Развод. Спаси меня от мужа

Глава 21

Саша

День так хорошо начинался, а после обеда как кто-то тумблер переключил, и все покатилось к чертям. Еще и как вишенка на торте Милана вошла в кабинет и уронила чашку кофе. Молодец, конечно, будто почувствовала, что мне необходимо переключиться и отвлечься хоть немного. Но и это вышло как-то не совсем удачно. Благо хоть не обожглась. Только вот что это с ней вообще произошло? Я так посмотрел, как она выразилась. Не думаю, что я как-то по-особенному глянул на нее, да и вообще, от взглядов не теряют равновесие.

Как бы там ни было, решил на этом закончить день. Если он пошел под откос, то нужно что-то менять, оставлять, чтоб подумать и в следующий раз взглянуть на ситуацию уже под другим углом. Это самый лучший способ решить любую проблему.

Веду машину и кошусь на девушку. Сидит мнется, поправляет сарафан и крутит головой по сторонам. Вроде отошла. Или только начинает.

Испугала она меня. Такая молодая, а чуть ли сознание не теряет. Уверен, правильное решение, причем не только для меня, пораньше уехать домой. Ладно я, но для слабой девочки стресс — губительная штука.

— Ну как ты?

— А? Лучше, да, спасибо.

Выдыхаю.

— Расскажешь, что это все было только что? Что на самом деле?

— Александр Владимирович, если вы про ковер, то я отработаю. Я понимаю…

— Да прекрати ты про этот ковер, ну! Обычная тряпка.

— Ну да, за пару миллионов…

— Мила! — торможу ее неправильный ход мыслей. — Я о тебе спрашиваю. Ты чего на ногах не стоишь?

Она еще сильнее начинает бегать глазами по салону машины и заламывает пальцы на руках.

— Говори уже как есть.

— Ну я… испугалась. Правда. Вы так сердились по телефону. Я думала… думала, — мямлит, — обрадовать вас, что справилась с той таблицей.

— А кофе зачем? Я же не просил.

— А кофе… Ну это, предлог зайти.

— Ты серьезно? — смеюсь и тру лицо рукой, пока второй поворачиваю руль в свой район. В какой-то паре сотен метров уже виднеется крыша мой двухэтажки.

— Да, приятно хотела сделать. Надеялась, что это поможет вам немного расслабиться. К тому же — и тем более! — я еще не видела вас не в духе.

— Ты меня удивляешь, — говорю, а сам невольно улыбаюсь, понимая, что девчонка действительно необычная. Во всем, что говорит и делает. А еще я впервые такое слышу. Надеялась помочь мне расслабиться, потому что услышала, что я сержусь. Это что-то новенькое. И очень интересное. — Напомни мне, ты раньше ни у кого ассистенткой не работала?

— Я нигде еще толком не работала, — робко отвечает она, будто стыдится в таком признаваться. Но я-то понимаю, что она еще совсем молодая, чтобы иметь много опыта до этого, какого бы то ни было. — И если вы все еще о том, почему я так странно себя веду, — продолжает она, — то я просто хотела сделать вам приятно. Ну, знаете… Я знаю, что это входит в мои обязанности, но пыталась все же как-то выказать благодарность за то, что вы обо мне позаботились и нашли мне квартиру.

— Даже так? Мне даже интересно, кто ж тебя такой сознательной вырастил, — как бы озвучиваю мысли; я это вообще не должен был произносить вслух, но что есть, то есть.

— Нет их уже, — с особой грустью говорит Мила, и я понимаю, что совершенно зря ляпнул такую глупость.

— Ох… Прости, что напомнил. Стоп, — спохватываюсь, прокручивая в голове все вышесказанное девушкой, — квартира же, точно!

— Очень вовремя вы вспомнили, — странно и неуместно хихикает она и закрывает лицо ладошками.

