Страж Особого Назначения 2

Глава 28

Трель колокольчика и грохот в дверь заставили Иви подскочить, и она поняла, что задремала. Сев и схватившись за край ванны, чтобы вытащить из нее свое вялое тело, она схватила полотенце.

Стук раздался снова, и Иви выругалась, вытираясь и надевая халат. Пока она бежала к двери, трель и стук повторились снова более требовательно. Иви испытала тревогу, думая, что, что-то случилось с Ликой.

— Иду, — крикнула она, надеясь, что находящийся за дверью не ушел, и рывком распахнула дверь.

Возле крыльца стоял волк.

— Так это ты! — сложила Иви руки на груди. — Надо же какой требовательный и сообразительный, что даже в колокольчик дверной звонишь. Не пущу! — схватилась она за дверную ручку, чтобы закрыть дверь, но волк мгновенно прыгнул и протиснулся в проем. Усевшись в прихожей, он поднял одну лапу — мол вытирай.

— Засранец! — прошипела Иви и поджав от досады губы, топнула ногой, затем молча развернулась и чеканя шаг направилась в спальню, где громко и показательно хлопнула дверью. Минут пять будучи очень злой она сидела и сверила взглядом закрытую дверь, затем вздрогнула, когда услышала глухое рычание и душераздирающее завывание. Иви распахнула дверь и понеслась на первый этаж, но на полпути замерла и вцепилась в лестничные перила не смея шелохнуться.

Это был не волк и не человек, что-то среднее и ужасное, он стоял на четвереньках и мотал своей огромной головой из стороны в сторону, было видно, что он в агонии — челюсти широко открыты, клыки обнажены. Он так выл, что Иви зажала уши руками.

Его голова была бесформенной, она расширялась и сжималась, пульсировала и сжималась, чтобы снова расшириться — казалось, слишком большая масса должна была поместиться в слишком маленькую форму, и зверь противился этому. Грудная клетка распрямлялась, подавалась вперед и снова распрямлялась. Он извивался и содрогаясь царапал пол, оставляя в нем глубокие борозды. Когти превратились в пальцы. Задние лапы приподнялись, опустились и превратились в ноги. Но выглядели они неправильно. Конечности были деформированы: кости сгибались не там, где положено, в одних местах, будто резиновые, в других — узловатые.

Он все еще выл, но звук менялся. Иви убрала руки от ушей. Кровь стыла в жилах от человеческих ноток, которые слышались в его вое.

Его бесформенная голова моталась из стороны в сторону. Он рычал, дикие глаза блестели, мех был всклокочен. Внезапно эти клочья начали исчезать и содрогаясь в конвульсиях, он неожиданно резко встал на четвереньки, опустив голову. Кости хрустели и трещали, приобретая новую форму. Плечи распрямились — сильные, гладкие и мускулистые. Руки напряглись. Одну ногу он отодвинул назад, другую подогнул, как перед прыжком.

Иви закрыла глаза.

Когда она их открыла, перед ней был — человек!

Рейз обнаженный лежал на спине и не двигался, а Иви пожирала глазами его потрясающее тело. Боже, он был словно высечен из камня — твердые выпирающие мышцы пресса и широкая мускулистая грудь. И все это обтянуто кожей, которую хотелось облизывать. Он ни капли не изменился, если только волосы стали длиннее. Рейз тяжело дышал и его человеческие глаза были распахнуты. На его лице пролегли морщинки. Усталость, сосредоточенность, напряжение.

— Иви? — в его слабом голосе слышалась тревога.

Прежде чем заговорить, ей пришлось отдышаться.

— Ты вернулся, — подбежала она и упала рядом с ним на колени.

— Иви, я… Мы голодны. Мы изголодались… по тебе…

Он взглянул на нее. Лицо его было напряжено, в глазах светилось беспокойство. Рейз, лежавший на полу, выглядел измученным.

— Иви… Как бы мне хотелось, чтобы ты всего этого не видела.

Она погладила его по щеке, провела пальцем по линии его губ. Рот Рейза приоткрылся, чувствуя ее прикосновения.

— Ты еще когда-нибудь захочешь быть со мной? — напряженно спросил он и повернул лицо на бок, чтобы видеть ее.

— Почему я не должна хотеть этого?

— Я не заслуживаю тебя.

Она отпрянула и сердито взглянула на него.

— Я не хочу слышать от тебя подобных слов. Ты лучшее, что случалось со мной.

— Даже со зверем внутри?

Рейз выглядел таким обеспокоенным, что она быстро ответила:

— Да, даже с ним. Твой волк не причинил мне зла.

Какое-то время он молчал закрыв глаза и Иви подумала, что он уснул, но услышала его тихие слова:

— Как… как тебе я в образе волка?

