Укрощение строптивой

Часть 3. Роковая женщина. Глава 5.

Так прошла неделя. Парни были уже в курсе наших с Кристиной дел, но тактично молчали. Кристина ещё три раза звонила мне, потом перестала. А потом вечером, когда я пришел с работы, ко мне позвонили. Открыл дверь, на пороге стояла Ирма.

— Привет, Стёпа!

— Привет, Ирма.

— Так и будешь меня на пороге держать?

— Извини, заходи конечно. Просто не ожидал тебя.

— Да, я такая, прихожу без приглашения.

Помог ей раздеться. Посмотрела на меня выразительно.

— Чаем напоишь?

— Извини, зелёного нет. — Усмехнулся ей. Она усмехнулась в ответ и кивнула.

— Ничего, я зелёный не пью, так что давай черный. И могу кружки помыть, если они у тебя грязные.

— Нет, кружки дома мыть не нужно. Я их в чистоте держу. Мама приучила.

— Хорошая мама.

Заварил чай. Налил в две кружки. Поставил туесок с сахаром и тарелку с печеньем. Всё это время Ирма сидела за столом и смотрела на меня. Поставил перед ней парящую кружку, сел за стол напротив.

— Ну-с, мадам. С чем пришла?

— А просто так нельзя?

— Можно. Но раньше как-то ты не заходила.

— Раньше ты жил в другом месте. И то я и туда заходила. Даже дочь приносила.

— Как она, кстати?

— Нормально. Ещё два зуба вылезло. Кусается теперь очень больно.

— Могла бы и привести, раз ко мне ехала.

— Привезу в следующий раз.

Я отхлебнул чай из кружки. Всё же что Ирме нужно? Не поверю, что просто так приехала на меня посмотреть. Она откусила печенюшку и сделала глоток из кружки. Прожевала.

— Скажи, Стёпа, что у вас с Кристиной за детский сад?

— Ничего себе, детский сад. Ты что не в курсе?

— В курсе! Она вот уже неделю, даже больше, соплями исходит.

— Ну и вот, какой же это детский сад? Вот скажи, как бы ты отнеслась к тому, что твой муж сосался бы с какой-то лялькой, а потом честно смотрел бы в глаза?

— Получил бы по тыковке и месяц воздержания, то есть полный целибат.

— И всё?

— А что ещё надо? Не, я понимаю, что целоваться со всяким хмырём в засос это не комильфо, но, Стёпа, в конце концов, не ноги же она перед ним раздвигала, ни зад подставляла. И пусть в губы с ним целоваться это косяк, но это не член же у него с обязательным отсосом и облизыванием!

Я чуть чаем не подавился. Смотрел на Ирму вытаращив глаза. А та спокойно опять откусила печеньку и запила чаем. У меня слов не было. Ирма же, проглотив откушенное, продолжила.

— Стёпа, по сути, ничего страшного не произошло. Ну, в конце концов, если тебе так стрёмно, то купи ей лосьон для полоскания рта. Пусть прополощет свою варюжку от слюней этого, как его…

— Жульена?

— Во, Жульена и все.

— А ты почём знаешь, что ноги не раздвигала и зад не подставляла?

— Знаю, поверь.

— Ты там была? Свечку держала?

— Нет, я там не была. Но я знаю. Если бы что-то было, то я бы узнала. Она на самом деле ничего такого себе не позволяла. Вообще я была удивлена.

— Чем?

— Что она повелась, как лохушка на какого-то мальчика. Спросила её, а она сопли размазывает: «Я не-е зна-аю-ю»! Так то мы там всех инструкторов знаем. Мы же постоянно туда ездили. Ну у Кристины был большой перерыв. Но я то ездила. Даже в прошлом году, с мелкой.

— Она совсем маленькая была!

