Киллер. Никому не отдам

Глава 38

Р агнар

— Через полчаса выходим, — докладывает мне Сатан. Пока я с Эсфи на море в Греции, он со своими снайперами уничтожает последнюю цель — самую близкую для Тараса макаку Тишу. Как ни странно, даже у такого ублюдка, как он, есть слабое место.

— Держи в курсе.

— Звонила? — спрашивает он о своей женщине.

— Я звонил Эстер лишь один раз, и это было еще при тебе, Сатан.

— Отчитаюсь после. До связи, — безразлично бросает он.

Я убираю сотовый в карман, глубоко вдыхаю, глядя на Эсфирь, и мое сердце наполняется нежностью и легкой болью.

Соленый ветер ласкает прекрасное лицо моей жены, треплет ее розовые волосы, принося с собой запах свободы. Отсюда, на берегу, мир кажется иным — спокойным, безмятежным, полным обещаний.

Она сидит на берегу, в нескольких метрах от меня, склонившись над мольбертом. Солнечные лучи играют на ее силуэте, обрамленном морским бризом, и я не могу отвести от нее глаз.

Каждый раз, когда я вижу ее такой, чувствую, как тяжесть битв, которые мы пережили, постепенно сходит с плеч. Она рисует море. Или, скорее, пытается.

Я вижу, как ее рука замирает над холстом, когда мимо проходит семейная пара с ребенком или очередная влюбленная парочка. Ее плечи напрягаются, дыхание становится прерывистым. Только могу представить, что происходит внутри нее… Она пытается не шугаться, но этот страх будто сильнее ее.

Наедине со мной Эсфи ведет себя спокойно, иногда я даже забываю, что она боится. Но стоит нам выйти за пределы комнаты…

Медленно встаю и направляюсь к ней. Сегодня она продержалась дольше обычного. Хватит ее мучить.

Одним кивком отдаю приказ бойцам, которые держат небольшую дистанцию, отводя зевак подальше.

— Красиво получается, — говорю я, подойдя и став рядом.

Эсфи вздрагивает, ее глаза, еще недавно устремленные на море, испуганно смотрят на меня.

— Рари! Ты меня напугал, — шепчет она, и я чувствую укол вины.

— Прости, любимая, — я осторожно касаюсь ее плеча. — Ты так увлеклась. Я не хотел тебя отвлекать, но не удержался.

Она попытается улыбнуться, но получается как-то натянуто.

— Я стараюсь, — она снова переключает внимание на море, но взгляд ее будто рассеян. — Плохо получается. Стоит кому-то пройти мимо, и я сразу…

— Я знаю, — мягко перебиваю ее я. — Это пройдет. Это всего лишь шрамы, а шрамы со временем блекнут. Главное, что ты здесь. Ты со мной.

Я присаживаюсь рядом с ней на песок, так, чтобы мой бок касался ее. Мое присутствие, мое тепло — это то, что может ее успокоить. Приобнимаю за плечи и слегка прижимаю к себе.

— Помнишь, как ты боялась гулять? — спрашиваю я, вспоминая её слёзы и дрожь. — А теперь? Теперь ты здесь, на берегу моря. Ты сама решила приехать сюда. Это большой шаг, Эсфирь. Очень большой.

Она кладёт голову мне на плечо и тяжело вздыхает.

— Я хочу снова верить, Рари. Я хочу доверять этому миру.

— Мы справимся. Обещаю.

Эсфирь

— Давай её тоже сожжём, — предлагаю я мужу, глядя на неудавшийся пейзаж.

Получилось совсем не так, как я задумала. Раньше цвета, которые я видела, так идеально сочетались, а теперь… кажется, я разучилась видеть прекрасное вокруг себя.

Вместо ответа Рари вкладывает мне в ладонь зажигалку. Я тянусь к полотну и поджигаю его. Как только пламя охватывает угол картины, возвращаюсь в объятия мужа, сажусь между его ног и прячусь.

— Эсфи?

— Да, — приподнимаю голову и поворачиваю к нему.

— Посмотри мне в глаза, — его широкая ладонь ложится на мою щёку, — и назови меня по имени.

Я перевожу взгляд с его губ и полностью отдаюсь его тёмным глазам. Они изменились после комы: в них стало меньше пятен и бликов. Будто то, что было там, за гранью, исчезло, и остался только он.

— Рари, — тихо шепчу я, затем тянусь губами к его и целую.

Цепляюсь двумя руками за его плечи и разворачиваюсь, забираясь сверху на своего мужчину.

— Ты обещал мне малиновое наслаждение на паркете в мастерской, — напоминаю мужу его слова. Мне так хочется, чтобы он сделал всё то, что говорил тогда в парке.

— Домой ради такого возвращаться не будем, но вот на яхте можем кое-что попробовать.

Рагнар подхватывает меня на руки, заставляя взвизгнуть от радости.

— Что ты задумал? — смеюсь я, закидывая ему на шею руки.

— Ты будешь задыхаться в сладких муках от моего языка, Эсфи, — откровенно отвечает он, направляясь к яхте.

