Мажор. Право на ошибку

Глава 13

Платон

Я узнал ее! Теперь понятно, почему меня так плющило в последнее время. Да и сегодня словно какая-то молния ударила в голову, когда увидел девушку в столь необычном образе. Понятное дело, что девчонка просто хотела меня спровоцировать, но я — крепкий орешек. Таким дешевым фарсом меня не возьмешь, но все равно этот маскарад как будто настойчиво твердил:

“Платон, вспоминай! Ты знаешь эту малышку!”

Ну, теперь хотя бы становятся понятными ее мотивы — мстит за то, что много лет назад разбил ее хрупкое сердце.

А сейчас, спустя годы, еще и не узнал…

— Агата… — скорее для себя произношу ее имя, чем пытаюсь обратить внимание всех присутствующих, которые вдруг резко онемели.

Тупо пялятся по очереди то на меня, то на девушку, при этом ни черта не понимая, что же происходит на самом-то деле.

— Не думала, что я так сильно изменилась, — девушка кривится, усаживается назад на стул, а так же прячет кулон назад в декольте.

Изменилась, даже очень, только я молчу в ответ. Черт, сам себя загнал в тупик, и теперь ломаю голову, как же выпутаться из этой дурацкой ситуации. По глазам хозяйки агентства вижу, что разорвет Агату, стоит им только выйти из конференц-зала. Еще бы, какая-то моделька посмела пойти против великой и могучей Аделаиды Ростиславовны Мягчинской.

Я наводил справки — тетка действительно серьезная. Имеет вес и нехилые связи в модельном бизнесе, и переходить ей дорогу опасно. Особенно столь юным созданиям, как Агата.

— Оставьте нас, — спокойно произношу, все так же сканируя насквозь девушку, которая в этот момент рассматривает больную ногу. А после поднимает взгляд на меня, затем по очереди бросает косые взгляды на всех окружающих, и снова я оказываюсь в поле ее зрения. — Наедине, — добавляю, так как никто из присутствующих еще не сдвинулся с места.

— Платон… — начинает Костя, но я его перебиваю:

— Все в порядке, — киваю в подтверждение своих слов. — Нам надо с Агатой кое-что обсудить вдвоем. Без посторонних.

— Очень надеюсь, что без последствий, — юрист хлопает меня по плечу и первым направляется к выходу, подавая всем остальным пример.

Нехотя, все так же недоверчиво косясь в мою сторону, Кирилл, Аделаида и ее помощник следуют за Константином. Одна лишь Агата, кажется, не удивлена моим решением.

Но едва закрывается дверь, и мы остаемся с девушкой наедине, она усмехается, глядя мне прямо в глаза:

— Это лишнее, поверь.

— Думаешь? — приподнимаю одну бровь вверх.

— Уверена, — все так же смеется, а у меня внутри как будто струна натянутая.

Но, глядя на Агату, это самое напряжение немного ослабевает. Не до конца, но все же просвет появляется в этой непростой и довольно щекотливой ситуации.

Я до сих пор не пойму, как мог ее не узнать? Единственную девочку, которая когда-то запала мне в душу. Я даже какое-то время был влюблен в нее, как бы фантастически это не звучало. Чистая, добрая, светлая, слишком наивная — таких больше у меня на пути не встречалось.

“Я подожду, когда ты подрастешь…” — даже несмотря на шесть долгих лет, эта фраза всплывает в памяти, как будто я ее сказал только вчера.

Одно время я был действительно уверен в том, что дождусь. Пока ей исполнится восемнадцать. Она повзрослеет. И мы попробуем…

— Нахрена она тебе нужна?

— Господи, Платон, очнись! Столько девок вокруг, гуляй — не хочу!

— Ты еще скажи, что жениться собрался…

Все вокруг не верили в мои тогда только зарождающиеся чувства, хотя я упорно твердил, в основном самому себе, что они заблуждаются.

Но все равно поддался на провокацию. Прислушался к чужому мнению.

