Ведунья

Придворные развлечения

Почти весь следующий день я просидела в своей маленькой комнатке, выходя лишь поесть в сопровождении графа. Гастон не появлялся, возможно я слишком смутила его своим напором вчера. Не то, чтобы в Уайтхолле нечем было заняться. Здесь имелись разные развлечения: помещения для игры в мяч, теннис, сражений на мечах, петушиные бои, даже собственный театр. Одной стороной дворец выходил прямо на реку Темзу и я слышала разговоры о том, что некоторые устраивали катания на лодках.

Но графу это всё было неинтересно. Воспитанный в пуританской семье, все светские развлечения он считал вредными и мы ничего не посещали. Было неимоверно скучно. С собой у меня была лишь одна книга и та зачитана уже до дыр. Я чувствовала, что многое упускаю, но не могла ничего поделать. Друзей здесь у меня не появилось, а граф, кроме прочего, боялся покидать покои, рассчитывая, что нас в любой момент могут пригласить на аудиенцию к королю для получения согласия на брак. При этом Руфусу дозволялось бегать по коридорам. Хоть что-то.К моему счастью на следующий день появился Гастон и выпросил у дяди разрешения сводить меня в оранжерею. Как только мы отошли подальше от покоев, я завела разговор.– Вы не в обиде на меня?– С чего такие мысли, Блэр?– Ну из-за моей настойчивости в вечер бала. Позже я поняла, что вела себя слишком фривольно. Если бы нас увидели тогда…– Нас не увидели. Это во-первых. А во-вторых, девушке вашего возраста иметь подобную любознательность полезно. Я тоже думал о том вечере и пришёл к выводу, что вы правы. Окажись я на вашем месте, мне бы тоже хотелось, чтобы рядом оказался более опытный друг, у которого можно чему-то поучиться.– Спасибо, Гастон.– Но давайте тему с поцелуями и прочим закроем. Ничему подобному я вас больше учить не стану.– Это потому, что я не такая красивая Абигейл?– Блэр, – он остановился, взял меня за плечи и развернул к себе. – Абигейл вам и в подмётки не годится. Я хотел заплатить ей деньгами, но она потребовала иную плату. На поиски другой служанки просто не было времени, а с Абигейл мы уже пересекались в городе и знали друг друга. И перестаньте недооценивать себя. Вы очень красивы. Но вы невеста моего кузена и я не имею права вас компрометировать. Я должен вас защищать.– Простите. Вы правы, я больше не заговорю об этом. А сейчас у меня есть к вам просьба. Я не хочу идти в оранжерею. Граф сказал, что мы не будем покидать покоев, пока нас не позовут. А я понимаю, что это возможно мой последний шанс хоть немного посмотреть жизнь. Через год я стану замужней дамой и более чем уверена, что замок мы покидать не будем много лет, пока я не рожу сына и не придет время представлять его ко двору. Пожалуйста, Гастон, покажите мне здесь всё. Я хочу узнать, как люди живут, как развлекаются, о чём говорят и прочее.– Но вам не будет больнее потом, когда вас запрут в замке? Вы ведь будете вспоминать это всё и сожалеть, – в его красивых глазах легко читалась жалость ко мне и сочувствие. Ожидаемо. Но меня это не обижало.– Не будет. Увидев жизнь, я буду все эти годы жить мечтами о ней. Буду знать, на что могу рассчитывать потом, когда придёт моё время. И возможно сын не будет ко мне так суров, как свёкр.– Тогда хорошо.Гастон тепло улыбнулся мне, взял за руку и мы побежали. Воздух дворца струился вокруг нас потоками, мы смеялись и радовались этому дню.Первое место, куда привёл меня Гастон, была закрытая арена с песком. Вокруг собрался народ, здесь были представители разных сословий и обоих полов. Я с интересом посмотрела на песочный ринг, а туда выпустили двух красивых петухов, которые тут же начали драться. Зрители делали ставки, подбадривали бойцов, выкрикивая пожелания и указания. Всеобщая атмосфера захватывала целиком. Я всегда любила животных и мне было жаль, если они страдали, но сейчас что-то другое завладело мной, может быть дух соревнований.