Секретарь для монстра. Аллергия на любовь

Глава 19

Марк

Некоторое время назад

- Марк Давидович, ваш секретарь… вот, - зашедший ко мне начальник кадрового отдела осторожно кладет передо мной листок. - Заявление написал.

- Вижу, - кидаю короткий взгляд на бумагу, не отвлекаясь от квартального отчета. - Дальше что?

- Что? - мужчина вздрагивает.

- Ищите нового, - хмурюсь, глядя в экран.

Что они опять сотворили с таблицами?

- Эм-м-м… Марк Давидович… нам приказ пришел… о том, что нужно увеличивать процент женского контингента в компании, - срывающийся голос кадровика. - И распоряжение…

- И вы решили сделать это за мой счет? - уточняю ледяным тоном, переводя на него взгляд.

- Распоряжение главы Совета, - откашлявшись, сообщает мужчина.

Вот как. Феликс, значит, постарался. Нет бы спокойно сидеть у себя за границей.

- Назначьте собеседования через три дня, - киваю кадровику. - Мои требования вы знаете. Еще одно дополнение - никаких внешних кандидаток. Пусть будет хотя бы в курсе регламента корпорации.

Сомнительно, что будет много желающих, учитывая мою репутацию. А те, кто будет - избавиться не проблема.

И все же это оказывается…. утомительнее, чем я думал. Глядя, как очередная девица после моего «раздевайтесь» без всяких возражений начинает расстегивать пуговицы на блузке, понимаю, что меня это все достало.

У этих женщин вообще хоть какая-то гордость есть?

Хлопает дверь. Еще одна кандидатка.

- Добрый день, - мягкий голос. - Меня зовут Ева Андреевна, я соискатель на должность вашего секретаря.

Стройная, даже, пожалуй, худая бледная девушка кладет мне на стол лист бумаги и выпрямляется. Рассматриваю ее с ног до головы, и что-то меня в ней настораживает, а вот что - не могу понять, и это раздражает.

Но неважно.

- Раздевайтесь, - командую ей так же, как и всем остальным.

Она застывает на месте. Интересно. Очень эмоциональное лицо. Вроде бы никаких гримас, но реакция живая. И видно, что девушка лихорадочно соображает, как ответить.

Это уже что-то. Предыдущие не думали, а действовали.

- Целиком и сразу? - спрашивает наконец. - Или по пунктам?

По каким еще пунктам?

Тот факт, что теперь я не могу ответить на ее вопрос, цепляет. Странно.

Она странная.

А кандидатка тем временем раскрывает блокнот и, поставив на бумагу ручку, поднимает на меня взгляд.

- Начать снизу или сверху? Снять рубашку или туфли? Или все-таки лучше начать разоблачаться с компетенций, чтобы вы могли точнее решить, от чего мне стоит избавиться?

Как там ее имя? Ева, значит.

- Отказываетесь выполнять прямое указание руководителя? - чуть было не добавляю «Ева».

- Уточняю порядок выполнения, - отчеканивает она.

Ну что ж… Кажется, как минимум на неделю секретарь у меня есть.

Девчонка держится вполне неплохо. На совещании умудряется зацепиться за то, что я и сам увидел - но кроме меня этого больше никто не заметил. Значит, навыки у нее есть. Скорость выполнения оставляет желать лучшего, но на безрыбье…

Вот только все равно я не могу понять, что с ней не так.

А с ней совершенно точно что-то не так! Ее поведение… непохоже на остальных. Хоть я вообще не знаток женского поведения. Но она не попадает под привычные рамки. И это выводит меня из привычного состояния равновесия. Я такое терпеть не могу.

Потом тот доклад от службы безопасности и наш разговор. Мелькает мысль, что вот же оно - девчонка просто наследила в одном месте, испортила себе репутацию, за что наверняка получила немаленький куш. И пришла в другое… кстати говоря, как именно? Кто за ней стоит? Явный просчет эсбэшников, что ее допустили к работе!

Но меньше всего я ожидаю от нее того, что происходит во время разговора в кабинете!

Когда девчонка, теряя сознание, опускается на пол, первая мысль, которая мелькает у меня в голове: до такого сотрудниц я еще не доводил! Местным сплетницам будет, где разгуляться! Смотрю, как она практически машинально расстегивает рубашку, слушаю ее объяснения и не понимаю, что со мной происходит.

На что такая реакция?! Мне никогда особенно не нравились блондинки!

Если только… попробовать?..

Разглядываю ее и решаю - почему бы и нет. Заодно проверю, что она будет делать в случае, когда задание… скажем так, сильно выходит за привычные рамки заданий, которые обычно выполняют секретари.

***

Настоящее время

- Повторить? - молодой бармен смотрит, как я, сидя за барной стойкой, кручу в руках пустой стакан.

