Портрет содержанки

Глава 22 Его глазами

— Я не гей, — ну рассмешила. — С чего ты это вообще взяла?

Я конечно знал, что обо мне ходят какие-то такие слухи, но никогда не воспринимал их всерьёз. Временами мне это даже было на руку. Думал, конкуренты распускают. Это не было проблемой, на меня и без того регулярно вешались девушки, дефицита в потенциальных партнёршах не наблюдалось.

— Как? — она растерянно захлопала глазами. — Но ты же… Но я думала…

— Разве этот поцелуй был похож на поцелуй гея? — засмеялся я, потирая ушибленную при падении шею. Забавная малышка.

— Не знаю, — засмущалась Марго, — я никогда с ними не целовалась, я вообще… — и призадумалась.

Потянулась за простынёй, чтобы прикрыться, вдруг засмущалась своей наготы. Что казалось желанным и естественным минуты назад, сейчас вызывало стыд. Я сначала расстроился из-за того, что мы прервались, но, придя в себя, встал, поднял ткань с пола и накинул на неё, укрывая до самого подбородка. А затем надел свою рубашку и сел рядом. Так даже лучше.

Нам обоим снесло крышу, мы не контролировали себя. И уж наверняка потом пожалели бы о случившемся. Она точно. Если я свободен, как ветер, и серьёзных последствий от этой связи не испытал бы, она то замужем. Я не до конца разобрался в том, какие у них отношения, но влезать в чужой брак — всегда дело неблагодарное. Не говоря уже о том, что они — мои клиенты.

— Кажется, нам надо поговорить, — смущённо произнёс я.

— Вообще-то да! — возмутилась малышка. — Как ты посмел ввести меня в заблуждение и заставить раздеться при тебе!

Упс… Виновен, признаю. Не сдержался.

— Я не заставлял, я лишь предложил, ты могла отказаться! Тебе стоило отказаться, прости… — изобразил максимально невинный взгляд. Ни о чём не жалею.

— Я бы ни за что на свете не пошла на это, зная, что ты натурал! — не унималась Марго.

Но от чего-то мне казалось, что она не желает признавать даже самой себе, что не до конца честна. Она не была инициатором поцелуя, но ответила на него.

А я, балбес, не устоял, поддался искушению. Всё получилось само собой, неосознанно, на голых инстинктах. Я буквально помешался на ней с нашей первой встречи в галерее. Впервые написал что-то стоящее за последнее время, выйдя из затянувшегося творческого кризиса. Не мог выкинуть из головы её ангельский образ и рисовал это прекрасное немного грустное личико по памяти снова и снова, словно в бреду, тем самым подкрепляя одержимость. Как устоять, когда перед тобой твоя Муза во плоти?

— Ты меня лапал! — не унималась крошка, прижимая к груди простыню.

— Ты вроде была не против, — уточнил, немного уязвлённый её реакцией.

Как же она сейчас злилась на меня. А может на саму себя? Не важно. Но от этого черты её лица не исказились в гневной гримасе, она всё ещё была прекрасна. А стыдливый румянец и растрёпанные волосы лишь добавляли ей очарования. Я никак не мог налюбоваться, пытался ухватиться за любую мелочь, запечатлеть в памяти каждую её родинку.

Я влюбился в неё с первого взгляда, как только увидел. Верите или нет — плевать, сам не думал, что так бывает, пока со мной не случилось. А её холодность тогда в галерее лишь распалила во мне интерес, не привык, что девушки меня отшивают. А как она критиковала моё творчество… Странно, но это не задевало меня, она во всём права. Я давно выдохся, исчерпал себя и сам не в восторге от своих работ. Творческий кризис затянулся.

Наша встреча в этом огромной особняке была случайной и неслучайной одновременно. Я всё никак не мог выкинуть её из головы, и тут подвернулся заказ от богатого клиента. Поначалу хотел отказаться, хотел рисовать лишь её, но деньги предлагали немалые, вот и согласился. Несмотря на растущую популярность, я весь в долгах.

Увидев её вновь, обрадовался, как ребёнок. Судьба подарила мне второй шанс. В таком виде она мне даже больше понравилась, была самой собой что ли. Без напускной надменности во взгляде, без фальшивого высокомерия, написанного на лице. Очень милая молодая девушка, самая прекрасная из всех, что я когда-либо видел. Все мои связи с противоположным полом враз померкли на фоне неё.

Руки нетерпеливо задрожали, желая немедля бросить всё и схватиться за карандаш, сделать простенький набросок этой естественной красоты. Пожалуй, данный заказ будет намного приятнее, чем я ожидал. Получить баснословную сумму денег за то, чем и сам хотел бы заниматься от рассвета до заката — это ли не счастье? И я смогу быть ближе к ней, узнать её получше.

Наличие мужа меня смущало лишь поначалу. Он очень холоден к ней и вообще не заинтересован в этих отношениях. Почему она с ним? Детей нет. Неужели дело в деньгах? Марго не похожа не меркантильную расчётливую барышню. Он её явно не любит. А она его… боится? Что-то такое промелькнуло во взгляде, брошенном украдкой. При одной мысли о том, что он её обижает, внутренности скрутило в приступе гнева. Ублюдок! Ты и мизинца такой женщины не достоин! Но пришлось вежливо улыбаться, я слишком мало знаю о них, мои выводы могут быть поспешными.

Жалость по отношению к ней быстро сменилась влечением, которое я безуспешно пытался в себе побороть. Убеждал себя, что это лишь работа, что помешательство на ней временное и скоро пройдёт. Представлял других девушек, даже думал пойти развеяться к давней безотказной подруге, но хотел лишь её. С каждой минутой всё больше и больше. Всё сильнее.

Даже если всё сложится, что я мог ей предложить? Я беден, увы. Кроме смазливого личика и переменчивого вдохновения у меня нет ничего. А она привыкла, судя по всему, жить в роскоши, ни в чём себе не отказывая. И она этого достойна.

— Мой муж не должен об этом узнать, — в её глазах промелькнул неподдельный ужас, она даже заговорила шёпотом.

— От меня не узнает, — заверил её я.

— Нам тоже стоит об этом забыть, — она нервно разглаживала складки на полотне простыни и накручивала на палец прядку непослушных волос.

Неохотно соглашаюсь, кивнув. Будет сложно, малышка, но я постараюсь. Обещаю. Ни к чему усложнять жизнь нам обоим.