Киллер. Никому не отдам

Глава 39

Рагнар

Сердце ёкнуло, когда я услышал отчётливый всплеск воды, возвращаясь к Эсфи. Только её на месте не было.

В голове мгновенно возникает чудовищный образ: Эсфирь тонет в воде.

Бросив все полотенца, я несусь на этот звук. Паника, холодная и всепоглощающая, несёт тело впереди ног, я чуть не спотыкаюсь на ступеньках, проскальзываю на мокром покрытии, где нет дорожек.

— Эсфи! — раздирающий внутренность крик срывается с моих губ, когда я вижу её мутный тонущий силуэт в море.

В несколько широких шагов достигаю платформы для купания и сразу ныряю щучкой.

Моя маленькая жена не умеет плавать. Почему она меня не дождалась⁈

Тёплая солёная вода обволакивает тело, открываю глаза, игнорируя жжение слизистой, и плыву к ней глубже.

Кислород в лёгких заканчивается, давление давит на перепонки и виски, но я упорно следую за ней.

Метр, ещё один и ещё. Вода выталкивает меня на поверхность, хоть я и сопротивляюсь.

— Эсфирь! — зову её сорвавшимся голосом. — Это моя вина! Чёрт! Это я виноват!

Её могло унести течение в другую сторону, пока я плыл вниз. Здесь очень неспокойные воды.

— Хозяин? — окрикивает меня Касито, видя меня в воде.

— Моя жена упала в воду. Найдите её! Ищите все! — прошу я в полном отчаянии.

С соседних яхт бойцы начинают падать штабелями в воду, подплывая к нашему судну.

Я забираюсь обратно наверх в надежде увидеть хотя бы пятнышко, но ничего не видно даже под светом фонаря. Бойцы не прекращают нырять даже тогда, когда минуты превращаются в часы, их тела расцвечивают тёмную гладь воды, их глаза напряжённо ищут хоть малейшие признаки жизни, хоть слабое движение.

Я отказываюсь верить в то, что её потерял, мечусь по палубе, вырывая на себе волосы.

— Хозяин… — зовёт меня Касито, набравшийся смелости подойти первым.

— Не смей! Не смей мне ничего говорить! Ныряйте глубже, чёрт возьми! Переверните всё море, если потребуется, но найдите мне мою жену!

Я не могу дышать, грудь сдавливает, когда я осознаю, что уже поздно. Даже если мы её найдём, то это будет просто тело. Не моя Эсфи, а лишь безжизненная оболочка!

Воздух вокруг становится густым, как вода. Каждый глоток обжигает лёгкие. Перед глазами вижу лишь её. Её улыбку, её смех, её глаза, полные жизни.

Всё это потеряно навсегда. Потеряно из-за меня. Из-за моей невнимательности.

— Это моя вина! — сдавленно мычу я, упав на колени от безысходности.

Горло сжимается так, что я не могу внятно произнести слова. Только беззвучные мольбы вырываются из груди, обращаясь к небу, к морю, к кому угодно, кто может услышать и помочь проснутся от этого кошмара. Такое ощущения, что я горю в аду!

— Хозяин, — рука Касито ложится мне на плечо. — Дайверы сейчас будут погружаться, по приборам сказали, что что-то нашли… — сообщает боец.

Я вытираю лицо, смахивая слезы, и поднимаюсь на ноги.

— Лучше б я сдох! — все, что угодно, лишь бы не видеть ее мертвой.

Как только представляю ее тело, бледное и безжизненное, блуждающее в темных глубинах, то внутри все разъедает, превращая в безвольного паралитика, но при этом ощущается дикая боль. Она хуже, чем физическая, нещадно пронзает каждую клетку моего тела. Я чувствую себя виноватым, ничтожным, недостойным ее.

Время все идет. Каждый миг пытка. Я жду. Жду новостей. Жду чуда. Или подтверждения худших опасений. Я не могу больше стоять, опускаюсь на колени, прижимая ладони к вискам. Голова гудит, в ушах стоит звон. Я слышу лишь биение своего сломанного сердца.

Внезапно, через несколько часов, раздается крик. Один из бойцов, тот, что был ближе всего к дрифтующей яхте, дал сигнал, чтобы остальные помогли дайверу, который держал в руках обнаженное тело.

