Ведунья

Праздник во дворце

Когда пришла наша очередь войти в тронный зал, я на секунду зажмурилась. Глаза слепило от яркого солнца, отражавшегося от позолоченных элементов декора, подсвечников, украшений и платьев.

Нас вёл специальный слуга, который шепотом подсказал, как именно кланяться, до скольки считать, пока сидишь в реверансе и куда смотреть, чтобы не пялиться и не оскорбить короля. Стыдясь своего поведения накануне, я и вовсе боялась глаза от пола поднимать. Хотя король не разозлился на меня вчера, откуда мне знать, как он поведет себя сегодня?– Ваше величество, – провозгласил наш провожатый, – прибыл Себастьян Буршье, граф Бат с сыном Руфусом и невесткой, леди Сеймур.– Ваше величество, – поклонился мой будущий свёкр.– Граф Бат, рад познакомиться. Знаю, что вы существуете, но ни разу вас не видел, – громко ответил король и его придворные засмеялись этой фразе, как удачной шутке. Я тоже позволила себе улыбнуться, но головы не подняла.– Ваше величество, дела поместья меня занимают всецело.– Такая преданная забота похвальна. Итак, вы нам привезли своего сына. Сколько ему?– 11, ваше величество. В следующем году мы планируем сыграть свадьбу. А для нее необходимо ваше разрешение.– Вот как? Если я буду давать согласие на каждую свадьбу в стране, на дела государственные просто не останется времени, – король весело захохотал и придворные хором поддержали его веселье. Но тут секретарь что-то сказал на ухо правителю и тот быстро стал серьёзным.– Думаю все знают, что я люблю пошутить. Но ваше дело и правда важно. Ведь по условиям этого брака ваша семья быстро поднимется в статусе.– Верно, ваше величество, – подтвердил граф, явно недовольный королевским юмором. – У нас с герцогом Соммерсетом заключен брачный контракт, по которому мой сын женится на его дочери. Две старшие дочери герцога уже были замужем, когда стало известно, что больше детей у него не будет. Поэтому он принял решение сделать свою третью дочь хранительницей титула. Наша дорогая леди Сеймур скоро станет членом нашей семьи, а мой внук позднее унаследует герцогство.– Конечно, в такой ситуации моё одобрение необходимо. Я должен присмотреться к вам, граф, и к вашим подопечным, чтобы принять окончательное решение.– Ваше величество? – на лице графа читалось искреннее удивление. Он был уверен, что король не будет возражать, ведь закон не нарушался.– Я впервые вижу вас, не говоря уже о вашем сыне. И ситуация в семье леди Сеймур непроста. Я хочу убедиться, что все правила будут соблюдены и что ваша потенциальная невестка достойна стать хранительницей титула.Тут от неожиданности я вскинула голову и посмотрела на его величество. Что он такое имеет ввиду? В каком смысле достойна? Разве меня можно в чем-то упрекнуть? Или до короля дошли какие-то слухи о необычных талантах моей семьи? К счастью он смотрел на графа, а не на меня.Теперь я заметила, что рядом с троном сидит довольно некрасивая худенькая женщина в королевских одеждах, а вокруг нее очень много красивых придворных дам. Неужели это королева? У нее такой грустный взгляд. А дамы глаз не сводят с короля и ведут себя довольно фривольно, жеманничают и флиртуют. Рассказы Гастона о нравах двора стали приобретать более понятные для меня очертания.– Позвольте узнать, кто еще пришел с вами? Этого молодого человека мы так же видим впервые, верно, дамы? – король спрашивал у своих придворных, словно желала обратить их внимание на Гастона, как на новую игрушку.– Это всего лишь мой племянник, Гастон Тусет, ваше величество. Он очень хотел увидеть вас, поэтому я взял его с собой.– Что ж, для этого он мог просто прийти во дворец. У нас не настолько строгие правила. Какого он роду-племени?– Гастон – бастард моего брата, ваше величество.– В таком случае он может стать хорошим другом моему бастарду. Что думаете, Монмут? – король улыбнулся маячившему неподалёку молодому человеку в объёмном завитом парике. Похожий чертами на отца, юноша был ещё симпатичнее его. Он смерил оценивающим взглядом Гастона и ответил с ухмылкой:– Если вдруг среди моих друзей образуется брешь, я позову мистера Тусета на чай.