Поцелуй дракона для попаданки

Глава 14

Лала, мисталийство правопорядка

Талирию отпустили под домашний арест спустя два часа. Меня страшно злило, что она вышла сухой из воды. Только мъял Катес, Олже Катес, по секрету сообщил мне, что Ал отправился подписывать приказ на открытие дела к некому Арктуру Роу, после подписи которого дать делу задний ход без объективных причин не сможет даже сам Арктур Роу, мисталь секретной службы.

Меня пытались выпроводить домой, вызвав тальгетту, но я решительно отказалась. Во-первых, в одиночку или в сопровождении адъютанта Калема я за пределы мисталийства не выйду. Во-вторых, ни за что не сяду в адскую карету без суровой надобности. Одного падения мне более чем хватило, чтобы держаться от местных средств передвижения как можно дальше хотя бы в ближайшие сутки, пока не спадет первый шок.

Тогда мъял Катем усадил меня за стол в одном из кабинетов и сказал читать лежащую на пустом столе книгу, изучать законы Рафленхера. Аналог привычной конституции здесь назывался кадантар и в сумме умещался в сорок два толстых тома, расставленных на стеллаже за моей спиной. То, что мне вручили для первичного изучения, было первым томом и фактически краткой выжимкой всех остальных сорока одного тома.

Если я хотела стать мъялом, мне придется выучить все, написанное в этих сорока двух книгах? Настроение тут же поползло в низ: а чего я ожидала? Что мне выдадут волшебную палочку и выпнут пинком под мягкое место на поиски преступников? Уж слишком я романтизировала профессию и мое понимание, что придется начинать с низов, не такое уж сильное, как я предполагала.

Подвязанная рука побаливала, но причиняемый ею дискомфорт скрашивался удобным креслом. Не прошло и часа, как вернулся донельзя довольный Ал с подписанным приказом, затем он вручил его мъялу Олже Катесу и таки принудил меня вернуться домой, вручив первый том кадантара в качестве домашнего задания. Моего мнения не спросил: обнял без разрешения и в доли секунды перенес за пределы ограды родового поместья Сагеш.

Перенес, поцеловал в макушку, пожелав выздоравливать, и также исчез в облаке пепла, как он делал очень часто, как я заметила. Только я вздохнула, что наконец-то брошусь в мягкую постельку, раз уж отправились отдыхать, но не тут-то было. Об обещании Зольдины я успела позабыть за суетой, а она — нет. Не успела я подойти к ограде, как заботливая свекровь вышла навстречу и несла с собой декоративный зонтик. Из-за неприятностей я даже солнца не заметила.

А ведь день был не так уж плох, не считая знакомства с крайне омерзительными людьми. Вспомнив, что за экзекуция меня ждала в течение ближайших нескольких часов, развернулась: еще одна тальгетта приближалась медленно, но неотвратимо. Рука заныла с новой силой, когда подвязка растаяла. Видимо, закончилось действие лекарства штабного доктора.

Все было как в тумане: ощущение такое, что в дьявольскую тальгетту меня засунули чуть ли не за шкирку, также вытащили спустя непродолжительное время и впихнули в какой-то магазин одежды. Притом в очень странный магазин, в котором будто вытравили все запахи. От обонятельного шока я очнулась и взяла себя в руки. В конце концов, это все делалось только ради меня.

— Мисталь Роу! — воскликнула Зольдина, и я вздрогнула. Что Ал забыл здесь? — Как приятно вас видеть!

Развернувшись, я увидела на диванчике незнакомого мужчину. Когда было названо его имя, он встрепенулся и встал. Это не был Ал, но в родственной связи между ними я не сомневалась, потому как это был мужчина лет на десять старше Ала, некогда черноволосый красавец, ныне замученный жизнью. Его волосы были заплетены в тугую косу, будто он был готов в любую секунду сорваться с места и бежать на работу.

Судя по его кислому лицу, так оно и было.

— Позвольте вам представить Ларису Сагеш, молодую жену моего сына, — Зольдина кивнула, как и другие люди кивали во время знакомства. Поэтому и я не стала отставать от местных правил этикета.

— Уже заочно знаком, — поправил мужчина. — Мое имя Арктур Роу, глава рода Роу и мисталь тайной службы по совместительству.

Разве тайная служба на то и тайная, чтобы хранить все сведения о ее деятельности и участниках в секрете? Чего-то в этой жизни я реально не догоняла. И тогда я вспомнила его имя: именно Арктур Роу должен был подписать приказ на открытие дела о покушении на мою жизнь.

