Ты под запретом

Глава 44

— Отец прав. Ответить тебе придется, или Алису верни, если хочешь по-хорошему это дело закрыть! Обещаю, что тогда мы тебя не тро…

— Блядь заткнись! — Не даю договорить тупому ублюдку, резко встаю и, придавив его к стене, сдавливаю шею. Увидев его, я сразу потерял терпение.

— Алису я с вами обсуждать не собираюсь. Еще одно слово про Алису из твоего вонючего рта и разговор будет закончен! Садись здесь и оба внимательно слушайте меня. — цежу сквозь зубы и пихаю урода на стул.

— Вашей компании конец, Эльдар вас подставил, продав все уникальные решения по строительству, которые годами разрабатывала ваша компания. — обращаюсь к старшему и вижу, как расширяются от удивления его глаза. — Это еще не все, но вы уже догадались, кому он слил эту инфу?

— Не верь ему! Блядь, да он специально эту хуйню про меня сейчас говорит тебе!

— Продолжай! — Гасанов-старший обращается ко мне, подняв перед Эльдаром руку в останавливающем жесте.

— Думаю, что вы уже поняли, кому он слил информацию?

В ответ мужчина кивает.

— Все верно, — продолжаю спокойно, — Петр Ильич Мельников теперь обладатель всех разработок, и, соответственно, в самом скором будущем он оставит вас без проектов. Его компания намного сильнее, и теперь имеет возможность поглотить вас вместе со всеми вашими заказами.

Эльдар сейчас буквально дышит огнем, а из ушей выходит пар. Не понимаю, на что рассчитывал этот больной ублюдок. Неужели думал, что никто ни о чем не узнает… Нет, быть такого не может, он ведь понимал, что заказчики один за другим будут отказываться от сделок, и об этом не мог не узнать старший.

— Даже если так, я дам разорить фирму! — Тесть Алисы не сдается. Молодец, я даже знаю, какое решение он мог найти в этой ситуации… но я ведь еще не все рассказал…

— Компания уже разорена, смиритесь. Эльдар грубо нарушал технику безопасности на строящихся объектах. Есть несчастные случаи. Правоохранительные органы уже взялись за это дело. С завтрашнего дня любая стройка для вас будет запрещена.

Гасанов бледнеет, берется за голову.

— Какое же ты ничтожество, Эльдар. — хрипит еле слышно Гасанов-старший, не поднимая глаз.

— Отец! Я все исправлю! Зачем ты вообще слушаешь этого урода?! Он нас опозорил! Забрал твою невестку у тебя из под носа! Прикажи ему вернуть ее! Сейчас же!

— Заткнись! — Гасанов-старший резко вскрикивает и бьет рукой по столу. — Заткнись сейчас же! После смерти моего сына, я поставил тебя на его место. Хотел сделать из тебя человека. А ты — подлый шакал! Гнида! Только этого ты и ждал, да? Всю жизнь хотел себе все то, что принадлежит моему Марату!

— Все это хуйня! Твой сын сам ничего в этой жизни не приобрел. Все ты ему давал! Он был неудачником, даже жена ему изменяла! — Эльдар встает, и в его глазах появляется тот же нездоровый блеск, как тогда в закрытой клинике, где держали Алису. — Когда я приехал к Марату, то сразу понял, что он не мужик. Его баба шугалась от него, как только он появлялся дома. Пряталась в комнате и переписывалась вот с этим! А когда она ему не давала, он просто бил ее, но даже с этим не справлялся!

— Что ты несешь? — Баграт Гасанов расстегивает верхние пуговицы на рубашке.

— Плохо бил, потому что это не действовало на маленькую сучку. Она все равно возвращалась к своему ебарю. Пока не появился я. — усмехается Эльдар. — Когда я украл ее и накачивал наркотиками, она не вспоминала про него. Я делал с ней что хотел. — Он заливисто смеется.

— Бля-я-я. — Один удар и слышится хруст. Он откидывается на стол и пошатываясь приподнимается, держась за сломанный нос, из которого льется кровь.

