Киллер. Никому не отдам

Глава 17

Эсфирь, 5 лет

— Пап, а почему мамы так долго нет?

— Я же говорил тебе, родная… — он отворачивается, чтобы не показывать слёз. — Мама на небесах.

— Зачем она туда ушла? Я скучаю, — плачу я, садясь к отцу на колени.

— Прости меня, Эсфирь, я так виноват перед тобой, дочка.

Я сижу с папой в обнимку на траве, пока не темнеет. Он редко проводит со мной время, а после того, как мама ушла и растворилась в облаках, почти не вижу его. Так и засыпаю в родных руках. Во сне я тоже люблю быть рядом с ней. На розовых тучках всегда мама — самая яркая звёздочка.

— Эсфирь, просыпайся! — грубый голос вырывает меня из грёз.

Чьи-то руки трясут меня. Я открываю глаза и вижу Марту — рыжую ведьму, которая уже вторую неделю терроризирует меня занятиями!

— Вставай, ленивая девчонка! — она откидывает моё одеяло в сторону.

Хочется пожаловаться папе, но тогда он будет недоволен. Отец и так часто плачет, а жалобы только усугубят ситуацию.

— Я хочу спать! — заявляю и тянусь к одеялу.

— Уже десятый час, скоро придут репетиторы, тебе нужно заниматься!

Как же я не хочу снова говорить на английском! Папа хочет, чтобы я свободно говорила минимум на двух иностранных языках, но мне и один даётся с трудом. Мама никогда не заставляла меня… Как же я хочу к ней!

— Хорошо, я встану, — притворяюсь послушной.

Заправляю постель, одеваюсь, чищу зубы. Пока Марта спускается вниз по главной лестнице, бегу к другой, в противоположной стороне. Выхожу на улицу и ныряю между прутьями забора.

Надо найти способ добраться на небеса! Я должна вернуться к маме!

Хожу по улицам и ищу самые высокие здания. Моё внимание привлекает парк, горящий разноцветными огнями. Там столько детей веселится, смеётся, играет. Их родители тоже улыбаются, глядя на детей. Мама тоже улыбалась, и папа… но сейчас всё изменилось!

Я брожу по парку и смотрю на окружающих с интересом. Мне нравится гулять, пока не начинаю мерзнуть. Уже темнеет, и хочется есть. Никто из взрослых не обращает на меня внимания. Я прошу помочь, но меня обходят стороной, будто я заразная. Что со мной не так?

Пинаю от злости камень на дорожке. Он летит к высокой кукле с розовыми волосами. Её красивое платье блестит на закате, переливаясь цветами радуги.

— Какая ты красивая! Вот бы мне стать такой высокой, тогда я дотянулась бы до мамы.

— Дочка! — кричит отец.

Я поворачиваюсь и вижу, как он бежит ко мне. Папа слишком зол, всё лицо искажено яростью. Будет ругать!

— Ты больше никогда не выйдешь за ворота! — кричал на меня отец, тряся в своих руках. — Поняла меня, Эсфирь⁈ НИКОГДА!

— Рари… — слова застревают в горле, от обиды сжимается всё тело.

— Прости меня, оленёнок, — его губы касаются моего виска, оставляя на коже горький привкус прощания. Он крепко сжимает меня в руках, обнимает так сильно, словно боится отпустить, пока несёт к чёрным, зловещим железным воротам. Мне больно, наверное, останутся синяки, но я молчу… Я терплю. Лишь бы он не отпускал.

Наша охрана, заметив его, напрягается, кто-то даже по инерции достаёт пистолет. Лица большинства мне не знакомы, должно быть, новенькие. Опять будут издеваться надо мной, за спиной шептаться, осуждать…

— Я буду послушной! Не буду мешать и ничего просить! И болеть тоже больше не буду! — отчаянно цепляюсь пальцами за края его расстёгнутой кожаной куртки, комкая ткань в дрожащих руках. — Только позволь остаться с тобой…

Его шаги замедляются, потом Рагнар вовсе останавливается.

