Глава восемнадцатая: Маша

Весь день я кручусь как белка в колесе, делая вид, что не замечаю шушуканья у меня за спиной. Мое кольцо окрестили «неудачной подделкой с алиэкспресс», а меня саму — выскочкой, которая даже не может отличить настоящий камень от бутылочной стекляшки. Будет не очень честно сказать, что мне все равно, потому что обида нет-нет, да и укусит за затылок. Даже не скажу точно, сколько раз хотелось огрызнуться, бросить в ответ какую-то ядовитую гадость, но что это даст? Лучше быть белой вороной, чем серой змеей.

Я бегло смотрю на себя в зеркало, приглаживая футболку, которая мне немного велика. У меня в шкафчике всегда есть сменная одежда. Если вы работаете с детьми, то случиться может всякое. Всегда нужно иметь комплект про запас.

На крыльцо выходить страшно. Почему? Потому что вместе с неприкрытыми сплетнями целый день меня одолевала еще и мерзкая мысль о том, что Влада я больше не увижу. Ну сами посудите: какой нормальный мужчина добровольно останется в такой кабале?

Я переступаю порог, набираю полную грудь воздуха — и открываю глаза, надеясь увидеть знакомую машину.

И я вижу знакомую машину, вот только это не «Мерседес» Влада, а «Нива» Сережки.

— Привет! — улыбается он, тыча мне в лицо букет лилий.

Я пытаюсь отвернуться, выйти из зоны поражения огромных, усыпанных желтой пудрой тычинок, потому что на пыльцу у меня аллергия. Не такая страшная, как на морепродукты (теперь-то я это знаю), но даже щепотки этой гадости достаточно, чтобы я полчаса чихала как заведенная. К счастью, я успеваю просочиться у Сережки под подмышкой и сбегаю вниз. Выставляю вперед обе руки и громко напоминаю:

— У меня аллергия на лилии, забыл?!

Он смотрит на цветы, как будто ждет, что они ответят, виновато потирает шею. Потом тычет букет в урну и виновато басит:

— Извини, правда, забыл. Хотел самые красивые для тебя выбрать.

Я не обижаюсь. Я расстроена. Потому что машины Влада нет. Жаль, что у человека нет третьей ноги, которая активировалась бы нажатием кнопки «спасительный пинок». Я бы себя как следует отпинала, пока вся дурь из головы не выветрится. Дался мне этот повеса, в самом деле.

Пока я вычищаю раздрай в душе, Серега подкрадывается и хватает меня за руку, чтобы получше рассмотреть кольцо. И наверняка не просто так потирает вывихнутое плечо.

— Это такая шутка, да?

— Нет, не шутка. Это просто очень сложная история с коротким концом.

— Этот хлыщ правда твой муж? — все еще не понимает Сережка.

Он хороший, правда, но некоторые вещи переспрашивает по нескольку раз, как будто переживает, что недопонял.

— Правда муж.

— Маша, ну как так-то?

Даже не буду пытаться объяснять. Вариант «я просто была пьяная от бокала вина» — не то, что нужно рассказывать парню, который дружен со всей вашей семьей, согласитесь? И главное, он ведь даже не специально разболтает, а потому что прямой, как дверь, и может брякнуть просто так. Помните про цемент и тазик у нас на даче? Вот отец нас с Владом вдвоем туда и «посадит».

Хотя, какие «вдвоем»?

— Подбросишь меня до дома? — Киваю на машину Сережки, только теперь вспомнив, что мой велик остался в багажнике «Мерседеса». И денег на новый нет и не предвидится в ближайшее время: у меня каждая копейка в зарплате расписана. Никаких лишних трат до Нового Года минимум, а то и дольше.

— Затем и приехал, — довольный собой, Сережка тянется, чтобы приобнять меня за плечи…

… и удивленный вздох у нас за спинами совпадает с моим тихим «ой».

Возле обочины паркуется спортивный кабриолет. Я такие только в фильмах и видела, поэтому не знаю даже марки. Темно-серый металлик сверкает на солнце, как только что отштампованная, еще не залапанная монета.