Гастон тоже сделал ставку и в итоге его петух победил. Забрав выигрыш, мы направились дальше. В большой крытом зале с высокими потолками две команды мужчин играли в мяч. Их турнир уже подходил к концу. Как вдруг на смену мужчинам вошли придворные дамы. Они сняли верхние юбки, а под ними оказались широкие атласные бриджи до колен. Зрительская толпа возбудилась от этого вида и жадно обступила поле для игры. Мужчины подбадривали участниц, выкрикивали комплименты, а дамы прятали сплетни за веерами.Женщины перебрасывали друг другу мяч и цель была в том, чтобы его не уронить на пол. Они все были в очень хорошей форме, видно, что играли не первый раз. Я бы тоже поучаствовала в такой игре. Среди игроков выделялась одна красивая дама, о которой я спросила у Гастона.– Это Луиза де Керуай, она прибыла в свите нашего короля из Франции. Многие прочат её на место Барбары Палмер.– Она тоже любовница его величества? Красивая.– И очень рассчётливая. Многие при дворе её ненавидят.– Как же тут всё сложно.– Верно подмечено, – согласился Гастон.– Зато интересно, – ухмыльнулась я.Время уже подошло к обеду, куда Гастон меня и отвёл. За столом он сообщил, что у него есть еще дела и до завтра мы его не увидим. Но обещал прийти и сводить меня завтра погулять по дворцу, посмотреть декор. Только я знала, что смотреть мы будем что-то другое.Король пока не присутствовал на нашем обеде, у каждого отсека дворца был свой обеденный зал и король сам решал, куда пойдет. После рождественского бала мы его еще не видели.После обеда было очень скучно сидеть в комнате, я узнала, что во дворце есть своя библиотека и уговорила свекра сходить туда со мной, чтобы выбрать что-нибудь почитать. Недовольно кряхтя он согласился. Это было единственное моё развлечение на вторую половину дня.На утро Гастон явился, когда мы выходили с завтрака и тут же умыкнул меня в сторону, а Руфус уговорил отца выйти прогуляться на улицу. Сегодня впервые прекратился снегопад и выглянуло солнце.Мы отправились в ту часть дворца, где я еще не была. Там располагались спортивные залы для упражнений по фехтованию и игры в теннис. Я удивилась тому, что в каждом месте, куда мы приходили, было очень много народа. Для тенниса было отведено большое помещение с высокими потолками. Вдоль двух стен имелись места для зрителей, крытые козырьками, чтобы мячи не били по головам. Посередине корта натянута сетка. Только что закончилась партия, в которой выиграл не кто иной, как Джеймс Скотт, герцог Монмут. Он поднял руки вверх и широко улыбался, принимая поздравления с победой и похвалу. Когда зрители немного успокоились, юный герцог заговорил.– Итак, мне нужен третий соперник на сегодня. Первые два очевидно поддавались, а это не интересно. Кто достаточно смел, чтобы на равных мне противостоять? Народ зашушукался, зашумел, а Джеймс обвёл всех взглядом и остановился на нас.– Бастард графа Бата против бастарда короля. Принимаете вызов, Тусет?Гастон ухмыльнулся, раздумывая над предложением, затем снял свой жакет и попросил меня его подержать, а сам вышел на корт.– Отлично! Прокомментировал его поступок герцог. – Только давайте честно. Не бойтесь меня победить, никто вас за это не накажет. Надоело всё время выигрывать.– По рукам, – Гастон протянул свою для рукопожатия и теннисный бой начался.Я впервые видела теннис. Отец рассказывал, что в столице его любят и даже показывал нам. Но чаще в него играли мужчины. В наших краях теннис не был популярен. Уверена, граф Бат в него тоже не играл. Поэтому наблюдать поединок друга и королевского отпрыска мне было очень интересно и волнительно. По ахам и вздохам некоторых дам было ясно, что они поддерживают потенциального принца, но нашлись и те, кто выкрикивал слова поддержки Гастону. Сперва мужчины перебрасывали друг другу мяч ракетками осторожно, даже неторопливо, но потом вошли во вкус. Их движения ускорились и стали более резкими, мячик только успевал отскакивать от одной, как тут же с невероятной скоростью уже ударялся о другую.Гастон очевидно хорошо знал эту игру и вполне мог выиграть своего титулованного противника. Это добавляло состязанию увлекательности и риска. Хоть герцог и обещал, что за победу Гастону ничего не будет, он мог передумать.