Ведьма не для змея

Глава 2. Духовная поддержка.

Каждый день был словно тусклый оттиск предыдущего, но с едва уловимым оттенком упрямой надежды. Я неустанно колдовала над зельями, шептала заклинания, тщетно пытаясь сплести невидимый щит, что сдерживал бы скверну, как голодного зверя, рвущегося в поселок. Безуспешные попытки изгнать заразу навеки бередили душу, заставляя искать новые пути, словно едва заметные тропы в дремучем лесу отчаяния.

Утренний туман, медленно рассеялся, явив нежданного гостя – наследника этих земель, величественного нага. Высокий, с волосами цвета воронова крыла, обрамляющими лицо, и глазами, в которых плескалось бездонное ночное небо. Его чешуйчатый хвост, словно выкованный из самой тьмы, мерцал матовым отблеском, намекая на скрытую мощь и непоколебимое мужество.

Он объезжал свои владения, и слух о ведьме, прибывшей усмирить скверну, достиг его чуткого слуха.

При его появлении в груди вспыхнула искра интереса. Его визит мог означать лишь одно: скверна была серьезнее, чем я предполагала. Приветствие было коротким, почти сухим. Он не терял времени на светские любезности, сразу переходя к делу. Его глубокий голос, звенел властью и нетерпением.

– До меня дошли слухи о ваших трудах, ведьма, – его голос, низкий и бархатистый, обволакивал, словно южный ветер. – Скверна – давний кошмар этих земель. Я пришел предложить помощь.

Удивление вспыхнуло в моих глазах. Поддержка наследника – неожиданный дар судьбы, словно луч солнца сквозь грозовые тучи.

Я старалась укрыть волнение за маской непроницаемого спокойствия.

– Любая помощь будет бесценна, господин…– я замялась, понимая, что не знаю имени здешнего хозяина земель.

– Райнрад. А вы…

В темных омутах его глаз мелькнул слабый проблеск, словно первая робкая звезда, засиявшая в ночном небе.

– Санрая.

– Тогда не будем терять времени. Поведайте мне все, что известно вам об источнике скверны, о каждом шаге, предпринятом вами в этой борьбе.

Я рассказала ему о своих исследованиях, о неуспокоенных духах, шептавших об источнике скверны в заброшенном храме. Объяснила, как мои зелья лишь ненадолго сдерживают проклятие, не уничтожая его, и как с каждой ночью скверна становится сильнее, опаснее, словно ядовитая лоза, обвивающая сердца.

Наг слушал внимательно, не перебивая, лишь изредка задавая уточняющие вопросы. Его взгляд, казалось, проникал в самую суть моих слов, отсеивая ложь и сомнения. Когда я закончила, он не сразу заговорил. Некоторое время он молча смотрел на горизонт, словно пытаясь узреть там ответ, вычитав его на бледном лике зари.

– Храм… – наконец произнес он, и в его голосе послышалась тень леденящей тревоги. – Там дремлет не только источник скверны, но и другие, древние силы, ждущие своего часа. Но у нас нет выбора. Если мы хотим спасти эти земли, мы должны рискнуть, ступить в пасть зверя.

Он предложил отправиться туда завтра с первыми лучами солнца, взяв с собой лучших воинов его личной гвардии.

Ночь перед походом выдалась неспокойной, словно буря, запертая в моей груди. Сон бежал прочь, а в голове роились тревожные мысли, словно разбуженные осы. Но дело было не только в грядущей опасности. Сердце, при мысли о наге, начинало биться чаще, словно пойманная в клетку птица, а щеки горели нежным румянцем при воспоминании о его сильном теле. Я, Санрая, известная своим хладнокровием и рассудительностью, вдруг ощутила себя наивной девушкой, впервые познавшей трепет влюбленности. Но я не позволяла этим чувствам взять верх. Скверна важнее, спасение поселка – превыше всего.

С первыми лучами солнца Райнрад ждал меня у главных ворот. Наг был – облачен в темную сталь. Его воины – стояли молча, словно изваяния, готовые к любому приказу.