Его слова заставляют моё тело дрожать от предвкушения, ведь он меня не трогал с тех пор, как вышел из комы. Мы спали вместе, обнимались, целовались, но не занимались сексом.

Как только его нога ступает на палубу, Рагнар одним своим присутствием приказывает всем раствориться. Он укладывает меня на прохладный настил палубы под тенью зонта, а сам направляется к штурвалу.

— Лежи здесь и жди меня, — просит муж.

Послушно откидываюсь всем телом и наблюдаю, как берег медленно удаляется от нас. Яхта мягко покачивается на волнах, унося нас всё дальше от суши прямо к ярким лучам багрового заката.

Вокруг плывут бойцы, они сутками нас охраняют, но держатся на расстоянии, чтобы не мешать. На судне всегда только я и Рагнар.

Через какое-то время ощущаю, как яхта замедляет ход, а потом и вовсе замирает. Лишь легкое покачивание свидетельствует о движении. Рагнар сбрасывает якорь и возвращается ко мне.

Его загорелая кожа блестит на солнце, татуировки переливаются не только темными чернилами, но и искрят от падающих под углом лучей. В этой белой футболке и шортиках мой муж выглядит довольно необычно, и мне все чаще хотелось запрыгнуть на него, чтобы раздеть.

Когда он приближается почти вплотную, я подгибаю колени и отодвигаюсь назад, словно срабатывает какой-то инстинкт, который кричит о том, что мне нужно убегать. Но мне это нравится! Я хочу, чтобы меня Рари преследовал.

— Убегаешь? — с хрипотцой спрашивает он, улыбаясь уголком губ. — Ты же знаешь, что я тебя схвачу.

Рари наклоняется и хватает меня за лодыжки. Осторожно тянет вперед и тут же забирается сверху, подгибает свои ноги и садится, но при этом не давит своим весом на мое тело.

— Попалась! — одним рывком он стягивает через голову мое белое платье, развязывает веревки купальника и отбрасывает в сторону.

— Если кто-то увидит… — шепчу я, завороженная его торсом.

Господи, как прекрасен мой муж!

— Бойцам отдал приказ, а других они тут же выгонят, — шепчет у моих губ он. — Я бы не позволил, чтобы тебя увидели обнаженной! Особенно в моменты оргазма, а они сейчас точно будут!

Мой муж быстро скользит языком по моим губам и отстраняется, чтобы достать из кармана шорт шоколадку. Обычная плитка в синей обертке, только мягкая и какая-то…

— Рари! — то ли удивление, то ли стон выдаю я, когда вязкая теплая шоколадная жидкость течет мне на грудь.

Он вскрыл лишь уголок, а теперь выдавливает растаявшую массу мне на кожу.

— Малины нет, Эсфи, но шоколад ты тоже любишь, — он опускает руку ниже, спускаясь по моему животу.

Мышцы на нем подрагивают под тающей на солнце сладостью, дыхание сбивается напрочь, когда он опускается еще ниже, прямо к моему клитору, и, широко раздвинув мои ноги второй свободной рукой, щедро заливает шоколадом то самое место.

— Рари, — почти пищу я, когда терпеть эту пытку становится совсем невыносимо.

Низ живота скручивает от желания, ноги подрагивают, даже пальчики на ногах подгибаются от нетерпения. Шоколад заканчивается, Рагнар упорно дожимает остатки и облизывает пару капель с пальцев, что остаются на его руке.

— Эсфи…

— Я не боюсь, — сразу же бросаю ему я, ведь уже знаю, о чем он скажет.

Его глаза наполняются смесью нежности и огня. Не отрывая взгляда, он кладет ладонь на ложбинку между грудей и проводит вверх, оставляя коричневые следы на коже до самой шеи. Большой палец ложится на нижнюю губу.

— Тогда сегодня я наконец трахну твой очаровательный ротик, олененок, — он сглатывает, вынимая свой палец обратно, — но только после того, как ты несколько раз кончишь!

От его слов меня просто кроет накатывающими волнами. А когда мои глаза цепляются за оттопыренную ткань шорт в области паха, то губы размыкаются сами собой.

Интересно, какой он на вкус, ощупь? Понравится ли ему? А мне? Я ведь даже не знаю, что делать…

— Я не умею, — вот так просто отвечаю ему я. — Но очень хочу попробовать. Ты меня научишь?

— Мой невинный олененок, — муж целует меня, заменяя палец. — Я тебе все покажу.

Его язык ныряет в мой рот и проходится по небу, я стону от каждого его толчка и хватаю сильнее за плечи. Шоколад липнет к его футболке. Рагнар тут же ее снимает, обнажая свой торс. Его мышцы перекатываются от малейшего движения, завораживая, но я не успеваю полностью рассмотреть: он наклоняется, чтобы снять и шорты, и тут же возвращается ко мне.

От правой груди до шеи Рари проводит языком, натягивая мое тело как струну. Я выгибаюсь навстречу его языку и мычу от ласки.