Сердце вновь бешенно забилось, но на этот раз с новой волной страха. Страха увидеть ее мертвой.

Я наблюдаю, затаив дыхание. Каждый сантиметр, который он преодолевает, сводит меня с ума. Мои бойцы помогают затащить на платформу ношу, облаченного в гидрокостюм.

Кто-то даже сразу накрывает голое тело полотенцем в знак уважения к моей жене. Но я до самого конца отказываюсь верить в такой исход. Даже розовые волосы не становятся для меня аргументом, пока я не подхожу ближе.

— Олененок… — шепот срывается с моих губ, едва слышимый даже самому себе.

Колени подгибаются сами собой, когда я тянусь к неподвижному плечу, чтобы повернуть ее к себе. Убедиться, что это действительно она.

Мои пальцы касаются кожи, неестественно гладкой, лишенной того нежного, теплого прикосновения, к которому я привык. Неужели все это по-настоящему, и я ее потерял?

Мои глаза находят ее голубые. Стеклянные, смотрящие в пустоту. Такие красивые, но пугающе… мертвые.

— Моя родная… — сгребаю холодное тело своей жены к себе на колени, прижимая обеими руками к груди.

Мои бойцы, видя мое состояние, отходят, давая мне пространство. Я глажу ее по волосам, лицу, спине, пытаясь почувствовать тепло, жизнь, но ощущаю лишь только прохладу.

— Прости меня, любимая… Умоляю, прости!

Я осторожно отстраняю ее голову, прислоняюсь своей щекой к ее.

— Я не должен был оставлять тебя одну, даже на гребаную минуту!

Беру в ладони лицо олененка и наклоняюсь, чтобы поцеловать в лоб. И тут случайно замечаю под розовыми волосами, там, где обычно нежная линия роста светлый волос, едва заметный шов. Тонкий, почти невидимый, но это точно он.

Я провожу по нему пальцем, пытаясь удостовериться, что это не галлюцинация.

Убедившись, скольжу дальше к шее. Еще один шов, более отчетливый, под линией подбородка.

Я начинаю осматривать её руки и ноги. Они совсем не такие…

Вдруг в моей голове проносится мысль — настолько абсурдная и чудовищная, что страшно озвучить. Но чем больше я смотрю, тем больше деталей не сходится.

Я отшатываюсь от этого тела.

— Нет… Нет, это не она… — трясу головой, будто это поможет избавиться от навязчивого голоса внутри.

Словно мозг шутит надо мной, пытается защитить и придумывает другую теорию.

Злость начинает вулканическим напором подниматься из глубин моего отчаяния. Я перевожу взгляд на бойцов. Их лица полны сочувствия. Наверное, они думают, что я окончательно обезумел.

— Где она? — мой крик разрывает гробовую тишину. — Где. Моя. Жена.

Я отбрасываю чужую девушку в сторону. Она падает обратно на платформу с глухим стуком. Отворачиваю голову, не в силах больше на это смотреть.

— Найдите, б…ь, мою женщину! — тычу пальцем на жалкую копию и кричу на окруживших меня бойцов.

— Хозяин, нам очень жаль, — говорит за всех Касито, принимая на себя мой кулак.

Хруст носа заставляет остальных вздрогнуть и приготовиться к нападению. Должно быть, я выглядел слишком жалко со стороны.

— Я не сошёл с ума! Это точно не Эсфирь. Это лишь её копия. Искусно сделанная копия моей Эсфи.

По их глазам я понимаю, что никто не верит. Может, я действительно пытаюсь оградиться от боли? Снова.

— Срочно найдите мой телефон! — приказываю я, почти рыча.

Мне срочно нужна Эстер! Нужно ей позвонить!

Один из бойцов почти бегом приносит мне сотовый. Я с трудом, дрожащими пальцами, беру его в руку. В этот момент на экране появляется уведомление.

Сообщение от неизвестного номера:

«Твоя жена у меня».

Эсфирь

Сознание с тяжестью возвращается. Я слышу незнакомые низкие голоса рядом с собой. Что-то внутри подсказывает притвориться спящей и прислушаться, как бы ни было страшно.

— Она слишком…

— Кукольная? — заканчивает омерзительный голос мужчины.

— Та девушка, что мы перекроили под нее, мне нравилась больше, — их гогот заставляет вздрогнуть и выдать себя.

