Последняя любовь капитана Громова

35

Инга

“Я люблю тебя и всегда буду любить”.

“Я решил не ждать месяц. Улетаю сейчас”.

“У тебя всё будет хорошо! Я обещаю”.

“Прости меня, если сможешь”.

Эти сообщения Громов написал в четыре часа утра. А я прочитала в девять. Когда проснулась в пустой кровати.

То есть после всего, что было сегодня ночью… После этого бешеного неистовства… Он все равно уехал! Под утро…

Как он вообще смог ходить? Я лично не могу.

Чувствую себя так, как будто ночью в меня врезался поезд. Вернее, самолет. С безумным пилотом Громовым за штурвалом.

Что он вытворял! Я была просто в шоке. В непрерывном шоковом экстазе…

Он был диким, необузданным, страстным, временами даже страшным в этой своей сумасшедшей страсти. Он любил меня в кровати, на столе, в ванной. И чуть ли не на люстре.

Кажется, эта прабабушкина настойка - чистая виагра!

А сейчас его нет.

Уехал навсегда.

А я… не знаю. Кажется, я так устала от перепадов эмоций, что сейчас просто ничего не чувствую.

Кроме остатков дрожи в теле, слабости в ногах и абсолютной невозможности вылезти из кровати…

Сегодня второй день свадьбы. Он пройдет на базе отдыха, с баней и шашлыком, в теплой неформальной обстановке. Вроде как хотели провести его небольшой компанией, с самыми близкими друзьями и родными. Но близких там вся байкерская тусовка. Так что народу будет много.

А мне сейчас хочется спрятаться от всех… Кроме Леры. И ее новоиспеченного мужа. Да и с Марусей я бы пообщалась.

В общем, сейчас, ещё немного понежусь в кровати, и буду собираться.

Я приезжаю на такси. Ещё в дороге получаю сообщение от Маруси: молодежь тусит в бане с бассейном, а те, кто постарше, собрались в большом зале с камином. Я направляюсь прямиком туда.

- А где Громов? - спрашивает Маруся.

- Улетел.

- Но обещал вернуться? - смеётся она.

Я отрицательно машу головой. Вот не собиралась же реветь! И не буду.

Маруся меняется в лице.

- В смысле, он…

- Да. Уехал. Навсегда. Решил не ждать месяц.

Маруся утаскивает меня в дальний уголок, на диванчик. Вручает бокал с глинтвейном. И нападает с расспросами.

- Что случилось? Какая муха его укусила? Что вообще было вчера после вашего совершенно отпадного танца? Кстати, у меня есть видео… Так. Это потом. Что на него нашло?!

- Не знаю. Ночью все было…. просто безумно! А утром я проснулась одна…

- Вот, блин, Карлсон! Станцевал, полюбил и улетел. И никакая настойка его не берет…

- Может, и берет. Но не так, как мы планировали.

Мы пьем глинтвейн. Маруся ругает Громова на чем свет стоит. К нам присоединяется Пашка и защищает друга, хотя сам не в курсе, куда тот подевался и зачем. Мужская солидарность в действии!

В какой-то момент рядом оказывается Варлам, которого здесь все очень уважают.

- А где Громов? - спрашивает он.

- Улетел, - отвечаю я, глядя себе под ноги.

А когда поднимаю глаза, успеваю поймать странное выражение лица Варлама. Как будто он что-то знает…

- Дурак он, - произносит этот уважаемый человек.

- Или мудак! - подсказывает Маруся.

- Нет, - Варлам качает головой. - Просто очень гордый и упрямый.

- Гордый? Вы что-то знаете? - спрашиваю я. - Куда он уехал? Почему?

Варлам лишь пожимает плечами:

- А вы как думаете?

- Я не думаю. Я… злюсь! - вдруг вырывается у меня.

И это правда. Оказывается, я очень зла на Громова. После всего, что было, он просто взял и уехал…

- Злость - это прекрасно, - кивает Варлам.

Вот уж неожиданное заявление. А он продолжает:

- Надо слушать свою злость.

Что?

Я ничего не поняла. А он уже ушел.

- Что он имел в виду? - поворачиваюсь к Марусе.

- Не знаю. Наверное, что-то умное.

Я не хочу париться в бане, но нахожу Леру с Сашей. Они такие счастливые! Плавают в бассейне, смеются, участвуют в дурацких конкурсах, которые придумали их друзья.

Им хорошо. Мне, кстати, тоже не так уж плохо.

Громов уехал… Ну и черт с ним!

Моя жизнь продолжается.

Я возвращаюсь домой в такси, вместе с Пашей и Марусей. Мы уехали раньше, молодежь, кажется, собирается гулять до утра.

- Хорошая получилась свадьба, - удовлетворенно произносит моя новая родственница. - Все было: и тосты, и конкурсы, и танцы… Вы с Громовым вообще зажгли!

- И даже драка была, - вставляет Паша.

- Кто подрался?

- Я, - внезапно отвечает Маруся.

- С кем?!

Я в шоке.

- С твоим бывшим мужем.

Мой шок удваивается. То-то его сегодня не было!

- Ну как подрались… - начинает Маруся.

- Феерично, - смеётся Пашка Кабан.

- Я просто плеснула ему в лицо шампанское. Когда он начал бить себя в грудь пяткой и сто пятьсот раз повторять: “Я отец! Я Леру воспитал!” Взбесил. Я-то помню, что ты рассказывала. Появлялся раз в несколько лет, а туда же…

- Маруся! Ты настоящий друг! - обнимаю ее. - И что, и что дальше?

- Он разозлился и тоже в меня чем-то плеснул. А я огрела его по башке…

- Стулом? - с надеждой спрашиваю я.

- Почти. Букетом цветов, который стоял рядом в вазе. Букет оказался с розами, так что у него вся морда лица была расцарапана.

- А он что?

- А он наткнулся на мой взгляд, извинился и ушел, - заканчивает Пашка.

- А Лера….

- А они с Сашкой к тому моменту уже ушли. И ничего не видели.

- Идеально! Ты красотка!

У меня даже настроение улучшилось.

Удивительная женщина Маруся. Разозлилась - сразу выразила свои эмоции. Не сдерживаясь и не стесняясь в средствах выражения.

А я ужасно злюсь на Громова.

И что? Он уехал.

Но не на луну же он улетел! - внезапно осеняет меня.

Моя злость говорит: надо его найти. Вот что имел в виду Варлам. В злости есть сила. Это не печаль, которая лишает сил. Злость заставляет действовать.

И найду! И настучу сковородкой по дурной голове!

Сам же говорил, что с ним по-другому не работает…