Крепкий орешек под нежной скорлупкой - 2

Глава 17

Постепенно я вживалась в роль молодой мамы. Второй и третий дни были уже более насыщены действиями: дочка опорожнялась намного чаще, а горка из грязных пелёнок росла. Теперь ручной стиркой не обходилось.

Эта проблема легко решалась с помощью стиральной машинки: всего-навсего нужно установить режим на полную загрузку, а затем развесить чистые пелёнки — за ночь как раз высыхали. Ну и глажка с двух сторон, разумеется, — как доктор говорила, и в книжке прописано. В результате у меня вырастало несколько приличных стопочек, которые я разложила прямо на комоде для удобства.

Не знаю, как другие молодые мамы, но я решила следовать по предложенному в той же книжке режиму, которую купила во время беременности. И начинался день, естественно, с подъёма.

Признаться, вставать рано было лень, к тому же я всё ещё чувствовала усталость, но, думаю, это временно. Хотя, что тут думать — конечно, это так.

Дочка сладко спала на боку, подложив маленький кулачок под пухленькую щёчку. Жалко будить, но всё равно сама скоро проснётся, а если приучить её к режиму, то будет всем удобнее. Я осторожно раскрыла одеяльце и увидела мокрую пелёнку. Как ожидаемо! Проведя пальцем по нежной коже, я добилась её движения. Что ж, пойдём мыться!

После ванной я уже привычно отнесла дочку для утренних гигиенических процедур. Как заметила, ей нравилось быть голенькой. Я не удержалась и поцеловала ручки и животик. Смехом это назвать пока нельзя, но восторженный возглас наполнил комнату. Какая прелесть! Но долго принимать воздушные ванны мы не стали, и я надела на дочку распашонку и чепчик, а ножки слабо укрыла пелёнкой.

Настало время кормления. Дочка пока не умела правильно захватить сосок, и поэтому я ей помогала. Пока она кушала, отчётливо чувствовала, как сокращалась матка — природой всё было предусмотрено. Молока у меня прибыло очень много — грудь стала невероятно большой и тяжёлой. Пока я прикладывала дочку к одной — другая тут же распиралась, иначе никак не сказать, и приходилось даже сжимать её, чтобы не потекло молоко. Впрочем, оно с лихвой лилось из первой. Дочка не всё заглатывала, и мне приходилось подкладывать полотенце.

Прошло не так уж много времени, но я примерно заметила, когда она опорожнялась, и один из таких моментов — сразу после кормления. (Правда, не всегда). Для этих целей у меня под ногой стоял тазик, над которым я постепенно приучала дочку к «горшку». Эту идею многие подсказывали, и мне она понравилась — меньше грязных пелёнок и попка чистая.

С нескрываемым удовольствием я отметила, что после купаний дочка посветлела и теперь стала похожа на розового херувимчика.

Быть мамой мне понравилось.

Несмотря на то, что я осталась одна (дед Андрей вернулся к работе), успевала всё: и убраться, и приготовить покушать, и отдохнуть — благо длинный сон дочки это позволял. Не знаю почему, но когда кормила её грудью, меня клонило ко сну вместе с ней, и я мысленно называла её своим снотворным.

По этой причине после обеда иногда кормила дочку лёжа. Открыв глаза, я поняла, что время было уже позднее, а Ветроградов так и не появился, и даже не позвонил. Никогда не думала, что с таким нетерпением буду его ждать.

В конце концов, он вообще думает о ребёнке? Позвонить самой и напомнить? Наверняка посчитает назойливой и нахамит ещё. Я осторожно переложила дочку в кроватку, благо она была сухая, и решилась позвонить, но не ему, а подруге.

— Лариса, привет.

Я быстро придумывала какую-нибудь тему, потому как поддалась порыву. Так хотелось пожаловаться на Ветроградова, на его поведение. Поплакать в трубку, наконец. Но… Но смысл? Зачем вешать свои проблемы на других? У каждого своя жизнь. У меня такая вот.

— О, Алёна, привет, — живо откликнулась подруга. — Ну как вы, растёте?

— Растём, — вот и славно, Лариса сама решила за меня. — А у тебя, то есть у вас как дела? — поправилась я, потому как знала, что уже две недели, как Руслан переехал к ней жить.

— У нас всё хорошо, — чувствовалось, как она буквально сияла. — Сегодня купили огромный плед: такой пушистый и мягкий! Вот, сидим вместе с Русланом, греемся, — засмеялась она.

— Алён, привет! — послышался басистый голос господина полицейского.

— Привет, Руслан! — ответила я, радуясь, что у подруги на личном фронте всё хорошо.

— Ну, давай, рассказывай, на кого дочка похожа? Сколько вы весите, рост там и все параметры, — Лариса задавала, ставшие уже привычными, вопросы.

— Похожа, естественно, на меня, — беззлобно фыркнула я. — Вес — три с половиной килограмма, рост — пятьдесят три сантиметра, по шкале Апгар — семь-восемь баллов. Так что всё у нас хорошо — мы красавицы!

— Ай, как я хочу поскорее увидеть твою малышку! — подруга, не скрывая эмоций, буквально визжала. — Кстати, как вы её назвали?

— А-а, эм-м…

Вот и больная мозоль! Лариса видно поняла, что я не хотела, чтобы Руслан слышал наш разговор, а потому после непродолжительного молчания услышала звук закрывающейся двери.

— Всё — я ушла на кухню, так что давай, колись, что у вас ещё произошло. В последнее время, мне кажется, что у вас более-менее тихо было.

