Глава 3. С неизбежностью не спорят

Комментарий к Глава 3. С неизбежностью не спорят

Медленно, маленькими шажочками сюжет начинает сдвигаться с мёртвой точки. Скоро всё завертится

Хорошенько подумай, прежде чем принять такое серьёзное решение, как вступление в наш круг по доброй воле. Ведь пути назад живым (для начала, морально) не будет.

Тёмные тяжёлые тучи скапливались над владениями Малфоев. Чёрная мантия Драко, которую она так и не вернула, скрывала неуверенные шаги девушки, которая, потупив взгляд в землю, ступала по направлению к замку, следуя за профессором Снейпом.

Темноволосый мужчина с отросшими волосами резко затормозил, от чего девушка остановилась и подняла на него свой взгляд.

— Помни, что я тебе говорил, Николь. Веди себя тихо, не показывай эмоций, соглашайся со всем и помни, что от тебя зависит жизнь твоей семьи.

Рейнер кивнула. Они это уже обсуждали. Когтевранка вынуждена была ответить Нотту согласием. За эти три дня она успела свыкнуться с мыслью, что станет одной из них. Пожирательницей смерти. Таков был выбор: примкнуть к ним или же сохранить свою свободу, но потерять семью. Николь выбрала семью, как и другой мальчик, у которого не было выбора.

Войдя в замок, девушка скинула мантию, пробежав пальцами по русым волосам, которые ровными волнами спадали на плечи, доставая низа лопаток. Её мать учила её — даже если ты идёшь на верную смерть, ты должна выглядеть победителем, ведь даже её имя в переводе с французского значило «победа».

Внутри — ураган эмоций, а тёмные круги под глазами от ночных слёз надёжно спрятаны. Она желала выпустить со своей палочки миллион огненных языков и отомстить за нападение на её семью, но где-то таилась надежда, что Тёмный Лорд сдержит своё слово и оставит родителей девушки в покое.

«Всё будет хорошо» — шептала себе Николь, шагая за Снейпом по холодным коридорам Малфой-Мэнора. За ней наблюдали портреты. Некоторые воротили нос, будто знали, что её кровь грязная, другие — с высокомерием наблюдали, но нашлись и те, которые почтенно кланялись, словно понимали, что грядёт переворот.

Грязнокровка в рядах пожирателей смерти.

Стоило ей войти в комнату, кишащую людьми с меткой на предплечье, как на несколько минут повисло молчание. Эти минуты казались ей вечностью. Никто не мог поверить в увиденное.

Чёрная мантия зашелестела по полу, Тёмный Лорд мягкими шагами ступал по ледяным плиткам. Николь, вздёрнув голову, упрямо смотрела ему в глаза, даже не пытаясь вытащить палочку. Она сама пришла, сама сделала выбор, приняв неправдоподобное предложение о сотрудничестве.

— Это… Это же она! Та девчонка, которая сбежала от нас! — воскликнул Эйвери, нарушив молчание.

— Да, это точно она, — подтвердил его слова Долохов.

— Тише, тише… — вкрадчиво мягко сказал Тот-Кого-Нельзя-Называть. — Николь выразила желание примкнуть к нам. Она вовремя поняла, какая сторона правильная.

— Но она же грязнокровка!

— Именно, мой друг. Даже маглорождённые встали на нашу сторону.

Николь молчала, осматривая лица пожирателей. Некоторые были ей знакомы, но большую часть девушка не знала. Она быстро отыскала Нотта и Малфоя. Теодор выглядел безразличным, а на лице Драко волшебница успела заметить удивление. До того, как он нацепил свою привычную маску. Вот значит, как пожиратели скрывают свои эмоции. Или так делают только аристократы? В любом случае, Николь ещё предстояло научиться этому, если она хотела выжить. А выжить девушка хотела.

— Подойди ко мне, Николь, — слова Лорда обдавали холодом. Оказавшись в одной комнате с ним, девушка растеряла всю свою уверенность. На негнущихся ногах она подошла к магу. — Посмотри на меня.