Гастон шутку оценил и низко поклонился королевской семье. Сегодня был одет в костюм из однотонного коричневого атласа, который красиво переливался в лучах солнце. Штаны до колен заправлены в лоснящиеся черные сапоги, из рукавов выглядывают кружевные манжеты, а на шее повязан шелковый белый платок. Я сравнила его наряд с другими в этой зале и поняла, что он легко сойдёт за дворянина. Особенно учитывая статность и уверенность, с которой Гастон стоял здесь. Казалось, его дядя проигрывает ему и внешне и в уверенности.Тут случилось непоправимое. Мой желудок издал громкое некрасивое урчание от голода. Представление перед монаршей четой заняло довольно много времени и мы были одними из последних в очереди. А я не ела со вчерашнего обеда. Я с ужасом посмотрела на короля. Он сперва замер удивлённо, затем посмотрел на меня и засмеялся.– Мне только что подсказали, что мы как-то затянули прием и уже пора обедать! Спасибо, дорогая леди Сеймур! Всем быстро к столам!Я хотела сгореть со стыда прямо там, перед троном, или хотя бы провалиться в преисподнюю. Щеки пылали, а на глаза наворачивались слёзы, как вдруг прямо перед моим лицом появилась рука с дорогими кружевами.– Леди Сеймур, позвольте сопроводить вас, – улыбнулся Карл Второй и подмигнул мне. Поскольку я никак не решалась принять его руку, король сам взял мою и положил на сгиб своей. Мы направились в обеденную залу.Мне казалось, что абсолютно все прожигают меня ненавидящими взглядами. Не знаю, почему я была так настроена, ведь люди вокруг хихикали, улыбались и вообще вели себя довольно неформально. Казалось они уже и щабыли о моём существовании. Но одна леди смотрела на меня очень пристально. Надо бы узнать, кто она.– Не смущайтесь так, дорогая, и обязательно хорошо поешьте. Мои повара неплохо готовят, – сказал король, усаживая меня за стол, где уже сидели граф и Руфус. Как только король отошёл к своему месту во главе, рядом со мной материализовался Гастон.– Всё в порядке, Блэр? Король был добр к вам?– Он лишь велел мне не смущаться и поесть.– Я заметил, как вы испугались. Но не переживайте, обитатели двора очень быстро забывают такие вещи. Буквально на следующий день. Но вам надо было сказать, что вы так голодны. Я бы принёс что-нибудь, вы ведь вчера ужин пропустили, а сегодня не завтракали.– Я же не знала, что так опозорюсь.Гастон улыбнулся снова и пожал мне руку. Почему-то от его поступка я сразу успокоилась.– Но как вы так легко приходите во дворец? Мы вот по приглашению и то не сразу попали.– Всё просто. На самом деле если бы вы просто приехали на праздник, вас бы тоже пустили. Но мой дядюшка не знал об этом. Когда он отправил запрос на ваш брак, ему прислали приглашение и он решил, что это единственный способ попасть ко двору. Но любой человек, не зависимо от происхождения, если он может позволить себе приличную одежду, имеет право попасть во дворец и лицезреть его величество. Король очень лоялен в этом вопросе. Главное, вести себя прилично и так же выглядеть.– Неожиданно. Еще меня удивило, что герцог Монмут так молод и король назвал его бастардом. Но ведь самому королю едва за 30. Как так вышло? Кроме того я прежде не слышала о герцогах Монмут?– Вы и не могли слышать. Герцог родился, когда его величеству было 16, а титул создали специально для него буквально в этом году. Король любит своего первенца и герцог верен ему.– В 16…– А что вас удивляет? Вашему жениху будет 12, когда вы повенчаетесь.– Это да. Но ведь герцог рождён не в браке.– Как и я. Поэтому король и пошутил насчет нашей дружбы. Два бастарда. Только мы на совершенно разных ступенях аристократической лестницы.– А вы близко знакомы с бастардом короля?– Поверхностно. Он меня впервые видел, а мне уже доводилось.– Да уж. Если король так привечает своих бастардов и так одаривает их, немудрено, что при дворе столь вольные нравы.