Развод. Нежеланная истинная

56

Грэм выполнил обещанное.

Предоставив свою кровать в мое единоличное пользование, он уселся в кресло неподалеку, сложив ноги на низкий столик.

На все мои робкие уговоры не валять дурака и лечь в кровать, как все нормальные люди, он отказывался.

— Я не могу позволить себе унизить тебя подобным образом, — отзывался Грэм пафосно.

На что я только мысленно закатывала глаза и чувствовала себя ужасно.

Из-за меня он толком не отдохнёт!

— Я могу лечь в соседней спальне, мне вовсе не обязательно…

— Там не зажжен камин, — парировал Грэм из кресла, чуть прикрыв свои алые глаза, — и будет очень холодно.

Досадливо рыкнув, я поняла, что спорить бесполезно. Сердито юркнула под одеяло, отвернулась и закрыла глаза.

Пусть делает, что хочет. Сам же пострадает от собственного упрямства.

И дернул же меня черт ляпнуть про этих крыс…

Их я обнаружила поутру. Несколько жирных тварей рядком лежали на коврике у кровати с различными колото-резаными ранениями.

Брезгливо поморщившись, я поняла, что задача по защите меня от крыс выполнена на ура.

Сам же защитник, судя по всему, успешно плескался в ванной. Оттуда раздавались характерные звуки.

С отвращением переступив через дохлых вредителей, я шагнула к приоткрытой двери в ванную.

Так и есть. Мужчина стоял по пояс в исходящем паром бассейне, натирая себя мочалкой.

При взгляде на его мощную спину у меня пересохло во рту. С его мокрых темных волос по ней медленно стекали прозрачные ручейки, сливаясь с водой бассейна.

Я скользнула взглядом ниже и покрылась испариной.

А что это я, собственно, творю?

— Доброе утро, Ася, — улыбнулся Грэм, разворачиваясь в пол-оборота, — ванна будет свободна через пару минут.

Сконфуженно кивнув, я отступила от двери, едва не запнувшись о ковер.

Ну что за бестолочь такая? Сама же нахожу себе приключений на собственный филей!

В дверь скромно постучались. Я отперла замок и впустила служанку с подносом еды.

Она оставила его на кровати и отчалила восвояси, с облегчением распрямив натруженную спину. Поднос был просто огромным, а еда пахла восхитительно, и я сделала вид, что не заметила странный взгляд служанки.

Что ее, интересно, так смутило?

Грэм показался из ванной минуту спустя. В свежей рубашке, темных облегающих штанах и с мокрыми, затянутыми в хвост волосами, он выглядел вполне отдохнувшим.

Хотя когда бы успел, если всю ночь охотился на крыс?

Я поспешила поблагодарить своего благодетеля за защиту.

Тот только хитро улыбнулся в ответ, после чего я скользнула в ванную, чтобы привести себя в порядок. В компании этого мужчины мне хотелось выглядеть максимально достойно.

Он не приступал к еде, пока я не вернулась, а потом мы уселись по обе стороны широкой кровати и принялись завтракать.

— Итак, ты решила вернуться в свой мир, — напомнил Грэм, пробуя пряный медовый сбитень из глиняной чашки.

Пожав плечами, я уставилась в свою, грея ее в ладонях. Из отражения темной поверхности напитка на меня смотрело покрытое румянцем, слегка испуганное лицо.

— Нет, передумала, — пробормотала торопливо, делая вид, что выбираю, что бы съесть.

А выбрать было из чего. Здесь были яйца, несколько видов сыра, мясо, ягоды, хлеб, мед и сдобные ватрушки с творогом. Я цапнула одну.

— Это хорошо, — одобрил Грэм, — в Эдинхайме пригодится толковый лекарь.

Я подняла на него удивленный взгляд.

— В Эдинхайме?

— Да, — кивнул тот невозмутимо, с аппетитом вгрызаясь в краюху теплого хлеба, — так называется этот замок.

— Но ведь вы обещали, что я сама могу выбрать, где жить. И мне приглянулся лекарский домик. Там моя помощь пригодится не меньше.

К тому же Эдинхайм мне не нравился совершенно. Наверное оттого, что в этих стенах я пока не видела ничего хорошего.

Вздохнув, правитель вернул чашку на поднос.

— Тебя видела служанка, верно?

Я медленно кивнула, не понимая, к чему он ведет. Причем тут вообще служанка? Мы только что говорили совсем о другом…

— Теперь она разнесет по всему замку, что мы с тобой делили одну спальню.

Кажется, мой румянец стал еще ярче. Щеки потеплели, а уши и вовсе начали гореть огнём.

Только что мне до чужих сплетен? Пусть говорят, что хотят.

— И?

Он знакомо вскинул темную бровь.

— Не понимаешь?

Я мотнула головой.

— Ни капельки.

— Видимо, в твоем мире всё иначе… — Грэм чуть склонился вперед и вкрадчиво прошептал: — а здесь, если благородная дама проводит ночь с благородным мужчиной, не будучи его женой, то она просто обязана ею стать. Иначе никто не подаст ей руки.

Я смотрела на него во все глаза и не понимала.

— Зачем мне чьи-то там руки?

Мужчина усмехнулся.

— Ты не сможешь работать помощницей лекаря, потому что вскоре все узнают, что ты была опозорена.

До меня дошло… я совсем забыла о местных средневековых порядках. Ведь тут женщина зависела от мужчины безраздельно, и не смела даже подумать о какой-либо самостоятельности.

М-м, чудесно… а я, получается, сама напросилась, заикнувшись об этих чертовых крысах, так? Воистину, язык мой — враг мой…

— И что же мне теперь делать?

Он пожал могучими плечами, пряча улыбку в уголках губ.

— Я не собираюсь тебя неволить, Ася. Ты свободолюбивая девушка и не потерпишь, если тобой станут командовать. Поэтому у тебя всегда есть выбор.

— Какой?

— Остаться в Эдинхайме, или вернуться в свой мир. Там, полагаю, у тебя не возникнет подобных проблем.

Я сузила глаза. Ах ты ж шерстяной манипулятор…

— А если я выйду замуж, — проговорила с нажимом, понимая, что особого выбора у меня всё-таки нет, — то смогу вернуться в домик лекаря?

— Ты сможешь выезжать туда несколько раз в неделю, чтобы помогать местным жителям с их проблемами, — обозначил тот серьезно, — и навещать лекаря. С остальным вполне справится Густав.

Я закусила губу, пытаясь распознать подвох. Но подвох был только в одном.

Я подставила себя сама. А Грэм всего лишь пытается спасти мою репутацию.

Кивнув, я судорожно выдохнула.

Будь что будет.

— Хорошо, — пробурчала, сердито откусывая от ватрушки, — я согласна.