Мое сердце падает в пятки так сильно, что ударной волной наверняка тряхнуло часть Мексики. Простите меня, пожалуйста, мексиканцы, но даже в девятнадцать лет девочки верят в сказки.

Влад не выходит — он перепрыгивает через дверцу, как какая-то голливудская звезда. Светлые «слаксы» и простая белая рубашка навыпуск, рукава кое-как подтянуты до локтей. Глаза за дымчатыми «авиаторами». И все это — в охренительном оформлении карамельного загара.

Я сказала «охренительном»? Это было самое мягкое из того, что я подумала в этот момент.

Давайте сделаем небольшую паузу, чтобы прояснить один момент, а заодно полюбуемся тем, как эти Два метра наслаждения для глаз, наклоняются, чтобы достать что-то с пассажирского сиденья.

Каждая женщина мечтает о том, что однажды в ее жизни появится мужчина, который вот так же, на глазах у открывших рты коллег, при свете солнца, заедет за ней на роскошной машине и увезет в загадочную даль. Возможно, это заложено генетически, еще с тех времен, как мамы и бабушки читали нам Золушку. И это никак не связано с нашим возрастом, социальным статусом или образованием.

Видите вот эту дурочку с «хвостиком» на затылке и с идиотской улыбкой на лице? Это я.

Влад не привез пошлый веник. Он привез букет лаванды: бледно-голубой пучок перевязан синими шелковыми лентами — и запах щекочет ноздри даже на расстоянии.

Влад приподнимает очки, как бы прочесывая ими волосы, и фиксирует на голове, из-за чего темные пряди очень сексуально торчат в разные стороны.

Слышите эту фантомную барабанную дробь? Это сумасшедшая лиса во мне бесится, носясь из угла в угол, и воодушевленно колотит хвостом по полу. Вообще она еще и слюни пускает, но это не эстетично, так что я такого не говорила.

Помните разговоры о подделке на моем пальце? Но этого мужчину подделать невозможно.

— Опять он! — Бас Сережки вторгается в идиллию, как будто невидимый режиссер крикнул с верхотуры: «Стоп! Снято!» — Повадился!

Влад вразвалочку подходит ко мне, запросто отодвигая Серегу в плечо, наклоняется, чтобы вручить букет.

— Прости, что задержался, Мальвина — застрял в пробке.

— Влад, — говорю совсем не я, а виляющая хвостом лисица. — Я целоваться хочу.

меня, пожалуйста.

Я сошла с ума.

Влад смотрит на меня такими глазами, что, кажется, готов съесть, и я поздно соображаю, что сказала это вслух.

Моргаю, залепливаю рот двумя ладонями крест на крест, словно пластырем от глупости. Хорошо бы еще перцовым пластырем, чтобы припекло наукой на всю жизнь — держать язык за зубами.

— Мааааашка, — тянет мой Принц и наклоняется, сминая верхушки лаванды.

Я закрываю глаза и приподнимаюсь на носочки, чтобы хоть немного ускорить встречу наших губ. Лиса во мне счастливо тявкает и распушилась до состояния теплого мехового шара в форме сердечка. Сегодня что-то витает в воздухе, какие-то особенные флюиды. Не может быть так, чтобы я вдруг захотела целоваться с собственным мужем!

Прозвучало как абсурд, понимаю.

Рука Сережки тяжело опускается Владу на плечо и словно кран оттаскивает назад. Я рассеянно чмокаю воздух, лишь чудом не теряя равновесие из-за исчезнувшей опоры.

— Ты чего к ней лезешь, педофил чертов?! — не унимается Сережка.

На этот раз он не дает Владу и глазом моргнуть и делает свой фирменный удар снизу вверх, под ребра. Пару раз он проделывал такие штуки на ринге, и они всегда меня исход поединка в его сторону. Потому что удар левой под дых у Сережки просто профессиональный. Как говорят — визитная карточка.

Но Влад каким-то образом снова умудряется выйти из зоны поражения. Понятия не имею, как у него получается, но удар, который вырубает любого, скользит рядом с его локтем, не причинив вреда.