— Тебе еще и смешно. Ну отлично! Ладно я замотался, из головы вылетело, но ты почему не сказала мне, что я не туда тебя везу?

— А мне откуда было знать, куда вы меня везете? — уже в открытую забавляется брюнеточка. Я и сам не могу сдержаться от смешка, глядя на всю абсурдность ситуации. — Да и как я могу вам перечить, вы же босс.

— Ты мне тут не выделывайся, тоже мне умница.

— Я не знаю, где вы мне квартиру подыскали, ну правда! — вовсю хохочет она, даже не скрываясь.

Серьезно, это все очень забавно, но ей нужно к себе, а мне к себе, потому решаю все же отвезти ее сразу, пока мы еще в машине.

— Ну ладно, ты права. Но это ничего не меняет. Здесь недалеко. До офиса куда дальше. Ну чего ты зашлась? — спрашиваю, хоть и сам не могу перестать улыбаться с того, какой милый у нее смех. И осознаю, что мне это чертовски нравится — еще одна причина немедленно отвезти ее домой, от греха подальше.

— До офиса дальше, — сквозь слезы и хохот говорит она, — но именно там остались мои вещи. Так что придется давать тот еще круг.

— Да ёлки…

— Ну вы вывели меня и сразу усадили в машину. Я ничего не успела. Да и не понимала тогда, что происходит вообще. Я не виновата, — немного успокоившись, даже немного виновато бормочет она через ладошку.

— Ну что ж, — вздыхаю, — прокатимся тогда через офис.

— Ой, а можно я у вас, ну… в туалет быстренько сбегаю?

— Досмеялась? — Мотаю головой, понимая, что закрутилось все слишком уж хорошо. В кавычках. Да и черт с ним. Видно же, что девчонка просто не хочет ехать к себе домой. Вопрос только, с чего бы? А мне, признаться, совсем не в удовольствие сейчас тащиться через весь город, снова, когда мы уже стоим перед воротами. И как бы мне ни хотелось ее спровадить, сейчас мне все равно придется впустить ее в дом.

— Ладно, только быстро. Но потом я отвезу тебя домой.

— Хорошо, хорошо, конечно, — немного смущенно улыбается девушка, глядя мне в глаза из-под ресниц.

Жму кнопку на панели, и когда ворота разъезжаются, плавно закатываюсь во двор. Останавливаюсь и, не глуша мотор, поворачиваюсь к хохотушке:

— Давай, я жду.

Пока Мила поднимается по ступенькам забегает в дом, открываю на телефоне сообщения. Кухарка написала, что приготовила скумбрию в духовке и уехала. Проверяю общую почту от клиентов и открываю документ, который Милана прислала накануне. Пытаюсь вчитываться, но ничего не выходит. Сижу и улыбаюсь со сложившейся ситуации. Это ж надо было так прошляпить и снова привезти ее к себе домой!

— Да уж, Саня, совсем тебе эта малая запудрила мозги, — поражаюсь сам себе и бросаю взгляд на дверь дома. Девушка уже должна была выйти. Где она застряла там?

Жду еще минут пять, а ее все нет.

— Так, ясненько, — бурчу, глушу мотор, открываю дверь и выхожу из машины. Иду в дом, спотыкаюсь через клубок шнурков от босоножек и чертыхаюсь. Прохожу через прихожую и зал к уборной и стучу костяшками пальцев в дверь. — Мила, ты в порядке там?

— Да-а, все хорошо. Я сейчас, минутку.

— Ладно. Пойду пока переоденусь. Надоел уже этот костюм за день, — добавляю негромко, поднимаясь уже к себе в спальню. Накидываю удобные спортивные штаны и белую однотонную футболку. Выдыхаю. Так и правда куда легче. Спускаюсь на первый этаж и окидываю взглядом зал и близлежащие, просматривающиеся с лестницы комнаты, но нигде девчонки не вижу.

— Милана?

