Ты под запретом

Глава 45

Алиса.

Смотрю на тоненькое колечко на безымянном пальце и понимаю, что всю жизнь мечтала именно о таком, потому что оно от него.

У меня было много дорогих вещей, огромная квартира, машина, которую я хотела, поездки за границу в лучшие отели мира. Но все это даже и близко не приносило мне такого счастья как эта маленькая вещица, подаренная любимым человеком.

С ним я чувствую себя свободной, нет больше золотой клетки, гнетущей много лет и превращающей меня в безвольную куклу. Это огромное счастье, когда ты можешь быть самой собой, не бояться и не контролировать каждый свой взгляд или слово. Потому что знаешь, он тебя не обидит. Хотя кое-какой отпечаток моя прошлая жизнь все-таки на мне оставила. Я часто просыпаюсь по ночам от очередного кошмара, в котором мужчина с жестокими и ненавидящими глазами пытается меня схватить. Но каждый раз проснувшись, я нахожу себя в объятиях человека, рядом с которым мне ничего не страшно.

Это и есть та жизнь, о которой я мечтала, будучи маленькой девочкой. Точнее ее начало. А жизнь в богатстве с нелюбимым не делает человека счастливее. Наивно полагать, что деньги и дорогие подарки принесут удовольствия, если при этом к тебе относятся, как к рабыне или пустому месту.

Утро. Я надеваю вещи, которые Георгий вчера мне привез, и спускаюсь в гостиную, где он меня уже ждёт. На мне широкие джинсы и базовая футболка. Волосы распущены и лежат легкими волнами по всей длине.

— Алиса, — Георгий смотрит на меня с улыбкой, и сразу подходит ко мне, заключая в свои объятия и целуя в губы. — Какая же ты красавица! Время над тобой не властно. Сейчас увидел тебя в этой простенькой одежде и вспомнил свою Белоснежку из класса. Совсем не изменилась.

— Ты тоже не изменился. — Прижимаюсь к любимому в ответ, и мы стоим вот так в объятиях друг друга долгое время. Он очень высокий. Моя голова доходит до середины его груди, где я слышу каждый стук его сердца. Он гладит мои волосы и целует в макушку, как маленькую.

— Ну конечно, — хмыкает и смеется, — врушка, посмотри на меня! Я жизнью потрепанный человек. А ты у меня красавица, модель. Только откормить тебя нужно, чтобы ты хоть чуть-чуть поправилась.

— Ага, а вдруг я перестану тебе нравится, когда поправлюсь? — заигрываю, потому что и сама знаю, что в моем случае набрать даже пару килограммов будет сложно.

— Не-е-ет, дурацкая моя малышка, я буду любить тебя любую! Даже со складками вот здесь… и здесь… и здесь…

Я заливисто смеюсь и уворачиваюсь от его щипков и щекотки.

Время с ним пролетает очень быстро, а мы, как дети, смеемся, радуемся, шутим, любим.

— Но все-таки тебе придется скоро поправиться.

— С чего это? — улыбаюсь, думая, что сейчас услышу очередную милую шутку.

Любимый кладет руку на мой совершенно плоский живот, и я вздрагиваю.

— Потому что я очень хочу увидеть твой круглый животик и чувствовать, как пинается моя дочка. Родишь мне дочку, Алиса? — Он серьезный, но ласковый, и момент выходит очень трогательным.

— Я бы очень этого хотела. Подарить тебе дочку с твоими глазами, любимый. — признаюсь честно. Я давно об этом мечтала. Только всегда думала, что мой военный попросил бы сына, а ему дочка нужна.

— Я был бы самым счастливым человеком на свете. Ты не представляешь, как я мечтаю об этом. — Крепкие мужские руки нежно обнимают меня за талию. — Я буду сам просыпаться по ночам, укачивать и менять подгузники. Как думаешь, из меня получится хороший отец?

— Дурачок, — шепчу и глажу его лицо, покрытое щетиной. — Люблю тебя.

— Нет, это я тебя люблю.

Мы стоим обнявшись до тех пор, пока у него не звонит телефон.

Илья, он же Шторм, как его все называют, оказался очень хорошим человеком и настоящим верным другом. Сегодня он и еще несколько серьезных ребят поехали в дом моих родителей. Сейчас там живут только мама и Давид. Тея уехала в Петербург и пока не выходит на связь. Но через общих знакомых мы узнали, что у нее все хорошо. Георгий рассказал мне о встрече с Гасановыми. Я знаю, что Эльдар задержан, но выйти на улицу все еще боюсь. Поэтому попросила привезти их в эту квартиру. Здесь мне не страшно.

