Секретарь для монстра. Аллергия на любовь

Глава 17

- Почему два контейнера с комплектующими застряли на перевалочном пункте? - Марк Давидович просматривает бумаги, не глядя на сидящего напротив него мужчину.

Тот, приземистый, грузноватый, в немного мятом костюме и чересчур тесной рубашке, с впивающимся в шею воротником, нервно сглатывает.

- Там произошла путаница с маркировкой, поставщик…

- С каким именно поставщиком? - перебивает Резанов. - В отчетах фигурируют три. И везде - одна и та же ошибка. Вы понимаете, к каким выводам это приводит?

Я второй день сижу за небольшим столом в углу кабинета и наблюдаю, как мой шеф устраивает профессиональный разнос руководству филиала - первого в нашей, так сказать, «бальной книжечке». И мне уже, честно говоря, становится немного жалко… но не руководство, а своего начальника!

Потому что очевидный идиотизм ситуации вижу даже я! А эти… прости господи, эффективные менеджеры только кивают друг на друга, не желая брать на себя ответственность!

Вот и теперь, руководитель ключевого направления только и может, что оправдываться.

- Да, но это не наша вина, они…

- Не ваша вина, - повторяет Марк Давидович, поднимая взгляд. - А кто утверждал маршрут? Кто подписывал накладные без сверки?

Мужчина лихорадочно роется в бумагах.

- Я… не сам, отдел логистики.

- Отлично. А кто контролирует отдел логистики? - Резанов выпрямляется, голос все такой же тихий, но в нем уже звенит металл. - Тоже «кто-то»?

Руководитель филиала краснеет, пытается что-то сказать, но слов не находит.

- Почему склад до сих пор не обновил базу по движению остатков? Я запросил цифры еще три дня назад, до того, как выехал сюда, - Марк достает из-под кипы бумаг папку с распечатками, которые я делала сегодня по его просьбе. - Сегодня утром они пришли… в формате прошлого квартала. Как такое вообще возможно?

- Мы… ожидали актуализацию данных от головного офиса, - слабым голосом отвечает мужчина.

- Прекрасно, - Резанов приподнимает брови. - То есть, чтобы обновить внутреннюю таблицу, вы ждете разрешения из столицы? Вы серьезно?

Руководитель только утирает вспотевший лоб, а я опускаю глаза на свои бумаги, с трудом сдерживаясь, чтобы не покачать головой.

- Вы понимаете, что это значит? - Марк Давидович не повышает голоса, наоборот, начинает говорить тише, и от этого звучит еще зловеще. - Два срыва подряд. Клиенты стоят без отгрузки, штрафные неустойки капают каждый день, и все потому, что здесь никто не в состоянии элементарно сопоставить маршруты и даты поставок.

- Мы исправим ситуацию, я обещаю.…

- Обещания оставьте для пресс-релизов, - холодно обрывает его Резанов. - Мне нужны цифры и конкретика. Завтра к восьми утра я жду новый график, обновленную базу и план компенсации по задержкам. К концу дня - полный, расписанный в подробностях, доклад о реорганизации процесса. И велите, чтобы мне сейчас принесли акты сверки за последние полгода. Надеюсь, хотя бы там у вас косяков нет.

- Понял, - бледный мужчина кивает. - Сейчас сделаю! Я могу?...

- Идите.

Дверь хлопает, мы остаемся наедине, и я не удерживаюсь от короткого сочувственного взгляда в сторону своего шефа. Мы с ним эти два дня работали с утра до ночи. Завтра ближе к вечеру уже перелет во второй город, и если во всех местах будет такая чертовщина, то я с ужасом представляю себе, как пережить эти три недели.

Закончив со сводной таблицей, которую меня просили сделать, проверяю форматирование и отправляю на печать, попутно скидывая копию на почту.

- Марк Давидович, все готово, - отъезжаю на кресле к принтеру, стоящему за моей спиной, достаю бумаги, скрепляю и, встав, подхожу к нему. - Вот, - кладу на стол таблицу.

- Спасибо, - Резанов кивает, не отвлекаясь от своих бумаг. - Ева Андреевна, сходите пообедать. Уже без пятнадцати три, - кидает быстрый взгляд на часы.

- Я без вас не пойду, - качаю головой.

Вчера он меня тоже отправил пообедать. А сам в итоге только вечером поел, уже когда мы приехали в отель.

- У меня времени не хватит, - он хмурится, просматривая очередной договор.

