Тайна надгробия

Глава 5

— Мужчина — как хорошее вино, с возрастом становится только лучше, — заметила Фиона, сидя в кресле-качалке перед незажжённым камином и продолжая вязать.

Джейн улыбнулась, продевая нить пряжи в первую петлю нового ряда. Последние полчаса она провела рядом с подругой, тоже занимаясь вязанием. Они болтали о старых временах и смеялись. Затем без предупреждения появился шериф Мур, чтобы охранять (возможное) орудие убийства до прибытия агента Конрада. С тех пор Фиона почти ни о чём другом не говорила.

Обычно такое случалось, но в этот раз всё было иначе, потому что Джейн поймала себя на том, что делала то же самое — думала о Конраде.

При мысли о новой встрече с этим особенным агентом в её груди разлилось тепло.

Испытывал ли он хотя бы половину такого же нетерпения увидеть её? Или треть? Или даже самую малость?

Продевая нить в петли следующего ряда, она украдкой посмотрела на диван. Как отреагирует Ролекс? Её драгоценный котик устроился на верхней подушке позади Бо, царапая его всякий раз, когда тот откидывался назад. А он делал это часто. Он полулежал, установив ноутбук на подушке, и осматривал соединения камеры. Его лицо оставалось непроницаемым, но от него исходило напряжение.

Если у него не было девушки, то не помешало бы найти кого-то, кто помогал бы ему расслабиться. Пусть Джейн не могла насладиться собственным счастливым концом, она искренне верила, что другие люди должны испытать это.

— Кстати о хорошем вине, — объявила она. — У тебя есть девушка, Бо?

Почему бы не начать разговор? Если Фиона надеялась их свести, правда должна была всплыть наружу. Они с Бо могли бы посмеяться и двигаться дальше. Затем Джейн могла бы взять на себя роль свахи для него. Эта мысль взволновала её. Ещё одно приключение! Наконец-то она поняла, что привлекало Фиону в этом.

Какие качества он искал в девушке? А кого хотел Конрад? Уверенную в себе? Амбициозную? Роковую женщину? Эксцентричную? Склонную к многословию? Коллекционирующую шляпы?

— Девушки нет, — ответил Бо, взглянув на неё так, словно говоря: «Я знаю, что ты делаешь».

— Но у тебя были отношения? Долгосрочные? Или, может быть, не одни?

— Да. Одни долгосрочные. И я не хочу других. Отношения мне не подходят.

Джейн поджала губы — поймали с поличным! Она оглянулась на Фиону, ища поддержки. Гений по выпечке блинов поспешила сдержать смешок и опустила взгляд на своё вязание. Перевод: «Сама веди этот допрос».

Очень хорошо. Так она и поступит!

— Предположим, что отношения — это именно то, что тебе нужно. Опиши свою идеальную девушку, — обратилась она к Бо. — Что ты ищешь в спутнице жизни?

— Ничего не ищу.

— Почему же?

Любопытство брало верх, но Джейн было всё равно. Как ещё она могла узнать то, что хотела? Фиона удивлённо уставилась на неё, словно спрашивая, кто она такая и когда успела стать такой дерзкой?

— Я не собираюсь обсуждать это с тобой, — проворчал Бо.

Какая жалость, так грустно.

— Ну, знаешь что? А я собираюсь. Что, если мы будем вместе ходить на онлайн-свидания? Мы сможем выбирать друг другу кандидатов. — Небольшая жертва с её стороны ради достижения желаемой цели — счастья Бо. — Нам стоит хотя бы скачать одно и то же приложение и делиться впечатлениями. — Это была не самая худшая идея, приходившая ей в голову.

Немного свиданий пошло бы на пользу и Джейн. Поскольку её сердце было заперто в гробу и похоронено слишком глубоко, чтобы его найти, ей не пришлось бы беспокоиться о сердечных ранах. Она могла бы знакомиться с новыми людьми, смеяться, возможно, и, наконец, перестала бы думать о спецагенте Конраде Райане и его безумном влиянии на неё.

