Драгфат развернулся и на каблуках своих элегантных чёрных ботинок быстро покинул приёмную. Василий вспорхнул и приземлился мне на плечо:
— И чо эт ща было? Я не вдуплять, — Василий вытянул шею в сторону моих глаз в надежде уловить честный ответ.
А я, совсем лишенная сил, шатаясь, дошла до фактически бывшего кресла, и просто стекла в него; положила трещавшую голову на стол, опустив руки вниз, как сосиски в полёте. Такое ощущение, что груз всего мира лёг мне на плечи, и у меня нет сил ни на что, поэтому в ответ я просто брякнула, еле дыша:
— Не знаю…
— Вот и я говорить. Придурчек он. То увольнять. То бить. Я ему ещё замщу! Но лана. Дальше. То вот опять нанимать. То вот опять уволить. И завтра нанимать. Может, это. Е-бо-бо он? Вот смотри, если …
И дальше мне было уже невмоготу слушать Василия. У меня бесшумно капали слёзы на ковёр. Я чётко осознала, что я живой мертвец.
***
Спустя полчаса голубиного бубнежа я немного пришла в себя. Видок и ощущение были как после катка. Однако, надо собираться. И мне плевать на то, кому-что должна. Моя птица и я голодны. Мы направились в столовую. Благо, мы успели на ужин.
Фактически бесшумно мы появились в “харчевне”, взяли поднос, я забрала все оставшиеся котлеты с раздачи, набрала салата, чая, и мы пошли в сторону стола, где уже в полном разгаре молодые мужчины — Эббет, Огдаф, и Труен, — поедали свой ужин.
— Нормально так затарились, — с улыбкой произнёс крепыш Эббет, а дальше, обращаясь к Василию, — что, мужик, теперь “на массе”? Вон сколько котлет набрал!
А Василий, находящийся в полном счастье от обладания 4-х мясных деликатесов и невозможности расставания с ними, выставил одну тощую лапу вперёд, распушил три облезших пера на голове и угрожающим голосом сказал:
— Завидуй молча! Они — мои!
— Эббет, прости, — извинилась я за бешеную птицу, у которой от дележа котлет сегодня образовалась психическая травма, — просто сегодня сложный день. И да, — я повернула голову к вчерашнему “собутыльнику”,
— Кстати, Труен, ты можешь мне помочь собрать дежурных ребят на восстановление псарни? Мне дали задание сделать всё за ночь до… В общем за ночь. Ну так как?
— Иви, прости, но нам за эту ночь тоже влетело от Брарвираса. Он всучил нам наряд вне очереди — сегодня мы выезжаем из-под Купола. Но обещаю тебе, что, как только мы вернемся, это должно быть около 2-х часов ночи, — мы придём на помощь.
— И на том спасибо, — совсем без настроения сказала я, отпихнув недоеденный салат, и встала, — Василий, бери свои котлеты и пошли на стройку. Времени нет.
— Эээ, — закричали где-то с раздачи, — Выносить из столовой ничего нельзя! — крикнул поварёнок, видя, как Василий мастерит себе кулёк из салфетки.
Но я, лишенная всяких церемониальностей, прокричала на удивление низким поставленным голосом:
— Да!? А ты попробуй. Отбери!
— Но…
— Если крикнешь по Уставу, я тебе отвечаю — я впихну эту котлету тебе в глотку!
— По Уставу, пункт номер три — точка — шесть — точка...
Я взяла у Василия, который тихонько говорил “ну-нет-нет-нет” одну котлету из кулька, и со всей дури запульнула в занудного жирдяя-Повара, попав ему прямо по масляному пятаку.
— Подавись!
Взяла оставшийся кулёк, в тишине зала посадила на плечо Василия, который по-голубиному тихо хихикал и приговаривал: “Ну лана, на драку ни жалка!”, — и я хлопнула со всей дури дверью.
Чего мне с ними сюсюкаться? Завтра всё равно ж “при всех уволят”.
Скотина.