- Ну, значит, и у меня не хватит, - пожимаю плечами, возвращаясь на свое место и придвигая ноутбук.

Мне тоже есть чем заняться, успеть бы до вечера.

Спустя минуту поднимаю голову и сталкиваюсь взглядом с мужчиной, который смотрит на меня, словно пытается что-то понять.

- Мне интересно, - говорит задумчиво. - Из этого кабинета последние два дня все уходят в предынфарктном состоянии. А вы мне возражаете и спорите со мной. Вы не боитесь, что я могу вспылить?

- Я боюсь, что вы останетесь голодным и с вашей нервной работой заработаете себе язву желудка, - отвечаю спокойно. - А это, между прочим, моя ответственность.

- Ваша?

- Моя, как личного помощника, - поджимаю губы. - В мои обязанности входит заботиться, чтобы у вас все было в порядке.

- Что-то я не припомню такого пункта в договоре, - Резанов, кажется, сдерживает улыбку.

- Так вы же мне на вопросы так и не ответили, - постукиваю ручкой по столу. - Я сочла необходимым внести изменения дополнительным соглашением. Пришлю вам его на почту на подпись. В трех экземплярах, - добавляю ехидно, не удержавшись.

Марк Давидович качает головой, но тихо хмыкает и снова возвращается к экрану ноутбука.

- Закажите себе что-нибудь прямо сюда, - говорит спустя пару минут и, вздохнув, добавляет: - И мне тоже. Куда-то идти не вариант.

- Что вам заказать? - тут же оживляюсь.

- Что угодно на ваш вкус, - рассеянно отзывается мужчина, уже пододвигая к себе телефон и набирая какой-то внутренний номер. - Пусть ко мне зайдет начальник отдела закупок! - чеканит в трубку.

Встаю и приоткрываю окно. Кажется, предстоит очередной разнос, а тут и так жарко.

Начальник отдела закупок вываливается от Резанова взмокший, наверное, до трусов. Смотрит на меня диким взглядом - я как раз возвращаюсь в кабинет - и сматывается в неизвестном направлении. И я только искренне радуюсь тому, что не слышала последние минуты разговора - ходила вниз, на ресепшен, встретить курьера из ресторана с доставкой.

Стукнув в дверь, приоткрываю ее и просачиваюсь внутрь, не сразу увидев, что мужчина стоит у распахнутого настежь окна.

- Марк Давидович, это я, - говорю негромко на всякий случай.

- Что, там уже скорая понадобилась этому идиоту? - спрашивает у меня шеф, обернувшись.

- Пока нет, - еле сдерживаю смешок, качаю головой. - Вы бы отошли от окна, холодно сегодня, простудитесь еще, не дай бог.

- Вот как вам это удается? - он озадаченно смотрит на меня.

- Что именно? - удивленно поднимаю брови.

- Неважно, не обращайте внимания, - Резанов со вздохом возвращается к столу.

- Давайте лучше здесь, - ставлю пакет с контейнерами на край длинного стола, примыкающего к начальственному буквой Т. - А то там бумаги двигать придется. Садитесь, я все приготовлю.

Марк Давидович молча проходит ко мне, садится, глядя, как я расставляю перед ним куриный суп-лапшу и тушеное мясо с овощами.

- Я не стала брать ничего непривычного, все очень простое, - немного оправдываюсь, вдруг ему нужно было что-то другое.

- Все замечательно, не переживайте, - он качает головой. - Сядьте и сами поешьте.

- Сейчас, - подхожу и закрываю дверь на ключ на всякий случай.

- Могли бы и не перестраховываться так, - фыркает Резанов, уже принимаясь за суп. - К этому кабинету никто по доброй воле теперь и на пушечный выстрел не подойдет.

- А после вашего отъезда вообще запрут и год открывать не будут, - улыбаюсь, устраиваясь напротив.

Еда оказывается вполне вкусной, но порции не слишком большие. И мужчина справляется со своей еще до того, как я заканчиваю есть суп.

- Возьмите, - пододвигаю к нему свое нетронутое горячее. - Мне слишком много, я не рассчитала. Все равно не съем.

- Ева Андреевна, - он укоризненно смотрит на меня. - Вы мне предлагаете вас объедать?!

- Я предлагаю вам нормально пообедать, - стою на своем. - Вы ведь не наелись! А для меня это лишнее. Или ешьте - или я выброшу!

