Сердце космического дракона

Глава 8

Каэль с отцом еще несколько минут постояли у закрытых дверей в покои Фирана с самым растерянным видом. Наконец Федус не выдержал и открыл дверь, осторожно заглянул в комнату. Каэль даже дыхание затаила, ожидая, вот сейчас он что-то скажет и…

– Что там? – не выдержала она долгого молчания.

– Пусто, – хмуро ответил глава дома, немного нервно передернул широкими плечами и добавил: – Они… действительно ушли. Но не оставили каких-либо следов, хотя портальный чертеж должен был остаться на полу.

Впервые Каэль ощутила капельку снисходительного превосходства над родителем, с улыбкой пояснив:

– Папа, Даэрон – дракон. У него совершенно иная магия. Это все преподаватели и студенты отметили. Возможно, ему для пространственных перемещений не требуется рисовать портальные руны для активации перехода…

– Может быть, может быть… – задумчиво покивал Федус, потом так же осторожно закрыл дверь в покои сына. И предложил дочери: – Давай вернемся в столовую. Вы слишком рано приехали. Наверное, ты не успела позавтракать и голодная.

Каэль улыбнулась еще шире:

– Положение невесты дракона имеет свои привилегии и плюсы. Даэрон накануне распорядился в столовой академии доставить мне завтрак в комнату на рассвете. Обычно это не принято, но его там все боятся, поэтому не смеют перечить и выполняют указания. Так что, прежде чем отправиться в путь, я плотно поела.

– Какой заботливый дракон! – приятно удивился Федус, но злобные кошки продолжали царапать его родительскую душу.

– Отец, ты не представляешь насколько он заботливый! – довольно воскликнула Каэль. – На первой тренировке только благодаря его помощи с энергией я…

Дальше она в красках описывала все случаи, о которых знала, когда дракон ее спасал, выручал, защищал и оберегал. Она даже приукрасила немного, потому что посеревшее было лицо отца, после недавнего согласия поменять ее свободу на магию сына, наконец-то начало обретать прежние живые краски.

Наконец он шагнул к ней вплотную и, обняв, крепко прижал к своей груди с хриплым шепотом:

– Прости меня, Каэль. Прости нас с Фираном обоих. Мы предвидели проблемы с подставами и пакостями, из-за которых тебя могли выгнать из академии. Опасались морального давления, с которым ты бы не справилась. Ведь этого уже было бы достаточно, чтобы лишить нас места в Совете и статуса королевских фениксов. Мы были уверены, что физической расправой будут грозить именно нам. Как главной помехе на пути к власти. Но мы даже подумать не могли, что с первых дней физически уничтожить попытаются тебя. Ведь Юкария – королевство достаточно цивилизованное. Образованному приличному мужчине поднять руку на девушку или напасть толпой в магическом бою – это за гранью моего понимания. Позор и слабость. К тому же одинокую наследницу, оставшуюся без защиты мужчин рода, можно без проблем выдать замуж, тем самым объединив два рода и на совершенно законных основаниях лишив власти. Я не оставлю случившееся без внимания и обязательно подниму этот вопрос на аудиенции с его величеством.

Каэль выбралась из объятий отца, отчего он заметно расстроился и поник. Но дочь его удивила, жестко напомнив:

– Я – Каэль Огненная! Маг огня! Кровь и плоть десятков поколений древнего рода королевских фениксов, сильнейших магов и воителей. Так почему вы с Фираном постоянно извиняетесь передо мной и тонете в чувстве вины? Почему отказываете в праве быть равной вам и разделить с вами бремя ответственности за свой род? Я – Огненная, как и вы с Фираном, отец! И без раздумий пользовалась благами великой крови предков. Однако, стоило случиться беде, вы сочли, что я легко и просто откажусь от семьи и родового долга? Что я слабая, никчемная немощь, которую можно запросто сломать и выкинуть из академии?

– Каэль, я… – хотел было объясниться Федус.

Но она, вскинув ладонь в предупреждающем жесте, продолжила, строго глядя на растерянного ее непривычным поведением отца:

– Нас предали враги, брата подло лишили магии. Надеюсь, как сказал Даэрон, временно. Но вины брата в случившемся нет! Твой собственный огонь, отец, угасает, поэтому подарить роду новых огненных магов ты не можешь, но и твоей вины в этом нет. Мама ушла к богам, забрав твою искру. Но я же тоже Огненная! Я твоя кровь и плоть. Я твой огонь, как и Фиран. Прошу тебя, осознай, я ничем не хуже Фирана. Да, я слабее его физически, но также, как и он, готова до последнего вздоха бороться за семью и род.