Ах, подруга, если бы это было так! Хотя, в целом, конечно, спокойнее, но миром во всём мире и не пахло.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Да ничего не произошло, — с горечью призналась я. — В том-то и дело, что ни-че-го! Вот совсем. «Господин» Ветроградов не соизволили удостоить нас своей чести, — почувствовав, что голос вот-вот дрогнет, я укусила свои губы.

— В смысле?

— В том самом, что Ветроградов после родов ни разу не возвращался домой, — было очень обидно. Комок всё же подступил к горлу. — Знаешь, честно говоря, думала, что смогу его не ненавидеть. Тем более, он мне так помог, когда я рожала. Я не говорила тебе, что он у меня роды принимал? — я решила перевести тему в это русло.

— Нет, — растерялась подруга. — Прям всё-всё?! Вау!

— К счастью — нет, — нервно хохотнула я. — Непосредственно дочку принимала Пелагея Витальевна, но Ветроградов был рядом всё время.

— Требую подробности, — настояла Лариса.

Без особой радости я рассказала ей тот самый день где-то вкратце, а где-то в подробностях. Но главный акцент старалась делать на положительных моментах. Лариса всё охала и ахала — ну да, подобное не с каждой может приключиться. Ну, я и сама не ожидала.

— Слушай — ты молодец! И Кирилл, между прочим, тоже.

— Да, я знаю, — и это действительно так. Без него не знаю, как бы всё выдержала — это факт.

— А насчёт того, что домой не возвращается: так может он на работе?

Наивная и оптимистичная Лариса!

— Я бы поверила в это, если бы не знала его привычки, — вздохнула я. — Более, чем на сто процентов уверена, что он где-нибудь (хотя известно где) «празднует».

— Слушай, я понимаю, что твой Кирилл…

— Он не мой!

— Нет, теперь — твой! — твёрдо высказалась подруга. — Так вот, твой Кирилл, может, и не самый лучший человек на свете, но давай думать, что у него серьёзные причины для этого.

— Увы.

Не удержавшись, покачала головой: как бы хотела в это верить. Но я реалистка. А может пессимистка?! Никогда таковой не была, а тут что-то вдруг засомневалась. Прижав телефон плечом к уху, я перевернула дочку на другой бок и машинально покачала кроватку.

— Ладно, разберёмся.

Лариса вдруг замолчала, и я фоном услышала, что вошёл Руслан. О чём они говорили, я не слышала — подруга закрыла динамики. Я уж думала, что забыла про меня, как вдруг она заговорила:

— Алён, тут такое дело, — Лариса немного замялась. — Руслан говорит, что видел Кирилла вчера в «Небесных волках».

— Вот! А я о чём говорила! — не удержалась я, раздражаясь.

— Говорить можно одно, а факты могут быть другими. Вот скажи, что про отсутствие Кирилла говорил сам Андрей Владимирович? — Лариса явно темнила.

— Да ничего, собственно, — растерялась я. — Ну… что работает допоздна и там же остаётся.

— А если это так? — Лариса глубоко вздохнула. — Просто подумай, что это действительно так.

— Учитывая его вчерашнюю «работу», — не удержалась я от комментария.

— Алёна, — в трубке послышался голос Руслана. Похоже он забрал телефон у Ларисы. — Я не собираюсь вмешиваться в ваши бабские дела, но просто попытайся понять Кирилла, — а я и его самого не понимала. — Оно, может, для вас, женщин, и нормально, но… Блин… Ты… — чувствовалось, что парень пытался подобрать приличные слова. — Короче, не каждый мужик может выдержать присутствие при родах, а Кирилл принимал в них непосредственное участие, как я понял. Ты уж извини, но стресс бывает и у мужиков. Не только у вас, женщин.

Я была просто в шоке. Что? У Ветроградова стресс?! Серьёзно? Голова отказывалась работать. Непостижимо. Это что же получается, что Ветроградов переживает? Вау! Я невольно скорчила рожицу.

— В общем, он сейчас просто тупо пьёт.

Мне теперь радоваться от такого заявления? Что он не кутит с девками, а просто пьёт? А может с горя? Я невольно про себя хохотнула. Ну что не пацан родился, а девочка? Может он и из-за этого расстроился?

— Ты меня «утешил».

— Да ладно тебе, — тепло сказал Руслан. — Ты там не горячись лишний раз. Постарайтесь как-нибудь ужиться. Кирилл в целом неплохой парень. С заскоками, не без этого, но в целом хороший. Я тебе не говорил, но знаю достаточно давно. Друзьями мы не были, но… дай ему шанс.

— Да, Алёна! — крикнула в трубку Лариса. — Всё у вас будет хорошо! Ведь у вас теперь такая хорошенькая девочка. Я прям чувствую это! Так что мы с Русланом держим за вас кулачки. Давай, подруга, не унывай.

Какие же хорошие у меня друзья! Я и сама хочу верить в это. Ладно, пусть будет как будет. В любом случае, я теперь не одна!

Попрощавшись, взглянула на часы. Ух, ты ж! Долго же мы болтали, время купания прилично задержалось, и я поспешила приготовить ванну, но заметила, что приехал дед Андрей, а потому быстро спустилась поприветствовать его.

— Деда, ты сегодня поздно, — чмокнула я его в щёку, вешая куртку на плечики.

— Дела, дела, дела, — приобнял он меня и потёр усталые глаза.

— Кушать будешь? Я щи сварила, — предложила я, следуя за ним в гостиную.

— Нет, спасибо, — отказался дед Андрей.