Дорога к храму была долгой. Воздух здесь был тяжелым, словно пропитанным предчувствием беды. Скверна ощущалась повсюду, как незримый окутывающий саван. Райнрад полз рядом, иногда бросая на меня быстрые взгляды. Его молчание не тяготило, а успокаивало, словно давало понять, что я не одна в этой борьбе.

У входа в храм нас поглотила непроглядная тьма, густая, словно застывшая смола. Здание, некогда величественное, зияло теперь лишь изувеченными руинами – остовом поверженного титана. Словно в ответ на наше вторжение, из чрева храма вырвался клокочущий, утробный рокот. И тут же из кромешной тьмы хлынула лавина порождений скверны – десятки тварей, словно шакалы, вымоченные в ночи, чьи глаза пылали багровым огнем. В уступах разрушенных колонн засверкали алые огоньки. Звериное рычание, смешанное с шепотом проклятий, заполнило пространство. Тьма, казалось, обрела плоть, сгущаясь вокруг тварей, словно защищая их от света.

Я вскинула руки к небу, и вспыхнул яростный огонь очищающего пламени, отгоняя мрак, дав воинам Райнрада преимущество. Они встали плечом к плечу, готовые встретить надвигающуюся угрозу. Райнрад встал рядом со мной, готовый в любой момент защитить меня.

Бой закипел. Твари набрасывались с яростью отчаяния, обнажая клыки и когти. Но наша сталь была тверда, а вера – непоколебима. Мы знали, что за этой тьмой скрывается нечто большее. И мы были готовы заплатить любую цену, чтобы остановить зло.

Один за другим падали порождения скверны, исчезая в облаке зловонного дыма. Но с каждой поверженной тварью их становилось лишь больше, словно тьма была неисчерпаемой. Чувствовалась чья-то злая воля, управляющая этими существами, направляющая их в бой.

Райнрад приказал воинам остаться снаружи, и достав факел, шагнул в темноту. Я последовала за ним, приготовив амулет, сдерживающий скверну. Внутри царила могильная тишина, которую нарушало лишь потрескивание факела. Стены были исписаны древними письменами, повествующими о забытых богах и темных ритуалах, словно предостережение для тех, кто осмелится потревожить покой этого места. В глубине храма, среди руин и обломков, я узрела его – алтарь, пропитанный кровью и скверной. А над алтарем – силуэт, облаченный в тень, фигура, чье присутствие заставляло содрогаться саму ткань мироздания. Я призвала очищающее пламя.

Пламя вспыхнуло ярким столпом, озаряя храм и отбрасывая причудливые тени на стены. Силуэт над алтарем дернулся, словно ужаленный, и от него отделился сгусток тьмы, зависший в воздухе. В тусклом свете, я заметила мерзкий оскал из-под его капюшона, скрывающее его лицо. Хриплый голос пронесся по храму, словно ледяной ветер:

– Вы посмели помешать мне?

Райнрад выхватил меч, сталь которого засветилась магическим светом. Это не простое оружие, оно было создано против скверны. В следующий раз обязательно полюбуюсь на него по ближе.

– Кто бы ты не был, тебе здесь не рады! – прорычал он, бросаясь в атаку.

Незнакомец отбил удар, и между ними завязалась ожесточенная схватка. Я же сосредоточилась на алтаре, пытаясь разрушить его связь с темным измерением. Амулет в моих руках пульсировал светом.

Я встала рядом с алтарем, ощущая, как внутри поднимается волна неистовой силы. Амулет в моей руке вспыхнул, озаряя пространство мягким, золотистым сиянием, изгоняющим тени. Слова древнего заклинания сорвались с губ, словно шепот ветра, несущий отголоски давно забытых времен. Сгусток скверны, словно пробужденный ото сна зверь, за пульсировал яростнее, взбешенный моим вмешательством. Костяные наросты затрещали, исторгая клубы едкого, зловонного дыма.

