Опасная связь

Глава 54

— Напомни, на каком заводе работала Карина?

— «Тяжпромаш», город Росинов, в трехстах километрах от Москвы.

Лера порылась в бумагах, нашла нужную и притянула ее Ксену.

— Это список совета директоров при нынешнем руководстве «Rieger Enterprises». Видишь Петрова Валерия Сергеевича?

Ксен кивнул.

— Этот человек — хозяин «Тяжпромаша».

— Нет, я проверял. Его хозяйка — Калинина Полина Робертовна.

— Это на бумагах, на деле же хозяин Петров. А Калинина его неофициальная жена. Они живут не в браке, потому что через ее предприятия Петров отмывает деньги. И, видимо, проворачивает всякие гадости по приказу Горюнова. — Лера выудила еще один листок. — А вот тут вообще интересно. Смотри.

Ксен поставил кружку с чаем на журнальный столик и придвинулся к Лере.

— Горюнову принадлежит небольшая доля акций многих заводов, в том числе и «Тяжпромаша». А еще небольшая часть акций принадлежит некой фармкомпании под названием «Firebird». Совпадение ли?

— «Firebird»? — непонимающе произнес Ксен, коверкая английское слово.

— Ну, огненная птица, — пояснила Лера. — Феникс, огненная птица, сечешь? Связь уловил?

Ксен медленно кивнул.

— Только это все поверхностные доказательства, — вздохнула Лера. — Надо копать глубже. Может, на флешке есть еще что-то?

— Я попрошу Сэта взломать папку с проектом «Феникс».

— Там могут быть веские доказательства. — Лера оживилась. Положила ладонь Ксену на колено и радостно произнесла: — Мы найдем железобетонные улики против Горюнова и его своры, передадим их прокураторе и осуществим месть. Твою и мою. Ну надо же, у нас с тобой даже цели совпали. Не зря мы встретились, да?

Ксен кивнул. Выглядел он каким-то отстраненным, погруженным в свои мысли.

— Стоп, — произнесла вдруг Лера, вспомнив кое-что очень важное. — Ты говорил, что Каверин устраивает собрание во второе воскресенье января. Именно в этот день твои хотят его устранить, так?

Ксен не ответил.

— Там же будут остальные, верно? Все, кто под каблуком у Глеба, в том числе и Горюнов, так?

Наконец Ксен перевел задумчивый взгляд на Леру и медленно кивнул.

— Геката ведь говорила про эту зачистку? Их же всех там убьют! А Горюнов мне нужен живым, чтобы засудить. Черт!

— Не волнуйся, они его не убьют, — хрипло произнес Ксен и поднялся.

— Ты остановишь это? Но как? — Лера резко подскочила с места. Ее взгляд скользнул по окну, за которым уже начало светать. Они прокопались в бумагах половину ночи.

Ксен молчал, стоя спиной к Лере.

— Ответь мне! — потребовала она, хватая его за рукав футболки. — Что ты сделаешь?

Ксен медленно повернулся, и Лера вздрогнула от его мрачного взгляда. Точно так он смотрел на нее раньше, когда она считала его хладнокровным и безжалостным убийцей.

Нервно сглотнув, Лера невольно сделала шаг назад. По ее спине пробежал неприятный холодок.

— Что я сделаю? — низким голосом произнес Ксен. — Все просто: я сам их всех убью.

— Нет… — пробормотала Лера. — Ты этого не сделаешь. Они нужны мне живыми. Они должны предстать перед судом, должны получить наказание.

Ксен жутковато рассмеялся.

— Моя милая стрекозка, наше правосудие прогнило. У таких людей всегда получалось избегать наказания.

— Но не сейчас! У нас на руках веские доказательства их вины!

Сделав шаг к Лере, Ксен приблизил свое лицо к ее и, всмотревшись в ее глаза, прошипел:

— Таких людей надо убивать, чтобы они больше не смогли причинять вред. Даже если их и посадят, рано или поздно они выйдут и снова начнут гадить. Это замкнутый круг, Лера. И выход из него один — пуля в лоб.

— Не смей, — процедила Лера, мужественно выдерживая на себе тяжелый взгляд Ксена. — Мы сможем их наказать без убийств. Хватит уже смертей.

Лицо Ксена исказило разочарование.

— Неужели ты не желаешь смерти тем, кто ставил опыты на людях?

— Они заслуживают наказания, но не ты должен выбирать его. Ты не бог, Ксен.

Лера не хотела называть его этим именем, но оно слетело с ее языка прежде, чем она об этом подумала. Ксен поморщился, когда она произнесла его позывной или что это там у них было. Поморщился и посмотрел с еще большей обидой. Будто бы Лера уже не должна была его так называть. Будто она за это короткое время должна была привыкнуть к его настоящему имени.

Развернувшись, Ксен зашагал в спальню. Хлопнул дверью прямо перед лицом поспешившей за им Леры. Через несколько минут вышел, одарил ее хмурым взглядом и направился в коридор.

— Ты куда? — крикнула Лера, спеша за ним.