– Вам еще так много предстоит узнать, милая Блэр.– Не уверена, что хочу. Я и так слишком много узнала уже.– О чём вы?– Да так. Не важно.Рассказ служанки о том, как Гастон расплатился с ней за услугу мне, не давал мне покоя.Обед прошёл весело и фривольно. Видимо так всегда было при дворе и всех это устраивало. После него нас отпустили по комнатам, чтобы немного отдохнуть, и приготовиться к вечернему балу. Гастон сказал, что ему надо отлучиться по делам, но в началу бала он вернётся. Я не знала, чем себя занимать несколько часов. Снимать платье было бессмысленно, мне больше никто не поможет его надеть. Отправиться на прогулку я тоже не могла. Поэтому присела на кровать и откинулась на спинку. В такой позе я и уснула.Мой первый бал. От красоты резало в глазах. Хрустальные люстры, отражающиеся в светлых блестящих полах, расписные потолки, гобелены на стенах, множество серебряных безделушек, мебель из черного дерева, инкрустированная золотом и перламутром. С этой фееричностью интерьера гармонировали пышные, украшенные массой драгоценностей, наряды придворных. В ушах и на шеях дам сверкали драгоценные камни. Руки мужчин украшали крупные перстни. Моё платье казалось довольно скромным на фоне общего великолепия. Но всё-таки достаточно приличным.Гастон явился к началу бала. Он где-то раздобыл темно-голубой костюм с красивой вышивкой и успел завить свои волосы в модные локоны. На его фоне граф выглядел почти убого, несмотря на приличный наряд и такие же локоны. Но в отличие от здоровых медово-каштановых волос племянника, у его дяди образовались заметные залысины, а сами волосы заметно поседели. Ситуацию мог бы спасти пышный парик. Но граф заявил, что не видит смысла тратиться на такую дорогую вещь, которую он больше никогда не наденет. Он не планировал больше приезжать ко двору, разве что когда его внук получит титул. Но этого самого внука еще не существовало. А мода переменчива. Так он сказал мне.Граф на балу встретил старых знакомых, с которыми, как я поняла, не виделся более двадцати лет и завязал с ними длинную и скучную беседу. Мне приходилось стоять у него за спиной и глазеть на окружающих. Гастона тоже привлекли к беседе, она касалась в том числе его работы и его почившего отца.Руфусу не положено было находиться на балу, еще слишком мал, но для него сделали исключение на пару часов, всё-таки в следующем году мы поженимся и он будет считаться взрослым. Ужас. Я вдруг поняла, что совершенно к этому не готова. Сейчас мой малолетний жених глазел на красивых дам и таскал с фуршетного стола мелкие закуски, считая, что его никто не замечает.Многие пары танцевали. Сам король Карл тоже поучаствовал в нескольких танцах с придворными дамами. Королева сидела на своём месте с грустным лицом и в развлечениях почти не участвовала. Из разговоров я узнала, что её беременность протекает тяжело и королева часто плохо себя чувствует.Я наблюдала за придворными, и заметила множество объятий, легких поцелуев, и огромное количество касаний. Некоторые выглядели случайными, другие были похожи на тайные, словно украденные. Были и такие пары, которые уходили из зала вместе, а возвращались слегка растрёпанными. Интересно, чес они там занимались? Король и сам нередко целовал руки некоторым дамам, много шутил и улыбался. Иногда приобнимал одну единственную красавицу с густыми каштановыми волосами, голубыми глазами и пухлыми губами. Именно она утром пристально меня разглядывала.Гастона старики наконец отпустили и он пригласил меня танцевать. Сейчас играли полонез, в котором все гости бала должны были принять участие. Танцевали парами, передвигаясь изящными маленькими шагами и «скользили» вправо и влево, вперёд и назад, в четверть поворота, приближаясь и отдаляясь друг от друга. Движения вроде бы не сложные, они требовали хорошей координации и внимательности, чтобы не пропустить свой шаг.– Не ожидала, что вы станете так тратиться на костюм, – сказала я партнёру.