Тайна надгробия

Глава 2

Шли часы, и каждый из них был мучительнее предыдущего. Спецагент Райан оставался на месте преступления, а агент Барроу не сводил глаз с Джейн, пока они сидели вместе на веранде. Она устроилась на качелях, потягивая сладкий чай и делая вид, что ей спокойно, пока агент залпом пил кофе в кресле Фионы и засыпал её вопросами. Он хотел знать всё: её распорядок дня, отношения, чем она занимается утром и вечером, — и записывал каждое её слово в блокнот, чтобы позже использовать против неё же.

Впрочем, это не принесло бы ему никакой пользы — у «девушки с кладбища» не было ничего компрометирующего. Её ночная жизнь состояла из объятий с Ролексом и перечитывания любимых любовных романов о военных с тайнами и воинах с многовековой враждой. Иногда она примеряла шляпы, купленные в секонд-хенде или у мастеров на Etsy[5]. В другое время она работала над своим последним проектом по вязанию с Фионой.

Вскоре прибыл седан с новыми агентами, а через несколько минут подъехал огромный грузовик с надписью на бортах: «Бюро расследований убийств штата Джорджия», из которого вышли ещё трое сотрудников. А следом на территорию въехал белый фургон коронера[6].

Её изумительная лужайка! Джейн глотала воздух, сдерживая подступающие рыдания. Люди с громоздкой техникой сновали туда-сюда. Ноги в сапогах топтали всё вокруг. Почему она не организовала своё рабочее место в главном офисе, у входа на территорию?

«Кто-то умер, Джейн».

Какой бы ущерб ни был нанесён её маленькому раю на Земле, его можно было исправить. Но как же ей хотелось быть там, на месте, координировать движение. Никто не знал местность лучше неё.

По крайней мере, никто из вновь прибывших не осмелился подойти к дому с вопросами. Специальный агент Барроу, собрав стопку карт, предоставленных Джейн, извинился и направился совещаться с коллегами. Нужно будет не забыть заказать дополнительные карты в типографии, что станет дополнительной нагрузкой на её и без того ограниченный бюджет.

Когда последний агент ушёл, специальный агент Барроу остался на подъездной дорожке, расхаживая взад и вперёд. Ожидал прибытие новых агентов?

По затылку Джейн пробежал холодок тревоги. Пришло время отвлечься.

— Хотите ещё кофе? — обратилась она к агенту.

— Нет, спасибо, — ответил тот, ускорив шаг.

Джейн навострила уши, когда шины заскрипели по гравию. Ага, приближались новые гости. Прикрыв глаза от солнца, она вгляделась в даль подъездной дорожки. Ярко-красный кабриолет — Фиона!

Спецагент Барроу напрягся, а Джейн поспешила встать у перил.

«Почти» пожилая женщина припарковалась рядом с машиной Джейн, по совпадению оказавшейся катафалком. Во-первых, автомобиль достался ей вместе с бизнесом. Во-вторых, Попс, будучи механиком по натуре, сам перебрал двигатель, из-за чего она не хотела расставаться с этой машиной. Ни за что. В-третьих, это был Кадиллак — «лучший из когда-либо созданных автомобилей», по словам бабушки Лили и Фионы.

Ошеломлённая, Фиона тихонько вышла из машины, уставившись на вереницу автомобилей, а затем направилась к крыльцу. Самая удивительная женщина на свете была миниатюрной, фигуристой, темнокожей и с короткой стрижкой из чёрных кудряшек. Единственные следы времени, украшавшие её лицо, были заработаны любовью и смехом.

— Джейн Лэдлинг, объясни мне немедленно, что здесь происходит? И ещё объясни, почему я не получила звонка сразу, как только началась вся эта каша? Чем бы это ни было. Ты в порядке? Не ранена? У тебя проблемы?

— Я в порядке, честное слово.

А вот проблемы, похоже, были…

— Мэм, — произнёс специальный агент Барроу в знак приветствия, одновременно протягивая руку, чтобы остановить Фиону, — сейчас не лучшее время для визита. Приходите вечером.

— Она со мной, — заявила Джейн, готовая спуститься туда и разобраться, если понадобится. — Она — моя семья.

Специальный агент Барроу помедлил, прежде чем коротко кивнуть. Фиона фыркнула, проходя мимо него.

