Вулкан Капитал: Орал на Работе 4. 18+

Глава 22

Игорь двинулся к её столику, лавируя между стульями и разглядывая её с нескрываемым удивлением. Вблизи она была ещё эффектнее — платье сидело идеально, подчёркивая каждый изгиб.

Он подошёл, остановился напротив, развёл руки в стороны и выдал с улыбкой:

— О-хо-хо… это что за мадмуазель тут? Можно познакомиться?

Дарья закатила глаза так выразительно, что это движение можно было занести в учебник по актёрскому мастерству.

— Критин, блять, — выдохнула она, но в голосе её не было злости — только усталое, пьяное раздражение пополам с усмешкой.

Игорь смотрел на её лицо — милое, даже когда она ругалась, с этими огромными глазами и чуть припухшими от алкоголя губами.

Он всё ещё не мог поверить, что это та самая Дарья из офиса, которая швырялась в него степлером и орала матом на весь отдел.

Он сел напротив неё, всё ещё разглядывая.

— Не, ты реально обалденно выглядишь, — сказал он, устраиваясь удобнее на стуле. — Ты всегда так одеваешься, когда идёшь в бар?

Дарья сделала глоток из своего бокала. Что там было — Игорь не разобрал, что-то прозрачное с лаймом.

— Нет уж, — ответила она, ставя бокал на стол. — У меня типа свиданка была.

Игорь чуть оглядел зал, будто ожидая увидеть где-то рядом брошенного кавалера. Потом перевёл взгляд обратно на неё.

— С кем?

Дарья чуть грустно усмехнулась, глядя в свой бокал.

— Да не важно, — махнула она рукой. — Очередной ебанат, который уже ушёл, как видишь.

Игорь всё ещё машинально оглядывался по сторонам, будто надеялся увидеть этого таинственного «ебаната».

— А-а, — протянул он. — А почему ебанат-то?

Он усмехнулся, искренне заинтересовавшись. Дарья сделала ещё один глоток, помедлила, глядя на него поверх бокала.

— Тебя ебёт?

Игорь пожал плечами, разглядывая её. Взгляд скользнул по плечам, по вырезу платья, по груди, которая в этом наряде выглядела просто сногсшибательно. Он постарался смотреть чуть выше, но получалось плохо.

— Ну так-то нет, — ответил он. — Просто интересно, чем же тебе не угодили. Особенно учитывая, как ты оделась для этой встречи…

Дарья чуть заметно улыбнулась — комплимент явно пришёлся по адресу. В её глазах мелькнуло что-то тёплое, почти довольное.

— Короче говоря, — начала она, ставя бокал на стол и чуть подаваясь вперёд, — он сказал, что я слишком грубая. Ну я его и послала нахуй. — она развела руками, будто подводя итог. В этом жесте было столько дарьинской непосредственности, что Игорь не сдержал улыбки. — И он ушёл. Вот.

— Слушай, — начал он, всё ещё улыбаясь, — а тебе не кажется, что он в чём-то прав?

Дарья сделала лицо — театрально-возмущённое, с приподнятой бровью и чуть приоткрытым ртом, будто она только что услышала величайшую несправедливость в своей жизни.

— Я смотрю, ты тоже захотел нахуй пойти? — спросила она, и в глазах её заплясали смешинки.

Игорь рассмеялся.

— Нет, я не уйду.

В этот момент к столику подошёл официант — молодой парень с блокнотом и дружелюбной улыбкой.

— Добрый вечер, что будете заказывать?

Игорь глянул на Дарью, потом на барную стойку.

— Мне виски с колой, — сказал он. — И льда побольше.

Официант кивнул и перевёл взгляд на Дарью.

— А мне ещё один мохито, — ответила она, пододвигая к нему почти пустой бокал.

Официант забрал посуду и удалился. Игорь снова посмотрел на Дарью — она сидела, задумчиво глядя куда-то в сторону, и в её глазах читалась та самая лёгкая грусть, которая бывает у выпивших людей в конце вечера.

На сцене пока никого не было, только микрофонная стойка одиноко торчала в луче света.

— Да ладно тебе, — сказал Игорь, пытаясь её растормошить. — Чёт ты такая грустная. — Он перевёл взгляд на сцену, потом снова на неё. — А что, кто-то уже выступал?