- Нет, - подавив вздох, отставляю его в сторону.

И это-то было лишним. Мне нужна ясная голова. Ну, от трех глотков ничего не случится…

Конечно, зачем тебе, если рядом с Евой ты и так как пьяный круглые сутки, звучит ехидное в голове.

Закрываю на секунду глаза, заставляя себя сконцентрироваться. Она уже… должна спать. Наверное. Очень надеюсь. Черт, ну какой, нахрен, общий номер?! Я и так все время рядом с ней! Постоянно! Дышу одним воздухом - точнее, задыхаюсь…

Никогда еще я так сильно не ненавидел свою гребаную аллергию.

Кидаю очередной взгляд на часы и поднимаюсь.

Пожалуйста, пусть она уже будет спать!

Но так повезти мне, конечно, не может.

Когда вижу девушку, сидящую на застеленном диване с поджатыми ножками и распущенными по плечам влажными волосами, остается только… заставлять себя не думать.

Не думать, не делать, не представлять, не-… не-… не-….

Когда выхожу из душа, Ева спит - слава всем богам, которые все-таки решили надо мной смилостивиться. Осторожно прохожу в спальню, смотрю на широкую постель. Черт, почему ты, идиот, не предложил ей лечь в более комфортном месте? Сам бы на диване крутился!

Она бы все равно не согласилась, тут же говорю сам себе. Она ставит мои удобства превыше своих.

И это то, что я не могу ни осознать, ни… понять.

Это сводит с ума.

О чем она думает, когда смотрит на меня? Кого она видит?

Плюнув, даже не пытаюсь ложиться. Все равно не усну.

Тихонько прохожу обратно в гостиную, устраиваюсь в кресле напротив дивана, вытягиваю ноги. Всегда можно будет сказать, что задумался и задремал здесь.

В памяти всплывает та ночь, когда Ева застукала меня в своей спальне.

Она тогда в первый раз меня обняла. Точнее, нет, не в первый. Первый был в моем кабинете. Но тогда она настолько застала меня врасплох, что я не успел ничего понять и почувствовать.

Сижу, глядя на мирно спящую девушку. Если бы я мог представить еще совсем недавно, как сильно изменится моя жизнь. Если бы только…

В очередной раз задумываюсь о том, что нужно попробовать снова съездить к врачу. С другой стороны - а какой в этом всем толк?

Откидываюсь на спинку, устраиваясь удобнее, насколько это возможно, смотрю на расслабленное лицо, разбросанные по подушке волосы и пытаюсь не представлять, что мог бы лежать рядом.

Мог бы обнимать ее.

Ничего бы ты не мог, говорю жестко сам себе. Оставь, отпусти, иди к себе!

И остаюсь сидеть там, где сижу. Никакие команды не помогают. Раньше я не понимал, в чем проблема: надо тебе что-то сделать - идешь и делаешь. Это вопрос дисциплины.

Моей дисциплины, чтобы оставить Еву в покое, и заодно не мучить самого себя, не хватает.

Девушка, завозившись, скидывает с себя одеяло, и я замираю.

Черт, ты так в вуайериста превратишься… свали уже отсюда!

Не могу… прикусив до боли кончик языка, смотрю, как она поворачивается, гибкая, как кошка, как натягивается на ней ткань рубашки, обрисовывая грудь. Ева остается лежать на боку, положив одну руку под подушку, а вторую закинув за голову. Одна нога согнута, круто изгибающееся бедро, вторая расслабленно вытянута. Одеяло сползло уже совсем куда-то вниз, открывая… почти все.

Рот у меня наполняется слюной, в ушах звенит от желания.

Нет, это просто невозможно!

Тяжело дыша, подскакиваю с кресла, добираюсь до душа и встаю под ледяную воду.

Ага, как же… если б это помогло!

Стиснув зубы, выкручиваю горячий кран и обхватываю себя рукой.

Что угодно, лишь бы хоть немного скинуть напряжение. Перед глазами стоят изгибы женского тела, и я кончаю буквально за несколько секунд. А потом долго еще стою, пытаясь отдышаться и прийти в себя.

Когда выхожу из ванной, Ева, видимо, замерзнув, уже снова натянула одеяло на самый нос. Заставляю себя отвернуться и прохожу в спальню. Рассвет, скоро вставать. Лучше уж открою ноутбук и поработаю. Не хочу представлять, какой она будет, когда проснется - мягкая, теплая, нежная…

Стоп, Марк, заткнись. Займись делом, ради всего святого.

Когда в соседней комнате раздается звонок будильника и затем слышится движение, я уже одет и собран.