— Присаживайся, — сдерживая улыбку, предложила Джейн и поцеловала подругу в щёку. — Я принесу тебе чай и расскажу обо всём, что произошло.

— Да, безусловно, ты мне всё расскажешь, — за упрекающим тоном Фионы скрывалось беспокойство. — Тебе следовало сразу же сообщить мне о неприятностях, которые у тебя возникли.

— В следующий раз так и сделаю, обещаю.

«В следующий раз?» — поморщилась Джейн и поспешила на кухню.

Кондиционер был настроен на десять градусов выше возраста её подруги — невообразимые 72 градуса[7], — но её влажное, разгорячённое тело отреагировало так, будто она попала в арктический холод, и её неконтролируемо затрясло. Как можно быстрее она достала из шкафа любимый бокал Фионы на двенадцать унций[8], налила персиковый шнапс до середины и добавила две порции сладкого чая — фирменный напиток её подруги.

Утомлённый дневной суетой, Ролекс оставил свой пост наблюдения и теперь мирно спал на столе, свернувшись клубком в центре композиции — пустой миске.

По возвращении на веранду её встретило знойное дуновение, заставив скучать по прохладе. Джейн присела на качели слева от подруги, которая уже заняла своё кресло-качалку. На Фионе был привычный наряд: пёстрая блузка, широкие брюки и массивное ожерелье.

— Рассказывай всё, солнышко. Ничего не утаивай. — От этого ласкового обращения у Джейн всякий раз щемило в груди: то же самое слово использовала бабушка Лили.

Бывшая учительница, непревзойдённая сплетница — извините, «собирательница информации» — любила повторять: «Если вы в чём-то некомпетентны, за вас это сделает кто-то другой».

Джейн изложила обстоятельства, утаив лишь две незначительные детали: внешность специального агента Райана и её реакцию на него, — которые никак не влияли на ситуацию и, по сути, не имели отношения к делу.

Глаза её подруги округлились от удивления:

— Говоришь, умерший — блондин? Что ж, смажьте меня маслом и назовите булочкой, я распутаю это убийство прямо сейчас! Сегодня утром Тиффани Хотчкинс, жена доктора Хотчкинса — ты же её знаешь? Примерно твоего возраста, кажется, лет двадцати шести, может быть, двадцати семи. В общем, она написала в «Хедлайнер», спросив, видел ли кто-нибудь её мужа или слышал что-нибудь о нём.

Жители города пользовались приложением «Aндроид Хедлайнер», также известным как «Хедлайнер» или просто «Хедс ап», обмениваясь кулинарными рецептами и обсуждая различные события в жизни каждого из них: браки, разводы, общественные мероприятия, скандалы, домыслы о секретном ингредиенте знаменитых черничных блинчиков кого-то из горожан…

Ну да, возможно, Джейн была единственной, кто когда-либо писал о последнем пункте, и что с того? Самая востребованная рубрика называлась «Поиск свиданий».

— Если этого недостаточно, чтобы разжечь твоё любопытство, — продолжила Фиона, — Сэнди Уитакер тоже написала. У неё была запись к доктору Гарсии рано утром. Ты ведь тоже к нему ходишь, верно? Она сказала, что приёмная была набита до отказа, а бедный доктор Гарсия метался из кабинета в кабинет, обслуживая и своих, и пациентов доктора Хотчкинса.

Некоторые пациенты доктора Хотчкинса, также известного как «горячий доктор», порой выдумывали различные недуги, чтобы попасть к нему на приём. Джейн покопалась в своей памяти и вспомнила его внешность: возраст ближе к пятидесяти, чуть выше шести футов[9] ростом, худощавый, с пышной копной светлых волос. Они с доктором Гарсией управляли местной клиникой.

Мысли метались в голове девушки. Теперь, когда она задумалась, Маркус Хотчкинс, казалось, соответствовал описанию жертвы — по крайней мере, вид со спины подходил.

Джейн никогда не общалась с этим человеком лично, лишь пару раз, при посещении доктора Гарсии, мельком видела копну его светлых волнистых волос. Он переехал сюда всего несколько лет назад, а вот с его женой она была знакома. Они учились в одном классе в старшей школе, правда, вращались в разных кругах: Тиффани происходила из одной из богатейших семей города, была капитаном группы поддержки и всеобщей любимицей, в то время как Джейн занимала должность президента книжного клуба и игнорировалась большинством.