- Господи, да меня даже в детстве так есть не заставляли, как вы сейчас! - ворчит Резанов, но пододвигает к себе мясо.

Прячу улыбку и доедаю свой суп, потом встаю и собираю со стола пустые контейнеры, пока мой шеф пересаживается на свое рабочее место.

- Марк Давидович, чаю? - спрашиваю у откинувшегося на спинку кресла мужчины.

- Может быть, позже, - он качает головой. - А то я засну прямо здесь. И потом буду с больной шеей ходить. И вы меня опять отругаете, что я мешаю вам выполнять ваши обязанности, - усмехается, глядя на меня.

- Я вас не ругала! - возмущаюсь, протирая крошки со стола. - И я не поняла, что у вас с шеей?

- Все у меня нормально с шеей, - Резанов выпрямляется на кресле и чуть морщится.

- Угу, я вижу, - смотрю на него скептически, неудивительно, что у него все затекло, он же сутками сидит, не разгибаясь. - Марк Давидович, у вас запасные перчатки есть?

- Что? Зачем? - он растерянно смотрит на меня. - Есть, конечно, я всегда ношу с собой, но…

- Вы разрешите мне вас коснуться? - спрашиваю негромко.

У него, кажется, дергается кадык, но мужчина кивает.

- Тогда можете дать запасную пару? Раз уж вы поели и у вас немного исправилось настроение, я хочу и дальше исполнять свои обязанности на максимально возможном уровне, - улыбаюсь ему, когда он, наклонившись, достает из ящика стола перчатки и подает мне. - Снимите пиджак и сядьте ровно.

- Ева Андреевна, я.… не думаю, что это такая уж хорошая идея, - говорит Марк немного хрипло.

- Если вам будет некомфортно, сразу скажите - и я перестану. Я просто хочу помочь, - добавляю, видя, что он сомневается.

После паузы мужчина все-таки снимает пиджак.

- Давайте сюда, на стул повешу, - забираю одежду. - И постарайтесь не зажимать спину, - вернувшись, осторожно кладу руки ему возле шеи и чувствую, как он вздрагивает.

- Расслабьте мышцы, - произношу мягко, начиная разминать плечи. - Вам когда-нибудь делали массаж?

- Как вы себе это представляете? - слабо уточняет Резанов, чуть наклонившись вперед и положив локти на стол.

- Никак, - вздохнув, спускаюсь чуть ниже, к середине спины, потом опять возвращаюсь к плечам и шее. - Вам не больно? - спрашиваю у притихшего мужчины.

- Н-нет, - он качает головой. - Совсем нет.

Удовлетворенно кивнув, усиливаю нажим. И заканчиваю только минут через десять - просто потому, что у меня уже устали руки.

- Как вы себя чувствуете, Марк Давидович? - спрашиваю у сидящего с закрытыми глазами Резанова, встав сбоку и все еще держа ладонь у него на плече. - Помогло? Получше?

- Получше - это не совсем подходящее слово, - отвечает он, не открывая глаз, и тянется ко мне.

Я не успеваю отойти, когда меня обнимают за талию. Успеваю только подумать - хорошо, что у меня вся одежда, которая с собой, с длинным рукавом и закрытая.

Осторожно обхватываю его плечи, чуть поглаживая. Чувствую, что мужчина глубоко дышит, уткнувшись лбом мне куда-то в область солнечного сплетения.

- Ева Андреевна, а вот это… в смысле, вот эту помощь вы тоже прописали в том своем дополнительном соглашении? - уточняет глухо.

- А надо было? - не могу сдержать растроганную улыбку. - Считайте, что это бонус.

- Похоже, нужно вводить систему премирования… - вздох в ответ.

- Необязательно, - смеюсь, не сдержавшись. - Там у вас и так какие-то космические цифры зарплаты в договоре указаны.

Он сжимает меня чуть крепче, словно напоследок, и отпускает.

Поднимает голову, встречает мой взгляд.

- Спасибо, - кивает с благодарностью. - Мне действительно стало лучше… во многих смыслах.

- Всегда пожалуйста, - стягиваю с рук перчатки, смотрю на них задумчиво. - Если вы не против, оставлю их у себя. Пригодятся.

- Оставляйте, - мужчина поднимается с кресла и я, уже почти отвернувшись к своему столу, успеваю заметить, как он, чуть прижмурившись, потягивается всем телом, поводя плечами.

