Стингер (ЛП)

6 глава

Карсон

Я взял ее за руку и ускорил шаг. Пока мы пересекали фойе, она едва за мной успевала своими миниатюрными ножками. Да, я не был галантным, знаю, но я был в отчаянии. Не думал, что был в таком состоянии с тех пор, как… хотя, я никогда еще не был в таком состоянии. Я стоял там, у фонтанов, наблюдал за тем, как в ее глазах появляется возбуждение, держал ее в своих руках и чувствовал ее запах — от всего этого желание с бешеной скоростью побежало по моим венам. Это было не просто желание, а желание обладать ею, желание, которое прокладывало себе путь во мне и требовало удовлетворения. Я едва знал Грейс Гамильтон, но то немногое, что мне было известно, врезалось в мое сознание и заставило мои извилины крутиться. Она повлияла на меня во всех отношениях, в каких только женщина может повлиять на мужчину.

Я пообещал, что позабочусь о ней, возьму контроль в свои руки. И я знал, что для того, чтобы она полностью мне отдалась, я должен сбавить обороты и сделать всё, чтобы ей было спокойно и комфортно. Каким-то образом я инстинктивно это знал.

Отдалась мне полностью? Притормози, приятель. Нет, не полностью. Это всего лишь секс, приятное времяпрепровождение — лишь на выходные. Это всё, что я мог предложить. И это всё, что она готова была принять. Тем не менее, я хотел, чтобы этот опыт удовлетворил нас обоих всеми мыслимыми и немыслимыми способами.

Как только мы прошли казино и направились к лифтам, я увидел группу людей, знакомых мне по бизнесу, которые тоже приехали на выставку, они стояли в стороне, болтали и громко смеялись. Я обнял Грейс и уткнулся в нее носом, чтобы ни один из них не узнал меня и не окликнул. Обычно я не общаюсь с ними, но они наверняка знали, кто я. И сейчас последнее, что я хотел, это напомнить Грейс, чем я зарабатываю на жизнь, и хоть на минуту отвлечься от нашего пункта назначения — уединения в комнате отеля. Мы вошли в лифт, и я спросил ее:

— Тебе нужно что-нибудь взять в своей комнате? — мой голос прозвучал хрипло, даже для меня самого.

— Да, если ты не против, — тихо ответила она, и ее глаза встретились с моими на несколько мгновений, а потом спустились к моим губам.

Мой член запульсировал в джинсах. Сексуальное напряжение, что витало в воздухе, можно было резать ножом. Я повернулся к панели управления и несколько раз нажал кнопку ее этажа, словно это могло ускорить лифт.

Мы доехали в тишине и направились к ее комнате. Пока она собирала необходимые ей вещи, я тихо стоял у двери. Потом мы вернулись к лифтам и поднялись ко мне в комнату. Мне даже не нужно было спрашивать, о чем она думает, ее выражение лица говорило само за себя: она была решительно настроена, а глаза излучали ту же страсть, что и мои.

Я открыл дверь, бросил бумажник и ключ на стол и повернулся к Грейс. Она стояла позади меня, ее сумка лежала рядом на полу. Электричество искрилось между нами, ведь мы оба знали, что будет дальше. Мы молча смотрели друг на друга, ее дыхание участилось, а на щеках появился румянец. Я наблюдал за ней, сдерживаясь от прикосновений, и чувствовал, что вот-вот взорвусь.

— Ты тоже этого хочешь, Грейс, — явно не с вопросительной интонацией заговорил я.

Она попыталась что-то ответить, но слова словно застряли в горле, и поэтому она лишь кивнула. Ее взгляд наполнился жаждой. Жаждой меня.

Я преодолел небольшое расстояние между нами и взял ее лицо в ладони. Она осторожно наблюдала. Я едва коснулся ее губ, ощущая нежный вкус ее сексапильного ротика. Наш первый поцелуй был яростным, грубым, похотливым и спонтанным. Второй был коротким, практически целомудренным. Этот же был медленным и глубоким, наши языки сплелись друг с другом, пытаясь распробовать. Каждое прикосновение ее языка отправляло электрический разряд к моему члену. На вкус она была как гребаные небеса. Я вибрировал как камертон, но собирался всё сделать медленно. Теперь, когда мы оба здесь и хотим друг друга, торопиться не было смысла. Только я и она, и целая ночь впереди. От одной только мысли об этом из моей груди вырвался глубокий стон, а член встал.

