Порочный сексуальный полицейский

Глава 9

В отсутствие Леви Сара закончила уборку на кухне после завтрака и посмотрела несколько передач по телевизору, следя за временем, поскольку сегодня вечером у нее была смена, и через несколько часов ей предстояло выйти. Если Леви не вернется в ближайшее время, придется выяснять, где расположена ближайшая автобусная остановка, иначе она опоздает на смену. Пусть он и настаивал на звонке, если ей что — нибудь понадобится, но она понятия не имела, какие дела он выполнял и насколько они важны, и не хотела доставлять ему неудобства.

Она потратила годы на обретение самостоятельности и поиски способов импровизации в далеко не идеальных ситуациях. В последнее время ее жизнь превратилась в настоящий водоворот событий, и она пыталась пробиться сквозь этот хаос, как делала всегда. В этом она была хороша: ставить одну ногу перед другой, несмотря на любые обстоятельства и препятствия, оказывающиеся впереди. И с тех пор, как она потеряла родителей, ей пришлось натолкнуться на множество камней преткновения и пережить много душевных страданий.

Сара поджала под себя ноги на мягком диване Леви и устало вздохнула. Не из-за физического истощения, она чувствовала себя совершенно выжатой эмоционально. Она так устала бороться каждый божий день, делать неправильный выбор, который приводил к еще большим страданиям. Дилан стал ее последним плохим решением, и все потому, что она ослабила бдительность и поверила его обещаниям. Вернее, лжи, которую он ей наплел.

И вот она снова оказывается в схожей ситуации с Леви. И все же, даже когда эта мысль пришла ей в голову, Сара не сомневалась, что он — человек слова. Только за последнюю неделю он проявил себя множеством способов, защищая ее и обеспечивая безопасность, когда ей некуда было податься и не к кому больше обратиться. Взамен он ничего не просил, и никаких тревожных сигналов она не замечала. И если говорить по правде, раньше тревожные сигналы всегда были. Нет, Леви нельзя сравнивать с одним из парней из ее прошлого, которые использовали ее.

Сара безоговорочно доверяла Леви, и ее пугало то, насколько сильно и быстро она влюблялась в него, даже, несмотря на то, что старалась не становиться частью уравнения, которое с каждым днем было все труднее и труднее решить. Черт возьми, она боролась со своим влечением к нему с того самого дня, как он зашел в магазин и стал с ней флиртовать. Проведя с ним время вне работы и после всего, чем они поделились за последние сутки, она не могла отрицать, что ее чувства к нему быстро усиливались.

Леви был самым добрым, самым заботливым и благородным человеком, которого она когда-либо встречала, несмотря на его тяжелое прошлое, и хотя сейчас он ей помогал и, казалось, был готов позволить оставаться с ним столько, сколько ей нужно, по опыту Сара знала: ничто столь хорошее не длится вечно. Никогда. Всегда случалось что-то, что напоминало ей, что она недостойна любви, и это было связано с еще одним ее глубоким страхом, что она не заслуживает счастья, особенно, когда она единственная пережила пожар, убивший всю ее семью. Даже спустя годы, вина и горе все еще могли поглотить ее и наполнить всепоглощающей печалью.

Из мрачных мыслей ее вырвал звук того, что кто-то вошел в дом через гараж. Она взглянула в коридор как раз в тот момент, когда Леви появился на кухне с плоской картонной коробкой и полиэтиленовым пакетом. Сара встала с дивана, чтобы присоединиться к нему, вдыхая восхитительный, пикантный аромат пиццы, которую он принес домой, таким лакомством ей уже давно не приходилось наслаждаться. У нее потекли слюнки, когда он открыл крышку, и она увидела пепперони, грибы и расплавленный сыр.

Она взяла две тарелки, осознавая, насколько ей уже комфортно на кухне Леви. Как у себя дома.

«Не привыкай к этому», — насмехалось ее подсознание, и девушка быстро подавила эту мысль, прежде чем та утянула ее в пучину уныния.

Одну тарелку Сара протянула Леви, и сама взяла кусок пиццы.

— Почему я всегда ем, когда нахожусь рядом с тобой?

— Я просто помогаю тебе набрать вес, — сказал он, напоминая об их утреннем разговоре и о том, где он предпочел бы увидеть этот набранный вес — на ее бедрах и заднице. — И я предположил, что на обед ты ничего не ела, так что этого должно хватить, чтобы продержаться всю ночь, и нам не придется беспокоиться об ужине.

Она настолько привыкла к нерегулярному питанию, что постоянно пропускала приемы пищи.

