Слишком хорошая жена (СИ)

Глава 12

— Приехали, — говорит Лера, выглядывая в окно поезда.

Мы вернулись с моря прямо в огромный мегаполис.

Я поднимаюсь медленно, придерживая живот. Он уже заметный и тяжелый, поэтому решение вернуться было как нельзя кстати. Малышка внутри толкается, будто тоже чувствует: мы дома.

На перроне пахнет чем-то очень знакомым — родным городом. Я делаю глубокий вдох и ловлю себя на мысли, что не чувствую тревоги, которая появилась в последние дни пребывания на море.

Сейчас у меня просто усталость и спокойствие.

Пока Лера подгоняет свою машину, я стою и смотрю по сторонам. Люди торопятся, кто-то встречает родных, кто-то тащит чемоданы, кто-то ждет у выхода. Обычная жизнь, и я снова в ней.

В машине мы почти не разговариваем. Я смотрю в окно, и впервые за долгое время не ищу глазами знакомые места, связанные с Мироном. Они будто потеряли остроту. Остались просто улицами.

Дом встречает меня тишиной.

Подъезд, лифт, знакомый этаж. Я достаю ключи, открываю дверь, и квартира встречает нас так, будто мы и не уезжали.

— Ну вот, — говорит Лера. — Ты дома.

Я вхожу и останавливаюсь.

Квартира выглядит иначе. Не потому что что-то изменилось физически — все на своих местах. А потому что я изменилась, и здесь больше нет ощущения чужого пространства. Нет призрака ожиданий, разочарований, разговоров, которые не случились…

Теперь все на своих местах.

— Ого, — Лера проходит в гостиную. — Тебя уже ждут.

В коридоре стоят коробки. Много коробок. С логотипами детского магазина, где мы заказывали розовую коляску, кроватку для дочери и комод для детских вещей.

— Я совсем забыла, что заказала все заранее, — говорю я.

— Ты что, мать, — смеется Лера из кухни, — забыла, что мы просили родителей встретить доставку? У них же есть ключи от твоей квартиры, на всякий случай.

— Ой, да. Кажется, у меня уже начались проблемы с памятью! — хлопаю себя по лбу.

Мы раздеваемся, ставим чайник, а после нашего обеда я решаю, что тянуть не буду. И что хочу начать прямо сейчас!

— Давай начнем распаковку? — говорю я и подхожу к коробке с коляской.

Лера ухмыляется.

— Я знала, что ты так скажешь. Ну, давай!

Мы собираем розовую коляску вместе. Я медленно, внимательно, следуя инструкции, Лера — на интуиции. Пару раз мы спорим, пару раз смеемся, когда что-то не получается.

— Смотри, какая она красивая, — говорю я, проводя рукой по розовой ткани с серыми вставками.

— Ага. Малышка у тебя будет самой стильной, — подмигивает Лера.

К вечеру коляска стоит собранная, аккуратная и готовая. Я выкатываю ее в коридор и ловлю себя на том, что представляю: как буду выходить с ней гулять. Одна. С дочкой.

С кроваткой мы решаем не рисковать, и для ее сборки я зову своего папу. Он обещает подъехать на неделе и собрать кроватку и комод и дает указания, чтобы я сама не поднимала ничего тяжелого.

Следующие дни текут ровно.

Я просыпаюсь рано, делаю себе завтрак и выхожу на балкон подышать. Потом занимаюсь домом — разбираю коробки, которые остались после приезда отца, когда он собирал кроватку и комод, дальше мою полки, протираю поверхности. С каждой мелочью квартира будто наполняется новым смыслом.

Еще я начинаю рисовать.

Руки сами тянутся к этому делу, и я не сопротивляюсь. Достаю старый альбом, краски, которые не открывала годами, сажусь за стол и просто веду кистью. Цвета, линии… ничего конкретного, но иногда добавляю силуэты.

Это успокаивает.

Иногда я включаю музыку.

