Заложница стаи

Глава 10

До вечера я упрямо продолжала торчать в доме Жданы. Хотя, судя по довольному виду сестры, она этому была только рада. Я даже по хозяйству ей помогала, наплевав на свои принципы. Все же неудобно было просто сидеть и наблюдать, как Ждана с огромным животом все делает сама. Опасные темы мы больше не затрагивали, так что я даже смогла немного расслабиться и отвлечься. На обед забегал муж сестры и тоже был настолько дружелюбен со мной, что и его общество не испортило настроения.

Но приближалось роковое время, когда я все же должна буду вернуться в ненавистный для меня дом альфы. Я до последнего оттягивала момент. Уже и Белояр вернулся, мы вместе поужинали, и судя по многозначительным взглядам, паре хотелось остаться наедине. Пусть они в открытую этого и не говорили, но я же не полная идиотка. Такие вещи чувствуются. И все же упрямо продолжала сидеть в их уютной гостиной и оттягивать неприятный момент.

Ждана вязала какую-то детскую одежку, сидя в удобном кресле у камина, Белояр что-то вырезал из дерева. Я же стояла у окна и мрачно смотрела в сгустившийся за ним полумрак. Озаряли его только огни в домах и свет луны и звезд на небе. С того места, где я стояла, хорошо была видна улица. Большинство оборотней сидели по домам, но молодежь собиралась кучками и прогуливалась по поселению. То и дело доносились их веселые голоса и смех.

Я почувствовала Ярова еще до того, как до конца осознала, что это он. Что-то будто ударило под дых и заставило скользнуть взглядом в дальний конец улицы. Туда, где уверенно вышагивала большая темная фигура. Почему я была так уверена, что это альфа, понятия не имею. Но сердце зашлось в таком бешеном ритме, что я даже руки к груди прижала, чтобы унять его. Больше уже ничего не замечала. Ни снующих по улице оборотней, ни красоту ночи. Весь мир будто сосредоточился на этой темной фигуре, с каждой секундой приближающейся ко мне. А вскоре и сомнений больше не возникало. Я точно поняла, что это на самом деле Яров. Почему я так реагирую на него?

В памяти услужливо возникли слова сестры о том, что я влюблена в него по уши. Сцепив зубы, поспешила отогнать их. Глупости! Ничего, кроме сексуального притяжения, я к Ярову не чувствую.

А потом что-то произошло, что я толком даже объяснить не могла. В нос ворвался чужой запах, который я почему-то ощутила так явственно, словно в этот момент находилась рядом с его источником. И точно знала, что запах мне неприятен. С губ сорвалось приглушенное рычание. Я сама себе ужаснулась. Да что это со мной? Запах теперь смешивался с другим – безумно возбуждающим, родным, таким близким, что все во мне переворачивалось, когда его ощущала. Нюх уловил это даже прежде, чем увидели глаза. То, как та самая рослая девица, что сегодня зыркала на меня на улице, метнулась к альфе. Практически повисла на нем, что-то шепча на ухо и поглаживая по широкой мускулистой груди. Когда же она имела наглость запустить руку в вырез рубашки и коснуться его кожи, я ощутила, как у меня взрывается мозг.

Ярость. Дикая, необузданная, сметающая все на пути. Я никогда не думала, что могу ощущать такое. Словно сквозь слой ваты, донесся встревоженный голос сестры:

– Венда, что с тобой?

Слова ударили, как обух по голове, и я с трудом, но смогла вернуться к нормальному состоянию. Поспешно отвернулась от окна и взглянула на Ждану. Заметила, что бета тоже оторвался от своего занятия и с любопытством смотрит на меня.

– Ты рычала, – осторожно проговорила Ждана, словно боясь моей реакции. – И… посмотри в зеркало…

Я медленно приблизилась к зеркалу, встроенному в один из шкафов, и в первую секунду даже не поверила собственным глазам. Да каким там собственным! Чужим глазам! Вместо привычных синих на меня смотрели янтарные, светящиеся и безумно пугающие. Я зажала рот рукой, чтобы подавить крик. Нет, только не это! Волчица и правда начинает просыпаться! Я отчаянно заморгала, чтобы прекратить это, и к моему облегчению, вскоре снова увидела в отражении привычную синеву.

– Что ты там такое увидела в окне? – задумчиво сказала Ждана, поднимаясь со своего места.

