Одарена, особо опасна и в розыске

Глава 18

Везли нас с относительным комфортом. Кроме браслетов на моих запястьях ничем не сковывали, усадили на сиденье рядом с Руфом, даже одеяло выдали из стратегических запасов. Заляпанное чем-то плохо отстирываемым, ну да я не привередливая. Завернулась по грудь, прикрываясь поверх плаща, и прижалась к любимому, отсчитывая последние отведенные нам вместе минуты.

Стоит сойти с вертолета, как привычный мир захлестнет нас. Айзенхарту — на работу, ловить преступников, а мне — отвечать за все не мною содеянное. Обвинения-то в ограблении никуда не делись!

Главное, чтобы Руфу не устроили выговор или что похуже за укрывательство преступницы.

Вчера мы были настолько уставшими, что не обговорили стратегию на случай, если нас найдут.

Что говорить? О чем умолчать?

Был ли остров и причастны ли мы к его падению?

Стоит ли вообще заикаться о драконах?

Раз никто не в курсе второй ипостаси Манкорна, может, и мне о своей не упоминать? Проверить-то никак не смогут.

Не смогут ведь?

— Все будет хорошо. Я тебя вытащу, — шепнул Руф мне в волосы, притягивая ближе и обнимая за плечи.

Я уткнулась носом в его плечо, впитывая родной запах и запоминая, отпечатывая в глубинах сознания, чтобы потом в камере было за что держаться.

В конце концов, за ограбление без жертв пожизненное не дают. Ну, десять лет отсижу. Ну двадцать, если судья особо вредный попадется. Учитывая мою физиологию — не так уж много.

Главное, чтобы Айзенхарт за это время не сильно постарел.

Надо бы его как-то заставить тестирование пройти и полное медицинское обследование. Где-нибудь в надежной клинике, откуда его при странных результатах не заберут сразу на опыты в закрытую лабораторию.

Прилетели мы слишком быстро. Два перехода через стационарные порталы под обстрелом любопытных взглядов охранников и прохожих, и мы снова в Кристагаре.

Группу захвата уже предупредили, меня караулили две крепкие девушки в форме и с ними целый отряд боевиков.

Солидно встречают. Я прямо впечатлилась и прониклась собственным величием.

Руфа тоже поджидали его коллеги. Два отряда стояли рядом и напряженно молчали. Ни шуточек, ни переговоров.

— Веди себя прилично. Скоро все закончится, не хочу тебя вытаскивать из еще более глубокой задницы, чем уже,— истово попросил меня Айзенхарт.

— Да куда еще-то? — проворчала я.

Ловец бегло поцеловал меня, чем вызвал неодобрительное ворчание со стороны военных, и отбыл к своим.

Я глубоко вздохнула и повернулась к новой компании.

— Меня ждете? — широко улыбнулась, подавляя внутреннюю дрожь.

— Заждались уже, — не менее широко и куда искреннее улыбнулась одна из девушек. — Вы у нас прям звезда. С личным эскортом, зеленым коридором…

— Я оценила.

— Увы, в камере далеко не так комфортно, — притворно посетовала другая.

Подойдя ближе, я чуть сдвинула одеяло, в которое все еще продолжала кутаться, прячась от порывов прохладного ветра.

— Главное, одежду дают! — доверительно сообщила ей.

Глаза охранницы расширились. Похоже, полуголых преступников ей еще не вручали.

Люблю быть везде первой.

Одежду действительно дали. И даже не полосатую, как в кино бывает, а самую обычную, серовато-застиранную. Некогда, наверное, бывшую белой. Но ткань мягкая, плотная, носки опять же теплые.

Жизнь налаживалась на глазах.

Одноместная коробка без окна с полупрозрачной кабинкой для бытовых нужд и выдвижной койкой всяко лучше гибели под обломками острова.

Меня отчего-то не потащили на допрос ни в тот же день, ни на следующий. Словно забыли напрочь.

Или это новомодный способ давления?

Им же хуже.

Я решила для себя, что буду упирать на память девичью, в плане — совершенно ничего не помню, и успокоилась окончательно.

Дни текли за днями. Если бы не внутренние часы, подсказывавшие, что пора спать или поесть, и не четкое расписание завтраков, обедов и ужинов, я бы и не отличила утро от вечера.

Блокировка магии доставляла некоторые неудобства, но поскольку резерв у драконов побольше, чем у людей, дискомфорта я почти не ощущала. Даром не пользовалась, чтобы не создавать самой себе проблем с энергетическим голоданием. Представила, что нахожусь в мире без магии на задании. И жила себе спокойно. Если честно, даже отдохнула.