Голос низкий, глубокий, шипящий, заставляющий повиноваться. Теперь Николь понимала тех, кто не мог ослушаться приказов Тёмного Лорда, ведь он заставлял себя бояться, трястись от первобытного страха, но одновременно с этим убеждал, принуждал верить, будто являлся внутренним голосом. Если бы она осмелилась поднять глаза, то увидела бы усмешку и искры интереса на дне его зрачков. Тот интерес, который непременно возникает у кота при виде маленькой мышки.

— Ты хочешь стать одной из нас?

Нет.

Ни за что на свете.

— Да… мой Лорд… — добавила Рейнер, помня указания профессора Снейпа.

— Хорошо… Стань на колени.

Николь медлила. Как хотелось, чтобы кто-то остановил её, крикнул не делать этого. Хотелось, чтобы кто-то спас. Девушка обернулась на стол, за которым сидели пожиратели. Все наблюдали за ней, как за цирковым зверьком.

Спасение не придёт. Не сегодня, Николь. Лимит исчерпан.

Драко Малфой смотрел на то, как его однокурсница медленно опускается на колени, и не верил своим глазам. Та девушка, которая смотрела на него с осуждением, узнав о метке, сейчас собиралась принять её сама. Он должен был почувствовать что-то похожее на злорадство, но Драко чувствовал только пустоту. Если и она пошла на это, значит их мир уже ничего не спасёт.

— Протяни руку, — снова послышался низкий голос.

Николь послушно оголила левое предплечье. Тёмный Лорд коснулся руки девушки палочкой и начал шептать заклинание.

Кожу нещадно жгло. Руку пронзила ужасная боль. Казалось, что её бросили в горячую печь и забыли там. От непривычки Рейнер закричала, но сразу же закрыла рот, закусив щеку.

Твою мать, почему так больно?!

Она надеялась, что скоро станет легче, но боль всё не прекращалась. На предплечье начал вырисовываться силуэт змеи, и от этого становилось ещё больнее. С глаз потекли слёзы. Всё-таки она не такая сильная, как думала раньше.

Пытка всё не прекращалась. Когтевранка задавала себе вопрос, всем ли так больно, или дело в её нечистой крови. Вскоре зубы прокусили внутреннюю сторону щеки, во рту появился металлический привкус.

Она не кричала, но внутри всё заходилось в рыданиях. Жгучая, как раскалённое железо, боль, колющая, как сотни вонзаных под кожу иголок. Змея будто бы начала шевелиться, а череп улыбаться дьявольским оскалом.

«Я выдержу» — повторяла себе девушка вновь и вновь, надеясь, что это станет правдой.

Жалкая.

Какая же она жалкая!

Сидела на коленях перед Волан-де-Мортом и плакала, получая чёрную метку.

Отвращение к себе разливалось по всему телу девушки. Она предала себя, изменила своим принципам. Спасала лишь мысль о том, что таким образом ей удастся спасти свою семью. Лишь бы Тёмный Лорд сдержал слово.

Постепенно боль прекращалась. Николь взглянула на свою руку и подавила приступ тошноты. Змея, выползающая из черепа.

Вот и всё…

— Добро пожаловать в наши ряды, — мерзко улыбнулся тёмный маг.

Если бы Николь знала, сколько ей придётся перенести из-за этого выбора, то непременно прокляла бы тот самый день.

День её первого появления в этом доме.

Рейнер поднялась с колен и повернулась к своим теперь уже «коллегам». Чувствовала она себя ужасно. Пожиратели смотрели на девушку с такими же улыбками, как и Лорд. Они видели в ней всего лишь грязнокровку. Игрушку, с которой можно поиграться. Николь знала, что дни её сочтены. Она не справится.

— В скором времени тебе предстоит твоё первое задание, — сказал Волан-де-Морт, — но не сегодня. Все свободны.

Послышался звук отодвигания стульев. Топот ног. Хлопок двери. Пожиратели спешили покинуть комнату.

