Наследник от бывшего

17

— Бабушкино счастье, бабушкин воробушек, — забрав у Дениса малыша, Оксана Васильевна принялась расцеловать внука с головы до пят.

Я проводила её взглядом и помогла Денису достать из багажника машины наши сумки и отнести их в дом.

— Ну как вы там живёте в столице? Рассказывайте, — мама Дениса устроилась на диване, усадив к себе на колени маленькую юлу — нашего Тимошу.

— Всё хорошо. Женя поступила на юрфак, с первого сентября приступит к учёбе, а я переехал в новый офис, — ответил за нас двоих Денис.

— Надо же! — воскликнула Оксана Васильевна. — Поздравляю, Женечка. Успехов тебе.

Я улыбнулась и смущённо опустила взгляд в пол, когда Денис переплёл наши пальцы в замок, что не осталось незамеченным для его мамы. Она прямо-таки засияла на радостях, подумав, что у нас друг к другу чувства, или как это выглядело со стороны?

А вскоре мы разошлись по комнатам. Я уложила сына на дневной сон и, схватив мобильник, вышла на улицу, чтобы позвонить Максу и отменить встречу.

Парень ответил после третьего гудка.

— Приветик, а я только подумал тебе позвонить, — воодушевлённо произнёс, а я почувствовала себя паршиво.

— Привет, на самом деле я звоню сказать, что у нас не получится встретиться.

— Изменились планы? Да не проблема, Жень. Увидимся в другой раз. К примеру…

— Макс, — бессовестно прервала парня и сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями, — у нас вообще не получится встретиться. Спасибо тебе за кино, но…

Я так и не смогла договорить. К горлу подступил ком и не потому, что слова давались мне с трудом, просто я увидела в нескольких метрах от себя Дениса.

— Всё дело в нём? — спросил Макс и я не стала его разубеждать.

Пусть лучше будет так. Зато после этого разговора он точно потеряет ко мне какой-либо интерес.

— Прости.

В спешке нажала на красную трубку и спрятала телефон в задний карман джинсов. К этому времени Денис подошёл ближе и остановился напротив меня на расстоянии вытянутой руки.

— Всё хорошо? — обеспокоенно спросил он и я собиралась кивнуть, но в последний момент передумала и выложила всё как на духу.

— Нет. Нехорошо. Только что я послала парня, которому очень нравилась.

Я не ожидала, что Стрела начнёт улыбаться, засияв на радостях как новогодняя ёлка.

Он вдруг взял меня за руку и приложил её к своей груди в то место, где быстро билось сердце. Накрыв мою руку своей ладонью, он на полном серьёзе сказал:

— Если бы ты не послала Макса, то послала бы меня. И в итоге разбила бы мне сердце. Я рад, что ты дала нам ещё один шанс.

Мне вдруг захотелось промолчать, а потому я вместо ответа натянуто улыбнулась.

Зал ресторана был полон людей. Многих я видела впервые, но здесь также были те, кто знали мою бабушку. Они улыбались, делая вид, что совсем не удивлены моему присутствию на юбилее Алексея Павловича. Все знали, что мы с Машкой дружим с детства и почти как сёстры, наверное, поэтому им даже в голову не приходило, что на самом деле мы с Тимошей пришли на день рождения к родному дедушке.

Денис не отходил от меня ни на шаг и даже за столом проявлял чрезмерную опеку. Я жутко краснела, понимая, что, так или иначе, все присутствующие на банкете догадаются какие у нас с Денисом отношения. А Дениса это не па́рило от слова совсем. При каждом удобном случае и не очень, он касался меня рукой и даже умудрился пару раз обнять.

А потом он меня пригласил на медленный танец, и я согласилась. Положив руки на прокачанные плечи, я заглянула в карие глаза Дениса и увидела в той глубине что-то такое, чего не замечала прежде. Возможно, всему виной было шампанское, которое я успела выпить аж пару бокалов, или почему тогда шла кру́гом голова, а по спине рассыпались мурашки?

Он кружил меня в танце, словно делал это не впервые. Шаг. Ещё шаг. Поворот. И я оказалась плотно прижатой к его груди.

— Устала? — спросил он и я коротко кивнула, облизав пересохшие губы.

Мы вернулись к столу. Я выпила стакан воды и стала искать взглядом маму Дениса, но уже через несколько секунд меня начала одолевать паника, ведь женщины не было на прежнем месте, как и моего сына.

Денис подошёл к отцу и вскоре получил объяснение, что Тимоха капризничал и потому Оксана Васильевна вышла с ним на улицу.

Я сразу увидела коляску, стоило покинуть ресторан. По вымощенной плиткой аллее Оксана Васильевна прогуливалась с внуком, напевая колыбельную.