После всех переживаний, встрясок и неожиданных открытий подобный период ничегонеделания оказался очень кстати.

Но ничто хорошее не длится вечно.

Вот и за мной пришли.

Дверь распахнулась рано утром.

Я как раз успела разобраться с перепелиными яйцами и хрустким тостом с красной рыбой — да, на кормежку в тюрьме для особо опасных преступников, как оказалось, грех жаловаться.

На пороге стоял незнакомый охранник в темно-синей форме.

Своих стражей я никогда не видела, еду мне передавали сквозь щель в двери, но все равно я ему обрадовалась как родному.

Не то чтобы я по людям соскучилась. От них бы еще лет пять отдохнула. А вот сам факт, что меня куда-то ведут, означал, что пошел процесс следствия. И вот-вот решится, куда дальше переезжать: в такие же комфортные условия, но на длительное поселение, или на не столь удобную каторгу.

Там я тоже выживу, конечно, но сильно обозлюсь.

В комнате для допросов было темно и тихо. Единственная лампа, направленная на пустой стул, и усевшийся в дальнем углу следователь за столом с целой стопкой бумаг — вполне привычный антураж.

Я устроилась на стуле, чопорно сложив руки на коленях, будто я в бальном платье, а не в застиранной робе, глядя на размытый силуэт. Обостренное чутье уловило запах мужчины, ипостась с сожалением констатировала — не наш.

Глупо было надеяться, что Руф так быстро разберется со своими проблемами и займётся моими.

Но все равно жаль.

— Здравствуйте, меня зовут мистер Освин, я занимаюсь вашим делом. Итак, мисс Тейра, или как вас там на самом деле зовут… — изображая, что изучает документы, зачастил следователь. — Вы в курсе, в чем вас обвиняют?

— Понятия не имею, — широко раскрыв глаза, заверила его я.

Адаптировавшееся к контрастному освещению зрение подсказало, что мистер Освин нахмурился.

— Сопротивление при аресте, побег, причинение вреда иномирному имуществу, подлог, фальсификация документов… — принялся он перечислять.

— Все наговор и поклеп, ничего такого не было, — бодро отмахнулась я. — Когда это я уклонялась от правосудия? Наоборот, полтора года студентам объясняла, как преступников ловить. Вы у меня на лекции не были случайно?

— Нет… — неуверенно протянул сбитый с толку следователь.

— А зря! — я назидательно подняла вверх указательный палец. — Сразу видно, что не занимаетесь саморазвитием. Вам бы квалификацию подтянуть. За умеренную сумму могу провести несколько личных занятий, ну или групповое вам с коллегами, которые меня задерживали…

— Погодите! — взмолился бедолага. — Не надо мне занятий. Вы вообще-то в шаге от тюрьмы, вы в курсе? В ваших интересах сотрудничать со следствием. Расскажите лучше, как именно вы убедили мистера Айзенхарта помочь вам сбежать?

— Мне никто не помогал сбегать, потому что я не сбегала, — терпеливо возразила я. — Мы уехали с ним подальше от людей, чтобы побыть вдвоем. Ночь, ель, комары. Романтика, понимаете?

— А как же побег из его квартиры? — прищурился следователь в полной уверенности, что вот тут-то меня и подловил.

— Когда именно?

— Месяц назад, в среду.

Бездна, как время-то летит!

— Опаздывала на маникюр, — не моргнув глазом, пояснила я. — Вы знаете, так торопилась… А что, меня собирались арестовать? Простите, не заметила. За что?

— За ограбление банка! — рявкнул мистер Освин, теряя терпение окончательно.

Я глубокомысленно покивала.

— Травки бы вам попить. Успокоительные. Нельзя так себя загонять. А что касается ограбления, могу поклясться магией, что ни в чем таком в тот раз не участвовала.

— А раньше? — ехидно уточнил следователь.

— А раньше мне не предъявляли обвинений, — меланхолично возразила я. — Вот когда предъявят, тогда и поклянусь. Или нет.

— Клятвы ненадежны. Их можно обойти. А вот улики однозначно указывают на вас!

В голосе мистера Освина чувствовалось удовлетворение ученика, отлично вызубрившего урок.

— Я похожа на дуру? — заметила все так же спокойно, даже сонно. — Учитывая, чему я учу ваших коллег, думаете, я не способна сделать так, чтобы меня не выследили? Для чего мне было оставлять за собой следы? Чтобы меня быстрее нашли, что ли? Так-то у меня ловец рядом есть. Был. Если возникнет желание поиграть в задержанную…

— Вернемся к делу! — поспешно перебил меня следователь.