— Драко, подойди ко мне, — голос Волан-де-Морта застал парня уже у двери. Малфой чертыхнулся про себя, но пошёл в сторону волшебника.

— Я слушаю, мой Лорд.

— Ты уже знаком с мисс Рейнер, не так ли?

— Да, мой Лорд, — Малфой окинул девушку тяжёлым взглядом.

— Она новобранец, и поэтому ей нужен наставник. Я лично займусь её обучением. Тебя же прошу присматривать за нашей юной союзницей. Введи её в курс дела, — несмотря на слово «прошу», Драко понимал, что это приказ.

На скулах парня заходили желваки. Он метнул в сторону Николь взгляд, полный ненависти и презрения. Его кулаки сжались, появилось отчаянное желание покурить. Ещё грязнокровки ему не хватало!

— Конечно, мой Лорд.

— Николь, я доверяю тебя Драко. Надеюсь, вы найдёте общий язык.

— Обязательно, — процедила сквозь зубы Рейнер. Ей не хотелось этого так же, как и ему.

Тёмный Лорд внимательно смотрел на девушку, а Драко кашлянул, привлекая её внимание. Николь перевела взгляд на слизеринца и, осознав свою ошибку, добавила:

— Мой Лорд.

— Можете идти.

Драко кивнул и, не оглядываясь на девушку, пошёл к двери. Николь закатила глаза и пошла следом, попутно проклиная свою удачливость. У выхода их ждал профессор Снейп и втроём они отправились к точке трансгрессии.

— Драко, я надеюсь, ты подойдёшь к делу со всей серьёзностью, — сказал профессор, когда они добрались до его кабинета в Хогвартсе.

— Почему я? — недовольно воскликнул парень. Последние крохи терпения были на исходе.

— Потому что так сказал Лорд, — спокойно ответил Северус. — Ты хочешь провалить это задание?

— Нет.

— Тогда займись мисс Рейнер.

— Что мне теперь делать? — влезла в разговор Николь.

— Раньше думать надо было! — прошипел Драко, поворачиваясь к ней. — До того, как ты своим великим когтевранским умом решила принять метку!

Рейнер одарила его холодным взглядом, но промолчала, ожидая ответа от профессора.

— Пока ничего. В скором времени Лорд сам свяжется с тобой, — ответил Снейп.

— Хорошо, — мрачно кивнула девушка. — А что значит, он лично займётся моим обучением?

— Это значит, что он лично займётся твоим обучением! Что в этой фразе тебе не понятно, Рейнер? — Драко не собирался подавлять эмоции.

— Я имею в виду, — закатила глаза девушка, — чему именно он собирается меня обучать?

— Убивать, Рейнер. Он научит тебя убивать, — сказал слизеринец, прикрыв глаза, будто боролся с тошнотой, и ушёл, оставляя за собой напряжённое молчание.

* * *

Ему до безумия нравилась зима.

В редкие часы спокойствия Тео выходил наружу, садился на какой-нибудь камень и фокусировался на кипельно-белом снегу, надолго застывая в одной позе.

Нотт не страшился даже самой отчаянной метели, и, вновь и вновь игнорируя старост, выскользал во двор школы. Его свитер мгновенно становился ледяным, но парню это даже нравилось.

Ветер вырывал, уносил за собой клочья потрёпанной души, в обмен оставляя свой холод, скребущий мёрзлым воздухом по горлу.

Каждые рождественские каникулы Теодор вместе с отцом отправлялся на озеро Баттермир, и Тео часами глядел на замёрзшую гладь, совсем невесомо касаясь кончиками пальцев льда. В безоблачные ночи и вовсе казалось, что и под ногами звёзды, и ты стоишь в самом центре Вселенной.

Нотт-младший сам был зимой, и всё сильнее и сильнее вымораживал себя изнутри.