— Мам, возвращайся к гостям. Мы сами справимся, — сказал Денис прежде, чем обнять женщину и поцеловать её в щеку: — ты что, плачешь? Ну ты чего, мам?

Денис бережно коснулся рукой материнской щеки.

— Жень, иди к нам, — махнула рукой Оксана Васильевн и я чуть сама не разревелась, когда она меня обняла, а Денис обнял нас двоих, — я так рада, Женечка, что ты есть. Ты сделала меня счастливой, даже не представляешь, как сильно. Я очень надеюсь, что у вас с моим сыном всё получится. Хоть он тебя и не заслужил, но я буду молить бога, чтобы Денис исправился и стал замечательным семьянином, как и его отец.

— Мам, вообще-то, я тоже здесь и всё слышу, — сказал Денис, но абсолютно без злобы.

— Я в курсе, сынок. Поэтому и говорю, чтобы ты слышал. Не обижай мне, Женю. А то будешь иметь дело со мной!

— Мама, — улыбнулся Денис, а в этот момент смотрел на меня: — Женя очень дорога мне. Я ни за что её не обижу.

— Смотри мне! — пожурила пальцем.

— Ну, всё. Иди к гостям, — Денис уговорил маму вернуться в ресторан и мы остались одни.

Тимоха уже спал в коляске. А я стояла напротив Дениса, обнимая себя обеими руками.

— Прогуляемся? — предложил Денис, и я согласилась.

Мы шли рядом друг с другом, иногда прикасаясь руками. Денис катил перед собой коляску, а я наблюдала за ним со стороны и мысленно убеждала себя в том, приняла правильное решение. Уверена, бабушка тоже бы сказала, что я сделала так, как надо: дала нам с Денисом ещё один шанс. Разве моего сына кто-то полюбит больше, чем родной отец?

А на следующий день мне на мобильный телефон позвонил неизвестный номер, и я подняла трубку. Говорил мужской голос, настаивал на встрече. Денис в этот момент был рядом и, увидев на моём лице замешательство, отобрал телефон.

Я понимала, что это звонили те ужасные люди, которые хотели купить за три копейки наш с бабушкой дом и я была безумно зла на них, но вот ответить ничего не смогла. Словно онемела, когда появилась возможность послать их лесом.

Их Денис послал. Я впервые в жизни слышала, как он ругается матом и повышает тон. А ещё я видела, как Денис злился. Просто до чёртиков!

Завершив разговор, он вернул мне телефон и какое-то время молчал, а затем сам прервал тишину:

— Я тебя очень прошу, пока мы не вернёмся в столицу, не отходи от меня ни на шаг, ладно?

— Они угрожали? Ты поэтому так разозлился?

Денис тяжело вздохнул и отвёл в сторону взгляд, а я взяла его за руку и заставила посмотреть на меня.

— Скажи, пожалуйста. Они угрожали, да?

В ответ Денис лишь коротко кивнул, а затем вдруг неожиданно меня обнял и прижал к своей груди со словами:

— Я никому не позволю вас с сыном обидеть, но пока мы в родном городе — на каждом углу может подстерегать опасность. Я ведь не успокоился и разворошил осиное гнездо…

— Что ты сделал?

— Те люди, которые пытались усадить тебя за решётку, работали в одной связке с ментами и местными чиновниками. В общем, я провёл личное расследование, и кое-что выяснил. А потом передал эту информацию нужным людям.

— Не понимаю.

— И не нужно, Жень. Скоро мы переоформим дом на тебя и сможем его продать за нормальную стоимость. Рыночную. А потом всё закончится.

— Денис, я не понимаю, что происходит, но мне уже страшно.

Мы планировали уехать в этот же день вечером. Я собирала вещи в дорожную сумку, а Тимоха сидел на ручках у Оксаны Васильевны.

Звонок мобильного телефона показался мне странным. Я не ждала, что мне кто-то должен позвонить, а потому, когда раздалась трель мобильника, сердце в груди болезненно трепыхнулась. На экране увидела номер соседки и не задумываясь ткнула пальцем на зелёную трубку, принимая вызов.

— Женечка, — взволнованно, — это тётя Люся, деточка…

В груди всё оборвалось.

И дальше было будто в тумане, но я отчётливо услышала: “Твой дом горит, мы уже набрали сто один…”.

Из рук выскользнул телефон и упал на пол экраном вниз. Я села на кровать, дрожа, словно от холода.

— Жень, что случилось? — спросила Оксана Васильевна, а я промолчала, не сказав ни слова.

Меня сковал ступор! Из оцепенения вывел голос Дениса, который даже не пойму, когда оказался рядом. Он схватил меня за плечи и хорошенько тряхнул.