- Ева Андреевна, доброе утро, - выхожу из спальни, стараясь не смотреть на девушку, сидящую на диване и переплетающую волосы. - Я жду вас на завтраке внизу.

- Доброе утро, Марк Давидович, - тихое в ответ. - Да, я соберусь за пять минут.

Кивнув, просто-напросто сбегаю из номера. В общественном месте легче. Сейчас приедем в офис, закопаюсь в бумаги, устрою очередной разнос идиотам, которые не умеют работать - и все как-то устаканится.

До следующей ночи, подсказывает мне подсознание.

***

- Вы ничего не едите, - смотрю на Еву, которая ковыряет вилкой в тарелке.

- Не хочется, - девушка не поднимает взгляда.

Что происходит, черт побери? Она на меня ни разу не посмотрела! Как спустилась на завтрак, так и прячет глаза.

- Вы хорошо себя чувствуете? - пробую еще раз.

У меня совершенно нет опыта. Как вывести женщину на разговор, если она этого не хочет? С сотрудниками таких проблем никогда не было… правда, от них никакие разговоры мне и не были нужны.

И еще абсолютное большинство твоих сотрудников - мужчины, напоминаю сам себе. Это во-первых. А во-вторых, Ева тоже твоя сотрудница, не забыл? Вспоминай об этом почаще. И неважно, что ты хочешь ее так, что у тебя ниже пояса все болит.

- Да, все в порядке, Марк Давидович, я…. просто не выспалась немного, и перелет вчера был тяжелый, - говорит Ева, по-прежнему не глядя на меня.

- Я вам мешал? - вырывается прежде, чем успеваю сообразить, что я несу. - В номере, имею в виду, - договариваю, пытаясь исправить ситуацию.

Вот тут она наконец вскидывает взгляд.

- Марк Давидович, как вы могли такое подумать! - говорит укоризненно, а глаза почему-то… виноватые. - Как вы можете мне помешать?!

- Тогда почему вы все утро на меня не смотрите? - подаюсь вперед, стремясь удержать контакт.

- Я смотрю, - она отводит глаза в сторону, потом опять возвращается к моему лицу. - Вы… очень хорошо выглядите сегодня, - выдает внезапно.

У меня перехватывает дыхание. Ева чуть покраснела. Скулы порозовели, губа закушена, и она явно сдерживает улыбку, но на щеке все-таки образуется крошечная ямочка.

- Вы тоже, - выдавливаю из себя после паузы.

Молодец, Марк. Просто, блин, гений. Нет бы первому комплимент женщине сделать! Ну что за дерьмо… И смысл оправдываться тем, что у тебя в этом опыта ноль целых хрен десятых. Мозги же у тебя есть?

Рядом с Евой, судя по всему, нет, честно отвечаю сам себе.

Девушка тем временем, вздохнув, отодвигает тарелку с практически нетронутой едой.

- Нам, кажется, пора ехать? - напоминает мне.

- Ева Андреевна, вы не дотянете до обеда, - свожу брови, глядя на это. - Пожалуйста, съешьте что-нибудь. Вспомните, вы совсем недавно заставляли меня. Теперь я прошу вас. Может, вы что-то хотите? Что-то, чего здесь нет? - оглядываюсь на шведский стол в зале для завтрака. - Давайте я попрошу что-нибудь для вас приготовить.

- Не выдумывайте, - она отмахивается, снова вздыхает. - Хорошо, я… может быть, съем тост, - задумывается на секунду и тихо добавляет: - С шоколадной пастой, - немного смущенно улыбается. - Сто лет такого не ела.

- Сидите, сам приготовлю, - встаю, не успевает она подняться.

- Что?! Не надо, я схожу…

- Сходите лучше чаю себе возьмите, - вижу, что в чашке у нее пусто. - Я сейчас принесу вам ваш тост.

Ева растерянно кивает - ну, хоть не спорит.

Черт знает, откуда у меня такая реакция. Но я действительно иду к тостеру, жду, пока хлеб поджарится и намазываю его шоколадной пастой, которая стоит здесь же.

- Приятного аппетита, - ставлю тарелку перед девушкой.

- Спасибо, - она вдруг улыбается мне такой улыбкой, что я чуть было не промахиваюсь мимо стула. - Это было так мило, Марк Давидович!

- Э-э-э-э… не за что, - бурчу в шоке.

«Мило» и мое имя в одном предложении настолько не сочетаются, что даже не знаю, что сказать.

Но она хотя бы съедает тост. До конца.

А я, кажется, понимаю наконец, в чем смысл завтраков в постель, которые в фильмах мужчина приносит женщине. Мне приятно смотреть, как она ест еду, которую я приготовил ей. Даже если это всего лишь дурацкий хлеб с шоколадом.

- Пойдемте, - дождавшись, пока Ева выпьет чай, встаю. - Нам действительно пора.