Ну вот и отлично, вот и хорошо, значит, массаж ему совершенно точно пошел на пользу.

На секунду перед глазами у меня возникает картинка, как я могла бы делать ему массаж без рубашки… Невольно облизываю губы и встряхиваю головой, прогоняя мысли, от которых скручивает живот. Хватит, Ева! Нечего придумывать!

Вздохнув, сажусь за свой ноутбук. До конца рабочего дня еще три часа, а мы тут наверняка еще и после окончания задержимся. Проверяю мобильный и хмурюсь, увидев сообщение от Адама! Вспоминаются его слова о том, что он будет писать. Вот ведь… упрямый! Хотя в целом в тексте ничего такого, мужчина просто спрашивает, как у меня дела и все ли в порядке на работе. Отвечаю максимально коротко, что я очень занята, и отключаю телефон.

А Марк Давидович, кажется, впадает в настолько довольно-расслабленное состояние, что даже меняет тон, вызывая к себе очередного несчастного.

Правда, это мало помогает - по-моему, его только начинают бояться еще сильнее. Видимо, думают, что это та самая доброта, с которой берут топор и идут разбираться со злом.

С другой стороны, может, это и неплохо. Потому что, совершив чудеса расторопности - ну, или скинувшись всеми отделами на успокоительные - на следующее утро Резанову действительно приносят практически все, что он требовал.

Марк Давидович, конечно, все равно находит в каждом документе кучу ошибок.

- Но они хотя бы двигаются в нужном направлении, - поясняет мне по дороге к машине, которая должна довезти нас в аэропорт, когда я спрашиваю, почему он все-таки принял планы по компенсациям и реорганизации. - Я знаю, что, когда сейчас уеду, они расслабятся - но расслабятся не сразу. Какое-то время им придется серьезно поработать, система выправится.

Скептически смотрю на него и уже открываю было рот, но мужчина открывает мне дверь автомобиля и договаривает, кинув на меня насмешливый взгляд.

- А дальше я пришлю к ним проверяющих.

- А-а-а, с этого нужно было начинать, - фыркнув, усаживаюсь, Резанов обходит машину и садится сбоку от меня.

- Я еще не выявил корень проблемы, она явно глубже, чем последствия, которые лежат на поверхности, - говорит он задумчиво. - А вы думали, я просто спущу это на тормозах? - качает головой. - В нашем деле так нельзя, Ева Андреевна. Еж, как известно, птица гордая, пока не пнешь - не полетит.

Прыскаю, отворачиваясь и трясясь от смеха.

- Что? - по голосу слышу, что он улыбается. - Вот и сейчас я, если выражаться грубо, дам им всем пинка. А дальше придется решать, умеют ежи летать или все-таки надо менять их хотя бы на голубей.

- Какой наглядный пример, - отдышавшись, немного поеживаюсь.

На улице еще похолодало, но я, решив, что ничего страшного не случится - всего-то дойти от дверей отеля до машины, а потом сразу в аэропорт - не стала доставать легкую куртку, которую положила на самое дно чемодана. А в автомобиле оказалось довольно прохладно.

- Вы замерзли, Ева Андреевна? - хмурится мой шеф.

- Нет, все в порядке…

- А я ничего не вижу, да? - он укоризненно качает головой. - Включите на обогрев, - говорит водителю, тот тут же нажимает на нужную кнопку. - Идите сюда! - придвигается ближе, распахивая полы пиджака. - Спиной ко мне.

- Я…

Не успеваю возразить, как оказываюсь крепко прижата к мужскому телу. Марк Давидович натягивает на меня ткань костюма с боков и обхватывает руками. Понимаю, что еще немного - и меня уже на колени затащат! И, завозившись, пытаюсь отстраниться.

- Я в порядке… - начинаю было.

- Хватит ерзать, Ева Андреевна, - раздается над моим ухом. - Согреетесь - отпущу.

Затихнув, сжимаюсь в комочек. А потом, решив, что, собственно, ничего страшного не происходит, заставляю себя расслабиться и даже чуть откидываю голову ему на плечо.

- Вот, сразу бы так, - слышу довольный голос и улыбаюсь.

Пиджак мне в итоге отдают в пользование в аэропорту и в самолете. Я натягиваю ткань себе на нос, делая вид, что прячусь от сквозняков, сама тайком нюхая приятный мужской запах, которым она пропитана.

А в следующем городе, куда мы прилетаем, нас ждет неожиданная неприятность.