Дарья улыбнулась — той самой улыбкой, когда вспоминаешь что-то забавное.

— Да, — кивнула она. — Тот ебанат стих читал, кстати. Поэтому сюда и позвал — чтобы я оценила типа.

Игорь заинтересованно подался вперёд.

— И что? О чём стих? Или что там?

Дарья посмотрела на него хитрым взглядом — тем самым, который обычно предвещал какую-нибудь едкую шутку.

— Я ему сказала правду, — ответила она.

Игорь уже почти догадывался, что будет дальше, но всё же спросил, улыбаясь:

— Какую же?

— Что хуйня полная, — выпалила Дарья и чуть рассмеялась.

Игорь расхохотался в ответ. И в этот момент официант вернулся с напитками — поставил перед Игорем высокий стакан с виски, перед Дарьей свежий мохито с веточкой мяты и долькой лайма.

Они синхронно сделали по глотку, и затем Игорь отставил стакан, облизнул губы и посмотрел на Дарью с хитрой улыбкой.

— Вот ты говоришь, хуйня была, да? — начал он.

Дарья кивнула, задумчиво покручивая трубочку в бокале. Взгляд её снова стал чуть грустным, отстранённым.

— Ну да, — тихо ответила она.

Игорь широко улыбнулся, предвкушая её реакцию на свою шутку.

— Получается, стих про тебя был?

Дарья подняла на него взгляд. Улыбнулась — мягко, без привычной язвительности. Почти нежно.

— Нет, — сказала она тихо. — Я там половину не поняла.

Игорь удивился.

— Как это?

Но в этот момент из динамиков раздался громкий голос: «А сейчас на сцену приглашается…» — и дальше ведущий назвал какое-то имя, которое потонуло в шуме аплодисментов.

— Что? — переспросила Дарья, наклоняясь ближе.

Игорь наклонился тоже, готовый повторить вопрос, но объявление продолжалось, заглушая всё вокруг.

— Я говорю, как это не поняла? Не слушала что ли? — крикнул он, но голос его снова потонул в очередной волне объявлений.

Дарья вздохнула, и в её глазах мелькнуло знакомое раздражение. Она выпрямилась, набрала побольше воздуха и выдала на весь зал:

— Бля, ты можешь хуй изо рта вытащить и сказать нормально⁈

В этот же момент, как по заказу, в зале наступила мёртвая тишина, и все головы — человек двадцать, не меньше — синхронно повернулись в их сторону. Кто-то замер с вилкой у рта, кто-то с открытым ртом смотрел на Дарью. Бармен перестал протирать бокал. Даже свет на сцене, казалось, моргнул от неожиданности.

Игорь замер на секунду, а потом расхохотался — громко, от души, не сдерживаясь. Он поднял руку, обращаясь к залу, и выдавил сквозь смех:

— Извините! Извините, пожалуйста!

И, всё ещё смеясь, сделал большой глоток виски.

Дарья вздохнула, закатывая глаза, но в уголках её губ пряталась улыбка. Игорь наклонился к ней еще ближе, и уже открыл рот, чтобы повторить свой вопрос, но она перебила его движением руки.

— Ой, отстань уже, — отмахнулась она. — … бесишь.

Игорь замер в недоумении, отстранился чуть назад.

— В смысле? — спросил он, и в голосе его послышалась лёгкая обида. — А че ты меня позвала-то тогда? Я бы мог просто домой пойти.

— Ну так и пиздуй, — пожала плечами Дарья, глядя в свой бокал.

Игорь усмехнулся, но усмешка вышла нервной.

— Да заебала, — выдохнул он. — Ты типа из-за того ебаната теперь ещё злее стала, что ли?

— Отста-а-ань, — протянула она, растягивая слово, будто разговаривала с назойливым ребёнком. Потом подняла на него глаза, и в них мелькнул привычный огонёк. — Ты чо, мой психолог, что ли? Ты так-то мой раб, если не забыл.

Игорь усмехнулся уже увереннее, чувствуя, как виски придаёт смелости.

— Да с хуёв это? — спросил он, глядя ей прямо в глаза. — Мы не на работе. Вот там можешь выебываться, а тут не надо.