И я, как настоящая большая дура, храбро влезаю между носорогами.

— Хватит покушаться на моего мужа! — Я зло смотрю на Сережку и — прости меня, лаванда, ты была великолепна! — щедро поколачиваю его букетом по физиономии. — Тронешь его еще раз — я на тебя Черта натравлю до конца дней! Будешь на потолке спать, как летучая мышь, и от каждого шороха штаны мочить!

— Штаны мочить низя, — деловито говорит Юленька, девочка с жидкими белокурыми хвостиками и практически круглогодичным диатезом. Она цепко, как обезьянка, вцепилась в руку папы, но при этом успевает кокетливо взмахнуть ресницами Владу: — Дядя-супельмен!

— Пельменем меня еще не называли, — смеется Влад, подмигивая маленькой красотке.

И только Серега единственный, кому не повезло на этой импровизированной арене.

— Надеюсь, мы все выяснили? — все же переспрашиваю я. Сережка хороший парень — я сказала это миллион раз, да? — но страшный тугодум. — Прости, но я замужем.

— Ну как так-то? — Серега потирает опухшую физиономию. Похоже, рука у меня тяжелая.

Влад точно собирается сказать в ответ какую-то гадость, но ему тоже достается — локтем под ребра. И в общем-то досталось ему просто за компанию, но сейчас во мне говорит уже не лиса, а очень-очень злая лиса.

Никогда не злите женщину, которая хочет целоваться, особенно если она хочет целоваться с собственным на тридцать дней законным мужем. Целее будете.

Наверное, странно выглядит со стороны, как коротышка волочет за собой здорового мужика к его же машине, но именно это и происходит. О случившемся и так будут неделю судачить, а «коршуниха» лично переврет пятиминутный инцидент в кровавый триллер, где крови было столько, что бутылка кетчупа скончалась в муках.

— Машка, я тоже целоваться хочу, — очень серьезно передразнивает меня Влад, распахивая дверцу кабриолета. Присаживается рядом на корточки, складывает руки перед собой и вздыхает.

— У меня было минутное помутнение рассудка, — защищаюсь я, очень кстати вспоминая о двадцать третьем пункте договора. — Поцелуи нашим фиктивным браком не предусмотрены. В отличие от фенеков.

Влад поигрывает бровями и широко улыбается.

— Сначала урок вождения, потом — лисица, — сообщает торжественно, явно весь в ожидании фонтана восторга.

— Урок чего? — икаю я.

Влад все-таки подлавливает момент, когда я достаточно сильно оглушена удивлением, чтобы не разгадать его хитрый план. Не хватает руками, не пытается подавить, а просто мягко притрагивается губами к моим губам. Это нежно и немного щекотно, и моя сумасшедшая лиса восторженно похрюкивает.

Ох, нет, это я похрюкиваю.

Влад взрывается хохотом прямо мне в лицо. Мне должно быть стыдно, но мысль о том, что красавчик-мачо слышал ваш храп, основательно понижает планку стесняшек. Поэтому я просто мысленно машу на все рукой и охотно смеюсь вместе с ним.

— Если я буду называть тебе грибом-свинушкой, ты меня сразу убьешь или можно рискнуть с безопасного расстояния? — сквозь смех поддергивает Влад.

— Конечно, я тебя сразу убью, — обещаю я.

Знаете, а ведь я могу представить нашу совместную жизнь. Ту, в которой мы будем вместе кататься на сноубордах, валяться в снегу, выгуливать на шлейке нашего фенека и вместе смеяться над бестолковой комедией.

— Кстати, спасибо, что спасла меня от этого тираннозавра, — говорит Влад серьезно, но выдержка ему изменяет, и мы снова смеемся, как дураки. — Я бы поставил на твою победу все свое состояние.

— Это потому что у меня был боевой букет с плюс сто к атаке, — вздергиваю нос я.

— И так, Мальвина, об уроках вождения…

Кстати, очень вовремя напомнил. Что еще за «без меня — меня женили»?!

Загрузка...