Может, все-таки зря я тогда не поверил…

— Послушай, Агата, — начинаю, но девушка тут же меня перебивает:

— Давай лучше я первая, — делает глубокий вдох, затем резкий выдох, и по глазам видно, что нервничает сильно. Подбирает слова, хочет казаться непробиваемой стервой, но все равно что-то от той наивной девочки в ней все же осталось.

Не верю, что она так сильно изменилась. У таких, как Агата, жизненные ценности и принципы с годами не меняются. Вот не верю, и все тут. Один цирк с вызывающим нарядом чего стоит, хотя многие так и не поняли, что это был обычный крик души.

Такие, как Агата, всегда верят в лучшее. И на жизнь смотрят с оптимизмом, как бы сильно она их не била. Они так и остаются верными себе — хоть в шестнадцать, хоть в тридцать.

— Ну, попробуй, — улыбаюсь одними уголками губ, наблюдая, как девушка пытается взять себя в руки.

— Извини за этот маскарад, я действительно переборщила, — усмехается, немного кривясь, а я в ответ лишь мотаю головой. — Только сейчас понимаю, как глупо выгляжу со стороны. Но, — разводит руками в разные стороны и слегка прищуривается. — Ничего другого в голову мне не пришло, как бы тебя оттолкнуть.

— Так сильно противен? — вопрос вылетает на автомате, и я не свожу пристального взгляда с девчонки.

Впервые в жизни я боюсь услышать “да”…

— Давай не будем о прошлом, — девушка усмехается, но как-то уж слишком печально.

Как будто действительно до сих пор… помнила обо мне. Фантастика какая-то, честное слово, неужели так и не смогла простить, затаив лютую ненависть в сердце?

И теперь просто мстит мне за прошлое…

— Давай о настоящем, — настойчивости мне не занимать, а я сейчас очень хочу узнать правду. — Так противен или нет?

— Противен! — довольно резко выдает Агата, на что я слишком громко произношу:

— Врешь!

— Слушай, я ведь хотела быть культурной, — вспыхивает и пытается встать, но тут же кривится и снова плюхается на стул: — Ай!

— Да сними ты уже эти “копыта”! — звучит, скорее, как приказ, чем пожелание, но девушка все равно трактует по-своему.

— В этом весь ты…

Правда, больше не геройствует, а действительно разувается. Здесь везде ковровое покрытие, а я просто не могу смотреть на то, как Агата страдает. Старая любовь не ржавеет…

Бред, конечно, но я почему-то не могу глаз от девушки отвести. Она изменилась. Сильно. И внешне, раз я ее спустя столько лет так и не смог узнать, если бы не кулон, а ещё внутренний стержень появился. Сейчас, чувствую, начнется — характер-то у девушки о-го-го. Чего только ее фырканье в мой адрес на банкете стоило, а ведь она тогда меня точно узнала. Но какая же выдержка у человека!

“Так будет лучше…”

Интересно, для кого?

— Могу я поинтересоваться, почему ты на меня работать не хочешь? — меняю тему, точнее перевожу в нужное для меня русло, так как молчаливая пауза затягивается. Агата косится на дверь, того и гляди сбежит, ищи ее потом, а я не хочу ее отпускать.

Ни сейчас, ни позже.

Возможно, со временем я пойму, что совершил ошибку. Даже буду жалеть об этом — зачем же так настойчиво девушку добивался. Но именно сейчас… в эту самую минуту… я хочу, чтобы Агата улыбнулась, посмотрела мне в глаза и твердо произнесла:

“Я согласна на тебя работать!”

— Потому что ты — самовлюбленный эгоист! — выдает девушка, не стесняясь, как будто заранее готовилась к провокационным вопросам.

— И это все? — приподнимаю обе брови вверх, провоцируя Агату на эмоции.

А то сидит, кривится и вообще никак на меня не реагирует. Пусть лучше злится, обзывает и… Как говорится, от ненависти до любви всего один шаг. Или один поцелуй.

А может, даже одна ночь…

— Интересно, что еще ты хочешь услышать? — девушка вспыхивает, как спичка, хотя раньше за ней подобного не водилось. Ну, точно изменилась, и это заводит меня еще сильнее.