– Я знаю, дочь, знаю, – мягко, приглушенно сказал Федус, ласково погладив ее по плечу, успокаивая. – И ты пойми: сложно за пару месяцев изменить мышление. Мы с Фираном – мужчины, каждого из нас с рождения учили заботиться и опекать женщин рода и семьи. А сейчас главным защитником рода неожиданно стала юная девица. Это тяжело принять.

Каэль грустно улыбнулась. Да, ее родным мужчинам неимоверно сложно принять изменения в патриархальном высокородном обществе королевства. Если бы подобная ситуация случилась в другом роду, отец с Фираном, да и она тоже, вряд ли бы приняли подобную замену наследников. От того и маются в разрушительном чувстве вины и стыда за то, что именно ей пришлось тянуть эту лямку. Якобы за ее спиной спрятались. Ведь именно на такие обвинения не скупились высокородные студенты академии, не таясь швыряли ей в лицо.

– Я понимаю, отец, – кивнула Каэль. – Теперь все изменится к лучшему. Даэрон вернет Фирану магию и он снова станет главным наследником рода. Как и положено в Юкарии. – И вновь приникла к отцу, с веселой иронией добавив: – А я вновь займусь витражами и вышивкой…

Федус мягко, с любовью гладил дочь по затылку, вспоминая как держал ее новорожденную на руках. Как счастливо улыбалась его жена, подарив ему дочь. Как кроха-дочь делала первые шаги, чтобы добраться до обожаемого отца. Светлые, счастливые образы сменялись в его памяти и его объятия становились все крепче. Он до смерти боялся потерять дочь. А ведь их вероятный спаситель выставил условие за свою помощь…

– Как получилось, что ты с драконом? – вырвалось у Федуса.

– Даже не знаю, как сказать, – Каэль потерлась носом о мягкий домашний сюртук отца.

– Как есть, – попросил он.

– Мы встретились в первый учебный день у ворот. Как только Фиран уехал. Знаешь, впервые взглянув на него, я словно… сгорела. В это сложно поверить, но между нами будто энергетическая нить натянулась. Где бы мы ни были, как далеко ни находились, я чувствовала его. Знала, где он находится и когда появится рядом…

– Энергетическая связь? – удивленно переспросил Федус.

– Да, – кивнула Каэль, – ощущается именно так.

– Такую в храме всех богов жрецы формируют в ходе сложнейшего ритуала во время бракосочетания магов. А так, чтобы с первого взгляда сама образовалась… – Федус сдвинул брови к переносице, но не хмуро, а задумчиво. – Знаешь, Каэль, это похоже на связь, созданную богами. Как в древних летописях про неразрывные союзы наших предков магов писали…

Каэль просияла:

– Ты тоже об этом подумал, отец?! Я даже в академической библиотеке пыталась найти ответ, отчего у меня странные, непонятные ощущения. И проштудировала «Житие драконов». Думала, что для них это привычно и нормально. Ведь, вопреки опасениям разума, верила чужестранцу дракону. Верила необъяснимо, непоколебимо. Но в книге о них ничего полезного по данному вопросу не нашлось. Хуже того, судя по реакции Даэрона, сведения в книге не соответствуют реальному положению дел. А то и вовсе выдумки. Зато мне попалась пара древних легенд о божественной связи избранных. Поэтому решила успокоиться и оставить все на волю богов…

– Огненный маг из людей и дракон… – задумчиво пробормотал Федус себе под нос. А потом, серьезно глянув на дочь, спросил: – Ты абсолютно уверена в своем желании разделить судьбу этого дракона?

– Я…

– Если есть сомнения в чувствах, поверь, я найду что предложить ему взамен твоей руки. Понадобится – отдам все, что попросит!

– Уверена, – спокойно подтвердила Каэль, ни на миг не отводя взгляда от отца, чтобы поверил в ее искренность.

Федус облегченно выдохнул, невольно подсказав Каэль, что несмотря на ее суровые речи, по-прежнему чувствует вину перед ней.

– Хорошо, – кивнул он. – Мне нужно решить несколько неотложных дел, а ты…

– Я подожду. И сразу же позову тебя, когда они вернутся… – сказала Каэль.