— На работу я точно уйду сытой, — радостно сказала она.

Леви долго смотрел на нее, будто хотел что-то сказать, но вместо этого отвел взгляд и положил себе несколько кусочков ароматной пиццы. Оба прислонились к стойке рядом друг с другом, довольно поедая пиццу на кухне.

После нескольких укусов Сара нарушила легкое молчание, установившееся между ними.

— Ты выполнил все свои дела?

— Да. — Одной рукой держа тарелку, другой он полез в передний карман джинсов. Вытащив небольшую пачку купюр, он протянул ее ей. — Это твое.

Она осторожно взяла деньги, совершенно растерявшись.

— Мое? — Сара покачала головой и нахмурилась, пытаясь осознать, как он мог вернуть украденные деньги. — Где ты их взял?

— Это не украденные деньги из твоего номера, — объяснил он, развеивая ее предположение. — Но я заглянул к администратору мотеля, чтобы сообщить о взломе и вернуть твой остаток недельной оплаты, поскольку ты больше там не живешь.

Она посмотрела на него с недоверием.

— Я в шоке, что тебе его вернули.

Леви пожал плечами, будто это пустяковое дело.

— Парню потребовалась небольшая мотивация, чтобы отдать деньги, и я дал ее ему.

Отложив деньги, Сара весело ухмыльнулась, уверенная, что знала, о какой мотивации шла речь.

— Ты показал свой значок и разыграл роль большого, плохого полицейского, да?

Он беззастенчиво усмехнулся.

— Возможно.

— Что ж, спасибо, — искренне поблагодарила она. — Я ценю это.

По большому счету, сумма было не такой уж и крупной, конечно, не столько, сколько было украдено, но для ее будущего каждый доллар имел значение.

Они доели пиццу, и хотя у нее сложилось впечатление, что у Леви на уме было что-то, судя по его задумчивому выражению, он не поделился тем, что его тревожило. Сара помогла завернуть остатки пиццы в фольгу и положить в холодильник. Пока Леви выносил картонную коробку на улицу, она загрузила тарелки в посудомоечную машину и вытерла стол, наслаждаясь домашними хлопотами.

Пакет, который он принес с собой ранее, стоял на дальнем конце кухонного островка, и она подтянула его ближе, чтобы разобрать покупки. Когда она вытаскивала черную коробку презервативов «Магнум», Леви вернулся на кухню.

Она взглянула на него широко раскрытыми глазами, и он сексуально улыбнулся ей.

— Что такое? — спросил он с весельем в голосе, приближаясь к девушке. — Слишком самонадеянно с моей стороны?

После сегодняшнего утра — в постели и в душе — она не винила его в том, что он купил защиту. Поскольку они жили под одной крышей, оба знали, что секс неизбежен.

Но она подняла бровь и не смогла удержаться от того, чтобы немного подразнить его.

— Самонадеянно, потому что ты купил презервативы или потому что они размер «Магнум»?

Леви низко и порочно рассмеялся, целенаправленно прижав Сару к стойке, в его взгляде на ее приоткрытые губы сверкали жар и желание.

— Милая, утром ты держала в руке мой твердый член, и в твоем рту его было столько, сколько ты могла вместить. Может, тебе нужно напомнить, с чем ты имеешь дело?

Вопрос больше походил на непристойный вызов, и ее тело ответило потоком влаги между бедер.

— Возможно.

Он склонил голову так, что его теплое дыхание коснулось ее уха.

— Тогда давай вновь познакомим тебя с длиной и шириной моего члена, чтобы у тебя не осталось сомнений по поводу размера.

Схватив ее руку, он прижал ее ладонь к ширинке своих джинсов и обхватил ее пальцами уже твердую эрекцию.

— И поскольку твои рука и рот с трудом запоминают точные размеры моего члена, давай проверим, насколько хорошо с этим справится твоя узкая киска.

О, боже. Язык мужчины был таким грязным, его слова такими непристойными, что между ее ног стало чертовски жарко и влажно. Ей хотелось всего, что он предлагал, вот только время было выбрано как нельзя более неудачное.

— Мы не можем, — выдавила она, в ее голосе отчетливо слышалось разочарование. — Мне скоро нужно идти на работу.

Желание в его взгляде охладело на несколько градусов, и она увидела бескомпромиссный блеск в его глазах, когда он смотрел прямо на нее.

— Ты не пойдешь сегодня на работу.

Она напряглась. О чем, черт возьми, он говорил?

— Конечно, пойду.