У меня даже щеки запылали, и я поспешно кинулась за ней, надеясь, что Яров с этой девкой уже скрылись из виду. И Ждана не получит нового доказательства своей безумной теории. Пусть этот ублюдок берет свою девку и бегает с ней по лесу! Только бы держался от меня подальше. Вообще плевать на него! Внутри разгоралась злость, причины которой я толком не могла себе объяснить.

Черт! Они по-прежнему были рядом. Правда, теперь просто шли по улице, направляясь в нашу сторону. Девица что-то говорила, но Яров казался недовольным и хмурым, отвечал ей будто нехотя. Почему-то захотелось узнать, о чем они говорят, но волчица, испуганная моим гневом на нее, сейчас не спешила проявлять и другие свои способности. Сидела, загнанная в уголок внутри меня, и только жалобно поводила ушами. То, что я это чувствую, смущало и выводило из себя. Не хочу ее чувствовать вообще!

– Теперь понятно, – послышался рядом лукавый голос.

– Что тебе понятно? – хмуро отозвалась я.

– Почему ты так бесишься.

– Вовсе не бешусь! – огрызнулась я и тут же устыдилась. Ждана-то тут причем?

– Это Любора, – негромко проговорила сестра. – Считается у нас первой красавицей. Она альфа-волчица.

– Напомни, что это значит, – нахмурилась я. Что-то не припомню, чтобы о подобном слышала.

– Есть волчицы, которые проявляют доминантные черты по отношению к другим волчицам. Завоевывают авторитет силой и агрессией. На нее даже не всегда распространяется сила воздействия альфы или она может ей противиться. Она тоже лидер, но так уж сложилось, что командует только среди женщин. Поэтому, хоть она и может себя вести более свободно, чем другие, все же никогда не достигнет положения вожака. На мужчин-оборотней она сильно действует.

– В каком смысле?

– Ну, в сексуальном плане, – лукаво пояснила Ждана. – Если она хочет мужчину, излучает такие сильные флюиды, что перед ней трудно устоять. Это напоминает что-то вроде воздействия альфы, только иного рода.

– А на альфу это тоже действует? – глухо спросила я, почему-то раздосадованная услышанным.

– На него нет. И на тех оборотней, кто обрел настоящую пару, тоже, – сестра покосилась на Белояра и они обменялись нежными улыбками.

Немного отлегло от сердца, но тут же нахлынули новые мрачные мысли. Если эта сучка не может прямо воздействовать на альфу, то почему он сейчас с ней?! Почему просто не пошлет? Видимо, ее общество все же доставляет ему удовольствие!

– Ты опять рычишь, – послышался мягкий голос Жданы.

– Черт!

Уловила ее улыбку, и захотелось сквозь землю провалиться.

– Хочешь узнать, что их связывает? – небрежно бросила сестра.

– Да плевать мне на это! – взъярилась я, но спустя несколько секунд как-то само собой вырвалось: – И что их связывает?

Послышался негромкий смех Жданы.

– Иногда они бегают вместе. Любора не скрывает того, что хотела бы стать его постоянной спутницей. Но он пока держит ее на расстоянии. Хотя, думаю, если бы не появилась ты, рано или поздно альфа бы выбрал именно ее. Ему ведь нужно построить семью, произвести потомство.

Я с шумом втянула воздух. Ну почему это настолько меня задевает? То, что у Ярова могут быть и другие женщины. Неужели я и правда к нему неравнодушна? Открытие повергло в состояние шока.

Скрипнула калитка и на подворье дома беты вошел Яров. Ощутила некоторое злорадство, когда он не позволил Люборе последовать за собой. Что-то сказал, и она, с ненавистью зыркнув в мою сторону, все же двинулась прочь. Яров тоже перевел взгляд на окно, у которого я стояла. С трудом подавила порыв отпрянуть, но заставила себя остаться на месте. Не дождется такого проявления моей слабости! Некоторое время наши глаза буравили друг друга, будто в каком-то поединке. Потом альфа двинулся к крыльцу. Я с шумом выдохнула, а сердце снова заколотилось сильнее.

Белояр поднялся и пошел открывать, Ждана же вернулась в кресло. Я избегала ее взгляда, чувствуя в нем особое лукавое выражение. И оно меня дико бесило.

Когда в гостиную вошел Яров, комната тут же будто сжалась в размерах, настолько мощная исходила от него энергетика.

– Какого черта ты все еще здесь? – игнорируя остальных присутствующих, обратился он ко мне.