Отец удалился.

Ожидание затягивалось. По примеру студентов в академии, Каэль оперлась спиной о стену и сползла по ней на пол. Но сидеть на полу в коридоре долго не пришлось: периодически снующая мимо и крайне заинтригованная прислуга предложила ей стул. Конечно, любопытство и страхи отчетливо читались в их глазах. Они боятся любых перемен, но еще больше – неизвестности. В чем леди Каэль от них, в сущности, не отличалась и провела несколько часов в томительном ожидании.

Наконец в щели под дверью опять вспыхнул свет, следом в груди Каэль разлилось приятное тепло. Вскочив, она без промедления громко позвала:

– Отец!

Презрев приличия и этикет, глава дома прибежал на зов дочери. Оба тревожно замерли у стены напротив покоев Фирана. Вскоре дверь распахнулась, и из комнаты вышел Даэрон. Увидев напряженно ожидающих в коридоре родных пациента, он улыбнулся:

– С вашим Фираном все в порядке. Магия к нему вернулась в полном объеме. Я даже расширил и укрепил его энергетические каналы и резерв. Поэтому он пока спит, восстанавливается. Я уложил его на кровати, не будем пока беспокоить.

– Вы уверены? Вернулась? – хрипло выдавил Федус, бросив беглый взгляд на свою руку, где светилось мягким голубоватым цветом кольцо-артефакт истины.

– Да. Скоро сами убедитесь, – подтвердил Даэрон, не обидевшись на будущего родственника за недоверие.

И подошел к Каэль. Окинул ее внимательным взглядом и указал на стул:

– Все время провела здесь, у двери? И не обедала?

Она смущенно кивнула.

Даэрон покачал головой и мягко укорил невесту:

– Не стоило. – Затем немного устало глянул на отца своей избранницы: – Лорд Федус, предлагаю вместе, так скажем, по-семейному пообедать. Хотя, судя по времени, поужинать. Я тоже проголодался.

– Да-да, конечно, – растерянно кивнул тот.

Вскоре прислуга споро накрыла ужин в той же столовой. Первые минуты прошли в молчании. Каждый думал о своем. В напряженной тишине слышалось лишь позвякивание столовых приборов о фарфор, шорох салфеток и одежды. Изысканной кухней наслаждался только Даэрон, отдавая должное умениям местного повара. Глава дома с дочерью больше ковырялись в тарелках, чем ели.

Даэрон наконец-то ощутил спокойную уверенность победителя и с нежностью поглядывал на сидящую по правую руку от него избранницу.

Сама избранница ушла глубоко в себя, скользя задумчивым взглядом по комнате. Фирану вернули магию – для нее это означает вскоре покинуть родной дом, где она знает каждую щербинку в паркете. Дом, пропитанный любовью и магией огня от подвалов до флюгера на крыше.

Каэль пыталась представить: каково будет в доме Даэрона? Как ее там примут? И как без ее заботы останутся отец и брат?

А вот Федус Огненный тоскливо размышлял, что будет дальше и как быть с обещанием руки дочери незнакомцу? Нет, после разговора с Каэль он уже не был категорически против ее союза с драконом. Артефакт истины подтвердил искренность ее чувств и слов. Тем более, вхождение настоящего дракона в род Огненных только укрепит их позиции при дворе. Новость о браке Каэль с драконом способна так щелкнуть по зазнавшимся высокомерным носам их врагов, что они еще долго будут кровоточить. Поэтому Федус мысленно прикидывал варианты, каким образом вынудить дракона подольше задержаться в Юкарии, чтобы не потерять дочь навсегда, но при этом усилить род. В голову ему приходили самые разные мысли, часть из которых он наконец решился озвучить.

К чаепитию Федус коротким жестом приказал прислуге покинуть комнату. Затем обратился к Каэль, но смотрел и на дракона тоже:

– Полагаю, в академии вашего возвращения сегодня не ждут?

– Нет. Мне дали три дня на восстановление после ранения, – еще пребывая в раздумьях, ответила Каэль.

– Вы можете послать кого-то из прислуги забрать вещи Каэль. В академию она больше не вернется, – флегматично заметил Даэрон, придвинув к себе поближе тарелку с фруктовым салатом, политым пышными сливками.

– А вы вернетесь? – осторожно спросил Федус. – Продолжите преподавать?

