Крепкий орешек под нежной скорлупкой - 2

Глава 20

Он указал на правнучку.

— Дорогая Софьюшка, мы тут все собрались исключительно ради тебя, — дед Андрей немного прокашлялся. — Ни для кого не секрет, что в роду Ветроградовых рождаются только одни мальчики — это был неопровержимый факт. До недавнего времени. И это камень в твой огород, Кирилл.

Я на мгновение заволновалась, невольно вспомнив зачатие дочки. Ветроградов видимо тоже, и у него передёрнулись желваки.

— Но вы посмотрите: какая хорошенькая девочка получилась! — меж тем продолжал дед Андрей. — Самое настоящее солнышко! Предлагаю наполнить бокалы, чтобы наша Софьюшка всегда и всем светила.

Мы все подняли бокалы: кто с вином, а кто с компотом. И приятный вечер начался. Дед Андрей привлекал к себе заслуженное внимание и задавал весёлый тон. Меня хвалили за приготовленный ужин, а я всё стеснялась. Мне всегда казалось, что другие намного вкуснее готовят, хотя, признаться, и самой всё понравилось.

Где-то через час я извинилась и ушла кормить дочку. Внизу слышался радостный смех, хотелось посидеть с друзьями, но я теперь мама, и свои желания нужно отложить на потом.

— Алёна, — в детскую зашёл дед Андрей. — Давай, я её покачаю, а ты иди, повеселись.

— Нет-нет, деда. Всё нормально. Иди сам отдыхай, — с неохотой отказалась я. — Я её уложу, а потом спущусь.

— Не спорь, — он протянул руки и взял из моих правнучку. — Вы молодые. Посидите в своей компании, а мы тут пообщаемся. Правда, моя хорошая? — дед Андрей почмокал маленькие пальчики. — Маме нужно развеяться, а то — ишь, приклеилась к ней, как банный лист, — пошутил он. — Иди, иди, Алёна. Мы тут без тебя разберёмся.

И я ушла, напоследок помахав дочке рукой.

Федюшка много кушать не стал, его больше интересовали игрушки, и Милана спустила его на ковёр в гостиной. Ну, а мы, взрослые, продолжали сидеть за столом, неторопливо наслаждаясь ужином и ведя приятную беседу.

Милана рассказывала о соревнованиях Лили, о том, что Олег поехал вместе с ней, о том, как они после уехали в маленькое путешествие по Европе. Я, признаться, завидовала. Мои друзья постоянно гдё-то колесили: будь то по России или за границей. А я вот нигде не была. Совсем маленькой ездили всей семьёй в Воронеж к папиным родственникам, и только.

После маминой смерти у меня не было с ними никакой связи, да оно и неудивительно. Это хоть и давно было, но я до сих пор помню свою троюродную сестру, что на полгода старше меня, и её слова в тишине ночи: «Мама, а когда они уедут?».

Милана с Антоном тоже много путешествовали, Кирилл рассказывал, что чуть ли не весь юг страны объехал в юности, ну а, став старше, границы его расширились. Мне единственной нечего было сказать. Да о чём я? Даже на пляж редко выбиралась после школы. Вся в делах. Была. А сейчас, вообще, можно об этом забыть.

Настроение незаметно ухудшилось. Это было также связано с Ветроградовым. Я довольно часто ловила на себе его пугающие взгляды, от которых становилось не по себе. Ветроградов, пользуясь тем, что Милана за рулём, постоянно подливал спиртное другу, и они с Антоном постепенно пьянели. Да тот и не возражал. Их шутки становились острее, а смех громче. Милана уже несколько раз пыталась увести мужа домой, тем более Федя устал и начал капризничать, но им, мужикам, всё было нипочём — они отдыхали.

Я уже успела убрать всё со стола, оставив лишь закуски и спиртное, всё перемыла, и мы с Миланой тихонечко болтали, сидя на диване. Мужчины пытались нас пригласить за стол, но мы вежливо отказывались.

И вот, наконец, подруге удалось уговорить своего мужа покинуть наш дом. Она стыдливо убирала его руку со своей попы, когда Антон по-собственнически прижимал её к себе. Это выглядело слишком интимно, словно он хвастался своей женой. Мы же с Ветроградовым стояли порознь, будто чужие. Хотя, по сути, это так и есть. Не семья.

— Ну, давайте, не забывайте нас, — провожал Ветроградов друзей. — Фёдор, слушайся папу и маму, — он погладил на прощание ножку засыпающего ребёнка.

— Теперь ваша очередь, — рассмеялся Антон, обнимая меня на прощание. — Ждём вас в гости.

Наконец, мы распрощались. Ветроградов закрыл дверь, а я пошла убирать остатки со стола.

— Не трожь, — он выхватил из моих рук бутылку с коньяком и налил себе очередную порцию.

— Может, хватит? — я не решалась забрать её обратно. — Ты уже и так много выпил.

— Не твоё дело, — грубо ответил он, залпом выпивая налитое и повторяя заново.

— Как хочешь, — устало ответила я.

Спорить с ним бесполезно, а учитывая состояние опьянения, ещё и опасно. Поэтому, я переложила закуски на одну тарелку и стала домывать посуду.

Ветроградов сидел на кухне и наблюдал за мной. Краем глаза я видела его наглое лицо. Он сидел, развалившись за столом, и подпирал подбородок рукой. Мне было не комфортно. Что на него нашло? Ведь в целом вечер прошёл нормально, весело, я его не трогала. Так чего он? Не выдержав напряжённой обстановки, я нервно вытерла руки и направилась на выход. Однако.

Однако Ветроградов перегородил мне путь вытянутой ногой. Я зло посмотрела на него и обошла с другой стороны. Ветроградов сумел поймал меня за локоть, но мне удалось выдернуть её.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Спокойной ночи, Кирилл.