В мгновения свободы он вновь и вновь мечтал появиться посреди замёрзшего озера, прихватив старый отцовский фонарь, и с упоением создавая из ледяного крошева совсем крохотных мотыльков. Они кружились около фонаря, один за другим тая в его свете, и приходилось вновь отламывать звёздный лёд, превращая его в мерцающих под луной бабочек.

Нотт не был романтиком. Он просто прятался от этого мира, раз за разом оставляя на зеркале озера частицы себя и, возвращаясь в реальность, вновь становился Ноттом-младшим, сыном пожирателя смерти, который всегда знал, что однажды и ему придётся принять метку.

От него пахло скрипучим снегом, обжигающим морозом и истинно чистым льдом, но почему-то никто этого не замечал.

У Теодора было мало счастливых масок, и все он берёг для принцесс, которые рано или поздно согласятся стать снежными.

А ещё у Тео не было лета, и он замерзал один, всё больше теряя звёзды и всё дольше оставаясь в реальности.

Стоит ли говорить, что Теодор Нотт не любил ясную погоду?

Его мать была самым настоящим солнцем, но она умерла. Теперь Тео не мог учиться, если в комнату пробирался даже крошечный лучик естественного света.

Он знал, что мамы больше нет, а это солнце лишь иллюзия.

— Ты слишком задумчивый в последнее время. Я имею в виду, больше, чем обычно, — Теодор услышал знакомый голос и улыбнулся.

— С детства мне говорили, что чистая кровь и изумрудный галстук — всё, что мне нужно, чтобы достичь величия, богатства, влиятельности, заслужить эту охренительно важную гордость своей семьи. Семьи, которая думала, что на тёмной стороне будет более защищённой. Это не правда. И кровь у нас, знаешь, такая же грязная, как и у всех.

— Отец заставил тебя принять метку? — сразу догадалась его собеседница. — Я не знала… — голос Пэнси был мягче, чем обычно. Девушка села на скамейку рядом с другом.

— Я всегда знал, что это случится. Только в детстве это казалось игрой, а сейчас… Сейчас я понял, что всё слишком серьёзно.

— Ты уже… убивал? — неуверенно спросила Паркинсон.

— Нет. Пока нет.

— А Драко?

— Насколько я знаю, тоже. Пообещай мне, что ты никогда не станешь на его сторону. Сохраняй нейтралитет, — Тео почти умолял. Одно дело — загубить свою душу, а совсем другое — видеть, как близкий тебе человек делает это.

— Я не могу ничего сказать тебе. Это зависит не от меня. Если отец решит…

— Если отец решит… — повторил Теодор, смотря в пустоту. Хоть бы её отец решил всё правильно, иначе… Иначе он просто так разрушил жизнь Рейнер. — Когда мир стал таким? Почему не мы выбираем свою судьбу, а наши родители?

— Он был таким всегда. Просто раньше это не касалось нас.

— Да…

— Так, а ну отставить тоску! — воскликнула Пэнси, поднимаясь и хватая Нотта за руку. — Пойдём в Хогсмид. Нам срочно нужно развеяться.

Тео только кивнул. Без разницы, что у него не было никакого желания веселиться. Ради Пэнси он готов был переступить через себя.

* * *

Эта ночь была бессонной как для Николь, так и для Драко.

«Он научит тебя убивать…»

Николь никак не могла выбросить эти слова из головы.

Убивать…

Она не готова была стать убийцей. Не готова! Зачем она только пошла на это?

Девушка оделась, убедившись, что длинные рукава прикрывают метку, и спустилась на завтрак, стараясь не думать о том, что ждёт её в будущем. Погружённая в свои мысли, она не заметила возникновения рыжей макушки рядом.

— Привет!

Николь дёрнулась, не ожидая услышать голос рядом с собой.

— Фред! Ты испугал меня!

— Прости. Сегодня всё в силе?

— Что? — растерялась девушка.

— Хогсмид. Мы договаривались, забыла?

— А… Да, точно, — мысли о метке вытеснили все остальные. — Прости, но сегодня я не в настроении. Давай в другой раз?

— Что-то случилось? — заботливо поинтересовался Уизли.

