Папа для Бусинки. Завоюю тебя, бывшая (СИ)

Глава 29

Лана

— Эй? Тут есть кто-нибудь? — слышится с улицы мужской голос, кажущийся знакомым, от неожиданности я замираю, ведь была практически уверена, что это Роман.

Но это не он, кто-то другой подъехал на машине к забору нашего дома. Темнота пробуждает страхи. Сердце пускается вскачь, живот волнообразно двигается, малышка чутко реагирует на мое волнение.

А вдруг это снова происки Свиридовой? Вдруг она прислала кого-то по мою душу? Вдруг я выйду сейчас и попаду в ловушку?

С другой стороны, это может быть сосед из дальнего дома, пришел на выручку — узнать, как тут одинокая беременная девушка без света?

На всякий случай выключаю фонарик на телефоне, чтобы не выдать свое присутствие. Дышу тяжело, вдох-выдох, чтобы успокоиться. Сама себе удивляюсь — уверяла Нину, что не хочу видеть здесь Свиридова, а стоило какой-то машине подъехать, как во мне сразу всё встрепенулось. Я так обрадовалась! Подумала, что он приехал спасти меня.

— Так есть кто-то или нет? — снова слышится мужской голос, и мужчина пытается открыть калитку, а сделать это очень просто — засовываешь руку в щель и приподнимаешь железную щеколду.

Что он и делает. Открывает калитку, она скрипит, дальше слышу приближающиеся шаги. Мужчина стучит уже в дверь дома. Дверь колышется.

— Лана, открывай, это Вадим. Ахрамеев. Открой, надо поговорить.

— Вадим? — невольно восклицаю.

Что здесь делает Ахрамеев? Как меня нашел? Зачем?

И как так вышло, что он приехал именно сейчас, когда в деревне отключился свет?

Меня начинает трясти, лихорадочно соображаю, что же мне делать. В полицию звонить? Когда они сюда доберутся? Нине? Роману?

Боже, что мне делать? Почему я такая невезучая и снова оказалась в какой-то жуткой ситуации?

— Лана, не бойся, я просто хочу поговорить. Ничего тебе не сделаю. Что у вас тут со светом? Отключили?

Молчу, боюсь подать голос, закусываю губу, мысли лихорадочно мечутся.

Я не знаю, что делать. Одна, в темном доме, а за дверью человек, который испортил мне жизнь. Да, по наущению Свиридовой, но он это сделал. Я не хочу ему открывать. Это небезопасно! И говорить не хочу!

— Не хочешь открывать? Ладно. Пообщаемся так. Мне нужно с тобой объясниться. Твой этот олигарх долбанутый испоганил мне карьеру! — жалуется он, пыхтя за дверью, голос звучит глухо, но я всё слышу. — Отзови его, а? Лан? Я урок выучил. Взрослые же люди, в самом деле! И я хочу знать про здание, скажи мне, он хочет у меня забрать модельный дом?

Роман собирается отнять у Ахрамеева модельный дом? Вот это новости!

— Лана, помоги мне! Я виноват, да, но это же не значит, что меня уничтожать надо, а?

Интересно! Меня, значит, они пытались уничтожить, жизнь мне сломать, а его не надо?

Не могу сдержаться.

— Вадим, я не хочу с вами говорить, я ничего не знаю, уезжайте! Зачем вы сюда приехали? Как меня нашли? Я ни у кого ничего не просила делать. Просто вы не должны были на меня наговаривать, — замечаю резонно, разозленная тем, что он, после всего того, что сделал, еще и пытается на меня надавить и вызвать сочувствие.