Она обняла меня и сильнее прижалась ко мне, из ее груди тоже послышался тихий стон. Я почувствовал отголоски этого стона каждой клеточкой тела.

Через несколько минут, а может, и недель, не уверен, я оторвался от ее губ, и мы оба сделали глубокий вдох. Ее веки тяжелели, а глаза искрились желанием, готов поспорить, что мои тоже.

Я приблизился губами к ее уху и слегка коснулся зубами мочки.

— Грейс, как ты хочешь кончить в первый раз? — спокойно спросил я.

Она сначала задержала дыхание, а потом тяжело задышала.

— Мне в рот? Или вокруг моего члена? Как, Лютик? Это будет не один раз, но я хочу знать, как ты хочешь в первый раз.

— В рот, Карсон, — выдохнула она, и румянец на щеках стал ярче.

Я видел, как она слегка задрожала.

Я практически зарычал, когда схватил край ее туники и потянул ее наверх. Быстро стащив его через голову, я отбросил его в сторону. Я упивался ею: она стояла передо мной в своих шортиках и черном бюстгальтере с грудью сливочного оттенка. Она выглядела немного неуверенно, наблюдая за мной и ожидая моего следующего шага. Эта девочка, которая шаг за шагом распланировала всю свою жизнь, сейчас смотрела на меня и ждала моих указаний. От этой мысли у меня слегка закружилась голова, сам не знаю почему.

Я хотел смотреть ей в глаза, когда впервые коснусь ее, но мои загорелые руки на ее бледной коже загипнотизировали меня, и я не мог оторвать взгляд, пока обводил контур чашечек. Ее грудь опускалась и поднималась, совершая короткие вдохи, и сделав очередной такой глоток воздуха, она прижалась ко мне сильнее, предлагая еще больше себя. Я посмотрел ей в глаза, расстегнул лифчик, и как только он упал, я опустил взгляд вниз, на ее идеальную грудь с розовыми твердыми сосками, которые просто умоляли попробовать их. Я провел линию по нижнему контуру груди, от чего ее жемчужины стали еще тверже.

— Ты прекрасна, — сказал я.

Я опустился и легонько лизнул ее сосок, пробуя и щелкая по нему языком, и Грейс сразу же откинула голову и застонала. Я обхватил ее груди, ощущая их идеальный вес в руках, и принялся за второй сосок. Она пропустила пальцы сквозь мои волосы и вскрикнула:

— Ах!

— Что такое, Лютик? — улыбнулся я.

— Нет! Не останавливайся. Пожалуйста. Так хорошо. Кажется, я могу кончить только от этого. Боже!

Я снова улыбнулся, расстегнул ее шорты и спустил их вниз. Грейс, недолго думая, скинула обувь и отбросила шорты в сторону. Я замер.

— Ты не носишь трусики?

— Нет… — покачала она головой и едва улыбнулась.

Мои глаза блуждали по ее телу, рассматривая плоский животик, маленький треугольничек светлых волос между ног и ее гладкую сливочную кожу. Она умопомрачительна. Я не мог дождаться, чтобы показать ей, как много она упускала.

Я снова опустил голову к ее груди, от ее вкуса мое возбуждение просто зашкаливало, а член пульсировал.

— Ты так приятна на вкус, — выдохнул я и поднялся к ее шее, пробуя и ее.

Она снова застонала и прижалась ко мне.

— Карсон, — прошептал Грейс, — я тоже хочу увидеть тебя.

— Как пожелаешь, Лютик, — улыбнулся я и стянул футболку через голову.

Я быстро скинул обувь, наклонился, чтобы снять носки, а после сбросил джинсы и боксеры. Ее взгляд какое-то время путешествовал по моему телу, едва она дошла до эрекции, как ее глаза распахнулись, и она сказала:

— Ты идеален, Карсон.