Жаль. Я бы могла ему подсказать, как разнообразить личную жизнь. Причем совершенно бесплатно!

Не ценит он своего счастья.

Я преданно уставилась на мистера Освина, всем телом выражая готовность сотрудничать.

Он откашлялся для солидности, но задать следующий вопрос не успел.

Дверь в допросную отворилась, и в нее просочился неприметный хмырь в деловом костюме. Причем подошел ко мне.

Я недоуменно выгнула бровь, но новоприбывший не обратил на мою мимику ни малейшего внимания. Он сфокусировался на следователе.

— Моя подзащитная отказывается давать показания на основе неправомерного задержания! — отчеканил незнакомец.

Оставалось только закатить глаза. Интересно, откуда у меня адвокат вдруг взялся? Я не нанимала точно. Может, Руф?

— Что не так с ее задержанием? — тоскливо вопросил мистер Освин.

— Не предъявлено толком обвинение, не зачитаны права перед блокировкой дара, не обеспечена связь с родственниками и близкими, длительное удержание без причины — собственно, возвращаемся в пункт первый, — как по писаному оттарабанил тип. — Мистер Клармон, к вашим услугам.

На стол легла элегантная серебристая визитка.

— Из «Клармон и Ко»? — с ноткой уважения и обреченности уточнил следователь, поглядывая на стильный прямоугольник как на ядовитую змею, готовую укусить.

Вот теперь и меня пробрало.

Самая дорогая и наиболее надежная адвокатская контора. Они почти не проигрывали дел — в частности, потому что провальных не брали, но если уж брали, то в девяноста девяти процентов случаев вытягивали в минимальный срок, а то и вовсе добивались оправдания подзащитного.

Стоили их услуги заоблачно, но они того стоили.

Я бы могла себе их позволить, если бы продала часть накопленных побрякушек. Но мне это и в голову не пришло. А кому-то вот пришло.

Неужели Руф?

Ловцам неплохо платят. Теоретически он мог бы…

Грудь сладко сдавило, стало тепло и уютно, несмотря на компанию. Я не вникала в вялую перебранку следователя и адвоката, пока мистер Клармон не обратился ко мне напрямую:

— Прошу вас, мисс Тейра. Вы свободны и вольны идти, куда вам заблагорассудится. Но не подводите мои седины и не покидайте этот мир, пожалуйста, пока идет судебный процесс.

— Да я в общем-то пожить еще планировала, — брякнула, не сразу сообразив, что имеется в виду всего лишь стандартная формулировка — не скрываться от наблюдения и оставаться в зоне доступа, на случай если вызовут на заседание.

Защитник вежливо улыбнулся и, взяв меня для надежности под локоток, сопроводил до выхода. Когда мне выдали плащ и плед в качестве личных вещей, он как истинный профессионал и бровью не повел, но взгляд был очень выразительным.

Мы вышли на свежий утренний воздух. Я вдохнула полной грудью, придерживая расходящиеся полы великоватой верхней одежды и кутаясь в плед как в огромный шарф.

— На сем вас оставляю. Прошу сообщить в офис ваши контактные данные, для связи. Всего вам наилучшего.

Еще одна визитка перекочевала в карман плаща, и мистер Освин с легким полупоклоном испарился.

Я огляделась, зябко ежась.

Вот зачем меня вытащили? Сидела бы сейчас в теплой камере, одетая, накормленная. А теперь иди, ищи куда приткнуться.

К Руфу?

Не уверена, что это хорошая идея.

Если он оплатил адвоката, то почему не встречает у выхода из участка?

А если это не он, то…

Не успела я додумать мысль, как передо мной остановилась черная дорогая машина с затемненными стеклами. Шофер выскочил и распахнул дверцу.

— Прошу, — сообщил водитель, старательно избегая опускать взгляд ниже уровня плаща.

И выше тоже не поднимал. И вообще смотрел куда-то мимо меня, для надежности.

— А вы от кого? — робко уточнила я, не спеша садиться в чужой транспорт.

Мало ли, с кем-то перепутали, а потом объясняй, что это не подлог и махинации, а обычное недоразумение? Меня только выпустили вообще-то!

С другой стороны, я только что страдала, как хорошо там было. Ну, вернусь в камеру. Еще лучше!

— От министерства внутренних дел.

Я попятилась.

— Вы точно ошиблись. Это не за мной!

— Точно за вами. Мне сказали — дама в пальто и с одеялом. Других таких здесь нет!

Огляделась. И правда нет.

Ну что ж.

Посмотрим, куда меня приказало отвезти аж целое министерство.

Надеюсь, не в очередную ловушку.