— Нет, — как можно жизнерадостнее ответила Рейнер. — Всё хорошо, не волнуйся. В следующий раз обязательно сходим.

— Ну хорошо, — заметно расстроился парень. — Я пойду.

— Увидимся позже, — улыбнулась Николь.

— Да, позже… — Фред подошёл к Джорджу и покинул Большой зал.

Девушка вздохнула и перевела взгляд на тарелку. Аппетита не было. Совсем. Было чертовски плохо. Хотелось свернуться калачиком под пледом и рыдать. Вся её жизнь летела коту под хвост, и Николь не знала, что с этим делать. Краем глаза когтевранка заметила приближающегося блондина и снова уткнулась в тарелку.

— Нужно поговорить, — сказал Малфой, подходя к столу Когтеврана, и, не дожидаясь ответа, пошёл к выходу.

Николь раздражённо выдохнула и, ударив ладонями по столу, поднялась с места, последовав за парнем.

Драко ждал у выхода. Он усмехнулся, заметив, что девушка пошла за ним. Она сделает всё, что он скажет.

— О чём ты хотел поговорить? — спросила когтевранка.

— Не здесь, — ответил слизеринец и снова ушёл.

— Почему нельзя без этой загадочности? — пробурчала девушка себе под нос, но послушно отправилась следом.

Драко шёл на восьмой этаж. За это время он не проронил ни слова. Прошёл три раза вдоль стены, остановился и открыл появившуюся дверь. Парень вошёл внутрь, даже не позаботясь о том, чтобы пропустить Николь вперёд. Волшебница закатила глаза и зашла в комнату, закрывая за собой дверь.

— Ну? — девушка скрестила руки на груди и прислонилась спиной к стене.

Драко прошёл вглубь комнаты и плюхнулся на диван. Возле дивана стоял небольшой журнальный столик, напротив горел камин. Одна стена полностью была уставлена книжными шкафами. Николь смогла разглядеть несколько учебников по углублённой Тёмной магии, художественную литературу чистокровных авторов, энциклопедии. Она окинула взглядом противоположную стену и почувствовала себя довольно уютно в этой комнате.

— Зачем ты это сделала? — голос Драко отвлёк девушку от дальнейшего рассмотрения помещения.

— Зачем я сделала что?

— Не прикидывайся дурой! Зачем ты приняла метку?

— Если приняла, значит так было нужно, — равнодушно ответила девушка.

— Нужно кому?

— Мне.

— Совесть не мучает? Быть предательницей так мерзко.

— Ты вздумал читать мне морали, Малфой? — произнесла Николь насмешливо.

Драко шумно вдохнул воздух.

— Рейнер, не зли меня! У меня нет ни малейшего желания нянчится с тобой!

— Я тебя и не заставляю.

— Рейнер! — Малфой быстрым шагом сократил расстояние между ними. — Не играй со мной! — прошипел он ей прямо в лицо.

— Я не боюсь тебя, — Николь гордо подняла подбородок.

— Вот как… Недавно ты думала иначе. Или это метка так меняет людей?

— Тебе ли не знать, — фыркнула когтевранка.

Малфой издал гортанный рык и со злости ударил стену рядом с головой девушки кулаком.

— Посмей только притронуться ко мне хотя бы пальцем… — проговорила Рейнер.

— Да мне скорее придёт в голову бросить в тебя Аваду.

— А рука не дрогнет? — ей почему-то нравилось злить Драко. Это доставляло сумасшедшее удовольствие.

— Хочешь проверить?

Николь промолчала, а Драко, немного успокоившись, оттолкнулся от стены и подошёл к книжному шкафу. Достав какую-то книгу, он сел на диван и перестал обращать внимание на девушку. Несколько минут он читал в тишине, а когтевранка наблюдала за ним. Рейнер заметила, что молчащий Драко нравится ей гораздо больше.

Волшебница прошла к дивану и села на противоположный от Малфоя край.