Я знал, какое впечатление производил на женщин. Я такой и это то, что я делаю. Женщины столько раз высоко оценивали мое тело, что я просто сбился со счета. Это то, что женщины обычно хотели от меня. Но по какой-то причине, когда Грейс призналась, что ей нравится, что она видит, что-то внутри меня буквально воспарило от счастья. Может быть, всё потому, что Грейс была со мной не только ради моего тела, даже если она и убеждала себя в обратном. Это была странная мысль, правда, и я понятия не имел, откуда она взялась. Но она меня не покидала. Мне показалось, что благодарность за этот комплимент была необязательной, и я снова подошел к ней. Мы стояли обнаженные прямо друг напротив друга, и моя пульсирующая эрекция касалась ее гладкого животика. От такого легкого контакта я зашипел. Я обнял ее, прижимаясь еще сильнее и пытаясь почувствовать каждый миллиметр ее кожи. Не разрывая поцелуя, я повел нас по направлению к кровати, и как только она легла на покрывало, я последовал за ней.

Грейс

Я оказалась на кровати и прежде чем успела глубоко вздохнуть, Карсон уже был на мне. Его обнаженное твердое тело соприкасалось с моим, а эрекция упиралась мне в живот, от чего по спине побежали мурашки. У него был большой член, даже больше, чем я когда-либо видела. Это точно. Но всё будет хорошо, уверена, ведь меня просто переполняло желание, а вагинальные мышцы бились в конвульсиях, умоляя принять его. Его рот снова обрушился на мой, глубоко проникая языком. Я была в отчаянии. Я была настолько возбуждена, что казалось, хватит одного его прикосновения, и я тут же разлечусь на кусочки. Мне это было нужно. И я готова была умолять. Я отчаянно жаждала освобождения, которое было уже совсем близко.

Карсон разорвал поцелуй и начал спускаться вниз по моему телу, щелкая языком по моим соскам и целуя живот. Когда я поняла, что он собирается сделать, у меня даже дыхание сбилось. Знаю, я сама попросила его об этом, но я уже не была в этом так уверена. Никто еще не делал такого для меня. Что если мне не понравится? Что если я не кончу от этого? Что если ему не понравится, какова я на вкус?

— Карсон, я не знаю…

Он поднял голову, спустился на пол и встал передо мной на колени.

— Тссс, доверься мне.

Он потянул меня вниз, к краю кровати, пока мое лоно не оказалось прямо перед его лицом.

— Откинься назад, приподнимись на локтях и смотри, — приказал он.

Я закусила губу, но сделала так, как он сказал.

Он широко развел мои колени, и вот я уже лежу перед ним открытая и абсолютно беззащитная. Его глаза заблестели, когда взгляд упал на мою обнаженную и влажную плоть. Затем он наклонился и глубоко вздохнул.

— Идеально, — пробормотал он, перед тем как полностью опустить голову между моих ног.

Мое сердце пропустило удар, и влажное тепло побежало по телу вниз.

Я закричала в экстазе, когда почувствовала, как его язык выписывал круги на моем припухшем клиторе. О боже мой, это невероятно. Я развела ноги еще шире и, застонав, инстинктивно откинулась на спину.

— Глаза, Грейс, смотри на меня, — прорычал Карсон, поднимая голову.

— Да, да, глаза, — выдохнула я.

Я бы сделала что угодно, лишь бы снова почувствовать прикосновения его языка. Мои веки были наполовину прикрыты, и я наблюдала за ним. Он опустил голову, и снова щелкнул языком по моей нежной плоти, вызывая очередной стон. Я была в огне, по венам бежала раскаленная лава, и бешеный барабанный ритм отстукивал именно там, где сейчас был его язык. Он посмотрел на меня как раз в тот момент, когда его язык принялся посасывать и покусывать мой розовый бутон. Если до этого я думала, что была на грани, то явно ошибалась. По шкале от одного до десяти на тот момент это было пять, а сейчас все сорок пять. Я ахнула, когда он ввел в меня палец, не забывая ни на минуту о том, что вытворял его язык. Я слышала скользкие звуки собственного возбуждения, пока он вводил в меня палец, через мгновение к нему присоединился и второй.