— Если я захочу пойти на свидание, я сам себе его устрою, — отрезал Бо. Его тон не допускал возражений: «Затронешь эту тему ещё раз, и я уйду».

— Ну и ладно. — Джейн знала, когда нужно было отступить. — Тогда поищу себе пару сама. — Она отложила вязание, чтобы воспользоваться поиском в телефоне, и чтобы немного поддразнить Бо. — Это приложение выглядит многообещающе — «Влюблённость с первого взгляда».

Его напряжение усилилось, когда он поднял взгляд, сосредоточившись на ней.

— Я скачаю приложение для знакомств вместе с тобой, но не это. Выбирать буду я.

— Договорились, — воскликнула Джейн, пока Бо не передумал. Она убрала телефон и размотала ещё больше пряжи — проклятье! Она случайно всё запутала. — Тьфу ты! Почему это вечно случается со мной?

Фиона цокнула языком.

— Помни, чему я тебя учила. Пряже нужна лишь достаточная свобода, чтобы комфортно работать. Иначе она станет…

— Запутанным клубком, — закончила Джейн со вздохом.

— Именно, — подтвердила её подруга, проворно и плавно вдевая нить в петли. — Не позволяй себе расстраиваться. Каков наш девиз вязальщиц?

— Что бы ни случилось, всё в порядке. Вяжется, как вяжется. — Джейн вытянула спицу из узла и рассмеялась, потому что ничего другого не оставалось.

Услышав тихое ругательство, она перевела взгляд на Бо. Он уронил ноутбук и бросился поднимать его с пола. Его дыхание участилось, а щёки покраснели.

— Ты в порядке? — спросила Джейн с беспокойством.

Она попросила его остаться поговорить с Конрадом, но что, если бедняга заболевает? По городу ходил какой-то вирус.

— Я… в порядке, — ответил Бо, бросив на неё мимолётный взгляд и тут же отведя обратно, к экрану ноутбука. — Компьютер тоже. Ничего не сломалось. Буду внимательнее.

Да, но что стало причиной падения?

Фиона похлопала её по руке и прошептала:

— Этому мальчику не хватает радости в жизни.

Джейн была с ней согласна, но для начала нужно было заставить его улыбнуться. Она скучала по тому застенчивому, но милому мальчику, каким он был раньше. По другу, о котором всегда мечтала. Как он жил все эти годы их разлуки?

Хруст гравия привлёк её внимание. Мельком взглянув в окно, она увидела тёмный седан, который узнала бы где угодно, — прибыл специальный агент Конрад Райан.

Её пульс участился, когда он вышел из машины и убрал солнцезащитные очки в карман. Сегодня на нём не было костюма. Вместо него он надел простую футболку и джинсы. Повседневная одежда смотрелась на нём хорошо. Очень хорошо. Его тёмные волосы казались растрёпанными ветром, а черты лица — суровыми.

Джейн облизнула пересохшие губы и поспешила к входной двери, где остановилась, чтобы разгладить складки на платье. Почему, почему, почему он так её нервировал? Скорее всего, между ними никогда ничего не выйдет.

Бо встал и пробормотал:

— Если ты не против, я воспользуюсь твоей ванной, — и, не дожидаясь ответа, прошёл мимо неё в коридор. Почему он нервничал?

Сделав глубокий вдох, Джейн повернула ручку. Петли скрипнули, дверь открылась, и на ступеньках показался Конрад. Фонарь на крыльце осветил его серьёзное лицо.

— С возвращением, — с излишним напором проговорила она. «Это провал».

Стоило ли ей сразу показать ему предполагаемое орудие убийства или дождаться его инициативы? Какая шляпа подошла бы для момента «Та-да, вот ваша окровавленная монтировка»?

Конрад кивнул Джейн, входя в дом, и дурманящий аромат кедра и специй слегка вскружил ей голову. Но он тут же проигнорировал её.

— Добрый день, Фиона. Рад снова вас видеть.

Хм, а где словесное приветствие для Джейн?

Ролекс спрыгнул вниз и уселся у ног агента, глядя на него притворно обожающим взглядом. Конрад купился на это, как и все остальные, и наклонился, чтобы погладить его. Шипение. Удар лапой. Молниеносный побег.

