Любовь до гроба и после

Глава 10

В шикарном особняке мэра меня встретил дворецкий. И встретил, прямо скажем, не очень приветливо — холодным взглядом и чопорными словами:

— Вы кто и по какому вопросу?

Неужели действительно меня не запомнил? Тогда он самое особенное исключение в мире! Обычно меня все запоминают, и надолго. А тут всего какая-то пара дней прошла. Может быть, у него от старости с памятью плохо? Или он обиделся, что я посчитала его убийцей? Ну это было бы совсем глупо. По-моему, каждый дворецкий, когда выбирает такую работу, должен быть к этому готов.

— Я всегда желанный гость в этом доме. — Я гордо вскинула подбородок. — Во всяком случае, господин Персиваль Вестовер именно так и сказал.

— Господина Персиваля Вестовера нет дома, — дворецкий с достоинством выдержал этот удар. — Ему что-нибудь передать?

— Вообще-то я не к нему. Мне нужно увидеть господина Гарета Вестовера.

— Боюсь, сейчас это будет весьма затруднительно. Господин Гарет изволит почивать.

Старик-управитель явно не хотел сдаваться. Надо же, какой обидчивый!

— Ничего страшного, подожду, — легкомысленно прощебетала я и нырнула ему под руку, тут же оказавшись в широком фойе.

Как ни крути, а по части ловкости у некромантов дела обстоят куда лучше, чем у дворецких.

— Вот здесь и подожду. — Я указала на уютненький диванчик и в подтверждение своих намерений на него плюхнулась. — Чай-кофе не надо. А вот господину Гарету лучше бы поторопиться, у меня куча дел, а эта встреча исключительно в его интересах.

Ошалевший от моей наглости дворецкий развернулся и ушел. Что, собственно, мне и требовалось.

Ждать сына мэра мне пришлось долго, добрых четверть часа. Если дворецкий не соврал и Гарет действительно «изволили почивать», это неудивительно. В конце концов, ему необходимо привести себя в порядок перед встречей с дамой.

Однако, когда он появился на пороге, никаких признаков приведения в порядок не обнаружилось. Был он лицом небрит, волосами взлохмачен, одеждой потрепан, а глазами мутен.

— Ты кто такая? — не поздоровавшись, буркнул он.

Да что тут творится? Эпидемия амнезии у всех обитателей дома? Тогда понятно, почему у Домры не складывается личная жизнь. Может, мэр ее просто забыл, а теперь всеми силами пытается вспомнить, кто она такая? Оттого и некоторая холодность образовалась.

— Надо же, «кто такая»! А на приеме красотулей называл, в гости приглашал.

— На приеме? — растерянно переспросил Гарет. — Ну да, не исключено…

По мне прошелся заинтересованный взгляд.

— А ты и правда ничего. Так что хотела? — Мэров сынок плюхнулся в кресло рядом со мной и позвонил в колокольчик. Дворецкий мгновенно нарисовался рядом. — Принеси-ка мне, любезный, водички. А лучше рассольчику. А нашей гостье…

Он посмотрел на меня не вопросительно, а скорее оценивающе, будто бы за меня решал, чем же меня угостить.

— …а гостье ничего не надо, — поспешила сообщить я.

Брать напитки из рук этого престарелого типа — нетушки! Учитывая репутацию дворецких, там вполне мог оказаться яд. А этот еще и зол на меня. Нет-нет, рисковать я не готова. У меня еще расследование не закончено, невеста на чистую воду не выведена. В общем, дел полно.

Рассол в хрустальном стакане был подан незамедлительно. Сделав несколько глотков, Гарет немного просветлел взором и даже повеселел.

— Так что, красотуля, зачем пожаловала?

— Осмотреть место преступления, — выдала я заранее подготовленный ответ.

Конечно, это было неправдой. После того как на месте преступления побывала полиция, а следом за ней — еще толпа народу, рассчитывать на то, что там осталось хоть что-то, достойное внимания, было бы глупо. Но не говорить же ему, что он у меня теперь подозреваемый. Сразу замкнется, на вопросы отвечать откажется, а зачем мне это…

— Ты что, из полиции? — Он покосился на меня недоверчиво.

— Нет, веду частное расследование.

— Сыщик? Вроде этого… Как его… Дариуса Блэка?

— Именно, — подтвердила я с энтузиазмом. — Ты что, тоже читаешь о нем?

