Ты под запретом

Глава 10

Алиса.

— Я люблю мужа, он очень много для меня сделал, у нас ребенок и мы счастливы…

— Лучше заткнись, Алиса — хрипло и надсадно обрывает меня Георгий, прижимаясь — к моему лбу своим и пропуская мои волосы сквозь пальцы.

Я пытаюсь отстраниться.

— Ну ты же правду хотел?! Вот она, не нравится? А что ты ожидал? Я замужем, у меня ребенок! Думал, снова появишься, скажешь: “Ты моя”, и я должна побежать за тобой? Бросить ребенка и вычеркнуть все восемь лет жизни?

Он тяжело дышит, лихорадочно сжимая меня, на щеках играют желваки… Он нервничает, и я это вижу, но не могу остановиться. Причинять ему боль для меня сейчас сродни мазохизму. Я чувствую, как с каждым словом нам обоим становится все хуже.

И хочу, чтобы он ощущал то же что и я. Поэтому я продолжаю холодным тоном, надев на себя маску суки.

— У нас счастливая семья! Муж мне ни в чем не отказывает. Он любит меня, и, естественно, я его никогда ни на кого не променяю! С тобой у нас просто минутная слабость, ничего серьезного быть не может!

— Бля-я-я! Сука! Какая же ты стала сука, Алиса! — кричит он и несколькими ударами о приборную панель сбивает костяшки в кровь и разбивает электронику. Машина пищит, на разбитом экране мигает какая-то надпись. Но он не обращает внимания, скидывает меня с себя на пассажирское сидение, закрывает лицо окровавленными руками и, разблокировав двери, тихо говорит:

— Уходи

— Георгий… — Понимая последствия того что натворила, я не хочу его оставлять в таком состоянии, но он сразу меня перебивает:

— Алиса, убирайся.

Я открываю дверь и выхожу. В паре метров от меня стоит желтая машина с шашками такси. Я сажусь и отправляюсь домой к родителям.

По дороге поправляю одежду, достаю из сумочки влажные салфетки и вытираю растекшуюся тушь. Сердце бешено колотится, мысли спутаны. Какая же я дура, что я натворила.

Захожу домой, открыв дверь запасным ключом. Мама уже уложила Давида спать и уснула вместе с ним. Видимо, сынишка ее изрядно вымотал сегодня. А отец, судя по звукам, смотрит телевизор у себя в комнате.

Я захожу в ванную, запираюсь и, сползая по стене, оседаю на полу.

Несколько раз порываюсь взять телефон и написать ему сообщение, спросить, как он. Но отбрасываю эту идею, понимая, что будет только хуже.

То, что произошло сегодня, должно стать жирной точкой в нашей с ним истории. Я не могла поступить иначе. Знаю, что сделала ему очень больно, но иначе он бы боролся за меня, и мне пришлось бы рассказать все о Марате. — Эта битва заранее проиграна для меня при любом исходе. Ведь узнав все, Марат возненавидит меня! Он разведется со мной, и я потеряю сына. Или я останусь с сыном, но навсегда потеряю мужчину, которого люблю. Я в проигрыше и в том и в другом случае. Но сейчас я выбираю сына, разбив сердце и Георгию, и себе.

Георгий сможет без меня, найдет мне замену. Думаю, все эти восемь лет ему легко это удавалось… А жизнь сына я ломать не могу. Он еще совсем маленький и ничего не поймёт. А Марат сделает все для того, чтобы он поскорее меня забыл.

С этими мыслями я ложусь в постель, но заснуть не получается до утра.

Георгий.

Просыпаюсь в своей квартире, голова гудит, глаза еле открываются. Осматриваюсь, постель запачкана кровью от ран на руках. Костяшки воспалились и опухли. Надо было вчера обработать их хоть чем-то. Но было не до этого.

Бросив машину, я пошел в бар, напился там в хлам и, подцепив какую-то шлюху, которую вовсе не смутил мой вид, доехал домой на такси.

Хотел забыться, но ничего не получилось. Меня тошнило от глупой телки, она была совсем не похожа на Алису. Наглая, развязная, казалось, от нее даже пахло дешевкой. Я хотел только Алису. Даже после всей лжи, сказанной мне в машине, я желал только ее. Выгнал шлюху и отключился до утра.

Я ведь должен сегодня ехать в Ставрополь. Вчера уже собрал чемодан. Не на службу, нет. Пол года назад познакомился с женщиной, сразу понял, что она хорошая, порядочная и по уши влюбленная в меня. Она писала мне каждый день. Я отвечал, но наше общение было скучным и каким-то пресным. В перерывах между службой я приезжал к ней и мы хорошо проводили время. Но она очень навязчиво проявляет свои чувства и мне это жутко надоело, и я уже хотел с ней объясниться, но когда увидел Алису на той пробежке, понял, что мне точно понадобится кто-то, чтобы отвлечься от нее, пока я не натворил глупостей. И на этот раз просто шлюхи и секс не помогут. Мне нужна семья, пора остепениться. На службе я уже доказал себе все, что хотел, и добился всего, о чем мечтал. С этими мыслями я договорился о встрече с Мариной. Она была очень рада, а вчера, пока я был в машине с Белоснежкой, звонила одиннадцать раз. Мой телефон был на беззвучном режиме.