— Так хорошо… — не знаю, говорю ли это вслух или в своих мыслях, но когда мой муж спускается ниже, слизывая шоколад вместе с мурашками, и захватывает между зубами сосок, то все слова теряются, и я просто забываю как дышать.

— М-м-м, — мурлычет он, отдавая вибрации по моей груди, оттягивает и чмокающе отпускает, чтобы повторить с другим полушарием.

— Рари, — цепляясь за его волосы, протягиваю я единственное, что сейчас могу внятно сказать.

Его щетина приятно колет нежную кожу, этот контраст распаляет еще сильнее. Поцелуй за поцелуем спускается вниз по животу, слизывая вдоль дорожки шоколад, затем ныряет языком в дырочку пупка, и меня просто выворачивает наизнанку. Рагнар ладонями, пытается удержать мое извивающееся тело, чтобы я не препятствовала его языку, но с каждой секундой терпеть становилось все труднее!

— Я больше не могу!

— Это только прелюдия, Эсфи, — смеется тихо он, разводя мои ноги шире в стороны.

Всего на пару секунд наши глаза встречаются, я знаю, что он намерен сделать дальше, от этого еще сильнее ноет мой живот. Шоколад тает, смешиваясь там вместе с моими соками, и Рари жадно слизывает все.

Широкие ладони подхватывают под ягодицы и приподнимают наверх к беспощадному языку, который с каждым разом все сильнее ударяет по клитору.

— Ты слаще любого шоколада, олененок, — говорит он, добавляя ещё и пальцы.

Натягивая меня на них, Рагнар доводит до самого края, но когда я уже готова взорваться в оргазме, замедляет, чтобы эта волна затихла. И в последний раз, когда не выдерживаю, снова ловлю этот чистый экстаз, пальцами тяну его за волосы, подталкивая к самым чувствительным точкам, и получаю желаемое.

— Рари… — бедра сотрясаются от сладких судорог, я держусь за него до самого конца, пока меня не отпускает.

Он нежно убирает мои руки со своих волос и прижимается своим лицом к моему животу.

— Ты меня почти изнасиловала, олененок! Но я не против… — пальцем собирает жидкость между ног и отправляет себе в рот. — Ты сильно кончила.

Мне становится как-то неловко. Я использовала своего мужа, чтобы финишировать, и теперь мне немного стыдно из-за этого. Будто в меня что-то вселилось и завладело моим телом.

— Прости… — шепчу, краснея и точно не от жары.

Лучи исчезающего солнца уже становятся не такими кусающими.

Рагнар поднимается на уровень моего лица и приподнимает подбородок, заставляя посмотреть в свои чёрные глаза.

— Никогда не проси прощения за то, что происходит между нами в постели, Эсфи. Я сделаю всё для тебя, всё, что ты захочешь, всё, что позволишь сделать. Поняла?

Молча киваю и растягиваюсь в улыбке, ощущая, как он уже устраивается у меня между ног. Головка касается влажного местечка и легко входит, заставляя мои лёгкие резко выдохнуть.

Он поднимает меня, сажая на себя сверху, облокачивается спиной о бортик и продолжает двигаться подо мной, насаживая. Я начинаю ему помогать, опираясь на твёрдые плечи.

Наши губы соприкасаются, но мы не целуемся. Просто дышим друг другу в рот, приоткрывая его от чувств, что нас переполняют.

— Кончи в меня, Рагнар, — прошу я его, когда уже оба на грани.

Он всегда выходил из меня и изливался на живот или спину, но в этот раз мне хотелось остаться до самого конца.

— Ты можешь забеременеть от этого, Эсфи.

— Пусть, — соглашаюсь я, прижимая его голову к себе сильнее. — Сделай это, прошу.

Рари толкается до самого упора ещё несколько раз, резко укладывает на лопатки и рыча мне в шею, кончает.

— Теперь я не смогу по-другому, — хрипит мне он, упав сверху.

Я нежно обнимаю его руками.

— И не надо.

Мы лежим так какое-то время, когда дыхание выравнивается вместе с сердцебиением, и весь его тела начинает сильно давить, Рари перекладывает меня на себя, а сам ложится на спину.

— Может, искупаемся в море? — предлагаю я.

Он чмокает меня в губы и встаёт.

— Я за полотенцами, дождись меня.

Привстаю на локтях, всё ещё чувствуя лёгкую пульсацию между ногами. Его семя вытекает из меня, впервые Рари кончил внутрь, и это было великолепно. Надеюсь, я скоро забеременею…

Мысль о нашем ребенке греет сердце и вызывает улыбку. Я притрагиваюсь к животу, представляя, как буду вынашивать нашего малыша, и в этот момент, будто вырастают крылья.

Поднимаюсь и иду в кормовую часть яхты, где находится купальная платформа. Солнце уже село, небо покрылось множеством звёзд, отчего вода, казалось, сияла как в сказке.

Я подхожу к самому краю, чтобы опустить ноги в воду и дождаться тут Рагнара. Но ступня соскальзывает у самого борта, я теряю равновесие, отчаянно пытаюсь зацепиться за яхту руками, но не успеваю.