Даэрон взглянул на главу дома. В глубине его непривычно ярких голубых глаз вспыхнул предостерегающий огонек, когда он тихо, но веско ответил:

– Нет. Напоминаю вам о нашей договоренности, лорд Федус: я возвращаю магию вашему сыну, и мы с Каэль навсегда покидаем Юкарию.

– Не совсем так, – откинувшись на спинку стула, возразил глава рода. – Мы с вами договорились, что я дам согласие на ваш брак с моей дочерью. Если вы вернете моему сыну магию.

– Одно другому не противоречит, – усмехнулся Даэрон, с прищуром глядя на безусловно ловкого будущего родича. – По законам Юкарии, вступив в семейный союз с вашей дочерью, жизнью Каэль буду управлять я. Как супруг, опекун и глава ее нового рода. Так что, как только Фиран придет в себя, мы с Каэль отправимся в мой дом, который находится далеко от Юкарии.

– Думаю, пока оставим вопрос вашего переезда, – сменил тему Федус. – Уверен, вы понимаете, что мы обязаны соблюсти все приличия. Никто не должен усомниться, что Каэль официально вышла замуж. Тем более за дракона. Мы ведь не хотим, чтобы люди злословили о вашей связи?

– Не хотим, – усмехнулся Даэрон, уже догадываясь, куда клонит собеседник.

– Тогда, если магия к Фирану вернется, через пару недель мы официально объявим о вашей помолвке с моей дочерью. И…

– У меня нет времени столько ждать, – бескомпромиссно отрезал Даэрон.

– Таковы правила, – демонстративно развел ладонями Федус. – Обычно с момента помолвки должен пройти хотя бы год до свадьбы, но я понимаю ваше нетерпение назвать мою дочь своей женой. Поэтому готов пойти на уступки. Скажем, пусть будет полгода. Поженитесь, я вам подарю великолепный…

На миг на лице Даэрона появилась хищная, саркастическая ухмылка. Ее заметил лишь Федус, вспомнив, что драконы, вообще-то, имеют вторую, звериную, ипостась. И претендент на руку дочери обладает возможностями, которых ни у кого нет. Значит, с ним не пройдут привычные методы манипуляций.

Каэль в это время отвлеклась на смятую от волнения салфетку, пропустив обмен хмурыми взглядами между мужчинами.

– Я вынужден повторить, – ровно произнес Даэрон. – Как только Фиран очнется и покажет, что я выполнил свое обещание, у Каэль будет немного времени, чтобы собраться и попрощаться с родными.

– Каэль покинет отчий дом только после свадьбы и официального брачного обряда! – напрягся Федус, осознав, что ему не удастся переиграть или продавить дракона.

Каэль накрыла руку жениха своей и мягко попросила:

– Мы должны официально пожениться, Даэрон. Здесь. Чтобы ни у кого в Юкарии не возникло и тени сомнений о моем статусе. Репутация Огненных и так висит на волоске. Нельзя допустить ни малейшего сомнения в ее безупречности.

Глава галактической корпорации как муха в меду увяз в самых прекрасных женских глазах, даже на миг-другой забыв, о чем шел разговор.

А Федус решил, что дракон тянет с ответом, подбирая причину для отказа. Поэтому поторопился подрезать сроки:

– Хорошо, вы поженитесь через два месяца. Это самый короткий промежуток между помолвкой и свадьбой на моей памяти.

– Неделя. Это максимальный срок, который я могу вам дать на все эти брачные ритуалы, – спокойно согласился Даэрон, правда глянув на будущего зятя так, чтобы тот понял – «дракон» не шутит. – Напомню, я единственный наследник могущественного рода, репутация и благополучие которого тоже нуждаются в защите и моем непосредственном участии.

– Но неделя это… ничто! – опешил Федус. – Только подготовка всех необходимых документов о передаче вам приданного Каэль займет месяц.

– Мне не нужно приданое Каэль. Она официально откажется от него в пользу брата и его будущих детей. Будем надеяться, у Фирана появится много наследников, и вы сами разберетесь, кому передать богатства рода Огненных. Там, где я живу, совершенно иная мода и иные ценности, поэтому Каэль заберет с собой только необходимое: личные, самые важные, памятные вещи. Всем остальным я обеспечу ее по прибытии. У вашей дочери будет абсолютно все, что она пожелает.