Дарья посмотрела на него долгим, изучающим взглядом.

— Я сама решу, — отрезала она, но в голосе уже не было той колючей злости.

Игорь сделал ещё глоток, поставил стакан на стол и наклонился ближе.

— Да нихуя, — сказал он твёрдо. — Сама позвала, так что не пизди мне тут, что уже бешу.

Дарья усмехнулась. В этой усмешке вдруг промелькнуло что-то новое — не раздражение, а одобрение, будто она наконец увидела в нём то, что хотела увидеть.

— Сказала же… сама решу-у-у-у! И… — она сделала паузу, поймав его взгляд, — … я тебя позвала, — сказала она, чуть подаваясь вперёд, и теперь их лица разделяли всего несколько сантиметров, — … только чтобы ты мой счёт оплатил. Ты мне так-то должен.

Игорь усмехнулся, чувствуя, как виски придаёт уверенности, и откинулся на спинку стула с видом человека, которого так просто не возьмёшь.

— Нифига, — сказал он, глядя на неё с вызовом. — Сама за себя заплатишь.

Дарья усмехнулась — но как-то по-новому, мягко, будто его наглость её не разозлила, а наоборот, зацепила.

— Ты что, офигел? — спросила она, и в голосе её послышались удивлённые, почти игривые нотки. — Пиздюк, блин.

— Нет, — начал Игорь, но она перебила его, подавшись вперёд:

— Ты забыл, что тогда я за тебя оплатила, а? Нищеброд.

Игорь усмехнулся, чувствуя, что эта перепалка начинает его заводить.

— И что? — он развёл руками. — Я тебе сегодня предлагал сразу пойти вместе. Ты сама отказалась. А я собирался вернуть должок…

Дарья сделала глоток мохито, не сводя с него глаз.

— Ну вот и оплатишь, — бросила она просто.

Игорь тоже отпил виски, снова откинулся на стул и покачал головой с дурашливым упрямством.

— Не-е, не-е, — протянул он. — Ты тогда отказалась, а сейчас ты меня позвала.

Он посмотрел на неё с улыбкой, ожидая реакции.

— Так что либо пополам, — добавил он, — либо только ты.

Дарья смотрела на него с неподдельным удивлением. Этот пиздюк, её стажёр, которого она сегодня унижала при всех, сидел сейчас перед ней и нагло торговался. И ей это нравилось.

— Пополам? — переспросила она и вдруг рассмеялась — искренне, звонко, откинув голову назад. — Ну ты и пёс позорный, однако!

Игорь открыл рот, чтобы ответить что-то остроумное, но в этот момент из динамиков раздался усиленный микрофоном голос:

— Добрый вечер, господа!

Они оба, как и весь зал, повернулись к сцене. На неё вышел молодой парень — лет двадцати трёх, не больше. Худой, длинноволосый, в мешковатых джинсах и футболке с принтом какой-то малоизвестной группы. Он держал микрофон в руке и смотрел в зал с самоуверенной улыбкой человека, который считает себя центром вселенной.

— Меня зовут Арсений, — продолжил он, поправляя чёлку, падающую на глаза. — И сегодня я хочу прочитать вам кое-что, о чём меня попросили, кое-что совершенно свежее.

В зале раздались жидкие аплодисменты, Дарья в этот момент фыркнула, закатив глаза, а Игорь покосился на неё и едва сдержал улыбку.

Парень на сцене переступил с ноги на ногу, поправил микрофон на стойке и продолжил, чуть заикаясь от волнения:

— Многие, кто меня до этого слушал, знают, но я скажу всё же для тех, кто ещё не знаком со мной и с моим… творчеством. В общем… когда выступаю, я посвящаю это кому-нибудь из зрителей. Это не то чтобы… — он запнулся, явно смущаясь, но продолжал давить из себя уверенность. — … это не значит, что это про этого человека. Просто посвящаю. Ну-у… вы поняли.

Он улыбнулся нервной улыбкой, и несколько человек в зале вяло похлопали.

— Спасибо, — кивнул он, принимая эти хлопки как должное.

Игорь и Дарья переглянулись и синхронно усмехнулись — поддержка была так себе. Они оба сделали по глотку, наблюдая за происходящим.