То, как он ритмично работал языком, возносило меня на вершину блаженства, ощущение его пальцев, входящих и выходящих из меня, вызывали бурный восторг, но вид его головы между моих ног — вот моя истинная погибель. Сочетание моих бледных бедер и его шелковистых волос, движения его головы — всё это было настолько эротично, что меньше, чем за минуту пульсация в моем лоне достигла кульминации. Я закричала, распадаясь на части, а волны чистого удовольствия омывали мое тело. Никогда прежде я не чувствовала ничего подобного. Я задыхалась и не могла говорить. Я упала на кровать, открыла глаза, и Карсон уже был на мне.

— Хорошо, детка? — поинтересовался он.

Я не могла сдержать рвущийся из меня смех. Он сказал, что заставит меня кончить, и сдержал свое обещание. Я никогда не оправлюсь от этого.

— Господи, да, — это единственное, что мне удалось произнести.

Он наклонился и поцеловал меня, и я почувствовала свой вкус на губах. В этом было что-то такое интимное, и напоминало мне, где он только что побывал. Перед глазами снова возникла эта картинка, и по спине пробежалась очередная волна тепла. Мое тело снова изнывало от жажды, и на этот раз жажды чего-то большего.

Язык Карсона снова нырнул ко мне в рот, и как только его тело коснулось моих сосков, я снова застонала. Он оторвался от меня и прошептал:

— Ты хочешь, чтобы я оказался внутри тебя, не так ли, Лютик? — его голос звучал глубоко и хрипло.

— Да, да, пожалуйста.

Поверить не могла, что каких-то пять минут назад он довел меня до самого умопомрачительного оргазма в моей жизни, и я уже умоляла его о большем. Пульсация внутри меня не прекращалась ни на минуту, и я знала, что единственное, что поможет мне — это ощущение наполненности.

Карсон встал, подошел к столу, где оставил свой бумажник, и достал из него презерватив.

— Поднимись повыше, Грейс, — сказал Карсон и снова залез на кровать.

Он больше не улыбался, и я тоже. Я была очарована его красивым обнаженным телом, тем, как он двигался, каким крепким и действительно мужественным он был. Он зубами разорвал упаковку презерватива и раскатал его. Его член набух, налился кровью и стоял по стойке «смирно», казалось будто ему было мучительно больно.

«Через минуту это будет внутри меня», — подумала я. И как только я подняла глаза и посмотрела на него, между нами что-то вспыхнуло.

Я забралась на кровать и ждала Карсона.

— Укройся простыней, Лютик. Не хочу, чтобы ты простудилась.

Забавно слышать что-то такое, в то время как я практически пылала, но кондиционер работал на полную мощь. Или, может, он подразумевал то, что собирался со мной сделать под этой простыней. Новая волна возбуждения пробежалась по телу. Я лежала и ждала, что будет дальше. Впервые за долгое время я поняла, что мой мозг был пуст — совсем пуст, за исключением ощущений и эмоций, вызванных Карсоном. Я наслаждалась этим. Отдаться кому-то полностью и передать ему контроль, хотя бы на время, — от этого я готова была с облегчением разрыдаться. Я не раздумывала над этим слишком долго, просто наслаждалась.

Я укрылась, устроилась поудобнее, а Карсон сразу забрался под простыни и навис надо мной, обжигая меня взглядом.

— Я возьму тебя жестко, Грейс. Скажи, если будет слишком, хорошо?

— Да, да, я хочу этого, — захныкала я, и между бедрами стало влажно.

Я хотела жестко. Я хотела, чтобы он вдалбливался в меня. Я еще никогда не пробовала так. Мышцы внутри сжались в предвкушении, очередная волна желания прокатилась по спине, и сумасшедшая пульсация внизу стала набирать обороты.

Карсон расположился между моих ног, и я развела колени так широко, как только могла, предлагая ему всю себя.

Он поднял мои руки над головой и зафиксировал их на подушке. Наклонившись, он снова припал к моим губам, исследуя мой рот так же, как он делал это пару секунд назад, проникая чуть ниже. Я застонала, и он оторвался от моего рта со словами:

— Бл*дь, Грейс! В тебе так тесно.