— Я никогда не испытывала симпатии к доктору Хотчкинсу, — продолжала Фиона. Выражение её лица изменилось, словно она уловила запах чего-то гнилого. — Я не раз замечала, как он откровенно пялится на мою задницу, уж спасибо большое!

— Разве не все мужчины так делают?

— Ты права, солнышко, — Фиона взбила волосы, — но доктор… У него явно взгляд бабника. Держу пари, он связался с той, с кем не следовало, и ревнивый муж или бойфренд решил его прикончить.

Эта теория заинтриговала Джейн, полностью завладев её вниманием. Почему кто-то убил уважаемого доктора? Если, конечно, покойный и правда был доктором Хотчкинсом. Её скудные знания о нём основывались на слухах, и мнения расходились: хороший человек, но и неприятный; обаятельный и отталкивающий одновременно. Она вспомнила, какой переполох поднялся, когда он женился на Тиффани и переехал в её родовое поместье — особняк на вершине холма, с которого открывался вид на весь город.

Бросив взгляд на специального агента Барроу, который всё ещё расхаживал по подъездной дорожке, Джейн наклонилась ближе к подруге и прошептала:

— Стоит ли рассказать агентам о наших подозрениях?

Фиона сморщила нос, словно говоря: «Этим дилетантам?»

— Нам известно больше, чем им. Они только добавят наши имена в список подозреваемых. Нет, спасибо.

«Слишком поздно», — подумала Джейн и прошептала:

— Думаю, я уже возглавляю этот список.

— Что? — выдохнула Фиона. — О нет, нет, нет. Нет! Это неприемлемо. Мы докажем твою невиновность этим глупцам.

Внутри зародилось и расцвело воодушевление. Да! Джейн совершенно точно могла доказать свою непричастность. Что, в сущности, не должно было составить труда, учитывая, что она действительно была невиновна.

— Я знаю, с чего начать. Прошу прощения, отлучусь на минутку.

Почти теряя голову от радости, Джейн бросилась в дом, чтобы разыскать блокнот, подобный тем, что были у шерифа Мура и агентов. Она тоже могла фиксировать ход своего расследования.

Лучше перестраховаться, чем потом жалеть.

Она вернулась на качели рядом с Фионой, чтобы записать свои мысли и выводы.

— Ну? — нетерпеливо спросила Фиона. — С чего начнём?

— С блокнота, — Джейн махнула блокнотом в сторону подруги. — А с чего же ещё? Я назову это «По правде говоря».

— О, господи. Говорят, не стоит презирать малые начинания, но, девочка, это, возможно, самое скромное начало из всех. — Её подруга пошевелилась, звякнув кубиками льда в бокале. — Чисто из любопытства и без всяких задних мыслей, шериф Мур случайно не спрашивал обо мне, когда приехал? Нет, не говори мне. Я ещё не готова знать. Не о нём. Хотя, вероятно, не помешало бы узнать, как у него дела на месте убийства. Нет, забудь! Я не хожу к мужчинам; мужчины приходят ко мне. К тому же я бы предпочла услышать о тебе и о том, почему ты не позвонила мне в ту же секунду, как наткнулась на неприятности.

Джейн сдержала улыбку.

— Я ждала, пока у меня будет больше информации. Я знала, что у тебя будут вопросы, и хотела быть в состоянии ответить на как можно большее количество из них.

Фиона отпила из бокала и проговорила:

— Пожалуй, это не самое худшее оправдание, но и не самое лучшее.

На её лице начала расплываться улыбка, когда Джейн краем глаза заметила приближение специального агента Райана. Она задержала дыхание и выпрямилась. Сердце заколотилось с удвоенной — нет, с утроенной! — силой.

В какой-то момент, осматривая место происшествия, он засучил рукава, обнажив сильные предплечья, покрытые татуировками и пятнами грязи. Он снял часы и солнцезащитные очки, а выражение его лица стало твёрдым, как гранит, — ой-ой, это не к добру.

Желудок скрутило, пульс подскочил. Что бы это значило?

— А это ещё кто? — промурлыкала Фиона так, чтобы слышала только Джейн, и тоже выпрямилась.

— Никто. Кое-кто. Другой агент, — ответила девушка. Её щёки вспыхнули сильнее прежнего.