На ладони агента выступила кровь. Два прокола над двумя зигзагообразными царапинами. Он посмотрел на рану и улыбнулся. Настоящей улыбкой. Веселье заискрилось в его тёмных глазах. Сердце Джейн забилось быстрее.

— Рад видеть и тебя, Ролекс, — крикнул он, и её сердце пропустило удар. Но где же приветствие для Джейн?

Фиона помахала спицами в сторону Конрада.

— Пытаетесь очаровать меня, чтобы я испекла свои черничные блинчики, молодой человек? Ох, бедняжка, ваша просьба отклонена по ряду причин, — фыркнула она и вернулась к работе. — Если только вы не попросите очень вежливо.

— Попросите, как следует, пожалуйста, Конрад. — выпалила Джейн и сложила руки домиком. — Всегда найдётся время для блинов.

— Прошу прощения, но я на работе.

Нееет! За что Вселенная так её ненавидела?

Фиона в очередной раз посмотрела на Конрада так, будто он её разочаровал. На этот раз он заметил.

Чтобы смягчить горечь отказа, он подмигнул пожилой женщине, и стоит заметить, подмигнул умело:

— Что мастерите?

— Их называют «забавными кроликами», — фыркнула Фиона, прежде чем показать ему безупречного белого кролика, созданного ею в рекордно короткие сроки. — Мы передаём их в разные детские благотворительные организации, в места, где помогают детям, потерявшим всё. Возможно, на какое-то время эта игрушка будет единственной у этих милых крошек.

Конрад вздрогнул, словно её слова задели его.

— Вы меняете чью-то детскую жизнь к лучшему. Это… здорово. — Его голос звучал искренне взволнованно, даже сдавленно и растроганно, чего Джейн не ожидала.

Она приоткрыла рот, чтобы что-то спросить, сама не зная что именно. Тысячи вопросов всплыли в голове, но как только он посмотрел на неё своими тёмными глазами, её разум опустел.

«Соображай! Когда прибывает гость, хороший хозяин предлагает… Давай же, ты знаешь это. Напитки! Точно».

— Хотите сладкого чаю, Конрад? Агент? Специальный агент Конрад.

— Нет, спасибо, Джейн. И можно просто Конрад, помните?

Его голос звучал ниже обычного, вызывая мурашки по её спине. Когда его веки тоже опустились, она сглотнула. Почему он так изменился? Что означал этот прищуренный взгляд? Почему она чувствовала слабость в ногах? Не зная, что ещё предпринять, Джейн вернулась в своё кресло-качалку.

— А вы что вяжете? — поинтересовался он у неё.

— Тоже кролика, — она постучала по своей игрушке кончиком спицы. — очевидно.

— О да, очевидно. Уши весьма… заметные. И цвета…

— Знаю! Я сомневалась, будут ли розовый, оранжевый и красный сочетаться вместе, но конечный результат просто потрясающий. — Джейн осмотрела своё очаровательное творение. Оно ещё не было закончено, но определённо, без сомнения, выглядело как кролик. Наверное. Вероятно. Возможно, как слон с двумя хоботами. — Я сделаю одного для вас. На память обо мне. Или просто потому, что это вежливо. Да, именно поэтому. Я вежливая.

Он покачал головой, уголки его губ едва заметно приподнялись в улыбке.

— Не хочу лишать ребёнка его единственной игрушки. Может, вы научите меня вязать, чтобы я мог внести свой вклад? — Его бицепсы напряглись, когда он скрестил руки на груди. — Итак, вы думаете, что нашли орудие убийства?

«Стоп-стоп-стоп, помедленнее. Он что, только что предложил встретиться в будущем? Дыши!»

— Мы с Бо нашли монтировку, когда гуляли по территории.

Он нахмурился, сведя брови к переносице.

— Бо — это ещё один питомец?

Скорее, личный проект.

— Бо — не питомец, он владелец агентства «Охрана Персикового штата». Друг, с которым мы давно не виделись, а теперь встретились. Мы учились вместе.