— И что? Ей наоборот, свежий воздух хорошо пошел. Я же не одна ездила, с няней. Так вот, его не было. А инструктора там все за свои места держаться. Он с этого года только работать начал. Причём, появился уже после приезда Кристины. Позвонила туда. Я же говорю, что всех инструкторов там знаю. Поговорила кое с кем. Там, конечно, в курсе были их катания и даже засосов. Но меня уверили, что Кристя не спала с ним. По крайней мере этого никто не заметил. И даже подозрений не было. Хотя за ними наблюдали очень внимательно, даже ставки там сделали. В итоге, кто ставил на постель, проиграли. А скрыть там такое, да ещё Кристине очень сложно.

— Но можно.

— Если осторожно, то всё можно. Но Стёпа, поверь, я Кристину знаю, как свои трусы. Секса не было. И то за полторы недели до отъезда Кристина перестала с ним общаться. Хотя он продолжал крутиться вокруг неё. Но кроме здравствуй и прощай, больше никаких обнимашек и поцелуйчиков. Так что давай, Стёпа, перестань дергаться. Ты её и так уже наказал. Она похудела вся, как смерть ходячая. Боюсь, как бы на антидепрессанты не перешла.

— Ладно, Ирма. Мне ещё подумать нужно. Я пока не готов. И честно скажу, не знаю буду ли готов.

— Смотри, Стёпа, ты её к жизни вернул, и как бы ты же её и не погубил.

Ирма ушла, а я ещё долго сидел с остывшей кружкой чая. Не знаю, но что-то тормозило меня. Может слишком уязвлённая гордость? На следующий день в обед мне позвонил тесть

— Здравствуй, Стёпа!

— Добрый день, Александр Осипович.

— Ну что я тебе хочу сказать, появился жиголо.

— Кто?

— Твой знакомец по фотографиям, Жульен. Мои парни его вычислили. Пока он только присматривается. Кстати, проявилась его местная связь. Одна интересная личность. Но тебя это не должно волновать. Это мне интересно. Так что подождём. В ближайшее время он попытается встретиться с Кристиной. Я так думаю.

— Что мне делать?

— Ничего. Пусть всё идёт так, как идёт. Договорились?

— Хорошо.

И этим же вечером ко мне пришла Кристина. Она на самом деле похудела. Но сделала себе макияж, причёску.

— Здравствуй, Стёпа.

— Здравствуй, Кристина.

— Можно?

— Заходи.

В руках у неё был пакет.

— Я знаю, что ты мне сказал не приходить к тебе. Извини. Я решила всё же придти. Последний раз. Больше не приду. Поверь. Так что сразу меня с порога не гони.

— Раз пришла, давай проходи. И действительно, не гнать же тебя.

Помог ей раздеться. Она прошла в зал. Села на диван. В руках продолжала держать пакет.

— Что в пакете то? Бомба? А то ты так в него вцепилась?

Кристина улыбнулась.

— Я тут тебе гербарий принесла. Я тебе сделала. В подарок.

Она вытащила рамку под стеклом. Действительно гербарий. Очень красивый.

— Спасибо! — Посмотрел на стену. — Сейчас. — Сходил в кладовку и принес молоток с гвоздиком. Вбил его в стенку и повесил. — Так нормально?

— Да. Хорошее место. Стёпа, я вина принесла. Выпей со мной.

— Давай выпьем.

Принёс два бокала. Заодно помыл яблоки. Порезал их и принес на блюдечке. Всё поставил на журнальный столик. Открыл бутылку и налил вино в бокалы.

— За что пить будем, Кристина?

— За то, что подарил мне счастливые годы с тобой Стёпа. Я правда была счастлива. Даже тогда, когда ты носил меня в ванную, убирал за мной, кормил, носил на улицу. Гулял со мной, толкая инвалидную коляску. Переживал больше всех за меня и заставлял верить в себя. Я с тобой поняла, что значит жить. Спасибо тебе.

Мы выпили. Разговаривали на отвлечённые темы, стараясь не касаться о том, что произошло. Она рассказывала, про работу. Про детей. Ведь я их не видел больше двух недель. Выпили больше половины бутылки. Потом она встала. Я тоже.