— Ты красивый белоснежный зверь, милый и теплый, — улыбнулась она.

— Я рад, что он тебе нравится, — прошептал Рейз. — Мы оба принадлежим тебе. Насколько захочешь.

Он лежал, медленно дыша и не открывая глаз, а Иви жадно рассматривала его черты лица и ее мысли совершенно не были благопристойными. Она страстно желала почувствовать его в себе, жаждала соединиться с ним самым примитивным способом: оказаться в его руках, у него во рту, под его кожей.

Боже, как же ей его не хватало! Так сильно, что… Она никогда не хотела столь сильно желать мужчину — так, что невозможность обладания причиняла физическую боль. Она не хотела чувствовать, что мужчина имеет такую власть над ней и ее жизнью. Она нуждалась в нем, она жаждала, чтобы его язык был у нее во рту, его руки на ее коже. Жар его тела на ней. Сначала ей был нужен грубый, жесткий, быстрый секс, а уж потом она собиралась заниматься с ним любовью часами, медленно и до изнеможения. Ей были нужны недели, проведенные в постели с ним. Возможно, если она будет долго заниматься с ним сексом, то наконец сможет им насытиться.

Но почему-то в этом сомневалась. Ей всегда будет его мало.

— Ты самое странное чудо, — прошептала она, глядя на распластанного на полу обнаженного Рейза.

— Что? — спросил он.

— Ничего. Сейчас не говори ничего, хорошо? У нас будет время поговорить.

Иви подбежала к столику и налила из графина стакан воды.

— Выпей, — приподняла она ему голову и поднесла стакан к его губам.

Рейз тяжело дыша выпил, немного расплескав воду, а Иви ужаснулась тому, что превращение его настолько ослабило. Она переплела свои пальцы с его и ощутила легкое пожатие.

— С тобой все хорошо? — тихо спросила она.

— Я все же смог это сделать, — прохрипел он. — Я всегда чувствовал и видел тебя, пока был волком, но все было как в тумане. Другие ощущения и мировоззрение, но я знал, что не причиню тебе боли.

В груди у нее все сжалось.

— Долго ты будешь восстанавливаться?

— Не знаю, — нахмурился Рейз и пошевелил ногами и руками. — Вообще-то, все не так плохо, как я думал. Думаю, ночи и дня мне будет достаточно. Это мой первый оборот в человека.

— Ты можешь подняться?

Рейз как пьяный медленно сел, затем попытался встать, но ноги не слушались, он перевернулся и упал на четвереньки.

Иви помогла ему подняться и обняла за талию, — Обопрись на меня.

Она едва справлялась с его весом в одиночку пока они поднимались по лестнице на второй этаж.

— Давай. Уже недалеко. Сюда, — Иви направила его к спальне. Рейз еле держался на ногах и намеревался принять позу зверя встав на четвереньки. Теперь Иви понимала, что такое взрослый оборот и не зря оборотней еще с детского возраста учили всему. Рейза трясло, он выглядел так, словно еще не до конца понимал — «что он и где он».

— Еще немного, — поддерживая его за талию, Иви пошатнулась, приняв на себя весь его немалый вес. Колени подогнулись, и они вдвоем рухнули на постель — Рейз с размаха придавил ее сверху.

Ее лицо оказалось где-то в районе его плеча. Она извернулась, выбираясь повыше, в поисках воздуха, и упала назад, тяжело дыша.

— Рейз, ты меня раздавишь!

На его лице не дрогнул ни один мускул. Он медленно выдохнул, и она поняла, что он находится в том почти бессознательном состоянии, какое бывает после огромной физической нагрузки. Толкая его в плечо, ей удалось вылезти из-под него хотя бы настолько, чтобы не задыхаться под ним.

Прижавшись к мужской груди, Иви теплыми губами коснулась его шеи. Она чувствовала, как он дышал, как билось его сердце и запустила пальцы в его волосы, поглаживая. И улыбнулась, когда вспомнила, что вот также почесывала волка.

— Иви? — прохрипел он.

— Я здесь, — прошептала она и зашевелилась под ним, положив руки ему на грудь. Его упругая, теплая кожа ощущалась замечательно. Она любила его тело и ярко помнила о том, как она в последний раз была голая под ним.

Он уткнулся лицом ей в щеку, поглаживая ее кожу своей щетиной, затем лизнул, вдохнул ее аромат и затих. Иви улыбнулась его волчьей привычке. Он помечал ее, как свою, смешивая их запахи. И по правде говоря, она хотела, чтобы ее кожа пахла им. Аромат был чистым и мужественным. Как и сам Рейз.

Иви прекратила ерзать, все равно не получается его с места сдвинуть и сонно моргнула. Глаза с трудом удавалось держать открытыми. Вся усталость резко навалилась на нее, и она отключилась.