Солдат тут же вернулся из ванной, словно троекратное упоминание его имени призвало его. Он умывался — капельки воды застыли на его ресницах.

— Это я. Бо Харден.

Конрад перевёл взгляд с одного на другого.

— Вы остаётесь у Джейн?

— По её просьбе, — ответил Бо, кивнув. — И когда я нужен.

Мужчины встали друг напротив друга, словно оценивая противника, как это делают животные.

— Это великодушно с вашей стороны, — заметил Конрад.

— Разве нет? — Бо вздёрнул подбородок.

Слова были вежливыми, но в воздухе потрескивало напряжение. Ролекс почувствовал это первым и зашипел на тень.

Джейн взглянула на Фиону, надеясь получить подсказку о том, что происходит между мужчинами, но её подруга была слишком занята, стараясь не рассмеяться. Она, вероятно, думала, что эти двое спорят из-за Джейн, что отчасти казалось логичным, но в целом совершенно не имело смысла. Бо даже не улыбался ей больше, а Конрад иногда подозревал её в убийстве. Хотя спецагент временами бросал на неё испепеляющие взгляды.

Её пульс участился. «Соберись! Пора вмешаться и взять разговор на себя».

Немного нервничая, но полная решимости, Джейн резко вскочила на ноги и встала между мужчинами.

— Как я уже сказала, Бо был со мной, когда я заметила монтировку. Я попросила его остаться на случай, если вам понадобится его показание.

Конрад записал адрес оппонента в свой блокнот и натянуто улыбнулся:

— На данный момент показания не требуются, мистер Харден. Вы можете идти, если хотите.

Очень жаль.

— Прости, что отняла твоё время, Бо. Пожалуйста, добавь каждую секунду к моему счёту.

— Без проблем. — Бо собрал свои вещи и покинул дом.

Её решимость найти ему девушку вернулась с новой силой. Операция под кодовым названием: «Заставь его улыбнуться». Он помогал ей, значит, и она должна была помочь ему. Конрад встретился с ней взглядом и не отвёл его, его эмоции по-прежнему оставались скрытыми.

— Почему бы вам не отвести меня к орудию?

— Да, конечно. Минутку.

Он приподнял бровь в удивлении:

— Шляпа?

— Что я могу сказать? Я стильно забочусь о своей коже, — ответила Джейн и взбежала по лестнице.

— Только не фиолетовую и не чёрную! — крикнула вдогонку Фиона. — Чтобы не рисковать, не бери ни одну из них!

Джейн закатила глаза. У Фионы была сильная неприязнь к головным уборам. Итак, какую же выбрать? Однозначно, жёлтую. Чтобы подходила к её платью. Края шляпы были немного потрёпаны. Ну и что с того?

Вернувшись, она застала пустую гостиную. Даже Ролекс покинул корабль. Её гости, по крайней мере, переместились на крыльцо. Фиона и Конрад тихо переговаривались. Что же они могли обсуждать? Хотя выражение лица Конрада было суровым, что бы он ни сказал, это очаровало пожилую женщину. Фиона улыбнулась и прижала руку к груди.

— Я готова, — объявила Джейн, выйдя на улицу. Тёплый воздух окутал её, аромат магнолий был таким же чарующим, как и всегда.

Конрад взглянул в её сторону, ей показалось, что она заметила веселье в его глазах. Серьёзно, о чём они с Фионой говорили?

Он махнул рукой в сторону мощёной дорожки:

— Прошу, ведите за собой.

— Не забудьте мои слова, агент, — крикнула Фиона им вслед, когда они направились в самую гущу кладбища.

— Что она вам сказала? — спросила Джейн, как только они оказались вне зоны слышимости.

— Несколько вещей. Самое запоминающееся — угроза кастрировать меня, если я когда-нибудь буду к вам груб.

— Уф. — Она прижала руку к груди, точно так же, как это делала Фиона. — Какая она милая!

— Наимилейшая, — бесстрастно ответил Конрад, и Джейн хихикнула. — Она даже дала мне небольшой совет…

— И? — поторопила она, когда он замолчал.

