Осень по договору: Жена на шесть месяцев

Глава 27. Ника: Настоящее

В душ мы пошли по очереди — сначала я, потом он, пока я сушила волосы и пыталась привести себя в порядок. Отражение в зеркале выдавало меня с головой: припухшие губы, румянец, который никакая пудра не могла скрыть, и этот особый блеск в глазах, который бывает только у женщин, которых хорошо любили.

Ванная комната в обновленной квартире была роскошной — мрамор, золотистая фурнитура, огромное зеркало с подсветкой. Но сейчас она казалась уютной, домашней — на полке стояли мои баночки с кремами рядом с его бритвенными принадлежностями, два халата висели на крючках, две зубные щетки в стакане. Мелочи, но именно они делали это место домом.

На кухне мы столкнулись у кофеварки — новой, блестящей, которая умела готовить десяток видов кофе. Глеб обнял меня сзади, пока я возилась с настройками.

— Знаешь, что я подумал? — сказал он, уткнувшись носом мне в макушку.

— Что?

— Хочу просыпаться так каждое утро. С тобой.

Опасные слова, учитывая наши условия. Но я не стала говорить об этом, просто откинулась на его грудь, позволяя себе на минуту поверить в сказку.

— А что Соня? — спросила я, поворачиваясь к нему лицом. — Она же умная девочка, может начать задавать вопросы о нашем... соглашении.

— Соня счастлива, — ответил он уверенно. — Я вижу, как она смотрит на нас. Для нее мы настоящая семья.

— Но мы же...

— Мы — семья, — перебил он. — Неважно, как это началось. Важно, что есть сейчас.

Завтракали мы на скорую руку — время поджимало. Новая кухня сияла чистотой: белые глянцевые фасады, мраморная столешница, на которой Анна Петровна оставила контейнеры с едой на весь день. На холодильнике красовались магниты с нашими фотографиями — Соня на качелях, мы втроем в гостиной, я с растрепанными волосами утром (когда Соня успела сделать этот снимок?).

— Кстати, — сказал Глеб, намазывая джем на тост, — завтра официальное закрытие проекта "Северная звезда". Будет небольшая презентация для совета директоров.

— Я знаю. Весь день буду готовить финальные отчеты.

— И еще... — он замялся, — вечером хочу обсудить с тобой кое-что. После того, как Соня уйдет спать.

— Что-то серьезное?

— Можно сказать и так. Но хорошее, обещаю.

Интересно, что он задумал? Но времени выяснять не было — нужно было ехать на работу.

В машине по дороге на работу мы держались за руки — простое переплетение пальцев, но от этого прикосновения по телу разливалось тепло. Октябрьский город за окнами просыпался: желтые листья кружились в воздухе, люди спешили по своим делам, а мы существовали в собственном пузыре счастья.

— Почему ты улыбаешься? — спросил Глеб, поглядывая на меня.

— Просто думаю о том, как все странно сложилось. Месяц назад мы заключили деловую сделку, а теперь...

— А теперь?

— А теперь я еду на работу с тобой, как настоящая жена.

— Ты и есть настоящая жена, — сказал он серьезно. — Неважно, с чего начиналось.

На парковке мы встретили нескольких сотрудников. Глеб обнял меня за талию — естественный жест мужа, и я поймала завистливые взгляды секретарш. Еще бы — жена самого завидного холостяка города (теперь уже бывшего холостяка).

— Доброе утро, Глеб Антонович, Ника! — поздоровалась Марина из бухгалтерии. — Как приятно видеть вас вместе!

— Доброе утро, Марина, — ответил Глеб, не убирая руку с моей талии.

В лифте оказались вчетвером — мы и две девушки из отдела кадров, которые украдкой поглядывали на нас и перешептывались. Глеб притянул меня ближе, демонстративно поцеловав в висок.

— Весь день буду думать о тебе, — прошептал он мне на ухо, достаточно громко, чтобы девушки услышали.

Они захихикали, а я почувствовала, как горят щеки. Но было в этом что-то приятное — быть объектом зависти, быть той, кого он выбрал.

Когда двери открылись на двадцать третьем этаже, я вышла на ватных ногах. Глеб напоследок сжал мою руку и подмигнул — жест настолько не характерный для холодного босса, что я едва сдержала смех.

Утро пролетело в привычной рабочей суете. Отчеты по "Северной звезде" требовали максимальной концентрации — нужно было свести все данные, подготовить презентацию, убедиться, что каждая цифра на месте. Но мысли то и дело возвращались к утренним часам. К его рукам на моем теле, к шепоту моего имени, к обещанию просыпаться вместе каждое утро.

— Ника, ты здесь? — в дверь заглянула Лена. — Земля вызывает Нику!

— Прости, задумалась.

— Ага, вижу! — она вошла и закрыла за собой дверь. — Ты сегодня прямо светишься! Что случилось?

— Ничего особенного. Просто хорошее утро.

— Ага, конечно, — она придвинулась ближе с заговорщическим видом. — У тебя лицо женщины, которую хорошо... ну, ты понимаешь.

Я почувствовала, как пылают щеки.

— Лена!

— Что? Вы же муж и жена, что тут такого? Наоборот, здорово! У вас с Глебом такая химия, что воздух искрит. Слушай, а можно личный вопрос?

— Какой?