Сейчас лучше не раздражать его и поскорее скрыться с глаз долой. Как бы не так. Ветроградов резким движением рванул меня к себе и тут же прижал к стене, зажимая запястье. Стало страшно. Я молчала. Просто боялась, что любые мои слова его спровоцируют. Но и это ему не понравилось.

— Что молчишь?

А что сказать?

— Специально решила меня вывести из себя?

Я не понимала. Ветроградов не контролировал свою силу, больно сжимая мою руку, но я почему-то терпела.

— Думаешь соблазнить меня своим платьем?

А что с моим платьем не так? Обычное платье-футляр фисташкового цвета. Без всяких изысков и вычурности. Я была так рада, что влезла в него. После стольких месяцев беременности хотелось надеть что-нибудь красивое, подчёркивающее мою фигуру. Вот только никакие низменные мысли мне и в голову не пришли, когда я его выбирала. С чего он вдруг?

— Думаешь, что можешь возбудить во мне желание? — Ветроградов шипел прямо в ухо. — Да из-за тебя у меня вообще не стоит! — гневался он. — Зря ты это сделала. Я целый вечер сдерживал себя, так что готовься к наказанию!

Ветроградов схватил меня за волосы и впился в губы. Я просто безмолвно плакала. А что могла сделать, тем более с пьяным? Он полностью властвовал надо мной. Так хотелось оттолкнуть его, но где мне равняться с его силой? Поэтому решила поступить по-другому и скользнула свободной рукой по его груди, обнимая за торс. А он на мгновение растерялся и ослабил хватку. Не ожидал? Этого было достаточно, чтобы вырваться и убежать наверх.

Мне не хватило буквально доли секунды, чтобы закрыть дверь в детскую. Ветроградов ворвался и, схватив за шею, утащил за собой наверх к себе. Он пёр, как танк, совершенно не обращая внимания на моё сопротивление. Но тут я ему «помогала». Я уже не думала только о себе. Боясь разбудить деда Андрея и дочку, я лишь вяло упиралась ногами, катясь по гладкому полу в тапочках.

Затолкнув в комнату, Ветроградов сразу же повалил меня на пол. Я слышала, как он расстёгивал ремень на брюках, и беспомощно пыталась найти хоть что-нибудь. Грубо разжав мои ноги, он стал задирать юбку, как мне удалось что-то нащупать. Недолго думая, я стукнула этим Ветроградова. Его голова опустилась мне на грудь, и тут же почувствовала всю тяжесть обмякшего тела.

Я немного подождала, прислушиваясь к ощущениям и его дыханию. Дышал. Слава Богу — не убила. Я искренне была рада. Даже, если бы ему удалось завершить начатое, я не желала ему смерти. Пьянь!

Но, всё же: что на него нашло?

После родов он ни разу не намекнул на возможность нашей близости. Я была ему полностью безразлична. Нельзя сказать, что меня это не радовало, но всё же странно. Он же приставал ко мне во время беременности, да и угроза о том, что мы переспим с ним когда-нибудь, тогда была сказана вполне серьёзно. И теперь, когда мой организм восстановился, ничто не мешало для её выполнения.

Но ничего не происходило. До сегодняшнего дня.

Я мысленно прокручивала прошедший вечер.

«Да из-за тебя у меня вообще не стоит!» — вспомнились его слова.

Это что же означает? Что Ветроградов теперь импотент?

С некой настороженностью я наблюдала за Ветроградовым на следующий день, причём ожидала абсолютно любых нападок, но нет, даже намёки отсутствовали. Да и я не стремилась поднимать вчерашнюю тему, будто ничего не было. Строить из себя обиженную гордость не стала. Просто…

Создавалось такое ощущение, что он не помнил конец вечера, что собственно странно при его-то отличной памяти. На это натолкнул его утренний разговор с дедом Андреем. Во время лёгкого завтрака (после вчерашних посиделок есть особо не хотелось) Ветроградов вёл себя непривычно тихо, медленно ковыряясь вилкойв тарелке.

— К концу месяца к нам прибудет проверка из налоговой. Ты все документы проверил? — без давления поинтересовался дед Андрей.

— Да, у нас всё в порядке. Я как знал, приглашал аудиторскую фирму. Впрочем, что я говорю — ты и сам знаешь, — ответил Ветроградов, так и не поев толком, отодвинул тарелку.

— Разумеется, знаю, — закивал дед Андрей одобрительно, — как и то, как ты ведёшь дела. Но пока не вижу особых подвижек в нашем с тобой соглашении, — подметил он.

— Не так всё просто, — огрызнулся Ветроградов, при этом у него нервно дёрнулся глаз. — Но я выполню своё обещание и без твоих напоминаний.

Я совершенно не понимала о чём они, хотя, меня никогда не посвящали в дела фирмы, да мне это и не нужно. Я редко присутствовала при деловом разговоре Ветроградовых, но в эти редкие моменты не могла любоваться ими обоими. Кирилл вырос в моих глазах, он больше был похож теперь не на беспечного и наглого мажора, а на взрослого серьёзного мужчину.

— Смотри… — многозначительно напомнил дед Андрей и по-отечески потеребил голову внука, на что получил громкое «Ауч!». — Ты чего? — удивился он. — Шишак что ль набил?

— Похоже на то, — ответил Ветроградов и осторожно прикоснулся к больному месту.

— Когда только успел? — без особого интереса прокомментировал дед Андрей и многозначительно посмотрел на меня.

А я что? Я строила абсолютное непонимание, спокойно разливая чай.

— Да хрен его знает. Не помню. Кажется, я вчера неплохо перебрал.

Ветроградов похоже действительно пытался вспомнить, и мыслительный процесс явно активировался. А вот этого бы не нужно.