Почувствовав Алису, у меня снесло крышу. Я за час принял решение отказаться от всех планов, забрать ее с ребенком к себе, а про Марину, честно говоря, даже не вспомнил. Весь мой мир крутился вокруг малышки, я хотел ее безумно. Но не только физически, я хотел забрать ее у мужа, чтобы она принадлежала только мне одному.

Но Алиса спутала мне все карты, и сейчас с кучей странных мыслей я должен объясниться с Маринкой и сказать ей, чтобы не ждала меня.

Мне нужно разобраться с Белоснежкой, вчера мне было ясно что она врет. Малышка обманывать так и не научилась. И роль стервы, которую она решила — на себя примерить, совсем ей не к лицу. Но я так и не понял, зачем она пытается меня убить в своем счастливом браке. Возможно, конечно, она просто хотела таким образом отомстить мне за упущенное время, но не верится, что она способна на это. Тем более, я читал в ее глазах все ту же нежность и любовь, которые были там раньше. А реакция ее тела очень отчетливо говорила о таком же неистовом желании и потребности в моих ласках, как и у меня. Но малышка отказалась от всего, лишь бы убедить меня в своей лжи. Я хочу понять, почему.

Звоню Марине, разговор получился коротким. Она расплакалась и бросила трубку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я принимаю душ, надеваю чистые вещи и вызываю такси. По дороге звоню и договариваюсь о ремонте машины. Сейчас двенадцать часов дня, я подъезжаю к дому ее родителей. Выхожу из такси и звоню в дверь. Никогда раньше не заходил внутрь. Не видел ничего кроме этих ворот, и то только издали. Провожать до ворот Алису было нельзя, ведь родители могли увидеть. Сейчас даже смешно. Сколько глупых рамок нам навязывает общество. Когда мы виделись в последний раз до моего отъезда, ей было восемнадцать, я вполне мог прийти к ее родителям и сватать ее. Сейчас не понимаю, почему тогда упустил свой шанс. Они, конечно, могли мне сначала отказать, но главное, что они бы знали о нас, и я не думаю, что помешали бы счастью дочки. Алиса всегда с очень большой любовью говорила о них, и я знаю, насколько она близка со своей семьей.

Дверь открывается, и передо мной появляется взрослая, но очень ухоженная женщина. Это мама Алисы. Они совсем не похожи. Я уже видел ее и не один раз, но никогда не разглядывал. Всегда пытался остаться незамеченным.

Сзади, держась за подол ее платья, появляется ребенок. Маленький худенький мальчик с большими черными глазами, точь в точь как у его мамы. Ребенок протягивает мне мяч, и я, наклонившись, беру его.

— Давид! Иди в дом, дедушка тебя звал. — Женщина бросает строгий взгляд на ребенка и подталкивает в сторону дома.

Здравствуйте. Меня зовут Георгий. Я друг и одноклассник Алисы. Мне нужно с ней поговорить, позовите ее, пожалуйста.

— Здравствуйте, — Женщина окидывает меня недовольным взглядом и продолжает, — Алисы сейчас нет. Она уехала. Не знаю, когда приедет, но я скажу ей, что вы приходили, и она позвонит, если захочет.

«Если захочет» — последнюю фразу она произносит с нажимом, как бы давая понять, что это вряд ли случится.

— Куда она уехала? — спрашиваю, не обращая внимание на то, что мама моей Белоснежки уже собирается закрыть калитку перед моим носом.

— Она нам не сказала, извините, ничем не могу вам помочь.

Дверь захлопывается, и я даже не успеваю попрощаться. Запрокидываю лицо к небу и нервно смеюсь. Детский сад какой-то. Не удивлюсь, если Алиса дома, а мне просто не дали ее увидеть. Я знаю по меньшей мере десяток женщин и их мамаш, которые мечтают, чтобы я, офицер и герой, остановил свой выбор на их дочках. Но, видимо, с Алисой, как и раньше, будет непросто. Мы повзрослели, и преграды, разделяющие нас, выросли вместе с нами. Увидев сейчас ее пацана, я начинаю это осознавать.

Я никуда не уехал. Стою под ее воротами уже битый час. Пытаюсь дозвониться еще несколько раз. Но все безуспешно. Решаю ждать, пока она не выйдет, ну или приедет домой, если ее мама сказала правду. Через полчаса к воротам подъезжает такси, и к моему удивлению из него выходит Алиса. Безупречно красивая, как и всегда. Но сегодня она другая, больше похожа на малышку из моего детства. В джинсах, кедах и широкой майке серого цвета. Волосы, уложенные в легкие кудри, очень ей идут.

Я замираю на месте, но прихожу в себя, вспоминая, что ужасно зол, и мне нужны правдивые ответы на все мои вопросы.