— Как нашел? Да проще простого. Что, думаешь, трудно выяснить, где дача у твоей подруги? Лана, не дури, давай нормально поговорим. Открой дверь. Ты за кого меня принимаешь? Думаешь, я буду угрожать беременной женщине? Я что, совсем конченый? Я приличный бизнесмен, уважаемое лицо, я звезда! А из-за Свиридова меня в грязь втоптали, вредят, мне жизни нет, карьеру к черту идет! Я приехал сюда в отчаянии, потому что до твоего этого Свиридова не достучаться! Птица высокого полета. Не достать. Но я хочу вернуть свою жизнь. Знала бы ты, как я жалею, что взял те деньги у Свиридовой. Слушай, Лана, — он вдруг оживляется, скребется в дверь, — а хочешь, я в полицию пойду, дам показания, что она тебе угрожала и денег мне дала, чтобы я тебя оговорил? Хочешь, вместе пойдем? Ты же в больнице лежала, да? Когда на тебя напали? Я видел в новостях. Общественность на твоей стороне. Давай уничтожим этих олигархов! Я помогу тебе, а ты мне? Черт, Лана, ты меня совсем выставляешь идиотом. Сижу тут в темноте и через дверь разговариваю. Открой! Я не уйду, пока не откроешь, буду тут сидеть, пока ты не выйдешь.

— Я не открою, Вадим. Уезжайте! Нам не о чем разговаривать, — выговариваю ему зло, меня трясет, — надо раньше было думать, когда вы брали деньги у Свиридовой и решили наговорить на меня.

— Я ничего не наговаривал! Так вышло! Это всё журналюги, мрази, они использовали мои же слова против меня, оговорили, давай я новое интервью дам, невесту себе найду, представлю ее, о тебе и слова не скажу, покажу новую коллекцию. Внимание переведу, от тебе все забудут. Спокойно родишь. Хочешь, я тебе денег дам? Тебе же надо, ты скоро станешь матерью, там большие расходы. Хочешь, миллион дам, хочешь, два? Или ты Свиридова ждешь? Да не приедет он. Там мать если не одобрит невесту, то послушные сыночки и не женятся. Она властная тетка, даже мужа прижала, без ее ведома ничего не происходит в семье.

— Я не хочу ничего слушать, — резко обрываю бесполезные бредни Ахрамеева, которые, вопреки всему, меня ранят, вскрывают нарывы, обнажая ту правду, которую я никак не хотела признавать.

Что мне больно быть отверженной семьей Свиридова.

Больно оттого, что я буду той самой матерью-одиночкой.

Рома клянется в любви, просит его простить, поверить ему, да только его здесь нет.

Может быть, ему на меня всё равно? Почему он не приехал?

Он правда послушает мать и оставит меня, если она запретит на мне жениться?

Прикрываю глаза, ни слова не могу сказать, иначе Вадим услышит, что мой голос дрожит от непролитых слез, которые я с огромным трудом сейчас сдерживаю. От эмоций, что накатили так некстати, нежданно-негаданно, из-за приезда этого человека.

Прислоняюсь к стене и просто жду, чтобы он ушел.

Хотя мне орать хочется, заставить его убраться, потому что не он тут должен быть.

Не он!

Не его я всё это время втайне от самой себя ждала.

Какая же ты влюбленная дурочка, Лана, любишь человека, которого не надо любить.

Страдаешь по олигарху, которому до и тебя и дела нет.

Ему не нужна я, не нужна моя малышка Бусинка.

Конечно, нет, иначе где он?

Следующие слова Ахрамеева глохнут, я словно в непроницаемом куполе. Потерялась, пропала, забылась в своих слезах, которые, несмотря на все мои усилия, нашли дорогу наружу. Размазываю их по щекам, упиваясь своей болью, одиночеством, неприкаянностью, пока не слышу странные звуки.

Какие-то хрипы, движение за дверью, вскрики, грубые и злые мужские голоса.

Да что там творится⁈ Драка? Господи… Мне так страшно! Что делать?

Хватаю телефон, понимая, что совсем мало заряда осталось, нажимаю на вызов, отвечает не сразу, запыхался, словно бежал, или…

— Роман, ты где? Я… мне нужна твоя помощь.

— Не бойся, я уже здесь.