Лера уехала к себе домой, но мы на связи постоянно. Она звонит, пишет, шлет мемы и голосовые.

— Ты как? — спрашивает она в них.

— Хорошо, — и это правда.

Еще я ищу себе работу.

Сначала я просто листаю сайты — без особой цели, скорее по привычке. Когда-то это было частью моей жизни: планировки, визуализации, цветовые схемы, свет, пространство. Потом все это постепенно растворилось в браке, в делах Мирона…

Но теперь я хочу быть нужной.

Я сижу за кухонным столом с ноутбуком, за окном серый день без солнца, на плите тихо закипает чайник. Я открываю один из профессиональных форумов, куда не заходила больше года, и чувствую странное волнение — будто возвращаюсь туда, где меня ждали.

Объявление простое.

«Нужна помощь с планировкой небольшой квартиры-студии. Без срочности, онлайн».

Я читаю описание дважды, и вдруг понимаю — я могу это сделать. Не идеально, не на уровне больших проектов, как мы это делали с Мироном, но могу.

Пальцы зависают над клавиатурой.

— Ну давай, — говорю я себе вслух. — Что ты теряешь?

«Здравствуйте. Я архитектор по образованию, сейчас в декрете. Готова помочь с планировкой и расстановкой мебели. Если актуально — напишите».

Отправляю и закрываю ноутбук, будто боюсь передумать.

Ответ приходит вечером.

«Здравствуйте, Ева. Да, актуально. Можно созвониться завтра?»

Я перечитываю сообщение несколько раз и улыбаюсь.

На следующий день я готовлюсь, как к чему-то важному. Я достаю старые блокноты, открываю программы, которые давно не запускала. Чищу рабочий стол. Раскладываю карандаши, линейки — будто возвращаю себе прежний ритуал.

Созвон проходит легко.

Заказчица — молодая девушка. Она говорит быстро, немного сбивчиво, показывает план квартиры. Я задаю вопросы, уточняю, думаю, и в какой-то момент ловлю себя на том, что полностью погружаюсь в процесс.

После звонка я сажусь работать сразу.

Рисую варианты планировки. Двигаю стены. Думаю, как пустить свет, где будет удобнее, где уютнее. Я чувствую, как мозг работает — четко, ясно, без тумана.

Это чувство воодушевляет.

Я отправляю готовые эскизы вечером, и ответ приходит на следующий день.

«Это именно то, что я хотела. Спасибо. Сколько я вам должна?»

Я замираю.

Я не думала о деньгах. Вот честно. Но когда она переводит сумму — небольшую, символическую — я смотрю на уведомление и вдруг чувствую… стабильность.

Не радость. Не эйфорию.

Опору.

Что я могу, я справляюсь, и я не зависима от кого-то.

Это чувство оказывается настолько важным, что я сижу с телефоном в руках и улыбаюсь.

После этого появляются еще заказы.

Кто-то просит помочь с цветовой схемой, кто-то — с расстановкой мебели. Я не беру много заказов, потому что делаю их в удовольствие.

Я также хожу на курсы для беременных.

Сижу в кругу таких же женщин, слушаю, как они рассказывают о своих страхах, ожиданиях и о партнерах. Иногда внутри что-то сжимается, но я дышу и отпускаю.

Вечерами я гуляю по знакомым улицам и иногда ловлю на себе взгляды — живот уже заметен. Кто-то улыбается. Кто-то уступает место.

Я привыкаю к этому новому «я».

Иногда мне снится Мирон…

Он стоит где-то далеко и не подходит. Только наблюдает со стороны, будто следит, и ощущение в этих снах такое же, как наяву, когда мне кажется, что за мной следят. На этом сон заканчивается.

Ближе к сроку я собираю сумку в роддом.

Аккуратно, по несколько раз перепроверяя списки.

— Что ж, я готова, — говорю я себе, глядя на сумку у двери.

Я жду тебя, малышка.