— Не ломай себя, чтобы быть рядом со мной, оленёнок. Убирайся подальше, прячься, беги, начни бояться и перестань мечтать обо мне.

— Но мои мечты всегда становятся реальностью.

— Не в этот раз, принцесса, не в этот раз, — его взгляд полон боли и сожаления.

— Я на тебя обиделась, — всхлипываю, стараясь сдержать рыдания.

— Заслужил.

Он продолжает идти. Из его рук я забираю своего оленёнка, чтобы он вдруг не упал. Прижимаю игрушку, пытаясь сдержать слёзы. Но долго терпеть не могу, чувствую, как нижняя губа начинает дрожать, как и подбородок.

— Эсфирь, — слышу голос отца. Он бежит нам навстречу. Яростный и злой. В таком состоянии я совсем не любила папу, хотелось спрятаться в шкафу.

Рагнар мимолётно касается губами моего лба, а затем передаёт меня в руки отца.

Думала, он сразу начнёт ругать, кричать, отчитывать, но он гневно сверлит взглядом моего Рари.

— Больше не появляйся на моих глазах, киллер, — предупреждает отец, злобно выплёвывая каждое слово. — Во второй раз… я лишу тебя жизни.

— Не появлюсь, если будешь тщательно следить за дочерью! — огрызается Рагнар.

— Я тебя застрелю, ублюдок! — в ярости кричит отец.

Слова отца меня пугают. Я боюсь за Рари.

— Папа, не надо! — кричу я, захлебываясь в слезах. — Рари… мой принц!

Отец лишь фыркает.

— Не плачь, — умоляет с сожалением Рари, успевая стереть пару капель слез с моей щеки.

Папа резко разворачивается и несет меня в дом.

— Пап… — шепчу я, захлебываясь в слезах. Мольба застыла на моих губах.

— Поговорим позже, Эсфирь, когда я успокоюсь, — отрезает отец, его голос дрожит от сдерживаемой ярости. — Я еле сдерживаюсь, чтобы не накричать на тебя! Чтобы не сорваться…

Я утыкаюсь носом в олененка, на котором только сейчас замечаю розовый рюкзачок. Я сняла его, по весу было понятно, что внутри там что-то есть.

Папа занес меня в комнату и уложил на кровать.

— Сейчас придет врач, тебя осмотрят, — говорит он почти ровным голосом, стараясь казаться спокойным. — Клавдия, наша новая экономка, за тобой присмотрит. И только попробуй не есть или не пить таблетки, дочка! — в его голосе слышится угроза, но я знаю, что он просто боится за меня. Боится, что я снова сделаю что-нибудь… глупое.

Он не хочет, чтобы я испугалась или плакала, я знаю это! Ведь он любит меня… по-своему.

Как только за ним закрывается дверь, я, не раздумывая, открываю маленький замочек на рюкзачке, засовываю туда руку и вытаскиваю… Боже… блестящий набор мелков и маленький альбом для рисования, перевязанный ленточкой.

— Рари… не забыл… — всхлипываю еще сильнее я, прижимая его подарок к груди.

Рагнар

Я отдал Эсфи в ублюдские руки Когана, которые мне хотелось сразу же ему отрубить. Но олененок вряд ли простит мне убийство отца. Это не тот проступок, который можно загладить цветными мелками и новым альбомом для рисования.

Внутри все сжалось в мертвой хватке тоски, грудь ныла так, словно я вырвал собственное сердце и оставил его вместе с ней.

Демоны, терзавшие мою душу, издавали звериные вопли, но я пытался держаться ради нее. Мне нельзя было оглядываться… потому что, клянусь, даже мимолетное прикосновение ее Андреа к ней выворачивало наизнанку, словно я выпил литр кислоты. Невыносимо!

«Нельзя ее никому трогать!»

«Верни!»

«Посмотри, как она плачет из-за тебя, придурок!»

Я сделал все, что было в моих силах. Теперь ее окружали мои люди, система камер наблюдения доведена до совершенства. Я имел к ней полный доступ и в любое время мог посмотреть, чем занимается Эсфи. Хотя бы так… издалека.