— Туманные мысли — туманный исход, — закатил глаза агент.

— Что это значит? — нахмурилась Джейн. — Туманные мысли о чём?

— О том, чего я хочу. — Он что, бросил на неё многозначительный взгляд?

По её телу пробежали мурашки. Неужели Конрад испытывал к Джейн романтический интерес, несмотря на то, что её имя фигурировало в списке подозреваемых? Может, он даже ревновал её к Бо ранее?

Во рту у неё пересохло. Нервы внезапно взбунтовались, и она сменила тему разговора:

— К нам присоединятся другие следователи?

Может, ей стоило приготовить свежую порцию сладкого чая?

— Я решил сам осмотреться, прежде чем отправлять сюда группу.

Неужели Конрад думал, что Джейн ошиблась? Да, это её первое расследование убийства, и у неё не было никакой формальной или неформальной подготовки, но… она не могла вспомнить, почему это так её раздражало. Неважно.

— Что вам известно о знаках геральдической лилии, появившихся в городе? — спросила она.

— Расскажите мне больше о турах, которые вы проводите, — попросил Конрад, проигнорировав её вопрос.

Неужели он подозревал кого-то из посетителей? Или просто надеялся переключить её внимание?

— Вы хотите знать, какие виды экскурсий я провожу? Какие участки кладбища я освещаю? Список тех, кто посещал недавно?

— Всё.

Тогда он точно подозревал посетителя. Теперь и она подозревала. Всех до единого.

— Итак, — начала Джейн, откашлявшись, чтобы разогреть голос, и перешла в режим экскурсовода. — В 1829 году в горах Северной Джорджии нашли золото. Именно тогда мои предки перебрались сюда из Пенсильвании. Сайлас Лэдлинг был уверен, что найдёт своё богатство, промывая золото в журчащем ручье, что течёт между «Осенней рощей» и «Эдемской долиной». Но вместо этого он обнаружил…

— Джейн, — перебил Конрад, и уголки его губ дрогнули, — мне не нужна вся история кладбища.

Ох, какое разочарование. Проводить экскурсии было её стихией, моментом, когда она по-настоящему блистала.

— Я просто рассказываю вам то, что говорю всем остальным. Если убийца был среди посетителей, разве вы не должны услышать то, что слышал он или она — или они? Другими словами, я не пытаюсь учить вас, как вести расследование, но это похоже на «Криминалистику для начинающих».

С видом человека, сдерживающего смех, он кивнул.

— Вы правы. Пожалуйста, продолжайте.

Не теряя ни секунды, Джейн вернулась к рассказу:

— …беду. Сайлас нашёл очень много бед. Он уже собирался перевезти семью и двигаться дальше, но внезапно его судьба изменилась.

— Ему всё-таки удалось найти золото?

Она печально покачала головой.

— К сожалению, нет. Его удача стала ещё хуже. Его застрелили на дуэли. Как вы, вероятно, догадались, дуэли тогда были запрещены. Согласно легенде Лэдлингов, Сайлас стал первым, кого похоронили после пса Маффина, благодаря старшему сыну Сайласа. На самом деле считается, что первые двадцать три могилы занимают люди, погибшие из-за золота. Не знаю, заметили ли вы, но Аврелиан-Хиллз просто помешан на этом металле. Когда внук Сайласа управлял Садом, поползли слухи, что его отец спрятал золото в некоторых гробах.

— Не думаю, что это закончилось хорошо.

— Нет, — ответила Джейн, пожав плечами. — Всего за несколько недель мародёры разграбили все захоронения. Если находили золото, тут же воровали его. Сейчас в Музее золотой лихорадки представлены выдержки из дневников разных золотоискателей того времени. Я тоже предоставила несколько отрывков, доставшихся мне от одного из предков.

Ей бы только найти хоть немного золота — «Саду Памяти» сейчас очень пригодился бы приток денег.

Золото. Хм. Эта мысль не давала ей покоя. Что-то в этом было.

Она украдкой взглянула на Конрада, восхищаясь тем, как солнечный свет превратил его кожу в расплавленное золото.

