Развод. Нежеланная истинная

41

Какое-то время я слушала вокруг себя суетливую возню.

Ну, зато теперь хотя бы мне не придется выходить замуж против воли…

Такое себе, конечно, утешение. Меня снова тащат к очередному хозяину, и нет конца и края этому приключению.

Судя по всему, свекровь была не в курсе планов сына. А ведь с моей помощью он хотел убить Ройма. Ха.

Неужели передумал?

Я чертовски устала быть переходящим знаменем. Но, опять же, кого интересовало мое мнение?

— Пусть родит наследников… для большего она и не нужна, — послышался голос свекрови.

Кому она это говорила? Сама с собой общалась, оправдывая свои преступные действия?

Приличных людей в этом мире определенно нет…

Все находятся в перманентном поиске какой-либо выгоды. И я, как оказалось, очень выгодная персона, потому и нарасхват.

Даже старенький лекарь преследовал собственную выгоду… ну он хотя бы не неволил.

Да и Грэм особо не принуждал. Но его я боялась до дрожи. Не боялась свекрови, не боялась Валериана и Ройма, даже Герха. Всех тех, кто представлял для меня нешуточную опасность.

А этот красноглазый мужчина с его второй ипостасью вызывал невольную дрожь, хоть и не делал ничего из ряда вон.

Парадоксально, и тем не менее…

И куда меня всё-таки тащат?

Свекровь продолжала что-то бубнить себе под нос. Я слышала приглушенные шаги нескольких человек. Скорее всего, идут по потайным ходам. Неудивительно.

Но затея глупая. Валериану я без надобности, разве что снова будет угрожать и шантажировать, чтобы извлечь свою выгоду.

— Ну и видок у нее, конечно, — недовольной змеюкой шипела свекровь, — волосы в ужасном состоянии… одежда мужская. И это благородная дама? За что мне такое наказание…

Ну, даже не знаю. Может, за злобный характер? Только сама она вряд ли догадается. Такие люди редко замечают соринку в собственном глазу.

Что-то скрипнуло, и сквозь мои закрытые веки пробился свет факела.

— Куда направляетесь в столь поздний час? И что это у вас… — послышался голос стражника.

А он тут откуда взялся? Видимо, Ройм позаботился о дополнительной охране.

Только мои похитительницы были готовы к подобным осложнениям. Секунда — и тяжелое тело стражника осело на каменный пол.

Меня понесли дальше.

Свекровь бубнила что-то еще, но я уже не слушала.

Стоило до слуха донестись знакомому звуку, как я прислушивалась только к нему. Едва различимый рык животного.

То, что это пёся, я поняла сразу. А следом почувствовала на лице ветер.

Ко мне начала возвращаться чувствительность. Наверное, я съела слишком мало отравы. Что ж, оно и к лучшему. Главное, чтобы этого не поняли мои похитители.

Спустя какое-то время меня опустили на траву.

— Он уже должен быть здесь, — заволновалась свекровь.

Через мгновенье раздался шум крыльев. Раньше, помнится, дракон летал беззвучно… очевидно, ранение дало о себе знать.

С раздраженным рыком Валериан тяжело опустился на землю.

— Зачем ты хотела меня видеть? — раздался его недобрый голос.

Я лежала, едва дыша, представляя, какими глазами блондин смотрит сейчас на мать.

— Валенька, — начала та жалобно, — я вернула тебе истинную…

Воцарилась тишина.

— Она мертва?

— Возвращала бы я её, будь она мертва?

— Так умертви! Тогда род этого нажьего ублюдка прервется наверняка!

Кажется, кто-то был очень зол из-за раненого крыла и винил во всём меня…

Настолько зол, что позабыл про пользу, которую я могу принести. Драконы… кто-то их вообще любит, кроме их родни?

— Что? — свекровь казалась ошарашенной.

Меня спасло ее самоволие. Вместо того, чтобы обговорить с сыном свою затею заранее, она решила сделать ему сюрприз. И это спасло мне жизнь.

Вернее, продлило ее до этого самого момента.

— Она не моя истинная, — выдохнул Валериан, — никогда ею не была!

— Тогда зачем ты…

— Разве не очевидно? Чтобы досадить этому предателю!

Сквозь мои веки пробился свет, словно бы к лицу поднесли факел. Я почувствовала на коже тепло, и ресницы задрожали.

Кажется, вечер переставал быть томным. Да, где-то неподалеку поджидал пес. Я безумно рада, что он выжил. Но один он точно не сможет меня спасти…

И что остается? Только опомниться в самый неожиданный момент и рвануть в лес со всех ног.

— И что же дальше, дорогой? — поинтересовалась свекровь.

— Захват замка… верные вассалы скоро будут у его стен. Моя истинная ещё найдется, но у Ройма ее быть не должно!

Я буквально кожей ощутила на себе чужие взгляды и поняла, что пора. Да только предпринять ничего не успела.

Меня подняли на руки. Легко, как пушинку, и бережно, как драгоценность.

От неожиданности даже глаза распахнулись.

— Ты очень ошибаешься, если считаешь, что я позволю тебе причинить вред этой девушке, — прорычал Грэм, прижимая меня к груди.

Он посмотрел в моё лицо, и я невольно перестала дышать, заглянув в рубиновые глаза.

Оборотень выжил. Как же мне повезло…

Валериан в секунду превратился в огромного белоснежного ящера. А в следующую в нас полетела струя яркого пламени. Я успела только сжаться в комок и сдавленно пискнуть.

Грэм только рассмеялся. Его глаза отразили пламя, и оно растаяло на подлете. Меня опалило жаром. Лишь слегка, не задев даже искрами.

Дракон сузил сиреневые глаза.

— Одаренный шерстяной гад… — прошипел он и взмахнул крыльями.

Грэм аккуратно опустил меня на ноги, но я продолжала держаться за его тунику. Колени немилосердно дрожали, и вряд ли бы я смогла стоять самостоятельно.

Оборотень не возражал.

Ему подали арбалет, и мужчина прицелился во взлетающего ящера.

— Нет! — взвизгнула свекровь и кинулась было к нам, но ее перехватили остальные шерстяные.

Их было несколько десятков.

Кажется, кто-то подготовил свою собственную армию…

Резко свистнула стрела, и я зажмурилась. Дракон взревел, но Грэм не спешил радоваться успешному выстрелу.

— Еще стрелу! — приказал он резко, — вон летит второй.