— Кажется, кое-кто наконец очнулся и не хочет себя выдавать!

Стук тяжелых шагов становится все громче. Тень ползет ближе и загораживает свет, который на меня падает. Шершавый палец ложится на подбородок и сильно давит на него, заставляя приоткрыть рот.

— Открой глаза, — слышу я приказ.

Я поднимаю свои веки, губы начинают дрожать, как и все мое тело. Не сразу понимаю, что обнажена. Холод пробирает насквозь, но дело не только в этом. Мои глаза встречаются с хищным, впивающимся в самое сердце взглядом мужчины восточной внешности. От него исходит такая жестокость и злоба, что все внутренности сжимаются.

Прикрываю ладонями грудь и подтягиваю ноги к себе, пытаюсь отвернуться, но меня крепко удерживает его рука.

— Эсфи-ирь, — протягивает он с акцентом, выделяя букву «р» моего имени, — моя несостоявшаяся жена, а глаза-то красивые.

Тарас… Это он заказал мое похищение. Это он мешает моему отцу в бизнесе. Это из-за него пострадал мой Рари!

Его большой палец сильнее оттопыривает мою нижнюю губу, заставляя открыть рот шире. Подбородок ломит от этой хватки, я начинаю сопротивляться, оттолкнуть руками, пнуть ногами, что угодно, лишь бы ко мне не прикасались чужие мерзкие руки.

— Не трогайте меня, не прикасайтесь! Я хочу к мужу! Где мой Рари?

— Прекрати, мерзавка! — мужчина легко отмахивается от меня, ударяя размашисто по лицу своей ладонью.

Щеку обжигает, я вскрикиваю, прижимая к ней руки и отодвигаюсь подальше. Слезы катятся градом из глаз, но я стараюсь не издавать лишних звуков.

Где мой Рари? Как я сюда попала?

Помню лишь, как упала в море, было трудно дышать, когда в нос попала соленая вода, а потом просто темнота…

— Мой муж придет за мной, — прошипела я сквозь дрожь, несмотря на свое состояние и страх, который бродил по позвоночнику.

Я полностью уверена в этом. Рагнар меня заберет и не оставит тут никого в живых. Прольются реки крови…

— Наивная ты, Эсфирь, — усмехнулся Тарас, его глаза опасно блеснули в полумраке, словно тлеющие угли. — И твой пока еще живой муж, и твой отец теперь будут плясать под мою дудку.

Карамзанов встает и одним жестом приказывает второму мужчине, все это время стоявшему у двери, уйти.

Теперь, когда мы остались наедине, его присутствие ощущалось как физическое давление.

— Ты — лишь пешка в большой игре, моя дорогая. Фигура, которую я могу легко передвинуть или устранить. Твой отец слишком амбициозен, слишком жаден. Он мешает мне, и я должен был найти рычаг давления, — спокойно объясняет он, расстегивая свои запонки на рукавах.

Мужчина снимает пиджак с плеч, аккуратно вешает на плечики и начинает вытягивать из брюк рубашку, медленно приближаясь ко мне.

Его глаза впиваются в мое тело. Я ощущаю себя ничтожным куском мяса, на который скоро нападут и разорвут на части.

Рука сама по себе тянется к ткани, чтобы прикрыться. Но одно недовольное цоканье заставляет замереть на месте.

— Какая понятливая, мы поладим, если будешь паинькой.

Тарас присаживается рядом и тянется рукой к моей голове. Я вся сжимаюсь и зажмуриваюсь, вновь ожидая удара. Но вместо этого мужчина очерчивает пальцем мой контур лица.

Если бы только у меня был нож…

— Твой отец, как и киллер, думает, что он умнее меня. Думает, что сможет переиграть меня, — его пальцы спускаются к моей шее. — Но я играю не на их жалком уровне. Мои игры намного опаснее остальных, девочка.

Ладонь смыкается на шее, заставляя рыдания все-таки выйти наружу. Он наклоняется, и его дыхание касается щеки. Отвратительным кажется даже его запах.

— Плачь, бойся, скули — это лишь сильнее меня заводит, — его палец до боли давит на вену, которая отчаянно пульсирует.

Я всхлипываю, хлюпаю носом, из горла вырываются взвывающие звуки, но от этого его ухмылка лишь больше растягивается.