Конечно, я не рассчитывал, что этих мер будет достаточно! Карамзановы не из тех, кто бросит начатое дело. Клан будет мстить и нам из-за невыполнения задания, и отцу Эсфи. Поэтому я разберусь сначала с ними, а потом и со всеми другими тварями, которые попытаются посягнуть на Эсфи.

Пусть меня не будет рядом, но я хотя бы обрету призрачное спокойствие, зная, что она, наконец, счастлива в родном доме. И она обязательно станет счастливой. Сеансы с Эстер были одним из моих обязательных требований. Лучшего психолога для нее мне не найти, особенно того, кто посвящен во все наши темные, кровавые секреты.

Эстер была нанята Тайроном почти сразу после того, как его жена, Фрейя, усыпила его и сбежала. Наверное, думал: раз уж его докторша-психиатр так его торкнула, то и нас смогут вылечить. Но это такая х…я!

На самом деле никто из бойцов в эту чушь не верил, хотя и ходили на сеансы, стиснув зубы, по приказу. Какое, к черту, психическое здоровье могло быть у киллеров, чьи мозги методично ломали во время пыток, тренировок, посвящения, а затем и во время грязных, кровавых заданий? Но хозяину никто не мог и слова сказать. Сразу бы вынесли вперед ногами.

Звонок от Арса меня отвлек от мыслей.

— Да.

— Рагнар, жена хозяина пропала, он экстренно собирает всех в клубе. Ты закончил свое дело?

Самое время кого-нибудь пришить! Мне отчаянно необходимо было утихомирить вопящих демонов внутри, прежде чем они разорвут меня на части.

— Закончил.

— Тогда мы ждем через полчаса. Арман ее похитил.

— Его давно уже нужно было замочить!

Ещё за перестрелку в Мираже! Это была подстава, которую никто не ожидал. Арман вёл очень опасную двуличную игру, одновременно и помогая, и подставляя моего хозяина. Чёртов кретин!

— Сеансы с Эстер возобновишь сразу после этого.

— Арс…

Знаю, что дал ему слово, но… мне сейчас вообще не до копания в голове. Наоборот, я старался закрыться от того, что шепчут демоны. А если она будет задавать вопросы… всё всплывёт, и я не смогу себя контролировать!

— Это не обсуждается, Рагнар! Ты пойдёшь! Я лично буду контролировать начало приёма и конец, только попробуй пропустить хоть одну встречу!

Я резко повернул направо и заметил в зеркале заднего вида две тонированные машины, преследовавшие меня. Выругался вслух и резко вдавил педаль газа в пол.

— Что⁈ Ты ещё и недоволен? Я спас твою задницу, а ты…

— Арс, за мной хвост.

Стекла опустились, и одновременно с двух автомобилей высовываются по две башки с пулемётами.

— Сатан рядом, он поможет со своими ребятами, это по-любому люди Тараса.

— И с каких это пор мне нужна нянька? — я делаю маневры по дороге, чтобы минимизировать попадания в машину.

Арсений так делал, чтобы присматривать за новобранцами! Возмутительно!

— С тех пор, как ты начал ослушиваться приказов! Постарайся не сдохнуть!

— Уж постараюсь! — я съехал с главной дороги в сторону заброшенных промышленных районов.

Эти идиоты даже не удосужились изучить наши машины. С такого расстояния броню автомобиля не пробить! В колеса они вряд ли попадут. Им понадобится…

— Вот же… — Я увидел, как они достают гранатомёт.

Резко свернул налево и встал носом вперёд к ним.

Две преследующих машины резко затормозили, чтобы избежать столкновения. Спокойно вышел, сразу оценивая их количество и вооружение. Подготовились лучше, чем в прошлый раз, но всё равно недостаточно хорошо.

Если Сатан где-то рядом, то я им сочувствую. Этот больной псих взорвёт их к чертям собачьим, они даже приблизиться ко мне не успеют.

Шесть мужчин вышли из машин — водители благоразумно остались внутри.