— Мисс Лэдлинг, я хотел бы переговорить с вами, — сообщил он с обворожительной улыбкой. Наигранной? Хотя приглашение было исполнено с чарующим обаянием, в его словах безошибочно звучал приказ.

Холодок пробежал по её позвоночнику. Вернее, не холодок, а волна дрожи. Это предвещало не просто плохие события, а что-то ужасное.

— Мне нужен адвокат? — спросила она, нервно переплетая пальцы.

Агент Райан поднялся по ступенькам крыльца и остановился, прищурившись.

— Не знаю. Нужен?

Ладно, это был неверный ход. Джейн поднялась на ноги и разгладила складки на своём платье.

— Я не совершала преступления, следовательно, не должна отбывать наказание. Верно? Если, конечно, преступление вообще было? — Помимо несанкционированного вторжения и осквернения захоронения. — Может, доктор Хотчкинс оступился и упал, или что-то в этом роде?

Специальный агент Райан удивлённо моргнул.

— Как вы опознали жертву, если не видели его лица?

Во-первых, это стало подтверждением их догадки. Разве это не замечательно? Во-вторых, вот это поворот. Неужели она только что подтвердила его прежние подозрения?

— Мы… Я просто сопоставила факты. У трупа были кудрявые светлые волосы. Пропал доктор с такими же волосами. — Не было необходимости впутывать Фиону, если это не обязательно. — Есть только один светловолосый доктор, которого сейчас не могут найти.

— В маленьких городках всегда много сплетен, — пробормотал агент Райан. — Мы заберём оба тела, а также гроб.

— Вы уже сняли отпечатки пальцев? Неважно. Можете не отвечать. Я понимаю. Прежде чем вы спросите, я никогда не разговаривала с горяч… доктором Хотчкинсом, — поправила она себя. — То есть, я видела его пару раз, когда навещала доктора Гарсию. И я знаю его жену. Но, кроме этого, у меня нет никакой связи с ним.

«Ладно, теперь можешь заткнуться».

— Полезная информация, — заметил агент, доставая блокнот, чтобы сделать пометку. — Мы собираемся уезжать, но я хотел бы кое-что обсудить с вами перед уходом. — Он перевёл взгляд на Фиону и протянул ей руку. — Я специальный агент Райан. Буду признателен, если вы оставите нас на минутку.

Ой, было бы кстати представить их.

— Простите. Специальный агент Райан, это Фиона Лоуренс, моя лучшая подруга.

Фиона взглянула на них обоих, улыбаясь с чистым, неподдельным расчётом.

— Вы не женаты, молодой человек? Я не вижу обручального кольца. Может быть, у вас есть кто-то особенный?

Его лицо осталось непроницаемым.

— Вы были в доме сегодня утром, мэм?

— Нет. Давайте уйдём от этой жары, и я расскажу вам, чем занималась. Даже приготовлю на скорую руку свои знаменитые черничные блинчики. И в какой-то момент объясню, почему невежливо игнорировать вопрос пожилой женщины. Хотя я уже догадалась об ответе. Вы совершенно одиноки.

Агент склонил голову набок. Медленно, словно обдумывая сразу тысячу ответов.

— Что заставляет вас так думать?

— Глаза, — ответила Фиона. — Глаза всегда выдают.

— Спасибо за совет.

Он перевёл взгляд на Джейн, и её щёки вспыхнули.

Отбросив очевидную попытку сватовства Фионы, которая была обычным делом, те черничные блинчики были просто божественны, с секретным ингредиентом, который никто не мог разгадать. Джейн подозревала, что это наркотик: ни одно блюдо в истории еды не было вкуснее этих блинчиков, без преувеличения, — и она легко пошла бы на преступление, чтобы украсть целую стопку. Но вот в чём была загвоздка: Фиона готовила это угощение только по трём причинам, и, в зависимости от её интересов, причины всегда менялись.

— Да, — невпопад сказала Джейн, — он хочет те блинчики. Пожалуйста, соглашайтесь.

«Пожалуйста».

Если бы в нём была хоть капля человечности, он бы согласился.

— Прошу прощения, но у меня нет времени, — ответил агент Райан. — Сегодня мне нужно быть во многих других местах.

Его внезапный пыл быстро остыл.

— Болван, — пробормотала она и только потом осознала, что сказала это вслух. Её щеки, казалось, вот-вот вспыхнут. К счастью, он, похоже, не расслышал и не заметил её смущения.