– Ты сам разрешил мне пойти к сестре, – буркнула я, скрестив руки на груди.

– Но не забывать о том, что у тебя есть и свой дом! – рявкнул альфа.

– Мой дом в Мирграде, Яров! Или забыл? – я вздернула подбородок.

Заметила, как Ждана ойкнула и практически вжалась в кресло. Белояр с беспокойством переводил взгляд с меня на альфу, но не вмешивался. Подошел к жене и встал рядом, словно защищая. И как-то меня это встревожило. Яров что сейчас в такой ярости, что может перекинуться, и они это чувствуют? Может, лучше заткнуться и перестать ему дерзить? Пока я размышляла над этим, с губ Ярова сорвалось глухое рычание:

– Твой дом теперь здесь! Идем со мной, женщина!

Ну вот зачем он использовал такую категорическую формулировку?! Неужели не понимал, что на меня это подействует, как красная тряпка на быка? Все разумные намерения мигом улетучились.

– А если нет?! Ты не имеешь на меня никаких прав, Яров! Я тебе не родственница, не жена! Какого черта ты распоряжаешься моей жизнью?!

– Ой-ей, – Ждана судорожно сглотнула.

Но я уже и сама поняла, что перегнула палку. Рубашка альфы затрещала по швам, мышцы забугрились, увеличиваясь в размерах. Он ринулся ко мне. Бета попытался вмешаться, кинувшись на помощь, но его отшвырнули одним ударом. Ждана, белая как мел, бросилась к мужу. Я же пискнула и закрыла лицо руками, ожидая неминуемой расправы. Внутри раздался жалобный скулеж подавшей голос волчицы. Вот только ее сейчас не хватало!

Зажмурившись, ожидала, что в следующую секунду меня буквально располосуют или загрызут. Но ощутила лишь, как сильная рука перехватывает талию и вздергивает вверх. С трудом удержалась от того, чтобы не завизжать, и тут же задохнулась, когда альфа перекинул меня через плечо и понес к выходу. Все в той же половинчатой трансформации, что безумно пугала. Я боялась даже звук издать, понимая, на какой опасной грани сейчас нахожусь.

Краем глаза улавливала, как оборотни всполошенными тенями разлетаются прочь, уступая дорогу разъяренному вожаку. Улавливала кисловатый запах страха и поражалась тому, что так остро могу его чувствовать. А волчица внутри поджимала хвост и уши и непрерывно скулила. Да заткнись ты уже! – рявкнула на нее мысленно и постаралась загнать подальше. Но в этот раз не подействовало. Слишком сильные эмоции она испытывала.

Альфа остановился так резко, что моя голова болезненно ударилась о его спину. Снял меня с плеча и грубовато поставил перед собой. К моему облегчению, пошла обратная трансформация, и вскоре он снова стал выглядеть, как человек. Осторожно озираясь в поисках возможного спасения, увидела, что улица опустела. В окнах виднелись любопытные головы, но я не сомневалась, что стоит альфе глянуть в ту сторону, как и те исчезнут. Яров буравил меня пристальным взглядом. Все больше становилось не по себе, и мой характер снова прорвался наружу.

– Чего уставился, Яров? – то, что голос дрогнул в конце, мне не понравилось, и я с досадой закусила губу.

– Волчица в тебе. Только что я ее почувствовал.

Я еще сильнее впилась зубами в мою бедную губу.

– Действие ликапина прекращается даже быстрее, чем я думал, – по его губам расползлась улыбка.

– В отличие от тебя, меня это далеко не радует, – буркнула я.

– Что ты чувствуешь, когда она просыпается? – спросил он немного напряженно.

– Что хочу задвинуть ее туда, откуда высунулась! – непримиримо заявила я. – Она мне не нравится.

– Она часть тебя, – напомнил альфа.

– Если повезет, скоро ее не будет. Этой части, – предвкушающе протянула я, подумав о том, что может предложить Аден Ларес.

Яров сцепил зубы и схватил меня за запястье.

– Идем.

В этот раз я благоразумно не стала ерепениться и последовала за ним. Волчица перестала скулить и теперь осторожно поводила ушами. А вместе с ней я сама улавливала новые звуки, которых раньше не могла слышать. Прежние же становились сильнее и ярче. Я даже могла слышать потрескивание огня в камине в соседнем доме. Звуки накатывали волнами, смешиваясь в неразборчивый гул, от которого вскоре разболелась голова. Я поморщилась. И что же хорошего в такой способности? С ума сойти можно!