– А я и не тратился. Я взял его у друга на этот бал, завтра нужно вернуть в целости.– Как удобно. Я вот не представляю, что делать с этим платьем позже, когда мы уедем.– Вам оно очень идёт. Оттеняет вашу красоту.– Прекратите мне льстить, это смущает.– Ах, Блэр, вам стоит научиться правильно принимать комплименты. Сегодня вас наверняка еще не раз пригласят танцевать.– Почему вы так решили?– Я заметил, что как минимум трое мужчин в этом зале наблюдают за вами. Возможно и вам стоит обратить внимание на других.– Зачем? Ведь я почти замужем.– Но только почти. Вдруг вы влюбитесь в кого-то получше.– В прекрасного герцога Монмута, например. Мы с ним и по возрасту идеально подходим друг другу, – решила подыграть я.– И по положению впрочем тоже. Но увы. Монмут недавно женился на богатой наследнице -графине Анне Скотт. Она, кстати, как и вы, хранительница титула. Очень выгодная партия.– Вы только что разбили мне сердце. А графиня здесь?– Я её никогда не видел, так что возможно.– А кто та женщина, которую король так часто обнимает?– Это его главная любовница – Барбала Палмер, племянница герцога Бекингема.– Главная? А остальные?– Король много кем интересуется. Как вы могли заметить в его окружении много прекрасных дам.После полонеза мы стояли и обсуждали наряды и манеры других гостей, когда зазвучала мелодия менуэта и ко мне подошёл сам герцог Монмут.– Миледи, – юноша изящно протянул мне руку и склонился в легком поклоне. Я испуганно взглянула на Гастона, а он взглядом дал понять, что мне следует согласиться. Не партнер меня пугал, а сам танец, ведь я плохо его танцевала. Правильно истолковав моё волнение, герцог сказал:– Миледи, положитесь на меня, я буду вас вести.– Благодарю, – только и смогла ответить я.– Я приметил вас еще утром и дал себе обещание станцевать с вами.– Неужели? Чем же вас привлекла моя скромная особа?– По положению мы с вами равны и ваша красота не осталась незамеченной, поверьте.– Благодарю, ваша милость, – улыбнулась я бастарду короля.– Как я понял, в следующем году вы выходите замуж.– Всё верно.– Не хотите отказаться от этого брака и стать моей любовницей?– Милорд! Вы ведь недавно женились?– Верность сейчас не в моде. У всех есть любовники и любовницы. Я буду очень щедр и нежен.– Простите, милорд, но откажусь.– Вы так влюблены в своего малыша-жениха?– Ничуть. Но моё воспитание заставляет меня отказать вам.– А жаль. Вы стали бы чудесным украшением двора и моей постели. Если вдруг передумаете, пришлите ко мне слугу.Я зарделась от смущения из-за его откровенности и похотливых взглядов в моё декольте. Вот уж не ожидала такой прыти от юноши 17 лет. Впрочем, в этом возрасте наш король уже стал его отцом, так есть ли смысл удивляться?К счастью после танца юный герцог оставил меня и нашел себе новую партнёршу. После этого разговора я вдруг почувствовала духоту в бальной зале, захотелось выйти и подышать свежим воздухом. К счастью, мой будущий свёкр как раз закончил общаться со старыми друзьями и позвал Руфуса.– Нам пора в свои комнаты, сын, ты и так пробыл на балу слишком долго. Леди Сеймур?– Я тоже должна уйти?– Безусловно. Вы не можете оставаться здесь без опекуна.– Я присмотрю за ней, дядя. И лично приведу к вам.– Но это может быть понято неверно.– Не волнуйтесь. Помните, вы ведь положились на мои знания, поэтому и пригласили сюда. Мы станцуем еще пару танцев и придём.– Ну хорошо. Но не долго! Не заставляйте меня сюда возвращаться, чтобы забрать леди Сеймур с бала.– Не заставлю, дядя.Граф смерил нас оценивающим взглядом и увёл Руфуса.– Если честно, я не горю желанием танцевать, но не откажусь выйти на свежий воздух. Спать пока не хочется.– На улице сейчас мороз и снег пошёл. Давайте прогуляемся по коридорам. Мне рассказывали, что здесь есть оранжерея, там вам должно понравиться.– О, было бы замечательно.Бал и откровенность людей на нём меня заметно утомили и даже немного испугали. Гастон был прав, я еще не готова к таким вещам, слишком неискушена. Вместе с тем, возбуждение от увиденного, энергия музыки и эмоции еще бурлили во мне, заснуть я бы точно не смогла. Моё состояние чем-то напоминало опьянение от вина, хотя я пила только разбавленное водой и совсем немного.