— Сегодня, — продолжил парень, обводя взглядом зал, — я хотел бы посвятить свой стих… вот этой красивой женщине.

Он поднял руку и указал пальцем прямо на Дарью. Она тут же замерла с бокалом у губ, и в её глазах мелькнуло искреннее замешательство — она явно не ожидала такого поворота.

Игорь в этот момент как раз делал еще один глоток виски. Услышав слова парня, он поперхнулся, закашлялся и изо всех сил начал сдерживать рвущийся наружу смех. Виски обжёг горло, глаза защипало, но он из последних сил старался не расхохотаться в голос.

Дарья открыла рот, явно собираясь послать парня куда подальше, но тот, будто почувствовав опасность, быстро добавил:

— Если её эм… кавалер, конечно, не против.

Дарья опешила и перевела взгляд на Игоря, тот сидел красный, с выступившими от кашля слезами на глазах, и изо всех сил боролся с собой.

Она, глядя на него, прошептала тихонько, одними губами, но с обычной своей язвительностью:

— Да какой там кавалер… максимум конь кавалерийский, хотя нет… просто конь.

Игорь от этой фразы снова закашлялся, но справился и, отсмеявшись, громко сказал, обращаясь к сцене:

— Нет-нет, не против! Давайте!

Он широко улыбнулся и чуть заметно хихикнул. Дарья метнула в него взгляд, полный убийственного сарказма, но промолчала.

— Спасибо, — кивнул парень на сцене и, сделав глубокий вдох, начал:

— Она пришла из сна, где не бывает света, где каждый лучик — ложь, а тени — это правда. Она не знает слов «прости» и «до свиданья». Она приходит только тогда, когда ей надо…

Игорь и Дарья переглянулись. Первые строчки звучали… вполне себе ничего, даже атмосферно. Они оба чуть приподняли брови, удивлённые.

Парень воодушевился, увидев, что его слушают, и продолжил, жестикулируя свободной рукой:

— Её глаза — как два прожектора в аду, они высвечивают душу, оставляя лишь руду. Она смеётся надо мной, она хохочет звонко, и в этом смехе слышен вой дворовой сучки-болонки.

Дарья нахмурилась. Игорь прикрыл рот рукой.

— … она идёт по улице — все шеи сворачивают, но стоит ей заговорить — все уши затыкают. Потому что голос её — как скрежет металла, как будто подвеска у грузовика сломалась и завизжала.

В зале кто-то хихикнул. Парень не заметил, продолжая набирать обороты:

— Я думал, она ангел, я думал, она фея, а оказалось — сучка, которая лает на прохожих, зверея. Она не женщина — она стихийное бедствие, цунами, торнадо и прочие бедствия.

Дарья сжала бокал так, что костяшки побелели. Игорь уже не скрывал улыбки.

— Её характер — как наждачка, трёшься — больно, а без неё как-то пусто и довольно… пусто и довольно? Нет, пусто и паршиво, как будто жизнь без соли и без пива. — затем он неожиданно перешёл на почти рэп, отбивая ритм ногой: — Она кусает, она царапает, она выносит мозг, она страшнее, чем цены на бензин и чем мороз. Но я всё равно бегу за ней, как пёс облезлый, виляя тем, что осталось, весь такой железный. Она не даст, не приласкает, не пожалеет. Она как бабка на базаре — всё цену набивает и звереет. Она требует цветы, рестораны, подарки, а сама ходит в старом халате, как с помойки, без марки.

Дарья открыла рот, на её лице отражалось дикое неистовое возмущение, но парень уже выдавал финальный аккорд:

— Но я люблю её, люблю, хоть и не знаю зачем, наверное, просто я долбоёб совсем. Она — моя драная кошка, моя кобыла, которая всё скачет и скачет, пока не убила!

Он замолчал, тяжело дыша, и поклонился. В зале повисла тишина, а потом кто-то неуверенно захлопал. Через секунду аплодисменты раздались уже с нескольких столиков — видимо, нашлись ценители абсурдного юмора или просто люди, которые не поняли, что произошло, но решили поддержать выступающего.

Дарья же в этот момент сидела с каменным лицом, буравя взглядом сцену, где парень раскланивался, явно довольный собой.