Незнакомец оказался силен, и вскоре Райнрад отлетел в сторону, ударившись о стену. Я понимала, что времени у нас мало. Собрав всю свою волю и энергию, я произнесла древнее заклинание, направляя поток света прямо в алтарь. Золотой свет встретился с тьмой, вызвав ослепительную вспышку. Алтарь задрожал, покрываясь сетью трещин.

Райнрад поднялся, пошатываясь, и вновь ринулся в бой. На этот раз его удары были более уверенными и точными. Клинок, словно живой, рассекал воздух, оставляя за собой светящиеся следы. Скверна, лишенная подпитки от алтаря, ослабла, и незнакомец уже не мог противостоять ярости воина.

Еще один удар Райнрада пришелся прямо в сердце противника. Незнакомец лишь улыбнулся, превратившись без форменную тень, пока не исчез во мраке.

– Глубцы, вы не победили, а лишь отсрочили неизбежное…

Заклинание набирало силу, и свет амулета, становясь все ярче, проникал в самые темные закоулки храма, словно рассеивая мрак веков. Скверна начала нападать, образуя форму невиданного зверя. Дрожащие пальцы сплетали в воздухе вязь сложных рун. Каждая линия, подобно нити судьбы, требовала сосредоточенности, вытягивая последние силы. Зверь ринулся в атаку, молниеносный и яростный, но Райнрад успел перехватить удар, и сталь клинка с яростным звоном встретила когтистую лапу. Сноп искр, словно осколки обсидиана, взметнулся в воздух.

Я почувствовала, как силы покидают меня. Амулет в моей руке потускнел и перестал пульсировать. Но мы сделали это. Мы остановили скверну, не дав ей вырваться в наш мир. Откинувшись на алтарь, я с облегчением выдохнула. Битва была окончена.

Райнрад подошел ко мне, его лицо выражало беспокойство. – Ты как? – спросил он, протягивая мне руку. – Все хорошо, – ответила я, принимая его помощь, чтобы подняться. – Но нам нужно уйти отсюда. Храм пропитан скверной, и нам нужно очистить его, прежде чем возвращаться сюда.

Райнрад стоял неподвижно, словно заворожённый, пока не опомнился и не бросился на помощь ко мне. В его глазах, горящих решимостью, я видела незримую поддержку, ощущала ее как несокрушимую опору в этой битве.

Из сотканной тьмы появился зверь, движений яростью, он бросился на меня. Звон стали пронесся прямо перед моим лицом. Райнрад остановил его, сдерживая натиск его зубастой пасти.

Заклинание вызревало, словно хрупкий кокон света, окутывая нас защитой. Голоса, шепчущие из тьмы, усилились, стали навязчивее, стремясь прорвать мой ментальный барьер. Они плели сладкие песни о власти, о всеведении, об избавлении от страха, но я знала – это лишь лживый морок, призрачная приманка, ведущая в пучину.

Углубившись в плетение заклинания, я отбросила сомнения и страх. Концентрация – единственная нить, связующая с реальностью. Свет вокруг нас разгорался, исторгая тьму. Зверь взвыл, отступая перед обжигающим сиянием. Райнрад продолжал сдерживать тварь, каждый выпад меча, каждый отбитый удар когтей дарили мне драгоценные мгновения.

Завершающая руна. Последний вздох. Заклинание вспыхнуло ослепительным светом, пронзающим все сущее. Зверь зашатался, его очертания начали меркнуть, клубящаяся тьма рассеивалась, словно дым над полем брани. Предсмертный рык, полный нестерпимой боли и яростной ненависти, эхом пронесся по подземелью, прежде чем тварь окончательно развеялась, оставив после себя лишь едкий запах серы.

Свет медленно угас, погружая нас в сумрак. Изнеможение сковало тело, ноги ослабели. Райнрад подхватил меня, и я, обессиленная, прильнула к нему, ощущая спасительное тепло его брони. Мы выжили. Но в глубине души я знала: это лишь краткая передышка перед новой бурей. Тьма никогда не дремлет.

– Ты сделала это, Санрая. – прошептал он.

Скверна словно змея, отступила под нашим натиском, зарываясь все глубже в земля.

