Последняя любовь капитана Громова

16

Инга

А ты чего хотела? На что надеялась? Замуж собралась в свои сорок восемь? Не смеши людей. Это просто интрижка. Он наиграется и бросит. У него вон целый гарем молодых привлекательных…

Девушки куда-то убежали. Видимо, помчались поздравлять Громова с победой. На правах близких подружек.

А я замерла на месте, как столб. Стою, слушаю ворчливый голос своей внутренней бабки.

Да, мне уже поздно. Да, это не навсегда. Да, мы расстанемся и я ещё наплачусь…

Ну и пусть!

Сейчас он со мной. И я не буду портить то, что у нас есть, обидами и претензиями.

Конечно, Борис не жил монахом. Он свободный привлекательный мужчина. У него были женщины. Много женщин…

Каждая вторая стюардесса?!

Да хотя бы и так. Это не имеет ко мне отношения. Я не буду из-за этого загоняться.

Легко сказать….

Я решила просто пропустить это мимо ушей. И пошла к месту награждения. А там Борис… Затащил меня на пьедестал. Поцеловал на глазах у всех!

Те девушки, наверное, тоже это видели. И подумали что я очередная… Не такая юная, как у него бывают обычно… Плевать!

Мне плевать кто что обо мне думает. Даже моя внутренняя бабка, которая вечно сидит у моего внутреннего подъезда и осуждает меня по любому поводу.

Борис сейчас со мной. Возбужденный недавней победой, счастливый, и - влюбленный… Смотрит только на меня. Во взгляде - восхищение и немного тревоги.

Мы едем к нему домой.

- Ты чего такая? - спрашивает Борис.

- Какая?

- Как будто думаешь о чем-то неприятном. Что-то случилось?

- Всё хорошо.

Все просто прекрасно!

Но… да. Он прав. Я думаю о неприятном. Об этих девушках и многих других. Я то ли злюсь, то ли обижаюсь. И это отражается на моем лице. Я очень плохо умею притворяться.

И…. что мне делать? Молчать? Подавить эти эмоции и закопать в себе? Выплеснуть их на него?

Первое чревато, второе глупо.

Мы приезжаем к Борису. И я неожиданно вспоминаю… Да он сам дал мне инструмент! Сам сказал, что делать, когда мне что-то не нравится.

Это вроде как шутка, но… можно отвести душу.

И я беру в руку сковородку.

- Где я накосячил?

Борис, с нарочитым испугом, пятится назад.

Я замахиваюсь сковородкой.

- Да нигде…

Моя рука опускается.

- Что случилось?

Борис отбирает у меня сковородку, обнимает и заглядывает в глаза.

- Да просто… Я стояла в толпе, передо мной две девушки. И они обсуждали тебя.

- Надеюсь хвалили? - ухмыляется он.

- Ага. Одна очень хвалила твое достоинство.

На лице Бориса появляется крайне растерянное выражение.

- Писец… - вырывается у него. - Прости!

- За что?

- За то, что тебе пришлось это слушать.

- Я переживу.

- Ну да, у меня были женщины до тебя…

- Каждая вторая стюардесса? - не могу удержаться. - С их слов.

- Это преувеличение.

- Ладно…

- Инга, это было давно.

- Я понимаю, правда. Но…

- Но тебе все равно неприятно.

- Да.

- Ты ревнуешь?

- Да! - чувствую, что в моем голосе звучит агрессия.

Борис вкладывает мне в руку сковородку.

- Давай.

- Что?

- Тресни по тыковке.

- А если я, и правда, тресну? - произношу с вызовом.

Ишь, нарывается он. Я, между прочим, зла и обижена!

- Я тебе это крайне рекомендую, - кивает Борис. - Тресни - и тебе полегчает.

Я замираю. Прислушиваюсь к себе.

- Мне уже полегчало, - признаюсь я.

- Что, даже бить не пришлось?

- Представляешь, достаточно было поговорить.

Я уже улыбаюсь. Борис тоже.

- Чудеса…

Он обнимает меня. Я утыкаюсь носом в его грудь. И мне так хорошо… Так невероятно легко и спокойно… Просто плакать хочется от облегчения.

- Я не буду изменять, - вдруг произносит Борис. - Я нагулялся. И это все уже давно не приносило радости. Давно надоело. И я был один…. где-то полгода.

А я была одна… Боже, я даже не могу сосчитать, сколько лет.

Он перебирает мои волосы. Я прижимаюсь щекой к его груди.

Он пахнет мужчиной. Чистым тестостероном, который будоражит мою кровь. И, одновременно, - успокаивает. Расслабляет… Как будто я под защитой. И могу во всем ему довериться.

- У тебя тоже были мужчины до меня, - произносит Борис.

- Были…

Но это было давно и неправда.

Мне даже и предъявить-то некого! Чтобы он тоже поревновал хоть чуть-чуть.

Поэтому я говорю:

- Покажешь мне дом?