Она процедила сквозь зубы тихонько, но Игорь услышал:

— Ещё один ебанат, бля…

Игорь расхохотался, откинувшись на спинку стула.

— Ну-у… вроде как… он реально про тебя стихи читал, — выдавил он сквозь смех. — … как тебе? Понравилось?

Дарья покосилась на него, и в её глазах мелькнула усмешка. Злость начала отпускать.

— Бля, что за сборище даунов, — сказала она, но уже с лёгкой улыбкой. — … куда я попала?

Она взяла свой бокал и сделала большой глоток. Игорь подхватил свой стакан, чокнулся с ней без спроса, и они выпили.

На сцену тем временем выходили новые люди — какие-то девушки с гитарами, парень с блокнотом, ещё один поэт с трагическим лицом и такими же стихами. Но Игорь и Дарья уже перестали обращать на них внимание. Они пили, переглядывались, начинали смеяться без повода — просто от алкоголя и от того, как нелепо складывался этот вечер.

Этот день перестал быть напряжённым. Алкоголь делал своё дело, развязывая языки и убирая барьеры. Они говорили о сериалах, о работе, о странных людях, которые выходят на сцену в этом баре. Смеялись над стихами, над неудачным свиданием Дарьи, над тем, как Игорь чуть не подавился виски.

В баре постепенно становилось тише. Люди расходились — кто-то уже ушёл, кто-то прощался у выхода, забирая куртки. На сцене никого не было, только одинокий микрофон и табуретка. Официанты уже начинали потихоньку убирать со столиков.

Дарья глянула на время в телефоне, и её пьяный взгляд на секунду стал сосредоточенным.

— Ладно, короче, — сказала она, убирая телефон в сумочку. — Давай счёт проси, оплачивай и по домам.

Игорь, уже хорошенько опьяневший, кивнул с готовностью. Виски приятно грел изнутри, и все проблемы сегодняшнего дня казались далёкими и неважными.

— Давай, — согласился он и поднял руку, привлекая внимание официанта.

Тот подошёл через минуту, протянул терминал. Игорь приложил карту, дождался одобрения и повернулся к Дарье с довольной улыбкой.

— Ну всё, — сказал он, убирая карту в карман. — Теперь я тебе ничего не должен.

Дарья, с пьяным, расслабленным лицом, кивнула ему с важным видом.

— Молодец, — выдала она, и в этом слове было столько одобрения, будто он только что защитил кандидатскую диссертацию. — Теперь ты лишь полупёс… полуконь… растешь на глазах… — она попыталась встать — получилось не с первой попытки. Ухватилась за край стола, выпрямилась, чуть покачнулась. — Ну всё, пошли давай из этого цирка, — добавила она, обводя рукой опустевший зал.

Игорь поднялся следом, чувствуя, как пол слегка покачивается под ногами.

— Хорошо посидели, да? — спросил он, глядя на неё с пьяной улыбкой.

Дарья только кивнула — молча, но выразительно. Она попыталась выйти из-за стола, но каблук зацепился за ножку стула, и она резко пошатнулась, инстинктивно схватив Игоря за руку. Игорь от неожиданности дёрнулся в её сторону и чуть не снёс стол — стаканы жалобно звякнули.

— Ой бля! — выдохнула Дарья и тут же рассмеялась. — Чуть не упала.

— Чуть не упали, — поправил Игорь, тоже смеясь. — и я чуть стол не перевернул из-за тебя.

— Так держи меня нормально, — скомандовала она, всё ещё цепляясь за его руку. — А то навернусь сейчас знатно.

Игорь послушно подставил локоть, и они двинулись к выходу — медленно, слегка покачиваясь, но держась друг за друга. Дарья шла рядом, обнимая его руку своими обеими, прижимаясь плечом.

От неё пахло духами, мохито и тёплой, пьяной близостью.

Вскоре они дошли до выхода, где их встретила администратор — девушка в чёрном платье с приветливой улыбкой, явно привыкшая к таким пьяным посетителям.

— Всего доброго, приходите ещё, — сказала она стандартную фразу.

Дарья остановилась, посмотрела на неё серьёзным пьяным взглядом и выдала:

— Да ноги моей здесь больше не будет. После ваших этих поэтов ебаных бля.