— Иногда. Только вот что, сыщица. В твоих любимых книгах очень четко прописано: если частный детектив хочет получить какую-то информацию, он должен быть готов за нее платить. Барменам, подавальщицам, дворецким и просто порядочным людям.

— Это ты-то порядочный? — возмутилась я.

— Неважно. Главное, что без достойной оплаты сотрудничать с частным сыском не желаю.

Я вздохнула. Нравится мне это или нет — а играть нужно по правилам. Достав кошелек, я выудила оттуда пару монет и протянула Гарету. Он залпом допил свой рассол и расхохотался.

— Умножь сумму на сто — и тогда поговорим.

Нет, ну это вообще ни в какие ворота!

— Не хочешь — как хочешь, — равнодушно повела я плечами и сгребла монеты обратно в кошелек. — Тогда у меня есть предложение получше. Это ты умножишь мои монеты на сто и наймешь меня.

— С чего бы вдруг?

Рассол сделал свое дело, и мой собеседник перестал напоминать поднятое умертвие, но соображал все еще туго.

— С того, что ты — главный подозреваемый. Весь город знает, что к тебе приходил какой-то тип за деньгами, а ты обещал, что все уладишь, как только поговоришь с сестрой. Видимо, разговор не задался, раз Мэгги мертва.

— Что?.. — Гарет переменился в лице. — Полиция в курсе?

— Если и нет, то обязательно выяснит. Это же полиция, работа у них такая. Так что в твоих интересах, чтобы я нашла убийцу до того, как они придут тебя арестовывать.

— Ну и пусть арестовывают, — выпалил он. — Я не убивал сестру, так что разберутся и отпустят.

— Ой ли! Смотрю, плохо ты читал книги про Дариуса Блэка. Если бы не сыщики, полиция только и делала бы, что сажала невиновных.

Аргумент, кажется, сработал. Гарет надолго задумался, потом выдал:

— Сама ты плохо читала. Провоцируешь конфликт интересов, работая на двух клиентов. Тебя уже кто-то нанял, чтобы ты расследовала убийство. Кстати, кто?

— Данные о заказчиках я не раскрываю! И… вообще-то, мне еще не заплатили. — Брать с подруги предоплату я как-то постеснялась. — Тебе представился шанс меня перекупить. А что? Каждый крутится, как умеет.

Я нагло блефовала, но у него оказалось нулевое распознавание подобных приемчиков. Немудрено, что он постоянно проигрывает в карты!

— Денег у меня все равно нет. Нанять тебя я не смогу.

— Зато можешь содействовать расследованию. Например, показать мне место преступления.

Он побуравил меня взглядом, вздохнул и сдался:

— Идем.

Вот и отлично, сразу бы так.

Мы прошли в стильный мрачный коридор с высоким сводчатым потолком, украшенным лепниной. Сквозь тяжелые бархатные портьеры едва пробивались лучи солнца, предки Вестоверов словно следили за каждым нашим движением со старинных портретов. Был здесь и портрет Мэгги, повязанный траурной лентой. Да уж, расследовать убийство Алоиса Бурдона было проще… Не в том плане, что дело было менее запутанным. Просто вредный старик и пожить успел, и натворить нехорошего. А смерть этой девушки вызывала у меня горькое сожаление. Зато будет отраднее докопаться до правды!

Пока мы с Гаретом вышагивали к приватным апартаментам для вечеринок, я продолжила допрос:

— А сам ты что думаешь, кто убил Мэгги?

— Муженек ее, естественно. Он главный наследник. Я ему так и сказал: хоть бы подождал чуть-чуть для приличия, а то не успел жениться — и хлоп, коня на голову.

— Хм. — Я вспомнила, как отчаянно новоиспеченный вдовец торговался за комнатушку в общежитии. Богатые наследники так не делают. — Не думаю, что у Мэгги было много собственного имущества. Насколько я понимаю, все принадлежит вашему батюшке.

— Не было имущества? — вскинулся Гарет. — Очень даже было. Она у нас всегда была хорошей девочкой, примерной дочерью. Это я транжира и разгильдяй. Отец боялся, что я, получив наследство, все разбазарю попусту. Вот и оформлял все ценное дарственными на имя Мэгги. Так что она у нас в семье была самая богатая.