— Нет, не пойдешь, — повторил он с решительным выражением. — Я позвонил менеджеру магазина и сказал ему, что ты увольняешься.

Сара ахнула, потрясение на мгновение лишило ее дара речи, пока она осознавала то, что он только что сказал. Она знала, что он ненавидел место ее работы, но не могла поверить, что он поступил столь опрометчиво, напрямую повлияв на ее источник средств к существованию.

— Леви, мне нужна эта работа. — Тут же наступила паника, и девушка попыталась отойти от него.

Он схватил ее за бедра, удерживая на месте.

— Милая, успокойся, — сказал он умиротворяющим тоном. — Обещаю, работа у тебя будет. Новая, безопасная, где тебе не придется беспокоиться о том, что какая-нибудь мразь снова приставит пистолет к твоей голове. Даже зарплата будет больше, чем в магазине.

Голова у нее шла кругом, пока она пыталась вникнуть в то, что он ей говорил.

— Я не понимаю.

Леви улыбнулся, хотя она не упустила из виду настороженность в его взгляде, когда он следил за ее реакцией.

— Мой брат Клэй нанимает тебя в свой бар официанткой. Он платит всем сотрудникам намного выше минимальной заработной платы, кроме того, ты забираешь себе все свои чаевые. И он даст тебе столько часов, сколько ты попросишь, и первая твоя смена завтра вечером.

Осознав, что Леви сделал, Сара в полном потрясении уставилась на него. Он сделал это для нее. Это был такой заботливый и добрый поступок, и он так много значил для нее, что было трудно сдержать готовые пролиться слезы.

— Леви…

Он прижал палец к ее губам, прерывая ее.

— Пожалуйста, не злись, — торопливо сказал он, глядя на нее с такой заботой, что у нее защемило сердце. — Я знаю, что мне следовало сначала спросить тебя, но я не хотел давать тебе шанс спорить или отказываться. Я не могу вынести мысли о том, что ты будешь работать в том магазине после того, что с тобой случилось.

Его намерения были такими добрыми и чистыми, и она не привыкла, чтобы кто-то так самоотверженно беспокоился о ней.

— Я не злюсь, — возразила она, сглатывая комок в горле. — На самом деле, я очень тебе благодарна. Спасибо.

Он глубоко вздохнул, его облегчение было настолько сильным, что все напряжение ушло из его тела, и он снова ей улыбнулся.

— Хорошо, что ты согласилась, потому что я серьезно раздумывал над тем, что мне придется воспользоваться наручниками, чтобы удержать тебя здесь.

Она не упустила из виду его порочный взгляда, и идея о том, чтобы быть скованной наручниками Леви, позволив ему полностью контролировать ее удовольствие, как он это сделал этим утром, вызвала у нее тайный трепет. Теперь, когда у них впереди была целая ночь, ей хотелось воспользоваться этим.

Встретившись с ним взглядом, Сара одарила его страстной, манящей улыбкой, поднялась на цыпочки и коснулась его губ соблазнительным поцелуем.

— Да, наденьте на меня наручники, офицер Кинкейд, — смело заявила она соблазнительным шепотом. — Я знаю, вы хотите этого.

— Иисусе, — сказал он тихим, яростным рычанием, от которого она задрожала в предвкушении.

Леви взял ее за руку, затем схватил со стойки коробку презервативов «Магнум», и повел ее из кухни. Она была уверена, что они направляются в спальню, но он остановился в гостиной перед мягким бархатным диваном.

— Стой здесь, — приказал он, бросая коробку на диван. — Я сейчас вернусь.

Долго его возвращения ждать не пришлось. В спальне Леви избавился от футболки, и теперь на нем остались только джинсы и порочная улыбка на великолепном лице. Он был босым, а с руки свисали серебристые наручники.

О, боже, они действительно это сделают. Она позволит этому мужчине заковать ее и взять так, как он пожелает. И каждая часть ее хотела этого.

Леви встал рядом с ней, всматриваясь в нее потемневшими зелеными глазами.

— Ты уверена, что тебя это устраивает?

Сара кивнула.

— Да.

— Тогда давай тебя разденем.

Он бросил наручники рядом с коробкой презервативов, затем подцепил подол ее футболки, медленно поднимая ткань вверх.

Сара вздрогнула, когда его пальцы скользнули по ее обнаженной коже, и подняла руки над головой, чтобы облегчить ему задачу. Заведя руку ей за спину, Леви расстегнул бюстгальтер, и тот тоже упал на пол. Под его жадным взглядом ее груди отяжелели, и она сдержала стон, когда он сжал ее твердые, ноющие соски, прежде чем провести пальцами вниз к пуговице ее джинсов. Неторопливо расстегнул ее и опустил молнию. Стянул джинсы до ее бедер, а затем позволил ей снять их до конца.