С другой стороны, Фиона нахмурилась, глядя на него, словно разочаровалась в его характере, жизненном выборе и даже в его следующем вздохе.

— Эм, вы упомянули, что хотели бы что-то обсудить со мной? — спросила агента Джейн.

— Да. Мне нужен список имён. Всех, кто похоронен в «Осенней роще», и тех, кто посещал их за последний месяц.

— Вы вообще бывали на кладбище? Мы открываем ворота, и люди заходят. Если кто-то не может найти могилу близкого, я подсказываю дорогу, но на этом моё общение с посетителями кладбища заканчивается.

Агент сделал пометку в своём блокноте.

— То есть, кто угодно может разгуливать здесь без присмотра, в любое время? — спросил он с лёгким упрёком в голосе.

— Ну, да. В каком-то смысле. Люди навещают своих близких, чтобы поразмыслить о прошлом, когда возникает желание, когда позволяет время, и по множеству других причин. Это ведь кладбище, а не банк, готовый к ограблению.

Ещё одна запись. И ещё одна очаровательная, но бездушная улыбка.

— Я возьму все имеющиеся у вас записи.

Что его беспокоило?

— Да, конечно. Я уже подготовила папку. Мы с удовольствием передадим её вам, вместе со всем остальным, что вам нужно. Или хочется.

Нет. Ей не нужно было добавлять это.

— Я скопирую папку, — предложила Фиона, неуклюже поднимаясь на ноги. Она научилась этому делу бок о бок с бабушкой Лили и даже помогала обучать Джейн. — Ты пока поболтай с милым агентом, солнышко. Это вполне прилично, поскольку вы оба очень одиноки. Верно, специальный агент Райан? Я угадала или мне нужно остаться и присмотреть за вами?

Он поджал губы, но ответил:

— В этом нет необходимости, мэм.

— Ну вот. Видите, как легко быть вежливым? — подмигнув, Фиона прошествовала в дом.

«О, Господи, спаси меня, — взмолилась про себя Джейн. — Этот позор никогда не закончится».

Специальный агент Райан провёл рукой по губам, словно стирая ухмылку.

В отличие от Джейн, Фиона не верила в проклятие. Много лет она пыталась устроить личную жизнь овдовевшей Лили. Когда подруга умерла, Фиона переключила своё внимание на её внучку. Но Джейн это не интересовало. Зачем начинать отношения с заранее обречённым, предопределённым концом?

Агент сменил блокнот на карту кладбища.

— Существуют ли какие-нибудь не отмеченные на карте входы в Осеннюю рощу?

— Да, есть, — ответила Джейн, кивнув, — но мне нужно показать… показать вам лично. Что я с радостью сделаю. Позвольте мне взять шляпу. — Резкий полуденный свет сменил мягкое утреннее солнце, а Джейн легко обгорала. — Я скоро вернусь. Не уходите без меня!

Она выпорхнула из-под его подавляющего обаяния и скрылась за москитной сеткой двери, где снова ждал Ролекс. Идеальный кот не упустил шанса зашипеть на специального агента Райана.

Джейн направилась прямиком в ванную и плеснула прохладной воды на щёки. Этот румянец был от жары Джорджии, а не из-за симпатичного служителя закона. Она собрала свои тёмные волосы в небрежный пучок, чтобы охладить шею, а затем немного задержалась, выбирая лучшую шляпу, подходящую к её платью и защищающую от вредных ультрафиолетовых лучей — сложное решение.

Наконец, Джейн остановила свой выбор на очаровательной шляпке от солнца с фиолетовой лентой. Зачесав чёлку, она зафиксировала шляпу на голове, но увидев своё отражение, скривилась. Хм. В интернете головной убор выглядел восхитительно, но не совсем соответствовал её чертам лица, как она надеялась. Ну да ладно. Защита была защитой, а очарование — очарованием.

Пожав плечами, Джейн вернулась, притормозив у двери, чтобы поговорить с Ролексом:

— Веди себя прилично, молодой человек.

Но тот проигнорировал её и зарычал на агента. Да, кошки рычат. В первый раз, когда он это сделал, она испугалась, что за ним в дом проскочила огромная собака, полная решимости полакомиться.

— Сними шляпу, — крикнула Фиона из дверного проёма офиса.

У её подруги было предвзятое отношение к головным уборам, и Джейн не понимала, почему. Она притворилась, что не услышала, и вышла на улицу.