— Мне, наверное, пора, Стёпа.

— Наверное.

Кристина подошла ко мне близко, положила ладони мне на грудь.

— Стёпа, можно я попрошу тебя ещё об одном одолжении? — Посмотрела мне в глаза с мольбой.

— Попроси.

Она в волнении облизала губы, я чувствовал, что её руки задрожали.

— Стёпа, подари мне ещё одну ночь, последнюю. Я тебя очень прошу.

Я закрыл глаза и глубоко вздохнул. От неё шёл одуряющий запах, такой родной и любимый.

Взял её лицо в руки наконец-то прикоснулся своими губами к её. Я так по ней соскучился. Я даже не помню, как мы оказались в кровати, причём уже без одежды. Ничего не существовало, только она, её глаза, губы, руки, её грудь, живот, бедра. Кристина вцепилась в меня так, словно боялась потерять. Она говорила мне слова любви, говорила, что ей никто не нужен, что без меня она не живёт. Каждый раз, когда брал её, чувствуя ей жар, её страсть и наполнял своим семенем, она радостно кричала. Прижимаясь ко мне все плотнее. Меня позы и положения. «Ты сейчас только мой, только мой» шептала она, покрывая всего меня поцелуями. Когда уже в изнеможении успокоились, прижавшись друг к другу, она счастливо улыбалась, поглаживая меня по груди. Я вспомнил звонок тестя.

— Крис.

— Да любимый?

— В городе появился Жульен.

Кристина вздрогнула, Замерла. Потом приподнявшись на локте, посмотрела мне в глаза.

— Стёпа, у меня не было с ним ничего серьезного. И не могло быть. Когда он захотел большего, чем поцелуй, я сказала ему, чтобы он больше ко мне не приближался. Что мне услуги инструктора вообще не нужны. Это правда.

— Я знаю. — Обняв её, прижал к себе. — Он должен выйти на тебя.

— Зачем? Я просто пошлю его и всё. Я бы послала его в любом случае, даже если бы ты меня больше никогда видеть не захотел бы.

— Значит к тебе подвели бы другого.

Кристина замерла. Некоторое время думала. Потом села на постели.

— Ты хочешь сказать, что всё было спланировано изначально?

— Конечно. Ну, по крайней мере в этом был уверен твой отец. Кто-то начал игру, в которой тебе отведена главная роль дойной коровы, это как минимум.

Она закрыла лицо руками.

— Господи, какая же я дура!

— Крис, успокойся. Послушай меня. Ты не на своей же машине приехала?

— Нет, на такси.

— Сейчас я позвоню тестю. Скажу, что ты у меня. Он пришлёт машину утром рано. И дальше сделаем так как он скажет.

— Хорошо.

Тесть уже был в курсе, что Кристина у меня. Всё верно, я бы удивился, если бы он не знал. За Кристиной велось пристальное наблюдение.

— Я рад за вас дети, что вы сумели договориться. Завтра придёт неприметная машина. Она заберёт Кристину. Она больше не должна к тебе ездить. Но это я ей и так скажу сам, дома. Так же должна изображать безутешную женщину, от которой ушёл муж. Пусть думают, что у них всё получилось. Дальше будет действовать по указанию Алекса.

— Но она не должна же будет спать с этим Жулькой?

— Нет, конечно. Этого от неё требовать не будем. Главное мне вскрыть всех, кто подвязан с этой историей. Понятно? Тогда всё. Пока отдыхайте.

Кристина всё слышала, так как я поставил на звук громкую связь.

— Всё будет хорошо, Кристина. Теперь ты поняла, что должна быть осторожной.

— Прости меня, Стёпушка. Это хороший урок. Спасибо тебе, что ты поверил мне. Я сделаю всё, что мне скажешь ты с отцом. Не беспокойся, мой любимый.