Игорь, пытаясь поправить ситуацию, добавил:

— Да… спасибо большое, нам тут всё очень понравилось.

Администраторка слегка опешила, но вежливо улыбнулась:

— Спасибо… приятно слышать.

— Пошли нахуй! — махнула рукой Дарья, и они, всё ещё посмеиваясь, вывалились на улицу.

Ночной воздух ударил в лицо свежестью, слегка отрезвляя, но только слегка. Дарья, всё ещё обнимая руку Игоря, вдруг остановилась и посмотрела на него с лёгким испугом в глазах.

— Блин, — сказала она. — А мы же такси не заказывали, да?

Игорь хлопнул себя по лбу, издав звук, похожий на «бля-я-я».

— Точно! — воскликнул он. — Ладно, сейчас вызову.

Он достал телефон, пытаясь попасть пальцем в приложение. Экран слегка двоился, но он справился.

— Давай один на двоих, — предложила Дарья, покачиваясь на каблуках. — Сначала меня отвезут, а ты потом уже как-нибудь сам там разберешься.

Игорь покосился на неё. Стояла она с трудом — её слегка мотало из стороны в сторону, и только его рука удерживала её в вертикальном положении. Он пьяно улыбнулся.

— Давай, — кивнул он. — … адрес свой говори.

— Тебя ебёт? — буркнула она по привычке, но тут же, чуть подумав, добавила: — .. а ну, короче, пиши: улица Пушкина, дом Калатушкина.

Игорь усмехался её глупой шутке, но вбил адрес в приложение, после того как она уже потом назвала свой действительный адрес. И уже через минуту машина была на месте — будто ждала их за углом.

— Пошли, — сказал Игорь, подхватывая Дарью под руку.

Она шла еле-еле, ноги заплетались, каблуки то и дело норовили провалиться в щели между плиткой. Дарья что-то бормотала себе под нос — Игорь разобрал только «раб тупой» и «никчёмный», но особо не вслушивался.

Он и сам держался из последних сил: алкоголь всё ещё бурлил в крови, а Дарья налегала на него всем весом, так что приходилось балансировать, чтобы не рухнуть прямо на тротуар.

Они кое-как доковыляли до машины. Игорь открыл заднюю дверь и начал запихивать Дарью внутрь, придерживая её за плечи, чтобы не ударилась головой. Таксист — мужчина лет пятидесяти, с усталым лицом и лысиной — окинул их взглядом, тяжело вздохнул и коротко кивнул:

— Вечер добрый.

— Здрасте, — выдохнул Игорь, пытаясь протолкнуть Дарью дальше по сиденью. — Дарь, двинься чуть, я тоже сяду.

Она обернулась к нему с пьяной усмешкой:

— Нихуя! Пиздуй пешком!

И сама же расхохоталась своей шутке, откинувшись на сиденье. Игорь вздохнул, закатил глаза и, не слушая её больше, просунул руку, чтобы подтолкнуть её дальше. Ладонь легла на её попку — упругую, округлую, обтянутую тонкой тканью платья. Под пальцами чувствовалось, как напряглись мышцы, когда он надавил, приподнимая её, чтобы сдвинуть вглубь салона.

Ткань скользила под рукой, горячая кожа угадывалась сквозь материал, и на секунду Игорь замер, осознав, куда именно положил руку. Но Дарья даже не заметила, она просто продолжала хихикать, усаживаясь поудобнее. Игорь быстро убрал руку и нырнул в салон следом, захлопнув дверь. Таксист тронулся с места, бросив в зеркало заднего вида ещё один усталый взгляд.

В салоне было тепло и тихо — только мотор мягко гудел, да за окнами проплывали огни ночного города. Дарья сидела рядом, откинувшись на спинку сиденья, и смотрела на Игоря пьяным, но удивительно тёплым и в то же время сосредоточенным взглядом.

— Слушай, — сказала она вдруг чуть заплетающимся языком. Её глаза блестели, а на губах играла лёгкая, расслабленная улыбка. — Я вот весь вечер думаю… А что эта… за хрень у тебя на голове?

Игорь повернулся к ней, непонимающе хлопая глазами.

— В смысле?