Их счёт уже сравнялся и следующий мяч должен был решить исход поединка. Я вся в напряжении вцепилась руками в бортик зрительской зоны, боясь пропустить важное, как вдруг кто-то обнял меня за талию и от неожиданности я вскрикнула. Довольно громко, раз на меня обернулись несколько пар глаз.– Ох, простите, миледи! Обознался, – извинился незнакомец и затерялся в толпе. Гастон и герцог подошли ко мне.– Уверен, вы не специально отвлекли нас, леди Блэр, – улыбнулся мне Джеймс.– Что случилось? – забеспокоился Гастон.– Кто-то обнял ее, спутав со своей дамой, – хихикнув, ответила юная девушка, и тут же прикрылась веером.– Так и было. Простите, если я помешала вам! Я этого не хотела, просто испугалась.– Конечно, я уверен, что не хотели, – согласился герцог.– Из-за этого я не заметила, кто победил.– Какая милая непосредственность! Тусет, предлагаю ничью, дабы не пугать больше вашу родственницу.– Принимаю, – согласился Гастон и они пожали друг другу руки.– Но это была достойная игра, а вы – лучший мой противник.– Мне было приятно играть с вами. Благодарю.– Миледи, – теперь сын короля обращался уже ко мне. – Почему я впервые вижу вас после рождественского бала? Вы не любите развлечения?– Люблю, ваша светлость. Просто мы с вами не пересекались.– В таком случае сегодня вечером я жду вас на своём балу масок. Если маски нет, приходите, на входе будет слуга с целым ворохом и вы сможете выбрать.– Благодарю, ваша светлость. Боюсь, не смогу прийти.– Почему?– Ну, видите ли, граф позволяет мне выходить только днём.– Он у вас часом не пуританин?– Его семья была пуританской, вы правы.– Я решу эту проблему. Собирайтесь и жду вас вечером. Вы тоже можете приходить, Тусет. Сопроводите даму, как обычно.Гастон поклонился и мы разошлись. Гастон поторопил меня, чтобы успеть посмотреть еще что-нибудь.– Почему герцог предложил ничью? – спросила я, когда мы уже шли по коридору.– Когда вы вскрикнули, была моя подача, но я отвлёкся и не ударил по мячу. Технически это проигрыш. Но ему очень хотелось, чтобы хоть кто-нибудь выиграл у него.– Вы ведь могли продолжить?– Могли. Но как видите, герцог решил иначе.После ужина в наши покои постучали. Граф сам открыл и слуга передал ему бумажный конверт.– Герцог Монмут приглашает нас на бал масок. Хм. Уверен, это что-то не совсем приличное. Мы не пойдём.Я вздохнула. Так и знала, что он откажется.– Прощу прощения, ваша милость, – заговорил слуга, принесший приглашение. – Его светлость просил передать, что приглашение носит обязательный характер и отказы не принимаются.– Вот как?– Дядюшка, помните король сказал, что хочет присмотреться к вам и леди Сеймур? Может он желает это сделать в неформальной обстановке? – предположил Гастон.– Тогда почему приглашение от герцога, а не от его величества?– Кто знает? В любом случае, как видите, отказы не принимаются. Лучше не проверять, к каким последствиям это может привести.– Передайте герцогу, что мы придём. В приглашении указано, что оно на двоих.– Всё верно, леди Сеймур должна быть обязательно и в сопровождении, – ответил слуга.– Ясно.Не прощаясь, граф закрыл дверь прямо перед носом у слуги и задумчива изучал пригласительное.– То есть вы считаете, нам надо пойти? – спросил он у Гастона.– Король славится своими неординарными решениями, – ответил тот.– Но это слишком поздно. Я в это время обычно уже ложусь спать.– Ради вашего дела придётся лечь немного позже, дядюшка.– А вы можете сопроводить Блэр вместо меня? Боюсь, я не знаю, как вести себя на таких мероприятиях.– Вполне. Только бал закончится довольно поздно. Если вы позволите мне остаться на ночь в вашей гостиной…– Да бога ради, тут есть кушетка.– Тогда я вам помогу, – Гастон улыбнулся графу и подмигнул мне.Перед входом в покои герцога Монмута я очень волновалась. Гастон выглядел спокойным и подбадривал меня. Мы оба понимали, что герцог действует в своих интересах, но я так хотела успеть увидеть побольше, что возможные риски меня не пугали. На входе действительно стоял слуга с подносом, полным масок разного вида. Я выбрала одну, более-менее подходящую под мое лавандовое платье, Гастон взял коричневую. И мы вошли.