– По-моему вы преувеличиваете, – покачал головой Федус.

– Мой род настолько богат, что я представляю, чего не смогу предоставить своей жене, – без единого сомнения ответил Даэрон.

На лице Федуса выступили желваки. С патовой ситуацией его примирила только правда, что сказал дракон, обещая счастливую жизнь его дочери. Бросив короткий напряженный взгляд на безмолвно наблюдавшую за переговорами дочь, он сжал под столом кулаки. Потом с почти нескрываемой отчаянной мольбой обратился к дракону:

– Поклянитесь, что вернете мне дочь, если вдруг что-то пойдет не так! Если однажды она станет лишней или ненужной в вашем доме!

Глубоко вдохнув и отставив чашку с чаем, Даэрон жестко произнес:

– Я могу поклясться, что уничтожу любого, кто посмеет причинить Каэль даже малейший вред. Могу поклясться, что до последнего вздоха буду оберегать и защищать ее. И сделаю все, чтобы она была счастлива со мной. Больше того, могу поклясться, что мои родители, да и вся моя семья примут ее как родную дочь. Как спасительницу. Как самую важную, неотъемлемую часть меня. Я клянусь вам в этом, как и в том, лорд Федус, что вам не стоит переживать за судьбу и благополучие вашей дочери. Она теперь в самых надежных и бережных руках.

Артефакт на пальце Федуса продолжал светиться незамутненным голубым цветом.

– Благодарю, что сняли камень с моей души! – с облегчением выдохнул он и опять попробовал уговорить дракона: – Но может, хотя бы месяц…

– Неделя! – отрубил Даэрон.

Федус набрал в грудь воздуха для продолжения переговоров, когда дверь отворилась и в столовую буквально ворвался Фиран.

– Сын?! – выдохнул Федус, вскакивая и вперившись немигающим взглядом в сына в мятой одежде и с растрепанной багровой шевелюрой.

Обведя родных шальным взглядом, Фиран молча поднял руку и сформировал в ладони настоящий огненный факел.

В следующее мгновение к нему бросились с радостными объятиями отец с сестрой. Какое-то время в столовой царил радостный ажиотаж. Затем оживленную атмосферу прервал звук столкнувшейся с тарелкой чашки: тихий, но пронзительный, он был подобен выстрелу в тихую ночь.

Все трое Огненных замерли и тревожно обернулись к дракону.

Даэрон Марсаер как ни в чем ни бывало промокнул рот салфеткой, положил ее на стол и обратил внимание на замершее семейство:

– Лорды, леди, благодарю вас и передайте мою признательность вашим замечательным поварам.

– Да, конечно, – глухо отозвался глава дома и растерянно глянул на сына и дочь.

Трое Огненных переглянулись между собой, осознав, что прямо сейчас, в этот момент, их жизни необратимо изменились.

Фиран снова маг! Несбыточная мечта стала явью! Но у медали была и обратная сторона. Теперь Каэль принадлежит дракону. И совсем скоро навсегда покинет дом и родных.

– Лорд Огненный, Каэль обмолвилась, что из-за смерти жены вы тоже почти утратили магию. В моих силах вернуть ее и вам, – совершенно неожиданно предложил Даэрон.

Чем разрядил обстановку и сменил пугающие мысли мужчин о прощании с дочерью и сестрой на другие, пусть грустные, но важные.

Федус покачал головой и с горечью пояснил:

– Благодарю вас за предложение, господин Марсаер, но это невозможно.

На лице Даэрона мелькнуло удивление. Тогда Федус Огненный решился на откровенность:

– Мы не просто так при дворе зовемся огненными фениксами, – сказал он с мягкой, обычно несвойственной ему улыбкой. – Искра магии, которая порождает огонь в нашей крови, тесно взаимосвязана с душой и сердцем. Теперь, глядя на сына, я вижу, вы действительно можете восстановить энергетические каналы и резерв, но в моем случае этого недостаточно. Огонь должен идти от сердца и прорастать в душе мага. Я утратил эту способность, когда моя любимая ушла к богам. Она забрала с собой частицу меня. Мне стало нечем подпитывать искру, оттого и магия покидает тело.

– Значит…

– Мою искру не возродить, – кивнул Федус, – ведь мертвые с того света не возвращаются…

– Понимаю, – задумчиво произнес Даэрон.