Ого, это меняет расклад! Теперь самым подозрительным оказывался молодой вдовец. Слишком удачно для него все совпало, раз — и разбогател.

— Значит, вы с отцом его подозреваете? Поэтому и выставили на улицу?

— Не поэтому! Доказательств-то нет. Из-за бабушкиного домика. Не бог весть какая ценность, но для семьи важная, родовое гнездо. Мы потребовали его вернуть, а этот проходимец заломил такую цену, что отца чуть удар не хватил. В общем, он разгневался и велел Брайсу немедленно отсюда проваливать.

Я уже открыла рот, чтобы задать следующий вопрос, но мы дошли до дверей апартаментов. Гарет отпер магический замок, объявив:

— Осматривай, что тут тебе надо, а я пошел.

И направился к выходу.

— Эй, стой!

Отпускать его было никак нельзя.

— Чего тебе еще? — недовольно отозвался он.

— Ты бросишь меня одну? В темноте? В таком жутком месте!

Я притворилась испуганной, но про себя хмыкнула: стала бы истинная некромантка бояться темноты. Может, еще и покойников бояться прикажете?

К счастью, Гарет этого знать не мог. Мрачно посмотрел на распахнутую дверь, будто за порогом его ждала гильотина, глубоко вдохнул и обронил покровительственным тоном:

— Ладно. Так и быть, пойду за тобой.

Вошел он неохотно, ежась как от холода. Не хочет здесь находиться, совесть мучает? Впрочем, наоборот, считается, что убийцы любят возвращаться на место совершенного преступления, их туда вроде как тянет. Ох, сложно, так сразу и не разберешься…

Апартаменты мало изменились после моего последнего визита. Не то чтобы я досконально запомнила, где что лежало, но в глаза мне ничего эдакого не бросилось. Бар с удобным для лежания ковром под стойкой, четыре изолированных комнатки, уборная и спуск в винный погреб. Он-то, родимый, меня и интересовал.

Мы невольно потолкались на ужасно узкой и крутой лестнице. Не будь она короткой, вполне могла бы служить орудием убийства вместо статуэтки. Один неверный шаг в полумраке, и шею свернешь только так.

— Осматривай. — Гарет поставил на стеллаж переносную лампу, залившую погреб ярким светом. Предусмотрительно он ее с собой прихватил из апартаментов! — Собственно, а что ты рассчитываешь найти?

Ответа на этот вопрос у меня не было. Коня, разумеется, уже забрали. Была робкая надежда обнаружить какую-нибудь улику, которую пропустили доблестные стражи порядка, но стоило взглянуть на чисто вымытый пол, как эта надежда рассыпалась прахом. Все, что не унесли полицейские, вычистили слуги.

— Откуда у вас взялась та злополучная бронзовая статуэтка? — сосредоточилась я на орудии убийства. — И кто придумал поставить ее на винный стеллаж?

— Сто лет ей в обед… — Гарет болезненно поморщился. — Десять так точно. Матушка, счастливого ей посмертия, урвала на каком-то аукционе. За страшные деньги, в приступе азарта. Дома покрутила это страшилище и так и сяк, ужаснулась накатившему на нее покупательскому помутнению да определила в погреб, чтобы с глаз долой. Лучше бы выбросила!

— Конь часто падал со стеллажа?

— Ни разу. Даже не шатался. Стоял годами как приклеенный. Целый и невредимый.

Значит, несчастный случай исключается. Кто-то намеренно взял бронзового коня и опустил на голову бедняжки Мэгги.

— А насколько он был тяжелый?

— Кило десять, — прикинул Гарет. — Не больше.

Такого и я в состоянии поднять… ненадолго.

Высматривать на месте преступления было нечего, и все же уходить я не торопилась, а исподтишка наблюдала за подозреваемым. Ох, как ему не нравилось торчать в погребе, по лицу прямо читалось: скорее бы уйти! Странно, здесь же столько полок, заставленных винными бутылками. По идее, ему должно нравиться. Или он только строит из себя пьянчугу, а на самом деле… Я так и не смогла сообразить, что на самом деле. Для чего человеку нужно притворяться бездельником и пьяницей? Вот и я не знаю.

Однако Гарет развеял мои сомнения. Подошел к стеллажу, придирчиво его осмотрел и вытащил пузатую бутылку, оплетенную в солому.