В машине, к счастью, говорить необходимости нет - я сразу открываю ноутбук и лезу в документы, а Ева хмурится, переписываясь с кем-то в мобильном.

- Марк Давидович! - в филиале компании, где мне в очередной раз нужно разбирать по молекулам рабочий процесс, чтобы выявить все косяки, на пустой ресепшен подлетает запыхавшийся мужчина. - Мы очень рады вашему приезду…

- Вряд ли вы повторите эту фразу на следующий день, - отвечаю холодно и замечаю, что Ева со скептическим выражением на лице слегка закатывает глаза. - Представьтесь и назовите вашу должность. Где директор филиала?

- Павел Юрьевич, я зам начальника сбыта. Я как раз об этом, - он кивает. - Директор филиала… э-э-э-э, заболел! Вы не подумайте, он действительно заболел, он в больнице, у него дети из садика ветрянку принесли! Можете себе представить?! - эмоционально обращается к Еве, которая тут же встревоженно ахает. - Госпитализировали вчера, мы предупредить вас не успели! И, главное, он думал, что никого не заразит, потому что болел в детстве! А сам заразился повторно!

- Да, я слышала, бывают такие случаи. Ох, бедный… - моя помощница живо включается в разговор, и мне даже в голову не приходит напомнить ей о нарушении регламента.

Потому что в ее голосе такая искренность и такое сочувствие, что горло сжимается.

- Ну и вот, - теперь и мужчина уже говорит напрямую с ней, - у нас сегодня с утра объявили карантин! Практически никого нет. А я вас встречать остался. Вам директор сегодня утром должен был письмо отправить. Вы извините, что так получилось, Марк Давидович, - снова поворачивается ко мне. - А вы… и ваша… - вопросительно смотрит на Еву.

- Личная помощница, - подсказывает она. - Я переболела ветрянкой в детстве. Марк Давидович?

Оба смотрят на меня.

- Тоже, - киваю, вздохнув.

- Ну вот, и наш директор переболел. А вышло черт знает что, - кивает Павел Юрьевич. - Марк Давидович, в общем, мы приносим вам глубочайшие извинения, что все получилось именно так. Мы готовы предоставить все документы и все, что нужно - но, наверное, лучше вам работать в гостинице.

- Документы я и удаленно мог бы проверить, - качаю головой. - Мне требовались личные встречи с руководителями. Так что это все бессмысленно.

Зам сбытовика только разводит руками.

Ну да. Он-то тут ничего сделать не сможет.

Задумываюсь ненадолго, потом слегка пожимаю плечами.

Ладно. Нарушать расписание командировки я не собираюсь, слишком много будет сложностей с билетами, гостиницами и всем прочим. Значит, придется вернуться сюда потом, после всех остальных филиалов.

О чем и сообщаю сотруднику.

- Конечно, Марк Давидович, - тот кивает. - Мы… в любое время… извините, что так вышло…

Кивнув, разворачиваюсь. Слышу, как Ева прощается с мужчиной, желает ему здоровья, чуть ли не приветы передает заболевшему директору, которого в глаза не видела.

А думаю только об одном.

Три дня. Три дня с ней наедине, и я даже не смогу занять себя работой.

- Марк Давидович? - негромкое сзади, и я невольно свожу лопатки и выпрямляю спину, вспомнив, как она массировала мне плечи и шею.

- Да, Ева Андреевна?

Не думай, мать твою… просто не думай! Поворачиваюсь к ней, смотрю вопросительно.

- Я тут… спрашивала… - она неуверенно улыбается, - про фестиваль.

- Какой фестиваль?

- Ну, тот, из-за которого номеров в отеле нет, - торопливо добавляет Ева. - Раз уж мы… не остаемся в офисе… а можно мне сходить? - выпаливает, делая умоляющее лицо.

- Куда сходить? - смотрю на нее, не веря ушам. - На провинциальные гуляния? Вы серьезно?!

- А что за предубеждения? - она вдруг недовольно хмурится, складывает руки на груди. - Что, если провинциальный - значит, сразу плохой? Да, мне интересно и хочется сходить! Я не планировала, но раз все равно такой рабочей нагрузки, как предполагалось, у нас не будет.… - запинается и снижает тон. - Извините за замечание, я перегнула. Я просто хотела попросить. Отпустите меня? После окончания рабочего дня, разумеется!

Отпустить ее. Одну. Гулять по незнакомому городу на каком-то фестивале. Где с ней что угодно может случиться!

Я уже набираю воздуха в грудь, но наталкиваюсь на просящий взгляд.

И сдаюсь без боя.

- Пойдемте, - вздыхаю устало.

- Куда? - она хлопает ресницами.

- На фестиваль, куда же еще.