Внутри ещё пульсировала отголосками битва, скверна оставила рубцы не только на теле, но и в душе. Я чувствовала её присутствие, притаившееся где-то глубоко внутри, словно тень, ждущая своего часа. Но я знала, что не позволю ей завладеть мной. Я сильна, и Райнрад рядом — наша связь станет щитом от любой тьмы.

Тишина храма давила своей тяжестью, нарушаемая лишь моим сбившимся дыханием и тихим потрескиванием остывающих углей. Я огляделась вокруг — костяные обломки, почерневшие от магии стены свидетельствовали о разыгравшейся здесь трагедии. Здесь умерло что-то, но родилась надежда. Победа была горькой, но необходимой.

Взгляд Райнрада полный беспокойства, говорил больше любых слов. Я чувствовала его поддержку, его готовность разделить мою ношу.

— Нам нужно уходить, Санрая, здесь больше нечего делать, — произнес он, нарушив тишину.

Я кивнула, соглашаясь. Скверна отступила, но зараза может вернуться вновь. Мы должны подготовиться.

Мы покинули опустошенный храм, оставив позади лишь эхо битвы. Солнце уже заходило за горизонт, окрашивая небо в нежные алые тона. Впереди нас ждали новые испытания, новые опасности. Но я знала, что пока мы вместе, мы справимся со всем.

Вернувшись в хижину, первым делом залечить полученные раны и, главное, найти способ полностью уничтожить скверну — источник. Скверна — это не просто болезнь, а скорее вирус, что с каждым разом будет мутировать и крепнуть, но мы приложим все усилия, дабы этому не допустить. Ночью мне снились кошмары. Скверна являлась в виде жутких образов, шептала мерзкие слова, пыталась сломить мою волю. Я просыпалась в холодном поту, с криком зарываясь в подушку. Кто была эта тень, мне еще предстоит узнать.

Утро расцвело с появлением Райнрада, и вместе с ним в мою душу впервые хлынул луч его улыбки. Сердце забилось в бешеном танце, отзываясь на это робкое касание счастья.

– Ночью явилось чудо – расцвел лунный цветок. Я собрал немного для тебя. Говорят, они обладают целительной силой, – произнес он, протягивая мне букет.

Словно сотканные из лунного серебра, лепестки мерцали. Я приняла дар, ощущая, как нежная прохлада скользит по моей коже. Аромат был тонким, ускользающим, как дыхание ночи, полный обещаний и надежд на грядущий рассвет.

– Спасибо, Райнрад, – прошептала я, жадно вдыхая волшебный аромат. – Они восхитительны.

В его глазах, бездонных, как ночное небо, плескалась нежность. Мир вокруг замер, оставив лишь нас двоих в этом тихом убежище утреннего сада.

С того дня лунные цветы стали священным символом нашей связи. Каждый раз, когда я смотрела на их призрачное сияние, я вспоминала его улыбку и тот миг, когда хрупкий свет коснулся моей души. Райнрад говорил, что они исцеляют, но я знала, что истинное исцеление – в его присутствии, в той безграничной нежности, которой он делился со мной каждый день. Они стали напоминанием о том, что даже в самой непроглядной тьме мерцает надежда на чудо. Надежда на лунный цветок, расцветший только для тебя.

Со временем моя старая хижина преобразилась, сняв не только бремя забвения, но и стать уютным уголком моего нового мира. Крышу отремонтировали. Заделали все щели в стенах и полу. В благодарность за мои труды, местные жители помогли обновить мебель. Райнрад позаботился, о необходимых инструментах для приготовления снадобий и зелий.

С каждым днем Райнрад, становился неотъемлемой частью моего существа. Охваченные общей целью, мы принялись искать способ навсегда изгнать скверну из этого мира. Шелестели ветхие страницы древних фолиантов, голоса мудрецов эхом отзывались на наши вопросы, а пыль веков укрывала нас пеленой тайн в заброшенных обителях, где мы искали ускользающие подсказки. Каждый новый день был испытанием, требующим несокрушимой веры и стойкости духа.