— Чем вы здесь занимаетесь? — поинтересовался он. — Чем конкретно?

— Для начала, я унаследовала обязанности смотрителя от моей бабушки Лили.

— Что случилось с вашими родителями?

— Оба исчезли, — ответила Джейн, когда они повернули.

Обычно суровые черты его лица смягчились.

— Мне очень жаль. Я знаю, как больно терять близких. Мне было десять, когда я лишился своей семьи.

Волна сочувствия захлестнула её, в груди защемило.

— О, Конрад! Это, должно быть, было ужасно. — Это было за гранью её понимания. Он сказал «семьи», а не просто «родителей». Кого ещё он потерял? — Но, эм, я имела в виду, что ни один из них не живёт в Аврелиан-Хиллз. И даже в Джорджии, если на то пошло. Они познакомились и родили меня ещё в старшей школе. Мой отец уехал в Нью-Мексико вместо того, чтобы жениться на моей маме. Он никогда по-настоящему не был частью моей жизни. Мама, видимо, тоже не была готова к моему появлению, поэтому меня воспитывала бабушка Лили.

«Минуточку. Не слишком ли она откровенничает? Не стало ли всё слишком личным, слишком глубоким? Стоп. Сбавь обороты».

— Боль есть боль, — тихо произнёс Конрад.

Что ж, возможно, им стоило бы углубиться немного.

— Кто же в итоге воспитал вас?

— Система. — От него исходило напряжение. — А ваша мама сейчас не часть вашей жизни?

Джейн охватило непреодолимое желание обнять его.

— Она как бы есть и как бы нет. Когда мне было три, она переехала в Алабаму. Она взяла меня с собой и пыталась быть матерью, но у неё не получалось. В конце концов, она отправила меня к бабушке Лили на лето, и так я здесь и осталась. Сейчас у мамы новый муж, и она живёт в Техасе с моими двумя сводными сёстрами. Иногда звонит мне.

Джейн спокойно выдала эту информацию, делая вид, что ей всё равно. Полное отвержение со стороны обоих родителей служило ещё одним доказательством влияния проклятия: два человека, которые должны были любить её больше всего, всегда любили её меньше всего. Большую часть времени она даже убеждала себя, что всё сложилось наилучшим образом. Но иногда боль брала верх, и она задавалась вопросом: а что, если?

Что, если бы её отец стремился наладить отношения с ней? Что, если бы мама больше заботилась о благополучии своей маленькой дочери, а не о развлечениях?

— А ваш отец? — спросил Конрад.

— Он для меня скорее родитель, а не папа, — Джейн потёрла кончик носа, почувствовав странное покалывание. — У него другая семья, бывшая жена и трое взрослых сыновей. — Сводные братья, с которыми она виделась лишь однажды. Она выдавила улыбку. — И на этом история Джейн Лэдлинг заканчивается. Наверное, нам стоит сосредоточиться на деле. Вы же здесь для этого, а орудие находится за следующим поворотом.

Он кивнул, словно понял, что она открылась достаточно на сегодня и достигла своего предела. Они подошли к увитой цветами арке, ведущей к надгробию Маффина, где стоял шериф Мур, жестом приглашая их подойти.

Конрад поднял палец, прося подождать минуту, и остановился примерно в трёх метрах от Джейн.

Ей пришлось вытянуть шею, чтобы разглядеть его лицо из-под широких полей шляпы. Так много эмоций плескалось в его невероятных глазах, что невозможно было выделить одну.

— Благодарю за сопровождение, — кивнул агент, и все эти эмоции одна за другой угасли. Вскоре его выражение лица стало безразличным. — Встретимся у вашего дома, когда я закончу. — Он развернулся и направился к шерифу, оставив её позади.

Вот тебе и противоречивые сигналы. Вздохнув, Джейн поплелась домой. Чёрт возьми. Неужели вечер стал жарче? Когда луна превратилась в такое палящее светило?

Фиона не покинула веранду. Пожилая женщина стояла у перил и погрозила Джейн пальцем, когда та приблизилась.

— Ты влипла, солнышко.

— Я? — Она указала большим пальцем на себя, чтобы убедиться.