— Раз уж я тут, — он стряхнул с нее все лишнее, — должна же и для меня быть какая-то польза.

— Гляжу, слуги хорошо прибрались, — отметила я. — Им могло быть выгодно скрыть следы преступления?

— Каким образом? Они не очень-то рвались наводить порядок. Все устроила батюшкина помощница. И славно, а то, знаешь ли, брызги крови и обводка тела мелом навевали некоторые грустные воспоминания.

— Выходит, Илария организовала уборку, — зацепилась я за это обстоятельство. — Она так запросто распоряжается в вашем доме?

— Ну… — Его губы изогнулись в усмешке. — Не так запросто, как ей бы хотелось.

— А как бы ей хотелось? — навострила я уши. — Ты на что-то намекаешь?

— Может быть.

— Так расскажи.

Гарет помедлил, словно сомневаясь, и спросил:

— А что мне за это будет?

Опять он за свое!

— Тюрьмы тебе за это не будет, — напомнила я. — На основе собранной информации я вычислю настоящего убийцу.

— Ну нет, Илария ни за что не стала бы убивать Мэгги.

— Почему ты так считаешь?

Я проявила редкостный профессионализм и вовремя задала нужный вопрос! Но Гарет молча усмехался. Упрямый какой… А мне очень, очень нужно добыть побольше сведений для расследования.

Пока я прикидывала, как его разговорить, раздался громкий щелчок. Бац, и там, где виднелась лестница, выросла запертая створка.

— Какого… — вздрогнула я. — Это чья-то глупая шутка?

Он отставил бутылку в сторону и бросился к двери. Дернул ее раз, другой. Повернулся ко мне совершенно растерянным со словами:

— Кажется, замок сработал…

— В смысле сработал?

— Закрылся. Как еще могут работать замки? — раздраженно проворчал Гарет и покрутил ручку — безрезультатно. — Он забарахлил после проверки полицейскими магического допуска в апартаменты. Надо было вызвать мастеров для калибровки, но сама понимаешь, нам пока не до того.

— Но ты же его сейчас откроешь?

— Не-а… Похоже, мы застряли.

— Не страшно. — Я пыталась бодриться. Перспектива оказаться запертой в погребе мне не улыбалась. — Скоро дворецкий хватится, что мы куда-то пропали, начнет нас искать и обязательно спустится в погреб.

— Вряд ли, — покачал головой Гарет. — Он решит, что мы в моей комнате. А туда старик не сунется, вышколенный.

В комнате? Это такое обо мне думают?!

— Вероятно, кто-то из слуг зайдет достать вино к ужину, — все же не спешила я впадать в панику, — и нас обнаружат.

— Тоже маловероятно, — вздохнул Гарет. — После убийства они боятся сюда заходить.

— Чего боятся? Коня унесли, падать на них нечему.

— Как чего? Мстительного призрака Мэгги. Я объяснял им, что никакого призрака тут нет, без толку. Хм… А вдруг и правда есть? — Он заржал, как натуральный конь, но как-то нервно. — Она нас и заперла…

— Тогда уж тебя, — не удержалась я. — Имеется за что?

Гарет лишь пожал плечами. Сорвал со стены гобелен и невозмутимо постелил на полу, словно это был коврик для пикника.

Я подергала и потолкала дверь, убеждаясь, что мы действительно заперты. Что же теперь делать? Честно говоря, происходящее выбивало меня из колеи. Не планировала я вот так нелепо закончить свои дни! Б-р-р. Таким погребам-убийцам никакие бронзовые кони не нужны, когда можно заморить людей голодом и холодом. Да, холодом… Простояв здесь уже продолжительное время, я явственно ощущала, что температура воздуха располагает к тому, чтобы продрогнуть.

— Садись ко мне, — позвал Гарет. Откупорил бутылку, достал со стеллажа два бокала и наполнил их вином. — Раз мы вынуждены коротать время вдвоем, предлагаю выпить… за знакомство!

Пить с этим типом я совершенно не хотела. Вовсе не считала наше знакомство чем-то выдающимся и достойным распития вина. С другой стороны, мне требуется выведать информацию. Его слова о помощнице мэра очень меня заинтересовали. Возможно, выпив, он наконец перестанет вредничать и превратит намеки в прямой текст. Тем и отличаются настоящие сыщики от простых смертных, что любую, даже самую неприятную ситуацию способны обернуть себе на пользу.