Если я правильно поняла, то проблемой была его жена, с которой дружила Талирия, и могла извести его за неоказание помощи «несчастной оклеветанной деве».

— Рада личному знакомству, мисталь Роу, — еще раз кивнув, сказала. — Благодарю за немедленное оказание помощи, чтобы покарать преступницу.

— Преступницу? Мерзкая лгунья! — завизжали у меня за спиной.

Я даже не сомневалась, кто это. Голос был незнакомый, а значило Фьюза Роу. Только обернулась к ней, собираясь высказать ей многое, из того что я думала насчет «невинной оклеветанной девы», что было возможно сказать вежливо, как заткнулась. Гиппопотамус с ярко-синим платком, закрывающим половину лица, и животом размером с два портфеля первоклашек злобно смотрел на меня. Она ведь беременна ребенком, а не жратвой?

— Ваша подруга напала на стажера мисталийства. Вы субъективны и вам неизвестна ситуация…

— Молчать! — прорычал Арктур Роу, требуя, чтобы заткнулись мы обе. Фьюза точно собиралась устроить концерт, а он был слишком вымотан, чтобы еще своего гиппопотамуса успокаивать. — Выбрала шляпу?

Фьюза насупилась, фыркнула и отвернулась от меня. Она не сделала ни шагу, как ее ноги подкосились. Арктур Роу в последнее мгновение успел ее подхватить, но каких трудов ему стоило дотащить ее тушу к диванчику. Что-то мне подсказывало, что это был брак по расчету: не чувствовала я никакого воодушевления от скорого пополнения в семье, скорее ненависть к факту существования жены рядом с собой.

В этот раз чувство женской солидарности решило закопаться поглубже в подсознании само, без помощи голоса разума.

Фьюза Роу рожала.

Притом она из-за аномального веса и огромного количества одежды на себе даже не заметила ни того, как отошли воды, ни как начались схватки. Если они вообще начались. О беременности и родах я не знала ровным счетом ничего, но даже я понимала, что-то шло не так.

Роды должны продолжаться порядка десяти часов, а вместо этого все происходило на моих собственных глазах. Насколько нужно быть толстокожей при весе за сто пятьдесят, чтобы не только не почувствовать начала родового процесса, а еще мужа по магазинам таскать? Притом мужа с ночного дежурства, когда сама явно содержанка. У нее было хоть немного совести?

Наверное, я должна была оказать посильную помощь Зольдине и продавщицам, которые обступили Фьюзу Роу. Тем самым, которые приезжали к нам сегодня затемно, чтобы прилично одеть меня в первый рабочий день. Но вместо этого я встала в сторонке рядом с Арктуром Роу, вернувшимся вместе с каким-то мужиком из магического телепорта.

В течение получаса все разрешилось. Первым на руки по местным традициям на руки ребенка получал отец. Арктур Роу критически осмотрел ребенка, не побоявшись испачкать одежду в крови, и явно остался недоволен. Смена его настроения не прошла мимо меня, и черт меня дернул выйти за ним на улицу, когда он передал ребенка матери.

На улице, когда вокруг никого не было, я прошептала:

— Подозреваете в измене?

Никто из тех, кто проходил рядом с магазином, не должен был услышать. Но он, Арктур Роу, услышал. И вздрогнул. Он обернулся ко мне и чуть не убил горящим взглядом. Если бы попытался убить, то я бы ему показала, что значит огонь. А потом зашарила, заявив, что испугалась и до сих пор не научилась контролировать огненную магию.

Зря? Шаг в пустоту, и Роу оказался у меня за спиной, перехватил меня, скрутив руки за спиной и опустив на колени… а в следующую секунду меня выкинуло на ковер рядом с красным диваном. Видимо, промахнулся со злости.

— Хочешь, чтобы я отправил тебя туда, откуда ты пришла, Пала? — с явной издевкой он произнес мое имя в конце. — Лариса.

— Там, откуда я пришла, есть тесты генетического родства без вреда для ребенка и родителя. По образцу крови или волосу, например.

Арктур Роу был зол из-за того, что я угадала его мысли. Я не удивлена: когда содержанка, которой мерзко воспользоваться даже по прямому назначению, вместо долгожданного ребенка пыталась подкинуть плод супружеской измены… На его месте я бы взбесилась.

— Все можно сделать тайно, если Спаркп сможет открыть портал в мой мир. Несколько дней, и вы можете быть уверены… Ошибки невозможны, если не подкупить. Но ведь ни Фьюза, ни ее родственники не смогут повлиять на экспертизу в моем мире!