Федус, сурово глядя на него, добавил:

– Я рассказал вам все это не просто так. Каэль – сильный маг огня, значит, истинный феникс. Полюбив, она будет предана вам до последнего вздоха. Если вы хоть раз предадите это доверие – погасите ее огонь! А погаснув, мы долго не живем…

Даэрон встал из-за стола, подошел к Огненным и, приобняв свою притихшую избранницу за плечи, слегка притянул к себе со словами:

– У представителей моей семьи схожая душевная связь. Только еще сильнее, крепче и всеобъемлюще. Если Каэль уйдет к богам, я последую за ней. Без задержек.

– Вот как?! – поразился Федус.

– Вот так, – улыбнулся Даэрон.

– Значит, вы настаиваете, что на свадьбу и помолвку у нас всего неделя? – сощурив умные серо-зеленые глаза, уточнил Федус у будущего зятя.

– Скорее, уведомляю, что ровно через неделю мы с Каэль навсегда покинем Юкарию, – спокойно ответил Даэрон, ощутив как тихонечко вздохнула Каэль под его рукой.

Фиран изумленно глянул на отца, потом – на Марсаера, но промолчал. Радости на его лице как ни бывало.

Федус тем временем принял решение:

– Хорошо. В утренних выпусках столичных газет выйдет официальное объявление о помолвке младшей наследницы рода Огненных стражей Каэль Огненной и старшего и единственного наследника великого драконьего рода Марсаеров. Свадьба которых состоится через неделю. Думаю, упоминание о величии вашего рода и статус единственного наследника снимет все вероятные вопросы о скоропалительности союза.

– Согласен, – наконец улыбнулся Даэрон. – Эту неделю мы с Каэль постараемся примелькаться столичной общественности и продемонстрировать, что залетный дракон не украл вашу дочь, а пленил ее сердце своей сокрушительной харизмой и сам попал в плен ее прекрасных глаз. Укрепим репутацию рода Огненных. Заодно и на свидания сходим.

– Про публичные свидания вы верно подумали, – признал их важность Федус.

– Тогда завтра же и приступим к восстановлению и укреплению вашей репутации, – улыбнулся Даэрон, блеснув белыми зубами с выраженными клыками.

– В котором часу вы прибудете к нам? – деловито уточнил Фиран.

– Всю неделю я проведу в вашем доме, – снова поразил всех Даэрон. – Я не могу оставить без личной охраны женщину, которую искал годами. Так что прикажите подготовить мне комнату рядом с покоями Каэль.

– Это не в какие!.. – начал было Фиран.

Федус прервал сына:

– Каэль, оставь нас, пожалуйста, одних.

Первым порывом Каэль было подчиниться приказу отца, но вскинутая бровь Даэрона остановила. Под его одобрительным взглядом, она задрала подбородок и как можно более уверенно заявила:

– Разговор касается и меня, так что я останусь, отец.

– Не уйдешь? – неожиданно снисходительно уточнил Федус.

– Нет, – категорически сказала она.

– Хорошо, раз так, – улыбнулся Федус и обратился к жениху: – господин Марсаер, не знаю, знакомы ли вы с нашими обычаями и ритуалами, но вынужден прояснить одно очень важное для репутации моего рода обстоятельство. Оно касается чистоты моей единственной дочери.

– Ой! – смутилась Каэль, сообразив о чем пойдет речь.

– Да, Каэль, ты верно поняла, – печально усмехнулся Федус. – В Юкарии магов из высокородных семей брачными узами связывает жрец в храме. Он тоже маг и проводит сложный магический обряд. Этот связующий ритуал необратим и защищает чистоту крови будущих наследников из рода жениха, чтобы в него не затесались зачатые до брака от посторонних личностей. Очень важно, что обряд проводится при обязательных свидетелях, в число которых отбираются представители муниципалитета, сыскного и судейского корпуса и не менее пяти членов родовитых семей.

– И все ради того, чтобы засвидетельствовать законность брачной связи и наследников? – удивился Даэрон.

– Да, – несколько напряженно кивнул Федус. – Если невеста невинна, во время ритуала аура пары окрашивается в нежный розовый цвет. Что свидетельствует о чистоте брачного союза…

– Отец, достаточно, я бы ни за что не уронила честь рода… – покраснела Каэль.