Специальный агент Райан снова наклонил голову набок, приняв интересную позу.

— Милая, э-э, шляпа.

— Спасибо, — ответила она. Ну разве не прелесть? Она проворно сбежала вниз по ступенькам, чтобы пойти впереди. — Сюда.

Взмахнув рукой в сторону дома, на случай, если Ролекс или Фиона наблюдали за ней, Джейн направилась к мощёной дорожке, а специальный агент пошёл рядом.

— Итак, «Сад Памяти» состоит из шести не похожих друг на друга зон, а также мавзолея, — начала она свою обычную презентацию. — «Осенняя роща» — старейшая часть, она расположена в самом центре. К ней легко добраться из любой другой зоны. — Она на мгновение задумалась и продолжила: — Более умный убийца выбрал бы могилу на краю кладбища, чтобы быстрее и проще сбежать, на случай, если станет опасно.

— Не когда он искал что-то конкретное, — сделал пометку на карте Райан.

О! Неужели преступник выбрал участок № 39 не случайно? Может быть, это сама Ронда Бургунди?

— Зоны имеют следующие названия: «Эдемская долина», «Благодатная зелень», «Крыло ангела», «Роза умиротворения» и «Райский уголок Лэдлинг». Ах да, и «Мавзолей». Каждая из этих территорий отделена живой изгородью и связана с остальными мощёными тропами. Со всеми, кроме «Райского уголка». Это мой семейный участок. По большей части он изолирован от других, — поведала Джейн, указывая на карте, и её сердце болезненно сжалось при мысли об упокоившейся бабушке Лили. Джейн навещала её каждое третье воскресенье месяца. Это был их особенный день.

— Насколько велика территория?

— На сегодня это семьдесят пять акров. Постепенно разные поколения Лэдлингов добавляли земли.

— В одиночку не справиться с такой огромной территорией! — в его голосе звучало восхищение. — Есть ли ещё сотрудники?

— В этом нет необходимости. По мере того, как Аврелиан-Хиллз превращался в оживлённую туристическую достопримечательность и центр для кладоискателей, наша территория оказалась окружена со всех сторон. С севера — частные владения. С юга — интерактивный горнодобывающий лагерь. С востока — озеро, а с запада — земли под коммерческую застройку. Мы официально закрыты для новых захоронений. Теперь они производятся на… — она сжала челюсти, — …на кладбище «Аврелиан-Хиллз» на другом конце города.

Уголок его рта дёрнулся.

— Вижу, вы не фанатка кладбища «Аврелиан-Хиллз»?

Почудился ли ей намёк на смех в его голосе?

Они обогнули зону отдыха — «Центр размышлений» — со скамейками под тенью великолепных глициний, окружённых цветущими гардениями.

— Много ли у вас здесь посетителей? — спросил он, возвращаясь к делу.

— Примерно раз в неделю кто-нибудь приходит. Иногда дважды. Раз в месяц я провожу полуночную экскурсию по территории, хотя посещаемость невелика.

— Полуночные экскурсии, но никаких камер. — Его тон снова стал жёстче. — Какие меры безопасности приняты?

Ох. Его неодобрение ранило острее ножа.

— У меня установлены ворота при въезде и кирпичная стена по всему периметру участка. Прежде чем вы спросите, я открываю ворота с восходом солнца и закрываю на закате. Время работы зависит от сезона.

Они завернули за угол.

— Вы закрываете их? — спросил он, и неодобрение усилилось. — Вручную? Почему?

Главной причиной была экономия.

— Традиция. — И это тоже было правдой. — Моя бабушка никогда бы не простила мне установку электрических ворот.

— Она на пенсии?

Джейн приложила руку к ноющему сердцу.

— Нет, её не стало три года назад. Тогда я официально взяла всё в свои руки.

На самом деле, она вступила в должность годом раньше, когда здоровье бабушки Лили стало ухудшаться.

— Соболезную вашей утрате.

— Спасибо. Я очень скучаю по ней, но, по крайней мере, часто навещаю её. Мы, кстати, пили чай на прошлой неделе, — с грустью сообщила Джейн и перешла к делу: — Как бы то ни было, я выросла здесь. Эта земля и её обитатели знакомы мне лучше, чем жители города.