— Пожалуйста, — выпалила я.

Я сама не знала, о чем просила, но он, кажется, понял.

Он выдохнул и начал вколачиваться в меня: сначала медленно и глубоко, контролируя каждое движение, задевая точку внутри меня, о существовании которой я и не подозревала.

— О, боже, о, боже, там, даааа, — выдохнула я с наслаждением.

Карсон наблюдал, оценивая мою реакцию и реагируя на каждый сигнал моего тела. Как только я начала двигаться ему навстречу, его движения стали быстрыми и жесткими, он безжалостно погружался в меня, его веки тяжелели, а рот был полуоткрыт.

Господи, он был так красив, что сердце замирало.

Он врезался в меня снова и снова, с каждым толчком наслаждение, словно по спирали, взбиралось вверх, пока не дошло до грани. Я задрожала и закричала от накрывшего меня оргазма. Этот раз был такой же мощный, что и первый, но немного отличался: он зародился где-то глубоко внутри, а мышцы восхитительно пульсировали и сжимались. Боже правый!

Я посмотрела на Карсона и поняла, что он тоже готов кончить.

— О, боже! — задыхаясь, проговорил он; его толчки стали отрывистыми, а по коже побежали мурашки.

Его губы оказались напротив моих, и он выдохнул остаток оргазма мне в рот. Он целовал меня медленно и глубоко, неторопливо входил и выходил, выплескивая всё свое напряжение. Когда его бедра перестали двигаться, он аккуратно отпустил мои руки.

— Ты невероятна, Лютик, — прошептал он, и игриво укусил меня за плечо.

Он снял презерватив и пошел в ванную, чтобы от него избавиться, как я подумала. Вернувшись через мгновение, он снова забрался на кровать и заключил меня в объятия.

— Так вот значит, каким должен быть секс, — вздохнула я, в то время как потрясение и трепет заволакивали мой посторгазменный мозг.

Он тихо засмеялся.

— Мой будущий муж поставит памятник в твою честь.

— Хммм. Напомни мне, чтобы перед уходом я отдал тебе фото с автографом, тогда ты сможешь повесить его по центру.

Я лишь улыбнулась ему в грудь, целуя гладкую кожу.

Указательным пальчиком я провела линию к его соску, и он тут же затвердел. Потом аккуратно закинула на него ногу, от чего Карсон дернулся подо мной.

— Грейс… — выдохнул он.

— Серьезно? — подняв голову, спросила я. — Ты снова готов?

— Думаю, я еще не насытился тобой.

— Хорошо, что у тебя все выходные впереди, — засмеялась я. — Вот только дай мне пару часиков на восстановление, а то всё тело словно ватное.

— Конечно, если ты не против проснуться посреди ночи, — усмехнулся он.

— Хммм, нет, если ты снова сделаешь всё это со мной.

Я почувствовала его улыбку, как только он прижался губами к моему лбу и поцеловал.

— Засыпай, Лютик.

— Почему ты называешь меня Лютиком? — засыпая, пробубнила я.

— Может, потому что у тебя такая же сливочная кожа как масло (прим. по англ. лютик — Buttercup, а масло — Butter, получается игра слов), — ответил он, улыбаясь.

— Хммм.

Я закрыла глаза и провалилась в сон.

Карсон сдержал свое обещание, разбудив среди ночи. Он медленно погружался в меня, размеренно двигаясь до тех пор, пока не довел нас обоих до предела, и мы не застонали.

Я проснулась рано утром, окруженная его ароматом, и почувствовала, как что-то твердое и горячее касалось моей попы. Не раздумывая, я взяла его член в руку и продолжала ласкать его, пока по его коже не побежали мурашки, а с губ слетел стон облегчения.

— Ты меня убиваешь, Лютик, — прошептал он сонным голосом. — Но рано или поздно мы все там будем, ведь так?

Я лишь усмехнулась.

Мы снова заснули, когда узкая полоска рассвета показалась на горизонте, и спали до тех пор, пока мой живот не заурчал от голода. Но плохая новость заключалась в том, что я пропустила начала своей конференции.