— Он такой же страстный в постели, как кажется?

— Лена! — я чуть не подавилась кофе.

— Ну что? Мы же подруги! К тому же, мне нужно знать, чего ожидать с Максимом. Кстати! У меня новости! Обедаем вместе?

— Конечно.

В кафе она рассказывала о предстоящих выходных на даче, а я слушала и думала о том, как все просто у других людей. Встретились, влюбились, поехали на дачу. Без контрактов, тайн и сложных условий.

— Максим сказал, что там есть баня, озеро рядом, лес. Романтика! И мы будем совсем одни!

— Волнуешься?

— Жутко! А вдруг он поймет, что я не такая интересная? Вдруг разочаруется?

— Лена, ты чудесная. И Максим это прекрасно видит.

— Ты правда так думаешь? Ох, хотела бы я быть такой уверенной, как ты. У тебя с Глебом все так естественно, словно вы сто лет вместе.

Если бы она только знала...

— Кстати, — продолжила Лена, — завтра же презентация проекта? Говорят, будет небольшой фуршет после?

— Да, для команды проекта и руководства.

— И вы с Глебом будете как пара? Как муж и жена на официальном мероприятии?

— Наверное, да.

— Это же так романтично! Первый совместный выход в свет!

Я не стала ее разочаровывать, напоминая, что мы уже появлялись вместе. Но завтра действительно будет особенным — первое корпоративное мероприятие, где мы будем присутствовать как семейная пара, а не просто коллеги.

День катился к вечеру. Я закончила отчеты, провела финальную планерку с командой, убедилась, что все готово к завтрашней презентации. Около пяти получила сообщение от Глеба: "Задерживаюсь на час. Северов требует внеочередное совещание."

Северов. От одного этого имени внутри все сжималось. Что он опять задумал?

В шесть в дверях появился Глеб — усталый, но с улыбкой.

— Готова ехать домой?

— Да. Как прошло совещание?

— Северов пытался оспорить некоторые решения по проекту. Безуспешно.

— Он не успокоится?

— Нет. Но это не наша проблема. Пойдем домой.

Домой. Это слово звучало так правильно.

Дома нас встретила Соня — взъерошенная, с горящими глазами.

— Контрольная была ад! Но я решила все задачи! Кажется, даже правильно!

— Умница! — Глеб обнял ее, и я увидела, как она прижимается к нему, совсем как к родному отцу.

— А еще, — продолжила Соня, — учительница сказала, что если я так же хорошо сдам экзамены в лицей, у меня есть все шансы попасть в математический класс!

— Это потрясающе! — я обняла ее.

— Это все благодаря Глебу, — Соня посмотрела на него с обожанием. — Он объясняет так, что даже я понимаю!

За ужином — Анна Петровна оставила потрясающую лазанью — Соня рассказывала об экзаменах в лицей, которые ждали ее через две недели.

— По математике я готова, спасибо тебе, — она кивнула Глебу. — А вот английский...

— Я помогу с английским, — пообещала я.

— И литература. Там нужно писать эссе, а я никогда не знаю, что они хотят услышать.

— Эссе — это просто структурированное изложение твоих мыслей, — сказал Глеб. — Я могу показать тебе несколько приемов.

— Ты? — удивилась Соня. — Но ты же технарь!

— В МВА приходилось писать множество эссе. Принцип тот же.

— Круто! Значит, вы оба будете моими репетиторами?

— Конечно, — ответили мы одновременно и рассмеялись.

— Можно я вечером схожу к Лизе? Мы хотим позаниматься вместе.

— На ночь? — уточнила я.

— Нет-нет, часа на три. К десяти вернусь, обещаю!

Когда Соня ушла, мы остались вдвоем в гостиной. Глеб притянул меня к себе на диване, и мы просто сидели в обнимку, наслаждаясь тишиной и близостью.

— Хороший день, — сказал он, целуя меня в висок.

— Очень хороший. Особенно утро.

— Утро было восхитительным. Хочу, чтобы каждое утро было таким.

— Глеб...

— Знаю, знаю. Не будем загадывать. Но я не могу не думать об этом. Помнишь, я говорил, что хочу кое-что обсудить?

— Да?

— Хочу свозить тебя кое-куда. Всего на три ночи. Без работы, без суеты. Просто мы.

— Куда?

— За границу.

— Но Соня...

— Я уже поговорил с Анной Петровной. Она с радостью останется с ней. И Соня не против — я спросил.

— Ты спросил Соню?

— Конечно. Она сказала, цитирую: "Уже пора! Вам нужен медовый месяц, хоть и запоздалый."

Я рассмеялась, представляя, как Соня это говорит.

— Ну что, согласна? — в его голосе звучала надежда.

— Согласна.

Он притянул меня к себе и поцеловал — глубоко, страстно, с обещанием того, что ждет нас в эти выходные?

Мы сидели в обнимку на диване, и за окнами медленно опускалась октябрьская ночь. Где-то вдалеке Соня готовилась к экзаменам, Анна Петровна планировала меню на завтра, Северов строил новые козни. А мы просто были вместе — без прошлого, без будущего, только настоящее.

И в этот момент, в обновленной квартире, ставшей домом, с его руками вокруг меня и билетами на выходные, лежащими на журнальном столике, я почти поверила, что сказка может стать явью.

Почти.