Некоторое время мы шли молча, думая каждый о своём. Потом Гастон спросил моё мнение о бале, а я задала несколько вопросов о том, чего не поняла. Еще спросила по поводу супружеских измен, пояснив, что услышала на балу утверждение, что супружеская верность сейчас не в моде. Гастон подтвердил слова Монмута о том, что почти каждый человек на балу имеет любовника или любовницу. Он очень уверенно вёл меня через дворец, и в итоге мы действительно нашли оранжерею. Множество растений создавало приятную атмосферу и позволяло дышать легко. В этот час других посетителей здесь не было. Мы присели на одну из лавочек под раскидистым деревом с неизвестными мне плодами.– Я заметил, что герцог чем-то вас смутил.Я задумалась, стоит ли говорить ему но потом решила, что ни с кем больше не смогу подобное обсудить, а его совет будет кстати.– Он предложил мне стать его любовницей.– О как! Я ожидал подобного от короля.– Но его отпрыск его обскакал. Король совсем меня не замечал, чему я только рада. Как думаете, он попытается увидеться со мной снова?– Вполне возможно. Если Стюарт что-то решил, его не остановить.– И как мне быть?– Никогда не оставаться одной.– Как вы и советовали.– Именно. Блэр, я заметил, что со вчерашнего дня вы как-то странно на меня смотрите. Я вас чем-то обидел?– Отнюдь! Вы очень мне помогли.– Тогда что случилось?– Ничего такого. Просто я осознала, что жизнь при дворе отличается от того что я себе представляла. Например тут довольно необычные способы оплаты услуг.– Неужели? И какие?– Вам лучше знать, Гастон. С Абигейл вы расплатились поцелуями.– Вот девчонка…– И сегодня на балу я заметила, что многие ими обмениваются. Король часто целовал руки дамам, обнимал свою любовницу, ну это понятно. Еще я замечала поцелуи в плечи, шею и затылок.– Некоторые поцелуи являются частью придворного этикета.– Думаю, мне стоит изучить какие дозволены и в каких случаях. А какие нет. Научите меня, Гастон.Мужчина явно был обескуражен моей просьбой. Но я и правда имела ввиду то, что сказала. Я хотела разобраться, что к чему, чтобы не попасть в неприятности. И никому другому я не посмела бы задавать таких вопросов и просить меня научить. Гастон был моим лучшим другом, я доверяла ему.– Не думаю, что это хорошая идея, Блэр.– Почему? Давайте представим, что герцог Монмут настоит на встрече со мной и как-то поцелует меня. А я оскорблю его своей реакцией и навлеку проблемы на семью.– Что ж, доля логики в ваших рассуждениях имеется. Есть пара примеров. Если герцог сам к вам явится, он имеет полное право взять вас за руку и поцеловать ваши пальцы, – Гастон коснулся моей руки и продемонстрировал. – Если вы откажетесь или выдернете руку, это будет воспринято как проявление плохого воспитания или даже оскорбление.– Значит, я была права. А может он иначе меня поцеловать?– Может. Поцелуй особы его ранга считается редкой привилегией, даже милостью. Обычно это происходит так же, как между родителями и детьми.– Покажите.Он коснулся губами моего виска, а потом лба.– И это считается приличным? – уточнила я. Гастон кивнул. Он почему-то был очень напряжён и совсем не улыбался.– А каких поцелуев мне точно стоит избегать? Или не допускать их?– Блэр, я не думаю, что…– Да бросьте. Вы целовали Абигейл и явно не её одну. Помогите мне разобраться.Он нервно сглотнул, повернулся ко мне всем корпусом и развернул меня к себе так же.– Запомните, как вас могут поцеловать без последствий, я уже показал. Все остальные касания лучше не допускать. Например это, – он взял меня за руку и прижался губами к моим пальцам, замерев на несколько мгновений. – Не позволяйте мужчинам задерживать вашу руку или целовать её дольше пары секунд.– Хорошо, запомню. Что ещё?– Не позволяйте касаться своего лица.

— Совсем? Вы же сказали, что в лоб и висок можно?

