыми волосами, в синей курточке.

Бекка задумалась. Замерла с таким видом, словно вслушивалась в чей-то призрачный голос, и я вдруг подумала: что, если Румпелин сейчас нашептывает ей гадости? Приказывает привести нас в ловушку?

– Там, – сказала Бекка и махнула рукой куда-то вправо. Я вынула из кармана конфету Гольди – вафля с шоколадом в сияющей обертке – и протянула девочке. Удивительно, но конфета уцелела – Бекка взяла ее, словно невиданное сокровище.

– Тогда пошли, – подал голос Эрик. – Найдем Витти и все вместе вернемся домой. И ты тоже вернешься с нами, мы не оставим тебя здесь одну.

Драконы, конечно, редкие сволочи – властные, алчные, заносчивые. На всех они смотрят с плохо скрываемым презрением, как на грязь под ногами. Но одного у них не отнять: если кто-то помог дракону, он этого не забывает и награждает щедро.

– Мне правда. Можно с вами? – недоверчиво спросила девочка. Говорила она отрывисто и коротко, словно разучилась говорить и сейчас удивлялась, что у нее получалось.

– Конечно, – кивнул Эрик. – Мы завтра будем наряжать елку.

– Елка… – восхищенно повторила малышка, и в ее глазах зажглись веселые огоньки. В сумрачном тусклом мире она вспомнила тепло очага, свет новогодней елки, запах праздничного кекса, и воспоминание осветило ее душу, выметая страх.

– Да, большая и красивая елка, – подтвердила я. – И под ней обязательно будет красная коробка с бантом для тебя. Но нам надо найти Витти поскорее.

Бекка отбежала от нас на несколько шагов по лабиринту и воскликнула:

– Миска! В коробке миска!

И припустила бежать. Мы рванули за ней, и Эрик непонимающе спросил:

– В каком смысле миска?

– Она из нищей семьи, – ответила я. Горечь сжимала душу. – Бедняки так едят, садятся кругом у котелка и передают ложку по очереди. Наверно, папаша прижал ее щекой к котелку, когда она пыталась выхватить кусок. Вот она и хочет свою собственную миску.

– Убил бы нахрен, – бросил Эрик и крикнул: – Не миска, а тарелка, ложка, вилка и нож!

– Уи-и! – взвизгнула от радости Бекка, подпрыгнула и побежала еще быстрее.

Вскоре я поняла, что мы снова не одни в лабиринте. За кустами тянулись длинные серые тени, Бекка бежала все быстрее, тревожно оглядываясь, и от каждого листка в живой изгороди веяло томительной жутью. Когда я оборачивалась, то тени тотчас же бросались за кусты.

И нет, эти призраки были не такими, как Бекка – это я знала точно. Если от девочки с самого начала шло любопытство и надежда, то от этих тянуло голодом.

Только попробуй остановиться, словно говорили они, и мы тебя сожрем.

– Тоже чувствуешь? – осведомился Эрик.

– Тоже, – кивнула я. – Много их?

– Я насчитал дюжину.

Мы вырвались к очередному фонтану, и Бекка остановилась, замерев к нему спиной. Из грязной чаши поднимался шпиль, на котором красовалась ржавая рыбина – возможно, когда-то она была золотой.

И тени больше не молчали. Из-за живой изгороди полетели крики, визги, улюлюканье, и мальчишечий голос приказал:

– Окружай их, ребята! Смерть пиратам!

– Смерть! – поддержали его другие.

– Пиратское мясо сладкое!

– Попируем!

Бекка прижалась ко мне, и я поняла: до этого она прибилась к этим мальчишкам, но увидела нас и в отчаянной надежде бросилась прочь от былой компании.

Возле виска просвистел камень – я едва успела уклониться, и он врезался в чашу фонтана. Из-за кустов выступили тени – высокий мальчишка вскинул руку с саблей, и темные провалы на его лице на месте глаз озарили голодные хищные огоньки.

– Вперед, матросы ее величества! – крикнул он. – Смерть пиратам!