Ведьмы Зелёной Волши

Глава 12

Страх усиливался с каждым новым шагом, что я делала, ступая за бабушкой.

Воображение играло со мной ещё более злую шутку и мне казалось, что чем ближе мы подходим к зловещему месту, тем сильнее смыкаются ветви деревьев между собой и тем темнее становится тропа.

Но бабушка упорно шла вперёд, не замечая моих волнений.

В какой-то момент деревья разошлись, открывая перед нами красивый пугающий пейзаж. Широкое озеро в окружении леса выглядело почти нормальным. Но, видимо, страшилки оказались сильнее здравомыслия, и я видела его совсем другим. От воды, словно пар, поднимался молочный туман. Здесь он был плотнее, чем где-либо, мрачнее… Облака казались серее почти на несколько тонов.

Дышать стало тяжелее, будто плотность воздуха внезапно изменилась.

— Дыши, — сквозь пелену страха прорвался голос ба. — Глубже.

И я последовала её словам, и через несколько минут пелена страха отступила. Стало гораздо легче.

— Ба, а как ты...?

— Всё дело в магии, внучка, — ответила она, сразу поняв мой неозвученный до конца вопрос. — Она здесь злая, напитанная тьмой нави.

— Как это? — не поняла я.

— Давай-ка сначала разложим плед.

Я хотела напомнить ей о погоде, но с удивлением обнаружила, что трава под ногами абсолютно сухая, несмотря на влажность воздуха.

Плед нашёлся в одной из двух корзинок, а во второй, к моему удивлению, обнаружился термос с чаем, сладкое варенье из жимолости (моё любимое), а ещё хлеб с конфетами.

Пикник на берегу Водянки я ожидала меньше всего!

Но бабушка будто и не замечала зловещих теней над озером.

— Таня, не забывай глубоко дышать, — напомнила она, не сводя с меня обеспокоенного взгляда. — Это место может навеивать страх. Ты не должна поддаваться!

— Это сложно, — пожаловалась я, чувствуя отголоски ужаса в своей душе.

Мне тут же всучили чай в пластиковом стаканчике, от которого пахло мятой и ромашкой. Он был тёплым, а не обжигающе горячим, отчего хорошо держался в руках.

— Это нормальная реакция на это озеро, — объяснила ба, наливая себе душистый напиток. — Здесь всегда была такая атмосфера. Оттого среди людей оно прослыло лютым, страшным местом. Кровь в жилах порой стынет, как послушаешь, какие байки насочиняли местные жители за несколько столетий. И ведь даже ваше поколение верит!

— Неужели всё сказки? — с облегчение выдохнула я.

— Не всё, конечно, — оборвали мою напрасную надежду. — Есть парочка правдивых историй, но сильно приукрашенных.

Я хотела было спросить, какие именно истории не были выдумкой, но в нашу беседу неожиданно вклинился третий голос:

— А вы, Инга Степановна, не сильно преуменьшаете? Чего здесь у нас на озере только не было…

Я резко вскочила, стараясь не завизжать от испуга. Остатки чая из стаканчика тут же оказались на мне и на пледе, а ба спокойно всмотрелась в озёрную гладь, после чего неожиданно грозно рявкнула:

— Не пугай мне внучку, Водяной! Выходи!

И тут из воды почти возле берега показалась голова. Лысая. Следом белёсые глаза, будто слепые, а далее голова. То, что передо мной водяной, я поняла сразу, как разглядела жабры по обе стороны шеи, как у рыбы. Нос картошкой, щёки… Так с виду самый обычный мужчина. Ну, если бы не те же жабры и глаза…

На плед я опустилась так же резко, как и вскочила.

— Танюш, перед тобой наш местный Водяной, — представила бабушка, никак не комментируя мои телодвижения.

Нечисть забавно растянула рот в подобие улыбки, демонстрируя острые резцы, как у акулы, вместо зубов. После такой «улыбочки» кошмары будут сниться!

— Рад знакомству, молодая хозяюшка, — пропели мне медовым голоском. — Наконец-то лицезрел вашу красоту так близко, ох, а формы, формы-то какие…

— Окстись, охальник, — быстро перебила его моя родственница, сурово сведя брови на переносице, как делала, когда была крайне недовольна. — Моей внучке только семнадцать стукнуло, ей свои извращения не озвучивай!