– Только если это кто-то из королевской семьи. А вот так нельзя.Гастон коснулся губами моей щеки, а затем моих губ. Это было приятно и довольно волнительно.– А как вы целовали Абигейл?– Блэр, то, что было у нас с Абигейл, с вами вообще не должно происходить. Об остальном вы узнаете уже в браке.– Есть у меня такое предложение, что это мне придется учить Руфуса целоваться. Сомневаюсь, что он вообще что-то умеет.– И тем не менее…– Боже, Гастон, да перестаньте упрямиться. Просто покажите мне. Я не знаю, когда и с кем случится мой первый поцелуй, но лучше с вами сейчас, чем с чужим человеком во дворце или с неумехой Руфусом. Я доверяю вам. И хочу, чтобы вы сделали это для меня.– Вы хотите подарить мне свой первый поцелуй?– Давайте считать это благодарностью за вашу помощь мне. И да, я хочу, чтобы хотя бы в первый раз это было приятно. Поцелуйте меня так как целовали Абигейл. Она сказала, что это было очень… эээ качественно.Я смотрела ему прямо в глаза и была искренна в своей просьбе. Иногда я думала об интимной части супружества. Перед отъездом мама немного рассказала мне, чего следует ожидать. Упоминала она и поцелуи. Но глядя на своего жениха, я была уверена, ничего путного у нас не выйдет. По крайней мере сначала. А теперь после бала, вполне серьёзно ожидала, что кто-нибудь может захотеть этого от меня или поцеловать меня, чтобы соблазнить. Сейчас я была почти уверена, что те пары, которые уединялись во время бала, делали это ради тайных поцелуев.И мне не терпелось испытать это на себе, чтобы понять, что же там такого.– Я считаю, что это плохая идея, – упорствовал Гастон.Тогда я молча придвинулась к нему и сама прижалась к его губам. Некоторое время ничего не происходило, он замер как статуя. Но потом статуя ожила. Властным движением языка он раздвинул мои губы и проник внутрь моего рта, где затеял замысловатый танец с моим языком. При этом мужчина обнял меня за талию одной рукой, а вторую запустил в мои волосы на затылке, притягивая к себе. Голова почему-то кружилась, ощущения были неописуемыми и очень острыми. Но до того как я успела разобраться в них, Гастон выпустил меня из объятий и прервал поцелуй.– Вот так никому не позволяйте себя целовать, – сказал он, тяжело дыша и добавил: – Кроме мужа.– Х…хорошо. Именно так король целует своих любовниц?– Думаю да. Нам стоит прекратить это, Блэр. Этих знаний вам должно быть достаточно.– Да. Хорошо.– Я провожу вас в ваши комнаты. Уже поздно.Я кивнула и пошла за ним следом. Если честно, мне хотелось повторить этот опыт, чтобы до конца разобраться в собственных ощущениях, но я видела, что Гастону это неудобно и смущает его, поэтому просить не стала. Однако уже в дверях комнаты, я его остановила.– У меня к вам ещё одна просьба. Слугу я сейчас не найду, а снять это платье самостоятельно невозможно. Помогите мне развязать все тесёмки хотя бы.Гастон думал, что для его выдержки на сегодня выпало слишком много испытаний. Но отказать Блэр в помощи было выше его сил. Когда девушка сняла верхнюю юбку и корсаж, она повернулась к нему спиной. Гастону стоило немалых усилий не торопясь развязывать многочисленные тесемки её наряда на спине и боках. Его бы воля, он бы просто срезал их и…Оставалась пара завязок на рукавах, с ними он тоже справился, правда руки уже дрожали, поэтому он положил их на ее оголённые плечи. Теплая гладкая кожа так и манила прикасаться ещё.Блэр слишком резко похорошела за то, время, что они не виделись. Буквально набухла, как бутон, который вот-вот раскроется. Еще немного и она станет удивительной красавицей. Гастон стянул с её плеч рукава и поправил съехавшую рубашку. Её кожа такая белая, никогда не видевшая солнца из-за закрытого платья. И такая девственно-нежная. Полупрозрачная в свете свечей рубашка почти не скрывала изящных изгибов её юного тела. Когда он целовал её сегодня, то понял, что впервые сожалеет о своём неблагородном происхождении. Если бы мог, он боролся бы за эту девушку.Но она принадлежит его кузену. Эта мысль прекрасно отрезвляла.– Я уже пойду. Поздно. А вы ложитесь спать.– Спасибо вам за этот вечер. И за обучение. Это было полезно.Гастон мне ничего не ответил, коротко поклонился и ретировался. А я упала на постель и закрыла глаза. Сегодня произошло слишком много всего, меня разрывали эмоции и мысли, которые не давали мне спать почти до самого утра.