– Я вас услышал, лорд Федус, – прервал уязвленную невесту Даэрон и с иронией добавил: – Приложим все усилия ради сохранения цвета чистоты на свадьбе. Хотя с моими умениями, могу легко окрасить в нужные тона не только нас с Каэль, но и всех присутствующих в храме. Даже вас с Фираном, по-родственному…

Фиран с Каэль нервно хохотнули. А вот Федус не разделил веселья, строго предупредив:

– В этом случае не стоит рассказывать про ваши умения на людях. Бывает, излишнее рвение вредит и способно доставить массу неприятностей и проблем.

– Мое дело предложить, – пожал плечами Даэрон и без предисловий напомнил: – Я могу рассчитывать на соседние с Каэль покои?

– Полагаю, так действительно будет лучше, – выдавил Федус. – Но нам стоит обсудить некоторые нюансы вашего пребывания в моем доме и…

– Ой, я что-то так устала, – смущенно вклинилась Каэль, спеша воспользоваться возможностью и удрать от намечающегося продолжения неудобной темы. – Прошу меня простить, но я покину вас. Хочу выспаться перед завтрашней показу… хм-м… публичным свиданием.

Как бы она ни храбрилась, но обсуждать столь щекотливые вопросы в присутствии отца и брата будет слишком.

– Конечно, отдыхай, моя радость, – кивнул Федус.

Даэрон проводил спешно скрывшуюся за дверью избранницу тяжелым, собственническим взглядом, словно хищник убегающую добычу.

Приняв в своих девичьих покоях ароматную ванную, о которой скучала в академии, и надев роскошную ночную сорочку с кружевами и монограммой, Каэль улеглась в кровать. Откинувшись на мягкую пуховую подушку и накрывшись легким одеялом, глубоко вдохнула цветочный запах – прислуга по-прежнему перекладывала белье мешочками с сухими духами. Впервые за последнее время девушка полностью расслабилась и счастливо выдохнула:

– Жизнь хороша-а…

– Полностью согласен, – раздалось от двери.

Вздрогнув, Каэль увидела Даэрона, опирающегося спиной о стену ее спальни. И испуганно пискнула, инстинктивно подтянув одеяло к подбородку:

– Ой, а ты что тут делаешь?

– Пришел пожелать тебе спокойной ночи… моя Каэль, – мягко улыбнулся неожиданный гость.

Оттолкнувшись от стены, Даэрон не спеша, испытывая выдержку избранницы, приблизился к ней и замер, глядя сверху вниз.

– Нам нельзя оставаться наедине. Пойдут слухи, – пролепетала Каэль, тоже во все глаза глядя на жениха и любуясь его мускулистой высокой фигурой.

– Не волнуйся, я не собираюсь… менять цвет нашей ауры, – ласково улыбнулся Даэрон и сел на край кровати рядом с невестой, прикрытой тонким одеялом. – Но это пока.

– Пока… – эхом повторила она, заливаясь румянцем смущения и во всех красках представляя их будущий поцелуй.

– Я люблю тебя, Каэль, – неожиданно признался Даэрон, очень серьезно глядя ей в глаза. – Ты заняла практически все мое сердце с первого взгляда. Я не упускал тебя из виду, постоянно наблюдал, чтобы уберечь и защитить. Однако сам не заметил, как настолько глубоко увяз в своих чувствах, что теперь места себе не нахожу, когда не вижу тебя.

В смятении от невероятного и неожиданно признания, Каэль шепнула, неуверенно улыбнувшись:

– Благодаря твоим заговоренным жукам-артефактам, получается, я всегда рядом.

Даэрон коснулся пальцами ее щеки, а потом, придвинувшись, обнял ладонями ее лицо. И хрипло, явно от непривычных эмоций, признался:

– Мне мало только наблюдать, Каэль. Я неизлечимо болен тобой, любимая! Мне до одури хочется быть рядом, касаться тебя, целовать…

И замер, словно проверяя, как она поведет себя в ответ.

Каэль понимала: стоит отстраниться, Даэрон отступит. Он никогда не давил, и оттого влюблялась в него еще больше. Каэль улыбнулась, словно дала сигнал самому прекрасному на свете мужчине: «Я не против!»

Он тут же накрыл ее губы своими, зарылся пальцами в красный шелк ее волос. Даэрон словно пил… пил ее дыхание и дарил невыразимое удовольствие. Поцелуй длился и длился…

Каэль забыла и о розовом цвете, и о том, что они в родовом особняке, в спальне, куда в любой момент может постучаться горничная… Каэль Огненная горела в руках любимого мужчины и не хотела отрываться от его губ!