— Ты дразнишь палкой медведя в клетке, а он может оказаться кусачим, если ты понимаешь, о чём я.

— Нет, я не понимаю, о чём ты.

Какой медведь? Какая клетка?

— Я не жалуюсь, заметь. Будет крайне интересно наблюдать за тем, как он выбьет эти прутья. А он их выбьет, не сомневайся. Это лишь вопрос времени. Но тебе стоит быть настороже. У меня такое чувство, что именно у тебя будут раны. Шрамы неизбежны.

Джейн пронзило дурное предчувствие. Но предчувствие — отличный лжец, страх, завёрнутый в красивую обёртку. Поэтому она проглотила его и пошла вперёд, удваивая ставки.

— О чём ты вообще говоришь?

— Ты прекрасно знаешь, о чём я говорю, юная леди. Почему ты не можешь понять, что не существует никаких проклятий…

— Нет. Стоп. Они есть.

— …кроме тех, что мы накладываем на себя сами.

— Нет. Опять неверно. — Она никогда не проклинала себя или проклинала? Нет! Просто некоторые люди притягивали удачу, а все остальные — отталкивали, и это было неоспоримо.

— Просто помни: даже самые незначительные укусы могут нагноиться. Возьмём, к примеру, твоего спецагента Райана. Он умеет очаровывать, как никто другой, когда захочет, но за этим скрывается боль.

Погодите, Конрад был медведем в этой аналогии?

— Никто никого не кусает, Фи.

Или такое было вероятно? Почему её сердце забилось быстрее при этой мысли?

— Ты уверена? Потому что он отказался от моих черничных блинчиков. Дважды! Это уже два промаха с его стороны. Ещё один — и я вычеркну его из списка подходящих женихов и больше никогда никому его не сосватаю!

Вот оно что!

— Сколько промахов у меня и что я могу сделать, чтобы заработать третий?

— Ой, молчи уж. Просто следи за своим сердцем, слышишь меня, юная леди?

— Да, мэм. Я на страже двадцать четыре на семь, поверь мне. А теперь начинай говорить и расскажи мне обо всём, что вы с Конрадом обсуждали втайне. — Джейн взбежала по ступенькам крыльца, полная решимости начать допрос по полной программе: узнать всё, начиная от тона его голоса и заканчивая языком тела и выражениями лица. Бросал ли он косые взгляды? А…

Джейн чихнула. Затем последовал ещё один чих. И ещё. Казалось, чихание продолжалось целую вечность.

Когда наконец мучения прекратились, её носовые пазухи оказались заложены. Глаза горели и слезились. Что за напасть?

— О нет, нет, нет, — пробормотала Фиона, отступая от неё. — Неужели наш самый злобный в мире пациент заболевает?

Самый злобный в мире?

— Я не такая уж и плохая, — возразила Джейн. Но в то же время ей хотелось закричать во всё горло.

— Я знаю. Ты намного хуже! Ты превращаешься в нечто среднее между разъярённым чудищем и капризным младенцем, когда болеешь.

Разъярённое чудище? Капризный младенец? Как бы не так! Во-первых, она — сама любезность. Всегда. Во-вторых, она совсем не похожа на тех размазней из клиники.

— Хорошо, что я не больна. У меня просто аллергия на что-то в воздухе. И пусть только кто-нибудь скажет обратное.

— Конечно, конечно. Я согласна со всем, что ты говоришь, дорогая, — проговорила Фиона, отступая. Нет, не просто отступая, а двигаясь к двери. — Я сейчас соберу свои вещи. Никаких резких движений! — Она бросилась в дом и тут же выскочила оттуда, промчавшись мимо подруги, крича на ходу: — Я ушла! Скоро увидимся, но, вероятно, не очень скоро. Прощай, как минимум, на неделю, солнышко.

— Я не больна, — посетовала Джейн, а затем снова чихнула. Неужели её визит в клинику — её расследование — привёл к болезни? Но разве температура только что не поднялась на тысячу градусов? — Я, наверное, немного отдохну, — проговорила она в пустоту, — но только пару минут.