— Если бы ты не вмешался, — продолжает он уже настороженно, — то на следующей неделе я бы увез ее в Дубай с новыми документами, и больше вы никогда — о ней ничего не узнали бы. А пацан мне был не нужен. Она родила бы мне собственного сына, а не от этого ублюдка Марата!

— Скотина… — хрипит Гасанов-старший и откидывается на кресло.

— Через минуту здесь появятся мои люди, весь этот разговор был записан и уже отправлен кому нужно. Так что не дергайся. Ты сам все рассказал.

Эльдар смеется в голос, но его смех сейчас больше похож на приступ истерики.

Распахивается дверь, и в кабинет влетает Шторм и другие ребята. Вслед за ними заходят доктора и сразу же осматривают Гасанова-старшего. Все происходит очень быстро. Сначала, скрутив, выводят Эльдара. А потом на носилках выносят Баграта Гасанова, подключив к нему какой-то прибор.

А я так и стою в кабинете. “Все закончилось, — говорю себе. — Моя девочка свободна. Этого я для нее и хотел. Больше не нужно прятаться и оглядываться назад, боясь, что эта тварь найдет ее”.

Слышу шаги за спиной и оборачиваюсь.

— Ну что, теперь доволен? — Друг кладет тяжелую руку мне на плечо.

— Да, спасибо за помощь, брат. Если бы не вы...

— Не стоит! — обрывает меня товарищ. — Ты сам знаешь, многих из нас давно бы не было, если бы не ты! Ты очень сильный и смелый человек, друг. Многое прошел и пережил, надеюсь, твоя Алиса это понимает. — Он улыбается и подмигивает. — Поехали, отвезу тебя к ней.

Я улыбаюсь другу в ответ, и мы вместе выходим из здания бывшего офиса семьи Гасановых.

Открываю дверь, и в нос бьют вкуснейшие ароматы из кухни. Широко улыбаюсь и прохожу на кухню. В руках у меня несколько пакетов одежды. Сам я бы никогда не смог выбрать для нее что-то красивое и подходящее, поэтому мы попросили девушку Шторма, и она купила Алисе что-то на свой вкус.

На кухне накрыт стол. Опять улыбаюсь, как дебил. Она так сервировала стол, будто я сейчас в ресторане. Никогда не видел, чтобы кто-то из знакомых дома так накрывал. На столе среди блюд с нарезкой горят две свечи. Откуда она их взяла… наверное, заказала вместе с продуктами, из которых готовила. Потому что из содержимого моего холодильника можно было бы приготовить максимум еще один омлет.

Ставлю пакеты возле кухонных стульев и собираюсь подойти к работающей духовке, от которой доносятся просто нереальные ароматы запеченного мяса.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я соскучилась, любимый. — Алиса обнимает меня сзади.

Оборачиваюсь к ней и делаю один шаг назад, чтобы ее рассмотреть. Она стоит в моей белой рубашке, рукава закатаны до локтей. Волосы уложены в красивые волны по всей длине. А на лице ни капли макияжа.

— Малышка, ты такая красивая… — Глажу ее волосы, притягивая ее к себе, и целую в губы.

— Ну-у-у, перестань, это не так! — Она хмурится и отстраняется от меня. — И не смотри на меня, я без косметики и страшненькая!

Я смеюсь и снова притягиваю ее к себе

— Иди ко мне, страшненькая. — Мы улыбаемся друг другу. Крепко обняв, я шепчу ей на ушко: — Алиса, ты — моё счастье. Я без тебя правда никуда и никак. Выходи за меня, я безумно люблю тебя и буду любить всю жизнь, обещаю. — Достаю из кармана коробочку, которая хранится у меня уже больше года.

— Боже! — Она прикрывает лицо руками, молчит секунд пять, а потом прыгает на меня и, покрывая мое лицо поцелуями, шепчет сквозь слезы: — Да! Боже! Да! Спасибо!