— Сдаюсь, сдаюсь, — вскинул руки Водяной, а я между тем заметила между его пальцами перепонки. — Не сердись, хозяюшка, я ведь не со зла. Приятно познакомиться с вами, Танюша Александровна.

От его «Танюши» я слегка передёрнулась, а по коже, под взглядом белесых глаз, пробежались липкие мурашки.

— Очень… приятно познакомиться… — вспомнив про вежливость, промямлила я. — Извините, я не расслышала ваше имя…

— А его у него нет, — тут же влезла ба, подливая себе ещё чая.

— Как это нет?

— Потому что все бабы друг за дружку горой, — махнула рукой сразу приунывшая нечисть, тяжко при этом вздыхая.

— Только вот тебя непутёвого это не останавливает, — тут же вернула «шпильку» ба. — Сколько тебя предупреждали, да только дрянной характер наружу лезет, что дальше носа своего не видишь. Смотри, выселю тебя отсюда к навьим бесам!

— Понял-понял, — взволновано воскликнул Водяной. — Не серчай, хозяюшка, стараюсь ведь исправиться.

Я удивлённо переводила взгляд с одного на другую, донельзя заинтригованная их перепалкой, и родственница, заметив моё изумление, пояснила:

— Запомни, Таня, только ведьма способна подарить нечисти или духу имя, тем самым усилив его влияние. Но эту честь нужно заслужить хорошими поступками и пользой земле родной. А этот ирод в своё время немало бед принёс в наш край. Столько жизней загубил, душегуб! Изгнали бы, да дело с концом! Но он же на жалость давил, а ведьмы по натуре существа добрые...

— Не все! — вставил свои пять копеек местный вредитель.

— Молчал бы, — раздражённо отмахнулась от него бабушка. — Только мы с мамой и смогли тебя приструнить! Хотя я бы тебя с большим удовольствием и сейчас развеяла, да вот только этому озеру без управленца не обойтись. Вот и приходится терпеть тебя, старый развратник!

— Испугала голой ж…

— Пошёл прочь! — яростно завопила ба.

Она вдруг вскинула руку и сделала несколько круговых движений кистью. И прежде, чем я успела что-либо понять, фольклорного мужика накрыло огромной волной, возникшей из ниоткуда. И это на озере! Пока я сидела с открытым ртом, моя грозная бабуля залпом осушила свой стаканчик с чаем, как если бы это была настойка или водка…

— Достал, — просто ответила она на мой неозвученный вопрос.

— А куда он делся? — полюбопытствовала, всматриваясь в поверхность озера, ставшую прежней. Без гигантских волн!

— К себе на дно, — ответили мне, открывая варенье и приступая к намазыванию им хлеба. — Никогда не ведись на слова этого хмыря, Танюш. Ты себе представить не можешь, сколько он невинных девочек загубил во времена наших предшественниц, да мужиков потопил.

— Почему же ты не можешь его развеять? — переспросила я, с опаской поглядывая на озеро, вспоминая про все истории, которые гуляли в Зелёной Волши об этом месте. — Почему он так важен?

— Так дело в том, что здесь пролегает грань миров, — пояснила бабушка. — Это озеро самое тёмное место, и в этом не вина этого хамоватого хмыря болотного, не в обиду им будет сказано. Когда-то давно одна из наших сестёр попала под влияние Нави. Её звали Мирослава.

Я заинтересовано слушала, будто мне рассказывали сказку, а не правдивую историю из жизни. Она же, заметив мой интерес, только протянула намазанный вареньем хлеб и продолжила своё повествование:

— Жила она в этих местах, была обычной юной девушкой. Доверчивой, наивной. Влюбилась без памяти в одного видного парня, а тот поиграл с её чувствами, да бросил. Ох, и тяжко ей пришлось. Все потешались над девчушкой, но она делала вид, что не трогают её злые языки, а сама по ночам в подушку рыдала. К сожалению, через несколько месяцев любимый её женился на другой, а Мира сменила слёзы на злость. В день свадьбы она устроила пожар и буквально похоронила всех, кто присутствовал на празднике. И случилось это здесь, на этом месте. Чуть позже создали тут озеро, чтобы скрыть тлен и пепел сожжённой земли, пропитанной кровью.

— Кто создал?

— Ведьмы, которые хотели облагородить это место. Здесь же долгое время ничего не росло, земля страдала от боли. Природа живая, Танюш. Ты даже пока представить себе не можешь, скольких сил стоило ведьмам восстановить землю после такого магического пожара с кровавыми последствиями.