— Ты успокоился? Теперь мы можем обсудить всё? — тихо спросила Николь.

Драко продолжал читать, и девушка решила, что он её не услышал. Волшебница только открыла рот, чтобы повторить свой вопрос, как услышала голос парня:

— Пока ты не ответишь, зачем стала пожирательницей, нам не о чем говорить. Ты ведь всегда была такой правильной, — Драко говорил без всякого осуждения, однако девушка чувствовала нотки неприязни в его голосе, — заступалась за гриффиндорцев, дружила с пуффендуйцами. Кто бы мог подумать?

Николь вздохнула и откинулась на спинку дивана, прикрыв глаза рукой. Маска защитной реакции спала, и девушка ответила:

— Я бы с огромным удовольствием и дальше оставалась «правильной». Но, как видишь, не сложилось. Думаю об этом тебе лучше спросить Нотта. Я не знаю, зачем ему это.

— Он заставил тебя? — удивился Малфой, закрывая книгу и поворачиваясь к когтевранке. Такое поведение было совершенно не типичным для его друга.

— Можно и так сказать. Он предложил мне выбор: либо я перехожу на сторону Того-Чьё-Имя-Нельзя-Называть, либо Во… — девушка сглотнула и продолжила, — Волан-де-Морт убьёт моих родителей. Он ведь уже пытался это сделать однажды. Кстати… — Николь подняла взгляд на Драко, — я так и не поблагодарила тебя. Ты спас мне жизнь.

— Я сделал это не ради тебя, Рейнер, не обольщайся.

— Всё равно… Спасибо.

— Я поговорю с Ноттом. Тот Тео, которого я знаю, не поступил бы так.

— Он сказал, что это его задание, — пожала плечами Николь.

— Задание? — Драко резко вскинул голову. — Это многое объясняет.

— У тебя тоже есть задание?

— Рейнер! — Малфой пристально посмотрел на девушку. — Предупреждаю последний раз: не лезь ко мне с расспросами. Мы с тобой не друзья и никогда ими не будем.

— Хорошо, мы не друзья. Как насчёт «союзники»?

Малфой закатил глаза, но никак не прокомментировал это. Он поднялся с места и пошёл на выход.

— Это всё, о чём ты хотел поговорить? Я думала, мы обсудим что-то важное, — сказала девушка, тоже поднимаясь.

— Позже. Сейчас у меня дела, — бросил парень, не оборачиваясь.

— Ладно, — Рейнер вышла из выручай-комнаты и скрылась с глаз Малфоя.

Парень направился в комнату своего друга. На занятия идти сегодня он не планировал.

Николь забежала в душевую и заперла её заклинанием. Пока вся школа собиралась идти на учёбу, она сидела на холодном полу, облокотившись о стену и думая о том, как будет теперь. Насквозь мокрая одежда прилипла к худому девичьему телу, от чего дрожь пробежала по коже. Николь неотрывно смотрела перед собой, пока вода бережными струйками стекала по вытянутой вперёд руке. Ей было необходимо побыть одной и отдохнуть. Списать своё неприсутствие на плохое самочувствие оказалось проще, чем ожидалось. Большего от Хогвартса и не стоило ожидать.

На предплечье зияла свежая Тёмная Метка. Вчера жизнь изменилась навсегда.

* * *

Хрупкая девушка вскочила с дивана в гостиной, как только заметила его. Астория заправила прядь волос за ухо и, улыбнувшись, подошла к Драко.

Гринграсс не любила пустую болтовню. Ей нравилось подолгу молчать, копаясь в бездонном подвале мыслей. Ей нравилось её одиночество, но вместе с тем оно убивало её изнутри.

Ей так хотелось найти человека, с которым она могла бы просто помолчать, и её не посчитали бы странной. Ведь молчание иногда может быть более полезнее, чем разговоры, а простое присутствие способно помочь лучше, чем тысячи утешительных слов. И ей казалось, что Драко — тот самый человек. Пусть он и считал иначе.