— Давно я не трахал таких пугливых. Ты будешь делать все, что я скажу, зверек, — Тарас отпускает мою шею, чтобы провести там языком.

Я отворачиваюсь, откидываясь на твердое изголовье кровати, выворачиваю лицо так сильно, насколько возможно. Руками упираюсь в мужскую грудь, пытаясь отстраниться, но я слишком слаба по сравнению с ним.

— Но сначала нам нужно тебя… подготовить. Ты совершенно не подходишь к моей коллекции, — последнее слово звучит с откровенным наслаждением. Он наклоняется к уху еще ниже, его голос становится тише, но от этого еще более зловещим.

В этот момент дверь в комнату распахивается с такой силой, что едва не слетает с петель. На пороге стоит тот второй мужчина, его лицо напряженно, а в глазах мелькает смесь паники и тревоги.

— У нас проблемы, — тут же заявляет он.

Тарас медленно поворачивает голову, его ухмылка исчезает, сменившись раздражением.

— Что там, Кияр? Ты же знаешь, что я не люблю, когда меня прерывают. Особенно в такие моменты.

— Я извиняюсь, но это… это Рагнар, — как только я слышу имя своего мужа, меня обдает волной тепла. — Его хакер взломал наши системы, он звонит.

Тарас удивлённо приподнимает бровь.

Мой принц меня найдёт, он точно за мной придёт! Он всегда меня спасает! И во снах, и наяву…

— Рари, — шепчу я тихо.

— Заткнись! — гаркает он на меня, замахиваясь.

Я пытаюсь увернуться, но ребро его ладони все же попадает прямо в нос.

— Как этот пёс всё провернул? Как вы позволили ему сделать это? — орёт он на своего человека, направляясь к нему.

По губам начинает течь кровь. Я зажимаю их, чтобы не чувствовать ее металлический вкус.

— Мы пытаемся совладать с ситуацией и разорвать соединение, но он… — Кияр смотрит на экран телефона в руке, и его глаза расширяются. — Видеозвонок, хозяин. Он… он не только в вашем телефоне. Он… — Кияр запинается, и в его глазах появляется страх, более глубокий, чем тот, что он показывал Тарасу. — Он везде.

Тарас выхватывает сотовый из рук мужчины и вновь возвращается ко мне, хватает за волосы, чтобы рывком приблизить к своему лицу.

Я взвизгиваю от боли.

— Давай, повизжи перед камерой, чтобы твой хахаль понял, у кого козырь в рукаве!

Тарас проводит пальцем вверх, и на экране появляется лицо моего мужа. Яростный оскал, налившиеся кровью глаза, сильно сжатые губы… он готов разорвать Карамзанова через телефон, но когда наши глаза встречаются…

— Я знал, что это была не ты… — его рука тянется к экрану, чтобы погладить и успокоить меня, клянусь небесами, я ощущаю это прикосновение на расстоянии. — Ничего не бойся, любимая, я тебя заберу! — твердо обещает он.

— Не разбрасывайся пустыми клятвами, киллер! — Тарас еще сильнее натягивает мои волосы у корней, заставляя снова всхлипнуть.

— Отпусти ее! Я тебе все кости переломаю, тварь, за каждый ее крик!

— Ра-ари, — протягиваю я на всхлипе.

— У тебя нет рычагов давления, Рагнар! Хватит пугать меня своими жалкими попытками, убивая моих людей и срывая сделки, ты власть у меня не отберешь! Этого мало! Слишком мало!

— Ты в этом так уверен?

— Более чем…

Рари кивнул кому-то за экраном, и мы тут же услышали чье-то пронзительное верещание. Не слышала раньше такого звука никогда в своей жизни, но хотелось закрыть уши, а вот Карамзанов, напротив, меня отпустил и дернулся вперед к экрану.

— ТЫ! — зарычал он в динамик. — Только попробуй!

— Видишь, как быстро мы нашли общий язык, Тарас. Уже вечером твоя макака будет у меня на яхте, лично притащишь свой зад и привезешь с собой мою жену в целостности и сохранности, иначе я пущу твою мохнатую на фарш! Лично перекручу вручную на мясорубке, ты меня понял?

Рагнар отключается. Экран гаснет, оставив Тараса и меня в абсолютной тишине. Мужчина медленно поворачивается ко мне, его глаза горят, словно пламя, готовое в любой момент сжечь меня дотла.