На ней остались простые, скучные хлопковые трусики, но то, как его голодный взгляд пробежался по ее телу, заставило Сару почувствовать себя невероятно сексуальной и даже красивой.

Леви взял наручники и повернулся к ней.

— Они настоящие? — спросила она с любопытством. Выглядели они очень настоящими.

— Да. Это мои служебные наручники, и мне не терпится увидеть их на тебе, — пророкотал он.

Сара вытянула руки, без колебаний предлагая ему себя.

— Тогда наденьте на меня наручники, офицер Кинкейд, — хрипло сказала она. — Сделайте меня своей.

Сделайте меня своей. Слова Сары зажгли в Леви дикий, собственнический огонь, заставив его осознать в тот момент, как сильно он хотел, чтобы эта женщина принадлежала ему. И больше, чем просто физически.

Это была безумная мысль, учитывая, что всю свою взрослую жизнь он избегал серьезных отношений и никогда не вкладывался эмоционально, когда дело касалось секса или женщин в принципе. Но глядя сейчас на Сару, такую уязвимую и почти обнаженную, с вытянутыми к нему руками со столь милым принятием, что-то внутри него изменилось, раньше он никогда не испытывал таких чувств, потому что всегда держался настороженно.

Знание прошлого Сары и ее проблем с доверием делало ее молчаливое согласие еще более смиренным, и он видел в этом дар. Ее голубые глаза были широко раскрыты и искренни, а тело полностью расслаблено, уступая ему еще до того, как он этого потребовал.

Она чертовски идеальна для него во всех отношениях.

Он держал других женщин на расстоянии из-за своей потребности во контроле, но Сара была полной противоположностью любого из тех кратких, недолговечных моментов. С ней он не хотел одних из тех легких, бессмысленных трахов, которые искал в прошлом, и отказывался относиться к ней так же. Но нет нужды лгать: мысль о наручниках на ее хрупких запястьях вызывала у него каменную эрекцию. Целью ограничения свободы движения ее рук являлось усиление ее удовольствия всеми возможными способами, а не решение его личных проблем.

Сара ожидала, что он скует ее руки спереди, но он сделал обратное: завел ее руки за спину и защелкнул стальные петли на ее хрупких запястьях. Убедившись, что наручники застегнуты не слишком туго, он не смог удержаться и медленно провел пальцем по углублению ее позвоночника. Она вздрогнула, и ее тихий, восхитительный стон направился прямо к его и без того пульсирующему члену.

Девушка повернула голову и попыталась посмотреть на него.

— Итак, вы собираетесь меня обыскать? — игриво спросила она с придыханием.

Он улыбнулся.

— Хочешь, чтобы тебя обыскали?

Она кивнула.

— Да, пожалуйста, офицер Кинкейд.

Все еще стоя позади нее, он зацепил большими пальцами пояс ее трусиков и спустил их вниз, пока они не упали к ее ногам. Приблизившись к ней сзади, он толкнулся коленом между ее бедер.

— Раздвинь эти великолепные ноги, грязная девчонка. Надо удостовериться, что досмотр будет проведен очень тщательно.

Она расставила ноги, затем резко охнула, когда он обхватил ладонями ее груди, лаская их и слегка пощипывая соски.

— Что вы надеетесь найти? — спросила она очень невинно.

— Насквозь мокрую киску, — выдохнул он ей на ухо, когда его ладони скользнули по ее животу к своей цели. — Моя обязанность — убедиться, что это тело готово к траху в стиле Магнум.

Она тихо рассмеялась, а затем застонала, когда его пальцы погрузились в ее нежные складки, уже скользкие от желания.

— Я достаточно мокрая для вас?

— Еще нет. — Он укусил обнаженный изгиб ее шеи, вызвав у нее испуганный вздох, заставивший его улыбнуться. — Но будешь после того, как я заставлю тебя кончить.

Он отпустил ее и отошел, и из-за потери его прикосновения она издала протестующий звук.

— Не волнуйся, милая. — Он обошел вокруг нее и нежно провел тыльной стороной пальцев по ее раскрасневшейся щеке. — Я не заставлю тебя долго ждать.