— Понимаю, — проговорил Райан, демонстрируя новую эмоцию — сопереживание. — Деревья и памятники никогда не подводят, а мёртвые никуда не уходят. — Затем он откашлялся, словно ему было неловко, и, когда они достигли конца мощёной дорожки и начала гравийной подъездной дороги, остановился и указал рукой на здание перед ними: — Что это? Его нет на карте.

Впереди виднелся холм, на вершине которого стоял одноэтажный коттедж в викторианском стиле, белый фасад которого пожелтел от времени, а дерево нуждалось в серьёзном ремонте. Плющ оплетал одну сторону дома и перекинулся на крышу.

— В каком-то смысле, это официальный офис и именно то, что я хотела вам показать. Я убрала его с карты, потому что никогда там не бываю. Но оригинальная мощёная дорожка начинается от крыльца и ведёт к «Осенней роще». Ночью это самый лёгкий маршрут, с наименьшим количеством поворотов и скунсов.

Агент сделал пометку в своём блокноте.

— Почему вы не пользуетесь этим зданием?

— О, там обитают привидения.

Райан споткнулся, и она рассмеялась.

— Шучу. Просто шучу, — успокоила его Джейн, и он шумно выдохнул. — Мне просто удобнее работать из дома. — Воспоминания о работе с её бабушкой и дедушкой всплыли в памяти девушки. — К тому же это здание не рассыплется в прах прямо сейчас.

— Ясно. — Агент спрятал блокнот в карман. — Если вы не против, я бы хотел осмотреться.

— Конечно. Идёмте. — Она шагнула вперёд, но остановилась, когда он снова оказался перед ней, преградив ей путь. — Да? Могу ли я вам помочь? — спросила она, чувствуя, как участилось сердцебиение. Как ему удавалось быть похожим на каждого героя любовных романов, что она когда-либо читала? Даже на персонажей паранормальных историй. — Что-то ещё вас беспокоит, агент?

— Пожалуйста, зовите меня Конрад, — предложил он, и по какой-то причине Джейн покраснела.

Осознание того, что она покраснела, заставило её покраснеть ещё сильнее. Вот же! Слава богу, что на ней была шляпа: в тени её нелепая реакция выглядела как обычная вежливость.

Стоп, стоп, стоп. Он только что сказал, что его зовут Конрад? Джейн сглотнула. Мужчина, от которого у неё текли слюнки, и имя которого начиналось на букву «К», был её личным криптонитом[10].

Им суждено было встретиться и расстаться, да?

— Я Джейн. То есть, вы уже знаете моё имя. Но можете смело его использовать. Все так делают. Пару раз меня называли «птичка Джей»… — Она снова несла чушь.

Конрад оторвал от неё взгляд, и, оглядевшись по сторонам, произнёс:

— Шериф Мур упомянул, что вы живёте здесь совсем одна.

Он спрашивал шерифа о ней? Ну, разумеется, спрашивал.

«Подозреваемая номер один, забыла?»

— Формально я не одна. У меня есть Ролекс.

— И он пугает, но это не настоящая защита. — Привлекательный агент помассировал шею, явно чувствуя себя неловко. Он утратил и свою суровость, и внешнюю ауру обаяния. — Мне было бы спокойнее, если бы вы были в большей безопасности.

Ей бы тоже этого хотелось.

— Я подумаю о том, чтобы нанять кого-нибудь, обещаю.

Это называлось «глазеть на витрины», и она часто так делала в качестве смотрителя. Но «прицениваться» вовсе не подразумевало «купить что-то».

Когда Джейн попыталась обойти Конрада, тот последовал за ней, преградив путь.

— Простите, Джейн, но я хотел бы осмотреть собственность в одиночестве. — Он полез в карман пиджака и протянул ей визитную карточку. — Если случится что-то новое или кто-то напугает вас, позвоните мне. Также вам придётся держаться подальше от места преступления. Мы его оцепили. Не пересекайте нашу ленту. Я свяжусь с вами, если у меня возникнут ещё какие-либо вопросы.

Он ушёл, не дожидаясь ответа. Очевидно, её отвергли.

Джейн прижала язык к нёбу и покачала головой. Вот почему она считала мёртвых лучшими друзьями, чем живых.

— О, и ещё кое-что, мисс Лэдлинг, — специальный агент (Конрад) замедлил шаг, оглянулся через плечо и поправил солнцезащитные очки, — не покидайте город.