Покои герцога впечатляли богатым убранством. Основными цветами были насыщенный голубой и золото. На стенах висели картины и гобелены, подоконники и оконные рамы украшали резные фрески и лепнина. По декоративным столикам, инкрустированным золотом, были расставлены дорогие безделушки из китайского фарфора, шкатулки, статуэтки, вазоны.Гостиная и вовсе ошеломляла: расписной потолок с пилястрами, огромная хрустальная люстра с десятками свечей. Изобилие лепнины, витиеватых розеток, мраморных колонн, вензелей. Полы тоже были мраморными и красиво зеркалили свет. Я изумленно осматривалась, ведь такую роскошь я вряд ли скоро увижу. Вместе с тем обстановка даже утомляла, словно давила на меня. Всё это было немного слишком.Для гостей герцог приготовил лёгкие закуски и много вина, уже разлитого по бокалам. Слуги только и успевали приносить новые бокалы. Мы немного потанцевали, выпили, перекусили. Затем было выступление маленького оркестра и известной здесь певицы. Герцог подходил к нам поздороваться и спросил, нравится ли нам его бал. Конечно, мы уверили его, что нам очень интересно.Основным развлечением вечера была небольшая театральная постановка, в которой задействовали и гостей. Меня пригласили на одну из главных ролей, девушки-невесты. Короля играл сам Джеймс Монмут, на роль моего «жениха» позвали неизвестного мне придворного. Нам нужно было только делать то, что подскажут, а озвучивал всё специальный человек. По сюжету юная девушка должна выйти замуж, но ее ожидает некий конфуз, преодолеть который поможет только король.– И вот прекрасная невеста уже готова к первой брачной ночи! – вещал рассказчик, взяв меня за руку и попросив покрутиться вокруг своей оси. – Но получит ли она то, на что рассчитывает? Способен ли её новоиспечённый муж исполнить свой долг? А муж волнуется, ведь знает, что не сможет. Как ему быть? Задумался крепко он. Не находит себе места. Его величество пришёл пожелать молодоженам счастья и успеха. И вот молодой муж решается просить короля о помощи.Рассказчик попросил «жениха» встать на колени перед королем и сложить руки в молитвенном жесте.– Боюсь, ваше величество, без вас мне не справиться! Я не хотел бы делать девушку несчастной, но и противиться семье, отказываясь от брака, я не могу! Спасите меня от позора! Исполните супружеский долг вместо меня! Никому кроме вас я не могу довериться!Гости дружно захохотали, я покраснела от смущения, а «король» взял меня за руку и увёл за бархатную штору.– Простите, герцог, но почему мне кажется что это сатира на меня? – решилась я спросить.– О нет, ну что вы! Она не на вас. А на вашего жениха. Конечно, у нас нередки браки между людьми разного возраста. Но ваш так называемый жених уж слишком всех насмешил своей детскостью. Уверены, что хотите выйти за него?Только теперь я заметила, что мы прошли в другое помещение, больше похожее на спальню. И здесь мы были совершенно одни. Я отпрянула от юноши.– Прошу, отпустите меня обратно на бал.– Милая юная Блэр. Я ведь серьёзно предлагал вам стать моей официальной фавориткой. Я всем вас обеспечу гораздо лучше, чем граф Бат и его сынишка. Вы ни в чём не будете нуждаться и единственной вашей задачей будет любить меня. Ну или хотя бы делать вид. Меня это тоже устроит.– Ваша светлость, разве я давала вам положительный ответ? Или повод думать, что ваше предложение меня всерьёз заинтересовало?– Милая, сейчас дамы часто говорят одно, а думают другое. И я не мог не попытаться.Он сделал пару шагов ко мне, а я отступала назад, пока не упёрлась в стену спиной. Резная лепнина больно впилась в плечи. Герцог взял двумя пальцами моё лицо и потянулся к моим губам. Но я зажмурилась, сжала губы и отвернулась. Он засмеялся.– Вы просто неимоверно милая! Ну станьте моей, прошу вас! Клянусь, я буду заботиться о вас лучше, чем о моей жене.– Я не могу.– А может вы хотите стать мне женой? Я подумаю, что можно…– Нет! Ни в коем разе! Даже не думайте, ваша светлость!