— Женя! Женя, — его баритон врезался в сознание, и я быстро заморгала, сосредотачивая взгляд на мужском лице.

Денис сидел на коленях напротив меня.

Встревоженный! Грудь высоко вздымалась от частого и тяжёлого дыхания.

— Почему тебе звонила соседка? Что произошло? — он погладил меня по голове, заправил за ухо непослушный локон волос и в этот момент из моих глаз брызнули слёзы.

Он прижал меня к себе. Крепко-крепко!

— Мой дом горит… — выдавила из себя с хрипом, а затем я разревелась и через боль стала говорить: — у меня больше нет дома.

Денис подскочил на ноги и потащил меня за собой. А уже через минуту мы сидели его в машине и ехали по известному мне маршруту. Домой!

Но дома уже не было. Стоило свернуть на нашу улицу, как на горизонте показались огромное облако дыма и… огонь.

Пожарные приехали очень быстро, но и дом сгорел быстро.

К тому времени, как мы с Денисом добрались, уже вовсю работала бригада. Они отогнали зевак на безопасное расстояние и теперь носились туда-сюда, пытаясь потушить пламя, возвышающееся над моим домом.

Я впервые в жизни увидела пожар и мне стало страшно. Очень.

Сердце рвалось на ошмётки, ведь помочь я ничем не могла. Кто я такая против этой стихии? Огонь беспощаден. Он сжёг мой дом за считаные минуты, как потом сказали сотрудники МЧС.

Я стояла недалеко от того места, который когда-то назывался моим двором… Всё вокруг было чёрным, обугленным, сгоревшим дотла.

Тогда я плакала без остановки. И пару раз порывалась ворваться в дом.

— Отпусти меня, там папа и мама, — кричала я, молотя кулаками по плечам Дениса, — там фотоальбомы! Они же сгорят! Там бабушка! Её вещи…

— Уже ничего нет, Женечка, — он прижимал к себе и терпел череду ударов, которую я снова и снова обрушивала на его грудь и плечи.

Ему как-то удалось увезти меня прочь. Я сидела на сиденье, намертво прилип к его спинке. Сердце бешено стучало в груди, а тело сотрясало мелкой дрожью.

Денис привёз нас к безлюдному месту на набережной. Помог мне выбраться из машины, и я резко рванула с места и побежала вперёд!

Я кричала. Громко!

Упав на колени и зарывшись лицом в ладонях, я выла, орала.

Голос сорвала до хрипа.

Не знаю, сколько так просидела, но на улице уже начало темнеть. Денис помог подняться с колен, а затем отвёл к своей машине и накачал меня спиртным.

Впервые в жизни я пила крепкий и противный алкоголь. Да ещё из горла бутылки. Кашляла. Плакала. Но пила.

Домой вернулись затемно. Ноги непослушные и ватные с трудом передвигались и когда я чуть лужицей не растеклась на пороге дома Стрел, Денис подхватил меня на руки и понёс в свою спальню, аккуратно ступая по лестнице.

Утром проснулась с жуткой головной болью. И поначалу я даже подумала, что всё могло присниться. Не было звонка соседки. Не было пожарной машины красного цвета. Не было моего сгоревшего дома.

В комнате скрипнула дверь, и я увидела Дениса. Выглядел он не очень. Под глазами залегли круги, а волосы на голове были растрёпанными. Кажется, он совсем не спал этой ночью.

— Доброе утро, как себя чувствуешь? — спросил он, опустившись рядом со мной на кровать.

— Голова болит. Жутко. И пить хочется.

А я только сейчас заметила в его руках стакан воды.

Денис разжал кулак и протянул мне большую круглую таблетку белого цвета. Я сунула её в рот и запила водой, а затем откинулась на подушку и недолго полежала так с закрытыми глазами.

Он коснулся меня рукой, и я открыла глаза, сфокусировав взгляд на Денисе.

— У тебя есть загранпаспорт? — я покачала головой, и тогда Денис продолжил: — Жень, нужно будет уехать. Я подготовлю документы и в течение этой недели всё устрою.

Я перепугано захлопала ресницами.

— Ну ты чего, малыш? — он обнял меня за плечи и притянул к себе, а затем шепнул на ухо: — это ненадолго, пока я не решу все вопросы. Вы с Тимохой полетите в Европу. Ты когда-нибудь была за границей?

— Я никуда не хочу… без тебя, — запротестовала я.

Денис отстранился. Обеими руками обхватил моё лицо и стал пристально смотреть.

Он едва заметно улыбался, когда говорил:

— Я обязательно приеду к вам с сыном. Но немного позже. А ты будь хорошей девочкой и делай всё, как говорю я. Хорошо?