Крепкий орешек под нежной скорлупкой - 2

Глава 7

Вот только пошлости мне сейчас не хватало! На моё счастье место Ветроградова заняла Лариса — вот с ней я с удовольствием фотографировалась, потом с остальными подругами и друзьями, ну и ещё несколько раз с Ветроградовым, правда уже на общих фото.

Уже потом, рассматривая все эти снимки, находила их очень профессиональными, а самое главное — на всех на них я выглядела очень хорошо. Даже когда нос воротила от Ветроградова. Но Элеонора выбрала особый ракурс, и всё выглядело совершенно противоположно.

— Ты что: фотографиями занимаешься? — спросила я её, когда мы всё же пошли в хоровод.

— Ну не то, чтобы занималась. Просто для работы нужно было. Клиенты хотели видеть заранее, да и не у всех время было. Так что пришлось научиться. А так, я ещё в школе ходила на фото-кружок. Скажем так: я любительница остановить мгновение.

— Эля, а ты не думала сменить профессию и стать профессиональным фотографом? — поинтересовалась Лиля, на что получила отрицательный жест головой и хитрую улыбку. — Я тоже увлекаюсь фотографиями, но папа всё никак не купит мне профессиональную камеру.

— Открою тебе маленький секрет, — игриво приложила палец к губам Милана. — Я видела не так давно, как он выходил с небезызвестной покупкой. Думаю, на день рождения тебе подарит. Но только я тебе ничего не говорила!

— А-а-а, как здорово! — Лиля бросилась на радостях сестре на шею.

— Ага, а мы ничего не слышали! — рассмеялись мы.

Мы ещё много о чём болтали, позабыв про наших парней, и вспомнили о них, лишь только когда раздались странные звуки. Поискав глазами, не сразу увидели, где они, но картина предстояла не из самых приятных: за негустыми кустарниками была драка.

Сердце пропустило удар, когда я увидела, как сцепились Олег и Кирилл. Они то что-то выясняли, не стесняясь в выражениях, то толкали друг друга. Я с ужасом посмотрела на остальных парней: те стояли рядом, но не вмешивались. Надеюсь, что алкоголь не затмит разум и кровопролития не будет.

Как же я ошибалась!

Олег сделал резкий выпад и ударил Ветроградова по челюсти, но тот устоял и, более того, не остался в долгу, нанося удар в голову, после которого мой друг упал на землю.

— Ах! — испуганно выдохнули мы, девушки.

Но на удивление (хотя чему удивляться: Олег — крепкий орешек) он поднялся и совершил серию ударов в корпус Кирилла. Хоть последний и бахвалился, но мой друг обладал недюжинной силой, а потому как минимум трещины на рёбрах были обеспечены. Сам же Ветроградов не торопился, в основном ставя блоки, но выгадывал открытые места Олега и благодаря длинным рукам наносил ответные удары.

Это было жестоко.

Я никогда не видела уличных драк, а уж с участием своих близких… Вообще-то, было пару раз, когда мальчишки дрались на заднем дворе школы, но то было всё не так, а сейчас… Я боялась, что они убьют друг друга.

У обоих были рассечены брови, а светлый костюм Ветроградова покрылся алыми пятнами, но на это никто не обращал внимание. Превосходство одного сменялось другим, и наоборот. В перерывах они ругались, но я мало что понимала — так переживала за Олега!

Глупый, он часто лез на рожон. Неужели не понимает, что весовые категории разные? Ветроградов в разы превосходил Олега в габаритах.

— Господи, да прекратите же вы! — не выдержала я и бросилась их разнимать.

— Алёна, не лезь! — Тимур обхватил меня за плечи, а я со слезами на глазах возмутилась:

— Тогда почему ты не разнимешь их?! Ты посмотри, что они делают! — я трясла друга за рубашку и била его в грудь.

— Пойдём отсюда, — Тимур насильно уводил меня в сторону, а я всё сопротивлялась. — Не нужно тебе на всё это смотреть.

Он заслонял обзор своим телом, не давая мне выглядывать. Однако я увидела, как Олег далеко отлетел в сторону. Ветроградов нагло наступал на него и бил уже сверху.

— Кирилл, перестань! — кричала я. — Пожалуйста, перестань!

Я не понимала, почему никто не помогает Олегу? Как вдруг Руслан вступил в драку. Его сильные удары свалили Ветроградова, но тот быстро поднялся и вновь ринулся на противника. Это же просто смертоубийство какое! Однако, видимо Ветроградов сегодня был в ударе — он не давал спуску никому, и даже крепкий Руслан получил серьёзные удары.

Громкий победный рык раздался на поляне возле озера.

Женя, молча гладила меня, успокаивающее, с испугом поглядывая на своего парня. Я знала, знала, что эта свадьба — плохое дело. Не нужно было на неё соглашаться.

— А-а-а!

Олег наконец поднялся и бросился на Ветроградова. Он бил его с такой невероятной мощью и напором, что страшно было смотреть, и я, не выдержав, отвернулась, рыдая.

— Я убью тебя, сволочь!

Ноги не держали, и я присела на лавочку, обхватив живот — сбоку покалывало. Меня увели к дому. Пелагея Витальевна быстро уложила меня на кушетку и дала успокоительное. Дед Андрей выругался и бросился к озеру, но так и остановился у ворот — навстречу все возвращались.