— Значит, все-таки детские обиды…

— Да плевать мне на обиды! — перебивает меня, продолжая метать искры из глаз в мою сторону. — От слова совсем!

— Не верю!

— А ты поверь! — вскакивает с места, поправляет короткую юбку, а я снова Агату провоцирую, слегка наклоняя голову и вроде как заглядываясь на ее стройные ножки. — Что и следовало доказать! — хватает сумочку, поворачивается ко мне спиной и даже делает шаг в сторону входной двери.

Ладно, пойдем другим путем, раз до сих пор простить мне не может моего побега шесть лет назад. Тогда я видел по ее глазам, что она меня чуть ли не боготворит, и мне это безумно нравилось.

А ещё нравилось делать ей приятное. Просто так. Без каких-либо обязательств. Кстати, впервые в жизни.

Хотя какое, к черту, впервые? Единственный раз… С одной единственной девушкой я чувствовал себя счастливым. Настоящим, что ли. А потом долго и нудно всех своих пассий сравнивал с Агатой.

Фальшивки! Одни сплошные подделки! Просто куклы разрисованные, которые хотят залезть к тебе в кошелек. Им пофиг и на твои чувства, и на желания, и уж тем более…

— Слушай, а пошли в кино? — вдруг резко вырывается у меня, а девушка в ответ останавливается. Даже через кофточку видно, как Агата напрягается в одночасье. Наверное, решила, что ей это просто послышалось.

— Чего?! — медленно поворачивается ко мне лицом, а глаза того и гляди из орбит вылезут, так ее мой вопрос вогнал в какой-то неописуемый ступор.

— Задний ряд, — ехидничаю в ответ, наслаждаясь произведенным эффектом. — Места для поцелуев, — расплываюсь в улыбке на все свои тридцать два зуба, хотя глаз не свожу с Агаты в ожидании новой реакции.

Пальцы сжимаются в кулачки, зубы скрипят так громко, что даже я слышу, а глаза медленно наливаются кровью.

— Ты меня за дуру держишь?

— То есть ты согласна? — продолжаю свои провокации, игнорируя ее глупый вопрос, но тут же мне в ответ прилетает резкое:

— Нет!

— Жаль, — пожимаю плечами, делая лицо таким несчастным, как будто я сейчас лишился миллиона как минимум. — Сто лет не был в кинотеатре.

— Ты хоть знаешь, где он находится?

А вот это уже удар ниже пояса — она меня совсем пропащим считает? Как будто кроме клубов и девок на одну ночь меня больше ничего не интересует?

— Жестоко, — криво ухмыляюсь, так как от Агаты подобного вопроса в принципе не ожидал. — А ты изменилась, — медленно встаю со своего кресла, так же медленно обхожу огромный стол, засовываю руки в карманы (от греха подальше, как говорится) и направляюсь к замершей на месте девушке.

Она смотрит мне в глаза. Практически не моргает. И ждет.

— Не подходи! — выставляет руку вперед, но я игнорирую ее просьбу.

— Почему? — приподнимаю одну бровь вверх, делая очередной шаг.

— Я не стану твоей игрушкой, Платон! Даже не мечтай! Лучше буду полы мыть, официанткой пахать по шестнадцать часов, но с тобой, — Агата запинается, вроде как дыхание переводит. — Никогда!

— А говорила, что детские обиды давно прошли…

— Я разговор ваш слышала! — пауза, на протяжении которой мы не отводим взгляда друг от друга. — Там, на балконе, — добавляет и почему-то начинает пунцовой краской заливаться. — Я за колонной стояла, воздухом дышала, так как плохо себя чувствовала.

— Подслушивала? — усмехаюсь, так как теперь многое становится понятным.

Но самое главное — Агата не сбежала, как я думал тогда, на банкете.

И теперь моя настойчивость рвется наружу, не желая и дальше себя сдерживать.

Не отпущу…

Пока не пойму, нужна ли она мне…