Поначалу он намеревался нагнуть ее над диваном и врезаться в нее сзади, жестко и глубоко, но быстро передумал, потому что все в отношении Сары было другим. Она была другой, и когда Леви проникнет в нее впервые, ему хотелось видеть ее лицо, пока ее узкая киска постепенно будет растягиваться, чтобы вместить его всего. Он хотел наблюдать, как она распадается только для него, чувствовать, как ее внутренние мышцы сжимаются вокруг него, когда она кончит, прямо перед тем, как он найдет собственное освобождение.

Леви быстро избавился от джинсов и трусов, затем сел на диван напротив того места, где все еще стояла Сара. Ее затуманенный взгляд был устремлен на его твердую, толстую эрекцию, пока он разрывал обертку презерватива и раскатывал его по члену. Она облизнула губы, и как бы ему ни хотелось снова ощутить на себе их восхитительное прикосновение, еще сильнее ему хотелось глубоко проникнуть в нее.

— Подойди сюда и оседлай меня, — тихо приказал он, и когда девушка шагнула вперед, он обхватил ее за талию и помог встать над ним на колени.

Она начала опускаться, но он покачал головой и удержал ее над своими бедрами.

— Пока нет, — сказал он, лаская ее бедра и складки между ними, раскрывая большими пальцами ее киску, чтобы лучше видеть ее красоту. — Я хочу, чтобы ты промокла еще сильнее, чем сейчас, чтобы могла вобрать меня целиком.

Леви вошел в нее двумя длинными пальцами, потирая большим пальцем ее твердый, нуждающийся клитор, и она с дрожащим стоном откинула голову назад. Он продолжал ласкать, медленно и глубоко, наслаждаясь шоу из первого ряда, наблюдая за ее естественной реакцией на каждое соблазнительное прикосновение, каждую интимную ласку, которая приближала ее все ближе и ближе к тому состоянию, которое ему было нужно. Со скованными за спиной руками и раздвинутыми коленями, она ничего не могла сделать, кроме как покачивать бедрами вперед и назад, объезжая его руку в попытке добиться своего освобождения.

Его член нетерпеливо дернулся, а затем он наконец почувствовал то, чего ждал… сжатие вокруг его пальцев, новый приток влаги, покрывший его руку, и неразборчивые звуки, которые она издавала, когда ее накрыла волна оргазма.

И этот оргазм принадлежал ему. Он хотел этого. Ему нужно было быть частью этого и частью ее. Зная, что ему нужно действовать быстро, он вынул пальцы, направил головку члена к ее входу, затем схватил ее за талию и сильно потянул вниз, в то же время резко подавшись бедрами вверх, погружаясь в нее до самого основания. Сара вскрикнула от первоначального глубокого, резкого толчка, который полностью заполнил ее и буквально выбил дыхание из его легких.

И прежде чем Леви смог прийти в себя, его милая, сексуальная красавица Сара набросилась на него, ее прекрасные сиськи соблазнительно подпрыгивали, когда она скакала на его пульсирующем члене. Она скользила бедрами по его лобковой кости, создавая дополнительное трение для них обоих.

Это было слишком. Гребаная сенсорная перегрузка.

С запозданием Леви понял, почему обычно эта поза его не интересовала, почему он всегда избегал ее в прошлом. Потому что, несмотря на то, что руки Сары были скованы, она все же смогла лишить его контроля, и впервые в жизни он не попытался вернуть его себе. Отдал его ей. Он, черт возьми, настаивал, чтобы она приняла его.

Запустив пальцы в ее волосы и обхватив ее затылок, он заставил ее темно-синий взгляд встретиться с его глазами.

— Трахни меня, Сара, — резко приказал он. — Как ты хочешь. Сделай все, чтобы кончить.

Она захныкала, двигаясь на нем более ритмично, затем наклонилась к нему и приблизила губы к его губам.

— Поцелуй меня, Леви, — попросила она дрожащим от желания голосом.

Сжав ее шелковистые пряди, он сомкнул их губы. Она приветствовала толчок его языка, посасывая его и заставляя низко стонать. Они прижались друг к другу потными телами, но все равно не достаточно близко. Не достаточно жестко. Не достаточно глубоко.

Леви боялся, что никогда не будет достаточно.

Он отпустил ее волосы и схватил за задницу, потянув вперед, чтобы оказать давление на клитор и заставить все ее тело дрожать. Желание, страсть и потребность столкнулись внутри Леви, отправив его через край, в то время как внутренние мышцы Сары крепко сжали его, выжимая из его члена каждую каплю удовольствия до тех пор, пока ему нечего было дать. Пока он не понял, что никогда не будет прежним.

Сара даже не подразумевала об этом, но он, черт возьми, принадлежал ей.