Почему-то в этой истории мне было жалко именно ведьму, похоронившую неверного возлюбленного. Конечно, других людей тоже жаль, однако горе и злость молодой девушки я понимала. Наверное, стоит подумать о своей вменяемости. А потом до меня дошли бабушкины слова.

— Получается, мы можем создавать озёра? — удивилась я, осмысливая сказанное.

— И не только их, — усмехнулась она и обвела рукой местность. — Деревья, водоёмы, растения — всё это ведьмы могут создавать с помощью магии. Но ты должна понимать, что подобные вещи делаются не за один раз, и не за два. Всё зависит от силы ведьмы, её внутренней духовной энергии и способностей по управлению магией.

Это звучало почти невероятно. Я была поражена, и бабушка, лицезревшая моё восхищение, ласково улыбнулась, умилившись. Вероятно, в этот момент я была похожа на маленькую девочку, которой рассказали, что она настоящая волшебница.

— Магия ведьмы зависит от её эмоций, — серьёзно проговорила ба, всматриваясь в серое небо над головой. — Эмоции, как положительные, так и отрицательные, влияют на окружающую местность, погоду. Я не просто так рассказала тебе историю Мирославы. Ты должна запомнить мои слова до конца своих дней, внучка. В своё время молодая ведьма, поддавшись негативным эмоциям, загубила множество жизней, окропила землю кровью и пеплом, отчего всё живое здесь вымерло на многие столетия. Прошли века и нашим предшественницам на этих землях удалось восстановить природу, замести следы страшной трагедии, но полностью стереть последствия — невозможно. Навь — мир мёртвых. Мир злобных тварей и потерянных душ. Когда происходят трагедии подобных масштабов, граница между нашим миром и Навьим царством истончаются, а уж когда причиной смерти или другого зла становится магия...

Она замолчала, делая драматическую паузу, как умелый рассказчик, чтобы слушатель в моём лице проникся непростой историей. И я слушала и всё больше пугалась той ответственности, которая вырисовывалась передо мной за использование силы.

В моём детстве было много сказок, рассказанных бабушкой, но ни одна до сих пор не была столь мрачной и пугающей.

— Скажи мне, как кличут это озеро, Танюш? — неожиданно уточнила она.

— Будто ты сама не знаешь, ба, — отозвалась я, но видя её выражение лица, быстро ответила. — Водянка.

— А ещё?

— Тёмное озеро, — озвучила менее популярное название, мелькавшее в наших местных страшилках.

Бабушка только улыбнулась.

— Есть ещё одно название, о котором знают только посвящённые. Навье озеро.

— Зачем называть озеро в честь загробного мира?

Холодный ветер подул с новой силой, заставив поёжиться, но толпу мурашек вызвал не он, а неприятное ощущение страха.

Бабушка, заметив мой жест, кивнула головой в подтверждение.

— Ты сама чувствуешь это. Непонятный страх, волнение, нервозность. Ты реагируешь на тонкую грань между мирами. Здесь тёмное место, Танюш, прошли века, но этого не изменить. Тут с помощью магии погибли люди. Очень много людей. Грань между мирами источилась в этом месте слишком сильно. И теперь каждая ведьма борется с последствиями той ужасной трагедии и чередой других более мелких происшествий, произошедших здесь после. Эта земля впитала слишком много крови, а остаточный зловещий фон манит чудовищ из другого мира.

— Зачем ты мне всё это рассказываешь? — дрожащим голосом спросила я.

Бабушка ответила не сразу.

Она всматривалась куда-то, будто на другой конец берега, и мысли её были далеки отсюда.

Я старалась не мешать. Понимала, как сейчас важно дать ей эту передышку, словно она по крупицам собирала свои силы.

Бабушка ответила на мой вопрос после нескольких минут тягостного молчания.

— Я рассказала тебе эту историю по двум причинам. Ты всегда должна помнить, что любая сила — это большая ответственность. История Мирославы рассказывается ведьмами из поколения в поколение, чтобы потомки помнили о последствиях применения силы во вред или о её злоупотреблении.

— Она не выдержала боли и наверняка не хотела…

Но мою попытку защитить девушку из прошлого, к которой я испытывала невероятную жалость и некое понимание, тут же прервали. Бабушка вскинула руку, грубо останавливая мой порывистый лепет.