Но поцелуй прекратился.

Даэрон чуть отстранился, насладился видом припухших коралловых губ своей разомлевшей избранницы и не удержался, поцеловал еще разок, напоследок. Потом сел ровно, подождал, пока его любимая, чистая, невинная девушка, пришла в себя, осознала, что ничего бо́льшего не случится, и пожелал:

– Спи спокойно, моя радость! Здесь ты в полной безопасности. Я рядом. Меня разместили в соседних покоях.

– Видимо, ты привел самые веские доводы, раз папа на это пошел, – прошептала Каэль.

Даэрон усмехнулся, ласково убрал с лица любимой красную прядку за ухо и передал ей часть мужского разговора:

– Я пояснил твоим родным, что не только вернул магию Фирану, но и прилично усилил его. Значительно укрепил здоровье, обезопасил энергетические каналы и резерв, чтобы больше ни одно проклятие не подействовало на главного наследника и надежду рода Огненных. Теперь у него хорошая выносливость и регенерация. И все эти качества перейдут по наследству твоим племянникам. В общем, поспособствовал роду Огненных стать сильнее и лучше других в Юкарии.

– Ты и такое можешь? – опешила Каэль. – И все… чтобы занять соседние с моими покои?

Он тихо рассмеялся:

– Нет, моя прелесть! Чтобы ты не переживала о судьбе брата и семьи, когда покинешь Юкарию. Я хочу, чтобы ты отправилась со мной с легким сердцем.

– Ты невероятный! – потрясенно выдохнула Каэль. – Я… я даже не мечтала встретить такого благородного мужчину: сильного, отважного, доброго и… идеального во всех смыслах.

– Какая же ты еще наивная, Каэль, – с нежностью улыбнулся не-дракон, приласкав ее щеку. – Спи, любовь моя. В академию тебе больше не нужно возвращаться, но завтра нам все равно предстоит тяжелая работа по созданию слухов, сплетен и интриг. Будем укреплять репутацию вашего рода. И предъявим обществу обезумевшего от любви дракона, решившего жениться на представительнице расы людей.

– Возможно, про нас напишут продолжение «Жития драконов», как-никак четвертый случай подобных союзов! – Каэль лукаво улыбнулась. – Только уже достоверный и доказанный факт.

Даэрон досадливо поморщился:

– Сокровище мое, только не надо упоминать при мне об этой кошмарной книге. Твой отец больше часа приводил выдержки из нее, напирая на якобы достоверно описанные там правила жизни драконов и пытаясь заставить меня взять-таки с собой твое приданое. Как по мне, в «Житие» собрали слухи и сплетни, причем самой низшей пробы. Думаю, автор знатно повеселился, составляя сей забавный фолиант.

– Вот как? – уныло переспросила Каэль, а потом вспомнила свои мысли при чтении и приободрилась. – Впрочем, я даже рада, что там сплошь выдумки! Не хотелось бы мне участвовать в слишком странных ритуалах, которые там описаны.

Даэрон поцеловал любимую в щеку, встал и пошутил:

– Знаешь, наверное, вскоре вся ваша столица бросится искать эту книгу. Если твой отец и брат вовремя подсуетятся, воспользовавшись шумихой, могут получить неплохой процент за дополнительный тираж.

Каэль рассмеялась: скорее всего, Даэрон прав! Она бы тоже искала книгу о драконах, если бы узнала, что какой-то девушки ее расы достался такой жених! И тоже решила пошутить:

– Думаю, вскоре появится дамский роман о любви девушки из людей и дракона!

Подмигнув своей разрумянившейся избраннице, Даэрон ушел, предварительно проверив коридор на лишние глаза и уши. А Каэль, проводив его счастливой улыбкой, вновь шепнула:

– Жизнь хороша!..

Записи в бортовом журнале разведывательного корабля класса «мини», владелец – Даэро́н Марса́ер:

Запись двадцать шестая:

Каэль, наконец, моя! Она любит меня и больше не прячет взгляда, признав свои чувства. Осталось дождаться бракосочетания, затем мы сразу улетим домой.

Бесконечная радость – обрести семейное счастье. Надеюсь, нас с моим огненным сокровищем ждет еще много побед, и одна из них – в качестве родителей.