— На пробежку.

— Врешь!

— Не вру. Вот, костюм надел.

Лера кинулась к нему и начала ощупывать, ища спрятанный пистолет. Ксен неприятно усмехнулся.

— Не веришь мне, да? После всего, что между нами было?

Убедившись, что пистолета при нем нет, Лера отстранилась и произнесла:

— Обещай, что ты подумаешь над своим решением. После пробежки.

Воцарилось долгое и гнетущее молчание, нарушаемое лишь тяжелым дыханием Леры. Тошнота снова подкатила к ее горлу, и она с трудом сдерживалась, чтобы не согнуться пополам прямо в коридоре.

— Хорошо, я подумаю, — наконец сказал Ксен, толкнул входную дверь и вышел в коридор.

Лера сразу же кинулась в туалет и склонилась над унитазом.

— Черт… — простонала она, прислонившись к стене и тяжело дыша. — Да что со мной не так…

Над головой раздался звук входящего сообщения. Лера посмотрела на стиральную машинку и заметила на ней телефон Ксена — ту самую старенькую «раскладушку».

Заинтересовавшись, она потянулась к телефону. Сообщение было от Гекаты, и Лера непроизвольно поморщилась. Нажала «прочитать», уверенная в том, что телефон потребует пароль, но нет. Сообщение открылось без всяких препятствий, что Леру порядком удивило. Такая организация, а на телефонах пароли не стоят.

«Ну что, ты определился?», — писала эта ненормальная.

Фыркнув, Лера стерла сообщение и положила телефон обратно на стиральную машину. К горлу снова подступила тошнота, и Лера чуть не взвыла от досады.

— Издевательство какое-то, — пробормотала она, зацепившись взглядом за мусорное ведерко, в котором лежал скомканный пакет. Внутри него были тесты, которые Лера сразу же выкинула.

Подумав немного, она достала пакет и вскрыла сначала одну коробку, а потом и остальные две. Спустя несколько минут она разложила тесты на спиральной машинке. Взяла телефон Ксена и принялась искать в нем таймер.

— Черт, да где он тут? — выругалась Лера, плутая по меню старой «раскладушки».

Таймер она так и не нашла, но зато обнаружила иконку с названием «Пантеон». Палец сам нажал на кнопку «выбор», и экран телефона потемнел, а затем на нем появилась эмблема с тонкими витиеватыми нитями, в середине которой было написано «ПАНТЕОН».

Затем появились пункты меню: задания, мессенджер, отчетность, архив, настройки.

Повинуясь какому-то странному предчувствию, Лера открыла «архив». На экране появился список имен и даты. Последним стояло имя некоего Руслана Викторовича Табунова. Лера нажала на него, и перед ней открылось подробное досье на этого человека, а затем контакты заказчика, фотографии убитого Табунова, дата убийства и имя Ксена в графе «исполнитель».

Поняв, что открыла список жертв своего парня, Лера тихо выругалась. Ей бы закрыть телефон и больше к нему не подходить, но любопытство было слишком сильным. Позабыв обо всем, Лера принялась листать список имен. Десять, двадцать, тридцать… Она сбилась, но считать заново не стала, просто листала вниз, пока не увидела имя, которое никак не ожидала обнаружить в этом списке. Имя ее отца, Дмитрия Ригера.

Дрожащим пальцем она открыла досье, пролистала вниз и охнула, зажмурив глаза. Фотографии были ужасными. У отца, действительно, от лица почти ничего не осталось. И это сделал Ксен… Все это время убийца ее папы был совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки. Лера пряталась за его спиной, ела с ним за одним столом, спала с ним, любила его…

— Вот же блядство… — прошептала она, открыв глаза и вперив взгляд в имя Ксена, которое стояло в графе «исполнитель».

Графа «заказчик» пустовала, что могло означать лишь одно: Ксен убил отца Лера по своей воле. Видимо, расследуя гибель своей Карины, он вышел на Лериного отца и ошибочно посчитал его виновным. Явился к нему и застрелил. Причем не просто застрелил, а изуродовал ему все лицо — настолько велика была его ненависть.

И ведь Лера сама потом пришла к нему, еще и умоляла о защите. Убийцу собственного отца! Умоляла о защите! Вот же смех!

Скрючившись, Лера истерично засмеялась. Так виртуозно ее еще никто и никогда не обманывал. Чертов манипулятор!

Леру трясло от смеха и злости. Правда, которую она только что узнала, разгорелась внутри пожаром. И в этом пожаре, корячась и воя, сгорали все светлые чувства, которые Лера испытывала к Ксену.

Наконец она поняла, почему Ксен согласился защищать ее. Ему было весело развлекаться с дочерью того, кого он убил. Весело смотреть на то, как она влюбляется в него, как тает от его прикосновений.

Влюбиться в своего врага, что может быть хуже?

Лера устало прикрыла глаза, а когда открыла, взгляд ее упал на стиральную машинку. На ней в ряд лежали тесты, все как один показывая две полоски.

— Ну пиздец, — выдохнула Лера.