— С чего ты решила, что она не хотела этого? — строго спросила ба. — Я ведь чётко сказала, что она устроила этот пожар. Поверь, стихийное бедствие такой силы невозможно устроить «случайно». О, нет. Мирослава сделала это намеренно. Она выпустила силу и похоронила в огне всех, кто был ей неугоден. Неверного возлюбленного, его невесту, их родителей, женщин, мужчин, маленьких детей… Она убила всех, кто был на той свадьбе, а после погибла сама. Я рассказываю тебе это, потому что вижу в тебе ураган чувств и эмоций, которые могут плохо повлиять на твою магию, когда та пробудится. Даже сейчас, услышав историю этой ведьмы, ты невольно посочувствовала ей из-за предательства любимого, но не услышала главного. Она стала убийцей и неважно каковы причины.

Теперь перед взором предстала совсем другая картина. И стало как-то дурно из-за того, что я стала искать оправдание столь чудовищному поступку.

Как же так?

Неужели печальная история любви для меня оказалась приоритетнее злодейского поступка молодой ведьмы? Словно услышав про подлость её возлюбленного, невольно примерила на себя её роль…

— Ты из-за наших отношений с Покровским рассказываешь мне это? — поражённая догадкой, спросила я. — Ты ведь знала…

— Эту историю рассказывают всем, Таня, — строго напомнила ба. — Но тебе о ней я рассказала ещё до пробуждения твоих сил именно из-за твоих чувств. Я всегда обо всём знала, Танюш. Знала и молчала. Принимала твоё желание справиться со всем самой. Надеялась, что эти чувства пройдут. Однако, увидев вас вместе, поняла, что не всё так просто. Пойми меня, я даже сейчас вижу, как велика будет твоя магия, и хочу, чтобы ты всегда помнила о своей ответственности за неё.

Это было бы обидно, если бы я не понимала, насколько она права. Я ведь фактически оправдала убийство, стоило лишь услышать про предательство мужчины. Глупая романтичная девочка!

Значит, бабушка совершенно права в своём желании уберечь меня от подобных решений. Мне, конечно, никогда бы и в голову не пришло мстить таким или любым другим образом за разбитое сердце, но магия, оказывается, непредсказуемая штука. Не думаю, что Мирослава до этого «предательства» думала о таких страшных вещах.

В родных синих глазах, так похожих на мои, отразилось небывалое облегчение и бесконечная нежность. Кажется, бабушка всё понимала по моему лицу. Видела, как я задумалась и как лёгкий страх из-за собственных мыслей отразился в моей мимике.

— Есть ещё одна причина, по которой я рассказала тебе про это озеро так рано, — вдруг сказала она, привлекая моё внимание. — Твоя сила ещё не пробудилась и узнать о «главной» проблеме наших мест ты должна была через несколько месяцев после начала обучения. Вот только в этот раз всё идёт не так…

— О чём ты говоришь? — с неприятным предчувствием спросила, когда ба снова сделала передышку.

Не специально, но разговор начинал походить на проверку нервов на прочность. Моих нервов. И, если честно, я проваливала это испытание.

— Всё дело в твоей магии, — сказала она с тяжёлым вздохом, словно сам этот разговор невероятно тяготил её. — Я ведь уже говорила, что как только она проснётся, это привлечёт внимание навьего отребья?

Я лишь согласно кивнула, и ба продолжила свои пояснения:

— Так вот на тот момент я даже примерно не могла представить, насколько сильной ведьмой ты будешь. Я и сейчас не могу этого сделать в полной мере, могу лишь судить по начальному этапу пробуждения. Это заметили и леший, и домовые, и любое дитя магии, скажет об этом. Ты будешь очень сильной.

— И вы этого опасаетесь, — сразу поняла её слова.

— Её появления, — пояснила ба, — Духи шепчутся, что такой силы давно не было в нашем мире. И никто не может знать, как отреагирует грань миров на неё. Ещё ты должна знать одну вещь, Танюш. Уж не знаю, связано это с твоей магией или нет, но что-то или кто-то уже незаметно просочилось из Нави. И сейчас над ближайшими населёнными деревнями и городами витает большая угроза, которую безуспешно пытаются отловить все живущие поблизости посвящённые.

Вот теперь мне стало страшно. По-настоящему.