Язык заплетался, и я сама слабо понимала, какую чушь несла. А кто бы не испугался, когда на них пер бы злой мужчина, злой как тысяча очнувшихся от спячки медведей? Притом голодных, проснувшихся после истощения основных запасов, но все равно слишком рано.

Арктур Роу опал прахом, телепортировавшись. Я тут же кинулась к двери из гостиной, но меня снесло энергетической волной. Совсем как тогда, в моем доме, когда я впервые повздорила с Хранителем, посчитав, что кухня — живая. Сейчас передо мной появился призрачный пес, совсем щенок, похожий на бульдожку. Он сел рядом с одной из дверей и гавкнул. Таким образом он, наверное, предупредил, чтобы даже не пыталась убежать ни через дверь за его спиной, ни через другую, а покорно дожидалась его хозяина.

В серой комнате кроме большого красного дивана ничего не было. Похоже я находилась в одной из закрытых комнат родового поместья Роу, либо в какой-нибудь штабной секретной квартире или маленьком столичном домике для временной передержки. У кгб таких квартир в советское время было много! Почему бы и местным секретникам таких не иметь?

Я ждала довольно долго, Арктур Роу не возвращался. Я сидела на красном диване, смотрела на щенка и думала, смогу ли его обмануть и сбежать из этой комнаты? Хотя бы из комнаты для начала, чтобы после сориентироваться на местности? Додумать мне не дали — посреди комнаты зажглась знакомая печать призыва, и я безбоязненно наступила на нее. Такую отправить мог только один человек — Спаркл.

И я не ошиблась. Шагнув в пропасть, я вышла в его лаборатории. Муж что-то вырисовывал, стоя над столом. Арктур Роу безуспешно пытался успокоить плачущего младенца. Вот зачем я вякнула про подозрения в измене? Если бы молчала, то не оказалась бы в такой непонятной ситуации. Я понимала, что не хотела возвращаться обратно в свой мир. Но теперь меня никто не спрашивал.

Стоило ли мне надеяться на ответную благодарность? На решение проблемы с Талирией, на закрытие белого пятна в моей биографии, покуда в это мире меня до недавнего времени не существовало вовсе? А на продолжение работы в мисталийстве? Даст ли мне такой шанс тот, с кем Ал не смел пререкаться? Мне, действительно, выпал удивительный шанс.

— Лариса! Успокой его! Ты женщина! — не выдержал Арктур Роу спустя четыре минуты, как я появилась в лаборатории.

— Ну уж нет, не могу! — я отступала назад, пока не врезалась в стену. — Я не проходила специального обучения! И ответственности за этого ребенка я не несу! Посмотрите сами, может он описался, обкакался или кушать захотел? Больше я ничего о детях не знаю! Сами видели, что я даже помочь в принятии родов не смогла!

— Что за бестолковая женщина! — ругнулся Арктур Роу, добавив что-то совсем тихо. Я видела только, как беззвучно шевелились его губы. — Сагеш, ты кого в жены взял?

Спаркл поднял голову, услышав свое имя. Посмотрел с недоумением, нахмурился и, не получив других указаний, снова уткнулся в исчерканные листы.

— А жена нужна не только для того, чтобы рожать и с детьми возиться! — запротестовала я. — А для… короче, не буду тревожить вашу душу несбыточными надеждами. Если разведетесь, то найдете нормальную девушку и женитесь по любви. Вот тогда и поймете, зачем на самом деле нужна жена!

Он меня не понял, а я обошла мужа и села за стол, чтобы вблизи смотреть, что он там творил и вытворял. Он перерисовывал печать призыва, чтобы отправить нас с Роу в мой мир и, возможно, пойдет с нами. Арктура Роу ему все равно придется вернуть в этот мир, поэтому мне видимо не стоило пугаться, что снова вернусь к разбитому корыту с пятьюдесятью тысячами рублей в заначке. Притом именно их придется потратить на тест днк: вряд ли мы найдем требуемый валютный обменник, а за сдачу дорогих украшений в ломбард можем влететь под статью, если хозяин вызовет полицию.

— Готово! — наконец объявил Спаркл, и я встрепенулась.

Арктур Роу подошел ближе к столу с уже уснувшим ребенком. Я даже знать не хотела, что он сделал и применял ли магию для успокоения, пока я увлеклась рассматриванием мужниных почеркушек. Надо бы поинтересоваться, чем конкретно он занимался в этой лаборатории, а то мои знания о нем ограничивались словом «артефактор». Не порядок.

— Тогда отправляемся, — объявил Арктур Роу. — Чем быстрее начнем, тем быстрее вернемся.