Настроение было испорчено. Девушки суетились возле своих парней, вытирая грязь и кровь, а Пелагея Витальевна подошла к Ветроградову и отвесила ему звонкую пощёчину. Не сказав ни слова, она забрала своих девочек и уехала. Вслед за ней и другие собрались.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Мы тоже поедем, — чмокнув меня в щёку, извинилась Милана, но я успела перехватить её за руку.

— Почему? Что случилось, ведь всё же было так спокойно! — шепотом спросила я. Подруга вздохнула и, наклонившись, также тихо ответила:

— Олег всё узнал.

Ночь. За окном тихо пели свою песню сверчки, остывший воздух скромно колыхал занавеску, проникая в комнату. Вроде бы всё хорошо.

Нда. Только грустно получается.

Полночи я провозилась в постели. После ухода последних гостей Ветроградовы на удивление не стали устраивать разборок, да мне, если честно, и не до них было. Скорее всего, из-за того, что Кирилл попросту сбежал от них. Из головы не уходил последний взгляд Олега: полный обиды и сожаления, а ещё укора и сочувствия.

«Прости меня».

Друг стоял передо мной постоянно, лишь только я закрывала глаза, а потому вот уже сколько времени таращила их в темноту. Но толку? Видение Олег не исчезало — словно въявь присутствовал.

Устав ворочаться, я решила выйти прогуляться. Хотя, слово не совсем то. Правильнее сказать — воздухом подышать. И не сказать, что в комнате душно было. Нет. Просто находиться в четырёх стенах было невыносимо.

Накинув на плечи тонкий палантин, я вышла на улицу и прошлась вглубь сада. Туда, где пара сосен была обнесена невысокой площадкой на манер широкой лавки, и где всегда лежали подушки. Это излюбленное место деда Андоея стало и моим. В свободное время мы играли с ним здесь в шахматы и нарды.

Поначалу я только наблюдала, как дед Андрей играл со своими приятелями: Егором Петровичем (вполне приличным мужчиной, который иногда приходил со своим сыном-подростком) и Иваном Игнатьевичем (заядлым курильщиком и неисправимым бабником — и как только его жена терпит?). Однажды, ради шутки они предложили мне сыграть с ними, объяснили правила и…

В общем, зря они это сделали — моя логика не поддавалась их пониманию. А как они поражались, когда в обход их хитроумным планам, я умудрялась выигрывать. И тут не дело в правиле «новичкам везёт», а в… Да я и сама не знаю. Просто так получалось. Но в шахматах я была действительно серьёзным соперником.

Присев на край деревянной скамьи, я немного отвлеклась, однако образ Олега вновь стал преследовать меня. Не знаю, как так получилось, но с ним мы были очень близки. И дело не в том, что сидели много лет за одной партой — у нас была какая-то особая связь понимать друг друга с полуслова, самая настоящая дружба между мальчиком и девочкой. И даже недосказанные отношения в более старшем возрасте не испортили их — мы делились всем. А тут я, получается, обманула. Да как!

Сорвав тонкий цветонос близ растущей травы, я в задумчивости засунула его в рот и несколько раз надкусила.

А что он хотел? Чтобы я пришла и сказала: «Привет, Олег. Меня один м*** изнасиловал. Надери ему задницу»?

Какое счастье, что он не видел меня тогда, в то самое время, в том моём состоянии. Не знаю, чем это закончилось бы, зная характер парня, и сегодняшнее поведение тому подтверждение. Даже видя, что со мной сейчас всё хорошо. Ну как бы. По крайней мере внешне.

Правильнее было бы ему рассказать всё при встрече, только не знаю — сейчас или чуть позже? Сердце внезапно ёкнуло: а кто ещё узнал? Неужели тот чёрный день моей жизни стал известен всем?.. А стыдно почему-то мне.

Слёзы обиды одинокими редкими каплями скатывались по моим щекам. Я так устала от всего, так хотелось спать и ни о чём не думать, но всё вновь и вновь прокручивалось в моей голове. Подогнув ноги, я легла на подушки и прикрылась палантином.

Надо прекращать себя истязать — всё равно уже ничего не исправить. Что случилось, то случилось. Я медленно моргала, устало взирая на тёмные кроны, среди ветвей которых начинали петь ранние пташки — стало быть, скоро начнёт рассветать. Сон всё же понемногу стал смаривать меня, как на террасе я заметила красный огонёк от сигареты и тёмную крупную фигуру.

Ветроградов? А я думала, он уехал. Это было вполне типично для него. Странно. Очень странно. В последний раз я глянула в его сторону, но на террасе никого уже не было.

— Твой хахаль? — неожиданно рядом раздался голос Ветроградов.

И когда только подошёл? Я ничего не ответила. Оправдываться и тем более объяснять ничего не собиралась. Да и смысл? Он присел у меня в ногах, выпивая прямо из горла бутылки алкоголь. Опасно. Ветроградов в трезвом состоянии не внушал доверия, что же можно ждать от него ныне? Я внутренне напряглась, но допив бутылку и выбросив её куда-то в сторону, он открыл новую и куда-то ушёл, оставляя после себя шлейф перегара. Слава Богу — я осталась одна.