ЭПИЛОГ

Десять лет спустя

— Нет, все равно криво!

Джиллиан стояла посреди гостиной, раздраженно подбоченившись. В комнате пахло свежей краской и паркетным лаком. Через открытые окна доносился детский смех, из сада долетал аромат сирени.

— Опусти ниже! — крикнула она плотнику. — Видишь, вон там багет перекосило. У тебя что, уровня нет? Тоже мне плотник!

— Уровень в повозке остался, — робко пробормотал мастер и поспешно спустился со стремянки.

Джиллиан страдальчески закатила глаза. Строительство нового флигеля продолжалось всю зиму. Казалось, это никогда не кончится.

— Как он сам этого не видит! — сердито пробормотала она, подобрала юбку и сама полезла на стремянку. — Ведь видно же, что этот край нужно пустить пониже. — Она поправила багет, кое-как закрепленный гвоздиками. — Ну вот, теперь лучше.

— Джиллиан!

Она обернулась.

— Ты испугал меня.

Дункан приблизился к ней, держа одну руку за спиной.

— Ты зачем туда залезла?

— Багет нужно было поправить. Я этим бездельникам платить не стану. Им бы руки оторвать! Мы и так из-за этого строительства по миру пойдем.

— Миледи, а что вы мне говорили совсем недавно? — Он покачал головой. — Про то, что строительство обойдется совсем недорого. — Он задрал голову и посмотрел на резной потолок. — Это похоже на Сикстинскую капеллу. Между прочим, ты обещала, что рабочие провозятся не больше шести недель.

— Ты ведь хотел, чтобы все было красиво. Смотри, теперь у наших мальчиков много места для игры, а мы можем достойно принимать гостей. Следующей весной должны приехать Индиго и Беатриса с детьми. Мы сможем удобно их разместить.

Дункан помог ей спуститься на пол. Однако Джиллиан, заподозрив подвох, поинтересовалась:

— Что это ты так хитро на меня смотришь?

— Просто так. — Он улыбался. — Люблю тебя, вот и все.

Она тоже улыбнулась, погладила медвежий коготь на его щеке.

— Я и не думала, что бывает такое счастье. Твоя бабушка, упокой Господи ее душу, была права. Мы созданы друг для друга, правда?

— Воистину так, — согласился он, поцеловав ее в губы.

— Ты зачем сюда пришел? — спросила она, пытаясь заглянуть ему за спину. — Ведь тебя сюда не заманишь.

— Понимаешь, Уилл хочет, чтобы ты посмотрела, как он будет кататься на своей новой лошадке. — Дункан улыбнулся. — Айан и Александр уже дерутся из-за того, кому достанется освободившийся пони.

Джиллиан тоже рассмеялась:

— Меня удивляет, что Линкольн еще не требует лошади.

— Он бы потребовал, да Мэри глаз с него не спускает. Упрямый мальчуган, вот увидишь, к весне уже будет ездить верхом.

— Так ты пришел только за этим? А что ты там прячешь?

Она попыталась схватить его за руку, но он увернулся.

— Так, ничего.

Она знала, что он ее дразнит.

— Ничего? Тогда покажи мне вон ту руку.

— Вот эту? — Он как ни в чем не бывало показал ей руку, но не ту, которая ее интересовала.

— Дункан, перестань! Ты ведешь себя как ребенок!

Он быстро спрятал за спиной обе руки, потом предъявил ту, которая ее так интересовала.

— Видишь, здесь тоже ничего.

Джиллиан расхохоталась. Ей тоже нравилась эта игра.

— Ладно, я вижу, ты ничего не принес своей несчастной любящей жене. Пойдем тогда посмотрим на Уилла и его лошадку. И поскорей, а то вернется плотник, и я непременно с ним разругаюсь.

Дункан осторожно обнял ее за талию.

— Пойдем потихонечку.

— Я не больна, я всего лишь беременна, — в который уже раз напомнила Джиллиан.

Дункан вздохнул:

— Надеюсь, на этот раз ты родишь девочку. Характер у тебя во время этой беременности такой скверный, что можно надеяться на дочку.

Тут Джиллиан краешком глаза заметила, что он прячет за спиной что-то зеленое. Ловко извернувшись, она сунула руку ему за спину.

— Что ты делаешь? — возмутился он.

— Это мне? — Она держала в руках небольшой сверток.

— Может быть. Если, конечно, ты будешь себя хорошо вести.

— Буду-буду, — заверила его она вкрадчивым голосом. — Во всяком случае, прошлой ночью, насколько я помню, ты остался мной доволен.

— Тогда разворачивай.

Он прислонился к стене, с удовольствием следя за ее действиями.

Джиллиан повертела сверток и так и этак.

— Откуда?

— На корабле доставили. Я попросил Индиго, он выполнил мою просьбу.

Джиллиан вопросительно приподняла бровь.

— Не беспокойся, все приобретено совершенно законным путем.

Она засмеялась и положила сверток на стол. Развязала золотой шнурок и достала что-то шелковое, пурпурное.

— А ты примерь, — предложил Дункан. Джиллиан развернула лоскут пурпурной ткани и увидела полупрозрачную вуаль с двумя маленькими ленточками. Смеясь, она надела чадру себе на лицо.

— Это для меня или для тебя? — шутливо спросила она, вспомнив те давние времена, когда Дункан закрывал татуировку вуалью.

— Для тебя. Там есть еще кое-что. Я заказал это почти год назад.

Он достал из свертка тонкие, полупрозрачные шаровары наподобие тех, какие носят красавицы в гареме. И еще в свертке оказался легчайший лиф с громадным вырезом. Джиллиан рассматривала этот восточный наряд с немалым любопытством.

— Это все мне? А я в таком наряде не простужусь, милорд? — Она взглянула на него с деланной невинностью.

Дункан обхватил ее за талию.

— В этом не нужно разгуливать по дому, дорогая. Это наряд для спальни. Уверяю тебя, там ты не замерзнешь.

Она засмеялась.

— Можно, я примерю это прямо сейчас?

— Сейчас? — изобразил он негодование. — Среди бела дня?!

— Я думаю, среди бела дня этот наряд будет смотреться лучше, — прошептала Джиллиан.

Он поднял ее на руки и, смеясь, понес из гостиной в спальню… Впереди их ждали часы наслаждения и долгие годы счастья.

Загрузка...