— Я здесь! — откликается с кухни. Выглядывает со стаканом воды в руке. — Извините, я звала вас, но вы не слышали. А мне очень пить захотелось. Вы же не против? — И хлопает на меня своими длинными ресницами, что у меня аж в груди ёкает.

Вот же бестия! Такая маленькая, но такая притягательная. Еще и не отказать ей, ну прям никак!

— Нет конечно. Вкусная вода? — спрашиваю с долей иронии, глядя, как неторопливо она смакует каждый глоток и потом еще показательно облизывается.

— Ой, не поверите, прям правда вкусная. У вас какой-то особый фильтр стоит, что прям не оторваться?

— Обычный фильтр. Милана, допивай и поехали.

— Хорошо, — бурчит, будто ее это расстраивает.

Пока я выхаживаю по залу, девушка относит стакан обратно на кухню, возвращается и проходит вдоль стены, протирая пальчиками рамки с фотографиями, статуэтку и набор кочережек для камина. Специально тянет время и делает вид, будто не замечает, как я на нее смотрю сейчас.

— Ну, ты готова?

— Это все тоже очень дорогое, да? — игнорирует мой вопрос и задает свой.

— Нет. Милана, — вздыхаю, устав уже повторяться.

— Ну можно еще пять минуточек? Ну пожалуйста! Я совсем не устала, правда. И я понимаю, что вы меня не приглашали и у вас своих дел хватает. Но у вас тут так уютно, хорошо. А я как представлю, что остаток вечера буду одна сидеть в пустой, такой чужой квартире, аж озноб пробирает.

— Я понимаю, но так не делается.

— Я кроме вас никого не знаю в этом городе… — бурчит, опустив глаза в пол. Затем резко поднимает на меня взгляд и добавляет: — Буквально немножко. А потом, если не хотите везти меня, можете вызвать мне такси. У меня есть немного денег, Ксюша одолжила.

Вижу, что это был последний ее козырь, а насчет денег она точно перегнула палку. В ее сарафане нет карманов, потому если у нее и есть какие-либо средства, то они остались в офисе. Да и совершенно некрасиво с моей стороны было бы отказать девушке в такой просьбе. Ну и что душой кривить, ее компания очень приятная. Вчера она мне это доказала.

— Хорошо, — вздыхаю, но стараюсь не делать это так, будто мне в тягость такое развитие событий. — К тому же у тебя дома совсем нечего есть. Еще и пообедать сегодня не удалось. Любишь запеченную рыбу?

Глаза девушки загорелись восторженным огоньком, она сразу заулыбалась и сложила перед лицом ладошки.

— Ры-ыба! Стоп, вы не только бутерброды готовить умеете?! — удивляется она.

— За меня это делает кухарка. Она приходит, когда меня нет дома, готовит, наполняет холодильник, иногда убирается и уходит.

— Даже так? Да вы настоящий богатей, раз можете себе еще и кухарку позволить…

— Мила!

— Поняла, да. А рыбу… Очень! Я вообще любую рыбу обожаю! Это же… Это просто…

— Ну все, все. Сейчас принесу. — На полпути оборачиваюсь. Мила уже умостилась на диване и скрестила свои идеально стройные ножки. Сидит и поправляет волосы. — Хочешь чего-нибудь выпить?

— Ась?

— Выпить, спрашиваю. Будешь что-нибудь?

— А вы что предпочитаете? — улыбается она.

— Белое сухое вино.

— Ну, думаю, бокальчик не навредит, — чуть тише говорит девушка и опускает взгляд.

Не навредит чему? Ну да ладно.

— Хорошо!

Иду на кухню, достаю еще достаточно теплую скумбрию, разрезаю лимон, с одной половинки обильно выдавливаю на две рыбешки сок, другую нарезаю на дольки и выкладываю все это на тарелки. Оцениваю, вроде выглядит симпатично и аппетитно. Достаю из холодильника бутылку пино гриджио и разливаю по бокалам. Укладываю все это на большой поднос и разворачиваюсь. Несу все это в зал и расставляю на небольшой стол перед диваном под внимательным, пытливым взглядом Миланы.

