Последняя любовь капитана Громова

56

Инга

- Я планировал заехать ещё в несколько мест, - говорит Борис.

- Но Лера с Сашей будут у твоих родителей уже через час! Успеем?

- А зачем мы им нужны? - спокойно произносит он. - Сами разберутся. Мама их пригласила, она их будет кормить-развлекать. А мы приедем к вечеру.

- Ну… ладно.

И правда, чего я распереживалась? Они все взрослые люди. Включая Леру. Прекрасно справятся без нас.

* * * *

Это был прекрасный день.

Мы лазили по горным тропкам, заглядывали в глубокие расщелины, любовались полноводными водопадами. Борис даже искупался в горной речке! Сумасшедший. Вода ледяная, у меня пальцы застыли, когда я опустила руку.

А он выскочил из реки красный, хохочущий, счастливый И заявил, что его нужно согреть. Набросился на меня диким зверем… Сломил мое неуверенное сопротивление.

Я никогда в жизни не занималась любовью на природе. Тем более - в горах, на берегу бурной речки, под шум воды и крики неведомых птиц.

Это было абсолютное сумасшествие… Мне понравилось.

* * * *

- Как думаешь, что они делают? - спрашиваю Бориса, когда мы подъезжаем к его дому.

Уже вечер. Полчаса назад мы остановились у моря, чтобы понаблюдать дивной красоты закат.

- Ужинают.

- Три часа подряд?

- Запросто. Ты же знаешь мою маму. Ну, или в лото играют. А ещё мама может показывать старые фотографии.

Мы заходим во двор. И наблюдаем замечательную картину.

Перед распахнутыми дверями гаража сложены: ободранный скейтборд, гидрокостюм, один роликовый конек, маска с ластами, какая-то доска, явно для водных видов спорта, помятый шлем…

- Это кто тут трогает мои сокровища?! - рявкает Громов.

- Это мы, - из гаража высовывается голова Саши.

И выходит Лера.

- Я хотел найти твой старый самокат, - раздается голос отца Бориса.

- Уж не собрался ли ты катать на самокате беременную жену? - спрашиваю я Сашу, обнимая Леру.

- Не, я сам хотел прокатиться.

- Пап, я же его увез, - говорит Борис.

- Да? А я не помню….

- О, смотрите, что здесь!

Сашка выходит из гаража с каким-то как будто игрушечным, но очень даже большим оружием.

- Автомат? - удивляется Лера.

- Это маркер для пейнтбола, - объясняет Борис.

А Саша нажимает на курок и… бах! Шарик ярко-красной краски взрывается у ног Леры. Брызги летят во все стороны: на ее джинсы, кроссовки, свитер.

Мне тоже немного достается.

- Саша-а-а! - визжит Лера.

- Ой. Извини, моя маленькая. Я сейчас ототру…

Сашка бросается к Лере с тряпкой.

- Что ты там ототрешь? - ворчит Борис. - Это краска. И как только не засохла за столько лет?

- Растворитель есть? - спрашивает Саша.

- Найдем.

- Не надо прямо на ней, ты что! - останавливаю я его. - Он же жутко воняет.

- Что за шум? - из дома появляется Марина Антоновна.

Мгновенно оценивает ситуацию и находит главного виновника:

- Зачем ты дал детям эти игрушки? - нападает на своего мужа. - Видишь, они опасные!

- Ага, - смеётся Борис. - Детки до них ещё не доросли. Дайте им по совочку с ведерком, и пусть идут в песочницу.

- Лерочка, пойдем, я дам тебе халат. Почистим и постираем твою одежду. У меня есть отличное средство…

Они уходят. Громов присоединяется к Саше и с азартом роется в гараже. Чего там только нет… Даже проигрыватель для грампластинок.

Через пятнадцать минут на крыльце появляется Лера. На ней - свободное платье с ярким геометрическим рисунком, в стиле семидесятых.

- Обалдеть! - восклицает Сашка.

- Ты где такое взяла? - спрашиваю я.

- Это я носила, - сообщает Марина Антоновна. - Ещё до рождения Бори.

- И оно сохранилось? - поражается Борис. - Ну и ткани тогда были!

- У меня много чего сохранилось. Я очень аккуратная.

- У моей мамы было похожее… - вспоминаю я.

- Все мы в таких щеголяли.

- Сейчас такое в тренде! - хвастается Лера. - Стиль бохо с уклоном в хиппи.

- Мам, ты что хипповала? - смеётся Борис.

- Я и слова такого не знала. я была комсомолка, спортсменка…

- Красавица! - подхватывает Аркадий Петрович.

И замирает, разглядывая Леру.

- Марин, она так на тебя похожа…

- А то! Красавица, - горделиво подбоченивается мама Бориса.

Мы все смеемся.

- У тебя даже прическа примерно такая была в двадцать пять, - вспоминает Аркадий Петрович.

- Ага, помню. Волосы тогда сожгла перекисью. Меня ещё на комсомольском собрании пропесочили. За неподобающий комсомолке вид и тлетворное западное влияние.

- Серьезно? - удивляется Саша.

- Очень даже серьезно! Я так переживала. Но волосы-то не вернешь. Так и ходила, пока не отросли.

- Жесть! - выдыхает Лера.

- Вспомнила. У меня сумочка есть. Дядя привез из Чехословакии. Почти новая! Пойдем, покажу. Вдруг она тоже модная.

Тут раздается стук в калитку, и она сразу же распахивается.

- Марин, привет…. Ой. Всем здравствуйте! Не займешь яиц, а то я блины затеяла, кинулась, а у меня всего одно осталось.

- Конечно, пойдем. Это наша соседка, Варя, - представляет она нам женщину.

А та стоит, смотрит на Леру…

- Это что же, внучка твоя? Похожа.… Ой! - она хлопает себя по лбу. - У тебя же нет внучки!

- Как нет? Вот она. Лерочка. Моя копия!