— Привет, — тихо сказала девушка и потянулась к губам парня, но Малфой лишь бросил сухое «Не сейчас» и поднялся по лестнице, ведущей в комнаты мальчиков.

Драко ворвался в комнату Теодора, даже не постучав. Слизеринец сидел на кровати и читал учебник по Трансфигурации. Нотт не стал поднимать взгляд на друга, уже привыкнув к его неожиданным появлениям в своей комнате.

Малфой молча посмотрел на соседей Нотта по комнате, давая понять, что им стоит уйти. Малькольм Бэддок и Майлз Блетчли закатили глаза, но вышли из комнаты.

— Ты не можешь прогонять их, когда тебе захочется, — сказал Тео, не отрывая взгляд от учебника.

— Ой, да брось. Они и слова мне скажут.

— Потому что боятся тебя.

— Когда узнают, что на твоём предплечье тоже есть метка, они и тебя бояться начнут.

— В этом и разница между нами — я не треплюсь об этом.

Драко пожал плечами и достал сигареты.

— Здесь не курят.

Малфой фыркнул и открыл окно.

— Так лучше?

Нотт проигнорировал слова парня.

— Ты пришёл ко мне покурить?

— Частично, да. Но не только. Думаю, ты и сам знаешь, о чём я хочу поговорить, — блондин внимательно посмотрел на друга.

— Догадываюсь, но будет лучше, если ты скажешь.

— Рейнер. Зачем ты сделал это?

— Ты уже говорил с ней? — ответил вопросом на вопрос Тео.

— Да. Она сказала, что ты угрожал её семье.

— Не я, Лорд.

Драко вздохнул и с ногами забрался на подоконник.

— Почему она? То есть, мне плевать, но… Она девчонка. Они же загрызут её. Не хочу, чтобы её смерть была на нашей совести.

— Ты думаешь, мне этого хочется? — Нотт отложил учебник в сторону и поднялся с кровати, начав мерять комнату шагами. Он запустил руку в волосы, заметно нервничая. — Я должен был, понимаешь?

— Это было твоё задание?

— Да. Если бы я не сделал этого, в опасности оказалась бы Пэнси.

— Пэнс? Причём здесь она? — нахмурил брови Драко.

— Тёмный Лорд набирает армию. Пэнси должна была стать одной из нас. Он пообещал мне, что не станет привлекать её, если я приведу ему Рейнер. Разве на моём месте ты не поступил бы так же? Пэнс — наша подруга, а Рейнер… — Теодор пожал плечами.

— Наверное так же… — Малфой затушил сигарету. — Рейнер… Что-то слишком часто она начала появляться в моей жизни.

— Ты о чём?

— Когда приехал домой на каникулы, обнаружил её в моей комнате. Спящей. Она сказала, что не помнит, как оказалась там. Странно это.

Теодор провёл рукой по письменному столу и, не поднимая глаз, заговорил:

— Это я. Я принёс её в твою комнату.

— Зачем? — удивился блондин.

— Моё первое задание от Лорда.

— То, в котором ты облажался?

— Да. Я должен был привести любого маглорождённого. Рейнер первой попалась мне на глаза.

— Почему ты оставил её в моей комнате?

— Я думал, ты отведёшь её к отцу или Лорду. Но всё пошло не по плану… — парень достал палочку и начал вертеть её в руках. — Когда она сбежала от вас после нападения и ты сказал, что она когтевранка, Тёмный Лорд подумал, что она могла бы пригодиться ему. Поэтому он приказал мне привести не любого маглорождённого, как он говорил раньше, а именно Рейнер.

— Может пригодиться ему? Ты ведь понимаешь, что это значит? — Малфой напрягся.

— Он сделает всё, чтобы она не выжила, — озвучил Тео мысли друга.

Комментарий к Глава 3. С неизбежностью не спорят

Значение имени «Николь» в переводе с французского — победа, значение фамилии «Рейнер» в переводе с немецкого — военный советник.

Следующая глава выйдет, как и положено, в понедельник.

Загрузка...