— Да вы прям знаете толк в сервировке. Только вилки забыли, — хихикает.

— Чудо ты, — не сдерживаюсь, — рыбу едят руками!

— Ой, правда? Простите. — И после моего многозначительного взгляда девушка закрывает ладошкой рот. — Помню, да, вы не любите, когда я извиняюсь. Больше не буду, обещаю.

Портить вечер ни себе, ни ей я не собрался, потому без лишних разговоров о «нравится — не нравится» мы приступили к ужину. Я даже сам не заметил, как быстро пролетело больше часа за веселыми разговорами и задорным смехом слегка раскрепостившейся, расслабившейся девушки после бокала молодого вина.

— Было очень вкусно, — растягивает она слова, вытирая пальцы салфеткой. — А есть руками прям классно! Еще вкуснее еда становится.

— Рад, что тебе понравилось.

— Но я бы еще лучше приготовила! — с неожиданной для меня уверенностью заявляет она.

— Не сомневаюсь. Ну ладно, посидели здорово, но нужно ехать.

— Да, надо. Я и так у вас кучу времени отняла…

— Ну чего, мне было приятно с тобой его провести.

— Правда? — подпрыгивает девушка.

— Да. Но тебе пора. Пойду вымою руки, и поедем.

Ухожу в ванную, умываюсь и мою руки. Выпил я совсем ничего, к тому же напиток был слабым. Так что мне по-прежнему ничего не мешает сесть за руль.

Возвращаюсь в зал и нахожу девушку мило посапывающей на мягкой подушке на диване. Меня не было всего три минуты, а она уже скрутилась маленьким клубочком и сладко спит.

— Ну замечательно! — шепчу и иронично выгибаю бровь. — Что ж мне с тобой, такой красавицей, делать?

Ответа, конечно же, никакого не следует. И мне больше ничего не остается, кроме как отнести ее в комнату, где она спала прошлую ночь.

Аккуратно беру ее на руки, такую крохотную, нежную и беззащитную, и, мягко ступая, несу по ступенькам. Вхожу в комнату и укладываю девочку на кровать.

Только малышка касается простыни, сразу начинает что-то неразборчиво лепетать, обхватывает мою шею обеими ручонками и притягивает к себе. Оставляет на моих щеках и губах нежные поцелуи, и я различаю в ее сонном голосе слова:

— Не уходи, пожалуйста.

Твою ж мать! И обняла так крепко. А по словам понимаю, что она не осознает, что говорит и с кем говорит. И высвободиться не могу. Или не хочу.

— Останься, — добавляет она.

— Хорошо, — сдаюсь я. Не знаю, к чему это приведет, но закрываю глаза и ложусь рядом с ней.

Благо на мне есть штаны, потому что ее полуобнаженный вид от задранного дальше некуда сарафана, под которым я вижу ее белые полупрозрачные трусики, ломает все мои барьеры, как бы я ни пытался держаться. А нежный голос, поцелуи и пальчики, которыми она берет мою ладонь и кладет себе между грудей, слишком сильно напрягают мое тело. Пытаюсь отодвинуться чуть дальше, чтобы не упираться девушке в попу возбужденным членом, но она сама прижимается ко мне и ёрзает, умащиваясь поудобнее.

До чего же тяжело сдерживать и без того разгулявшуюся фантазию и желание, но я стараюсь, ведь понимаю, что девушка сквозь сон не осознает, что делает, а видит она сейчас совсем не меня рядом с собой.

Или меня?

Чёрт!

Всеми силами пытаюсь успокоиться и обуздать свое тело. И только когда Милана засыпает, пригревшись, наконец расслабляюсь и тоже проваливаюсь в дрему, все еще держа в ладони такую упругую грудь девушки.