– Блэр, – он вдруг обнял меня за талию и резко притянул к себе. Сильный, чертёнок. От него ощутимо пахло вином и пряными издухами. Вблизи лицо герцога казалось еще более прекрасным, с точеными чертами и пухлыми губами, которые так и норовили поймать мои. Пару раз ему даже удалось коснуться меня, но я сумела его оттолкнуть.Я понимала, что надо что-то предпринять. Но так чтобы не обидеть его. Поэтому я улучила момент, пощекотала его и когда он засмеялся юркнула за дверь, которая оказалась не заперта. В гостиной меня искал Гастон и как только увидел, поманил к себе.– Нам нужно срочно уходить, – шепнула я ему. Он кивнул и повел меня к выходу. А из спальни показался Монмут. Когда его друзья увидели его, они со смехом спросили:– Неужто и вы, ваше величество, оплошали?И гости снова засмеялись. Мы уже выбрались к тому времени в коридор и быстрым шагом удалились от его покоев.– Что случилось, Блэр?! Где вы были?– А вы не поняли? Он утащил меня в свою спальню!– Но пробыли вы там недолго.– Мне повезло. Дверь была не заперта и я сбежала.– Он приставал к вам? Предлагал что-то неприличное?– О да. Весьма неприличное. И абсолютно прямолинейно.– Он прикасался к вам?– Да. Обнимал и хотел поцеловать.– И вы не позволили?– Делала для этого всё возможное.– Хорошо.По сжатым губам Гастона я не смогла понять, что именно он сейчас чувствует и на кого злится: на меня или на герцога? Но спрашивать об этом не стала. Он привёл меня к нашим комнатам. Порывисто обнял и прошептал, что я должна себя беречь. Потом втолкнул внутрь и велел отдыхать.– У меня есть еще пара незаконченных дел. Но поздно ночью я приду, чтобы поспать.– Хорошо.Что мне оставалось? Только послушаться его. Ведь сегодня я едва не сгубила свою репутацию. Нет, всё-таки придворная жизнь не для меня. Не смогу я быть любовницей, пусть даже меня за это не будут презирать. Мне самой такое положение вещей будет противно. И хотя перспектива замужества за Руфусом тоже не радовала, здесь я хотя бы буду честной женщиной и моя совесть не будет меня беспокоить.Гастон думал, что еще никогда так не волновался. Когда она исчезла из виду, он сразу начал ее искать. А когда появилась с пылающими щеками, сразу догадался, что произошло. Его накрыло гневом. Её ответы подтвердили его догадки. Вот же недоносок, этот герцог! И ведь не постеснялся попытаться соблазнить невинную девушку!Гастон решительным шагом направлялся снова в покои Монмута. Бить его он конечно не станет, но и оставлять всё как есть не может. Да при дворе является нормой распущенность, однако это не означает, что все обязаны на неё соглашаться. Бал продолжался. Гастон снова влился в компанию, делая вид что выпивает, а сам прислушивался к разговорам и выжидал. Парой часов позже, когда основная часть гостей разошлась, а Джеймс был заметно пьян, Гастон предложил ему еще выпить наедине и стал аккуратно расспрашивать о случившемся. Но видимо герцог был уже слишком пьян, чтобы хитрить.– А знаешь, Тусет, – заявил он, едва ворочая языком. – Ведь мы с отцом поспорили, кто первым её соблазнит. Если бы мне сегодня удалось, он бы больше не покушался. Но она тааакаааая скромница, – протянул он, улыбаясь. – Лично меня заводят такие девушки. А отцу нравятся выразительные красавицы. Кстати, а вы то сами что о ней думаете? Всё же вы ей не родственник.– Почему же? Я кузен её будущего мужа.– А, седьмая вода на киселе, – махнул рукой герцог. – Вот если бы она не была невестой вашего брата, что вы думали бы?– Я бы не думал. Я бы просто женился на ней.– Вот видите!? Ну как тут удержаться? Жениться я не могу, по крайне мере пока. Но я бы её очень любил.– И сделали бы её несчастной.– Считаете?– Уверен. Так что оставьте эту затею, не бередите девушке сердце.Монмут что-то невнятное хрюкнул и провалился в сон. А Гастон оставил его на слуг и отправился в покои графа Бата. Запомнит бастард короля этот разговор или нет, для его собственного спокойствия это уже что-то. Нужно предпринять что-нибудь, чтобы побыстрее покинуть столицу. Только тогда Блэр будет в безопасности.