— Через пять минут будут. Они уже подъезжают. — Любимый откладывает в сторону телефон и смотрит на меня с легкой улыбкой.

А я места себе не нахожу. Сердце бешено колотится.

— Господи, как я давно его не видела… — голос дрожит, и к горлу подкатывает ком, который не дает свободно дышать.

— Уже скоро, малышка. — Он спокоен. Уверен в себе. Уверен в друзьях и во всем, что делает.

Если бы не он… если бы не он, этой встречи бы не было, не было бы меня сейчас здесь, кольца этого не было, и надежды никакой тоже не было бы. Не знаю, за какие добрые дела я заслужила любовь этого человека. Потому что он не забыл меня и продолжал бороться за меня, когда даже я сама уже сдалась.

Не передать словами, насколько я благодарна этому человеку за всё, что он сделал, и как бы мне хотелось отплатить ему за это добро. Планирую дарить ему свою любовь и нежность всю жизнь, чтобы как в книжках — с детства и до самых последних дней, в горе и в радости. А все самое тяжелое мы уже прошли. Так что впереди у нас только радость!

Открывается дверь.

— Сынок! — Бежим навстречу друг другу.

— Мама! Мамочка! — Он уже совсем большой.

— Мой мальчик. — Беру его лицо ладонями и покрываю поцелуями смешную мордочку. Он смеется и немного стесняется.

Сзади подходит мама и обнимает нас обоих, всхлипывая и вытирая платочком льющиеся слезы.

Оборачиваюсь и вижу лицо любимого мужчины. Он счастлив сейчас вместе с нами. Все смог. Всего добился.

— Спасибо… — единственное, что могу сейчас выдавить из себя.

Он в ответ только смотрит и улыбается.

Спустя два года.

— Ш-ш-ш, нас услышат… — закрывает мой рот своей рукой и продолжает входить в меня сзади резко и глубоко.

— М-м-м-м, — стону ему в руку и слегка прикусываю.

— Посмотри на нас, Алиса, открой глаза. Посмотри, как это красиво.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Открываю глаза. Мы сейчас прямо перед широким напольным зеркалом. Он большой и мужественный сзади, я маленькая и хрупкая в его руках. Длинные волосы растрепались от жаркого секса, губы опухли от поцелуев, и тушь немного потекла. Оба голые и раскрасневшиеся. Наши тела идеально подходят друг другу, как и души. Он тянется к телефону и делает фото.

— Хочу запомнить нас такими красивыми. — хрипло шепчет мне на ухо и продолжает резко двигаться внутри.

— М-м-м-м-м, — протяжно стону в ответ. Это райское наслаждение — чувствовать его так глубоко и так ярко.

— Тише, малышка… услышат.

— Давид играет с ней, они заняты, им не до нас, — шепчу сквозь стон.

Мы наслаждаемся друг другом долго… Он берет меня в разных позах и кажется, что каждый раз, когда мы вместе, время просто останавливается.

Он замирает и кончает в меня, рыча. А я ловлю этот безумный кайф от чувства наполняющей меня спермы и пульсации большого горячего члена внутри меня. Раньше мы подолгу лежали обнявшись после секса и, целуясь, могли не заметить, как начинали заново заниматься любовью и все время хотели друг друга. Но с появлением в нашей семье маленькой девочки с необыкновенно красивыми голубыми глазами, как у папы, времени у нас резко поубавилось. После совместного душа мы открываем дверь в нашей спальне, и в комнату вбегают два прекрасных и совершенно не похожих друг на друга ребенка. Давид, который души не чает в своей маленькой сестренке и не оставляет ее ни на секунду, и она. Пухленькая, белокожая со смешным хвостиком каштановых волос прямо на макушке и в разноцветном комбинезоне — папина любимая дочка.

Георгий действительно с самого первого дня просыпался по ночам и укачивал ее на руках. Сам разводил смесь для кормления, купал и переодевал, когда нужно. Он стал идеальным отцом и мужем. Даже Давид очень быстро нашел с ним общий язык и взаимопонимание.

Мы лежим сейчас вчетвером на большой кровати, смеемся и целуем друг друга. И кажется, что это сон, идеальный и сказочный, но даже если так, просыпаться я не планирую.

Конец.