«Ну, хоть чему-то учатся!»

Я сложил руки на груди и, облокачиваясь на капот машины, просто ждал их следующих действий.

— Рагнар Давыдов?

Имена бойцов никому не известны вне клуба. Заказчики не знают, кто будет выполнять их задание. Но как мы с Арсением уже поняли, в наших рядах крыса, которая передаёт информацию обо мне. Даже то, что я ехал назад от дома оленёнка, знали немногие.

Квадратики складываются в моей голове и наводят только на парочку подозреваемых. В бронежилетах и касках, при полном параде… интересно, как они будут выглядеть в следующий раз?

Один из них пересек черту в расстоянии пяти метров от меня, в его бесполезную каску прилетает одна пуля. Не придумали еще такой защиты, которую не смог бы сломать Сатан.

Мертвое тело с глухим стуком упало на землю.

— Не советую подходить.

Они нацелились на меня. Тогда на их груди высветились красные точки. Судя по их количеству, Сатан прихватил всех своих бойцов из команды.

— И стрелять тоже не советую. Чего хотели?

Из одной из машин вальяжной походкой вышел мужчина в дорогом костюме.

— Рагнар Давыдов? — Снова повторил он вопрос, который мне только что так неудачно попытался задать его покойный подручный.

— Кто ты такой? — Вместо ответа спросил я, внимательно прищурившись.

— Наш босс желает встретиться с вами лично, — Уклонился он тоже от ответа.

«Да просто снесите им всем головы! Зачем лишние разговоры⁈»

Я ухмыльнулся.

— Видимо, для этого совершенно необязательно, чтобы я дышал, — с сарказмом спросил я, указав жестом на их игрушечные пистолетики.

— Мы лишь хотели привлечь ваше внимание.

Я ничего не ответил. Мне оставалась непонятна их истинная цель. Мужчина в костюме сделал шаг мне навстречу. В то же мгновение он оказался под прицелом семерых снайперов. Красные точки плотным хороводом сгустились на его груди и лбу.

— Отзови своих людей, — Он достал телефон из кармана и набрал кого-то по видеосвязи. — Поговорите с боссом.

Я сам пошел к нему навстречу, оставляя расстояние вытянутой руки. Он перевернул экран в мою сторону. И я увидел… Карамзанова!

— Задам один вопрос. И ответ на него будет зависеть, доставлю ли я проблем вашему хозяину, Рагнар Давыдов, — спокойным до жути голосом начинал Тарас.

— Даже намек на угрозу опасен в его сторону. Советую не разбрасываться громкими словами и быть крайне осторожным, — предупредил я мужчину.

Он явно переоценил свои силы. За Асмановым стоит целая армия элитных бойцов, способных стереть в пыль не только клан Карамзанова, но и в принципе его страну! Они устроят вторую Хиросиму, если понадобится!

Наступила затянувшаяся пауза, которая действовала мне на нервы.

«Пошли его нахер, и скажи, что девочка теперь наша!»

— Эсфирь Коган должна была быть в моем доме уже сегодня вечером, но вместо своей невесты я получил тела своих людей с оторванными руками, — он еле держался, чтобы не сорваться на рык. — Какого х… вы решили, что можете позволять себе такие выходки? — все-таки сорвался Тарас в конце.

— Девушка останется с нами, как залог защиты.

Карамзанов цыкнул.

— Нет, так не пойдет! Я, конечно, мог бы заморочиться и вырвать её из ваших лап самостоятельно, но это доставит много хлопот. Не получилось по-простому, тогда буду вырезать её клан, а наследнице сначала отправлю голову её отца в качестве наказания, после чего расчленю и её так же, как ты поступил с моими ребятами.

Я почувствовал, как тьма внутри меня поднимается, захлестывая сознание.

— Только посмей!

— Это не предупреждение, это объявление начала войны, Рагнар!

Не успел он закончить фразу и сбросить вызов, как я машинально вырубил мужчину, державшего телефон. Остальное как в тумане. Кровь, крики, взрыв…

Они снова на воле. Демоны полностью овладели мной.