– Что с тобой? – в голосе альфы послышались нотки тревоги, он крепче сжал мою руку.

Он что настолько хорошо чувствует меня? Это не приводило в восторг.

– Звуки, – коротко пояснила я и страдальчески поморщилась, когда звяканье посуды в доме, мимо которого мы как раз проходили, обрушилось на меня, словно удар молота.

– Ты можешь уменьшать мощность, контролировать свои способности, – проговорил альфа. – Попробуй словно отгородиться от них, а потом взять под контроль.

– Легко сказать! – проворчала я, отчаянно пытаясь справиться с жуткой какофонией в голове, которая лишь усиливалась.

Тяжело задышала и попробовала мысленно представить себе проигрывающее устройство с рычагом регулировки звука. Что если так? Я начала медленно поворачивать рычаг в сторону уменьшения. Едва не запрыгала от радости, когда сила звука начала уменьшаться. Получилось! Оставив на приемлемом для себя уровне, я с облегчением выдохнула. Все оказалось не так плохо, как я думала! И все же вполне могла бы обойтись и без особых способностей оборотней. Жила же как-то без них столько времени!

Альфа довел меня до дома и впустил внутрь, сам же остался снаружи. А меня вдруг захлестнули невеселые подозрения. Прежде чем остановить свой предательский язык, с подозрением ляпнула:

– А ты что не заходишь? Более интересные планы наметились?

Он чуть насмешливо изогнул бровь.

– Неужели тебя интересует, как я хочу провести вечер?

– Нисколько не интересует, Яров! – я уже пожалела, что задала злосчастный вопрос. – Хорошо тебе побегать с альфа-сучкой! – черт, что я несу?!

Мысленно я несколько раз отхлестала себя по губам, глядя, как лицо Ярова озаряется довольной улыбкой.

– Интересовалась моей личной жизнью?

– И не думала! – прошипела я, хоть и понимала, что сдала себя с потрохами. – И вообще мне плевать, с кем ты время проводишь! Хоть гарем себе заведи!

Я развернулась и, полная ярости, кинулась к лестнице, ведущей на второй этаж. Хотелось поскорее покончить с самой позорной минутой в моей жизни.

– Мне по делам нужно уехать, – послышался вслед спокойный голос альфы. – Приятных снов, Венда.

Я резко остановилась, с ужасом чувствуя, как все внутри наполняется радостью и облегчением. То, что он не собирается проводить время с Люборой или еще какой-то озабоченной волчицей, мигом погасило непонятный гнев внутри. До безумия захотелось повернуться и посмотреть в лицо альфы. Увидеть, с каким выражением он сейчас смотрит мне вслед. Но я заставила себя продолжить движение, пусть даже уже и не так поспешно. Когда все же наверху лестницы обернулась и глянула на дверь, та уже была закрыта. Альфы на пороге не было. И почему возникло такое острое разочарование? Что со мной происходит? – в который раз спросила саму себя и ответа не нашла.

А то, что я упорно не могла заснуть и ворочалась с боку на бок, и вовсе бесило. Чутко прислушивалась к звукам за окном, то и дело применяя проснувшийся во мне острый слух оборотня. И обманывала себя, что пытаюсь услышать вовсе не возвращение Ярова. То и дело поглядывала на часы на стене, на белом циферблате которых сейчас четко могла различить движения стрелок. По-видимому, зрение тоже улучшается. Проклятая волчица все увереннее занимает место в моем теле!

Но где, черт возьми, шляется Яров? Уже два часа ночи! А потом что-то во мне дернулось и завыло, словно ополоумев, забегало и заволновалось. Да заткнись ты! – раздраженно рявкнула я на волчицу, первой почувствовавшей возвращение альфы. Его шаги на улице, скрип калитки. Я четко улавливала каждый шаг, и ноздри щекотал знакомый будоражащий запах.

Шаги замерли у двери моей комнаты, и я затаила дыхание. Потом попыталась сделать вид, что сплю. Лежала на боку, спиной к двери, и даже шелохнуться боялась. Едва заметный скрип двери, ощущение цепкого взгляда на мне. Сердце заколотилось, и я с неудовольствием понимала, что альфа может его услышать.

– Не спишь? – послышался тихий голос.

Я не отвечала, давая понять, что сплю. Убирайся уже, альфа!

– Я же знаю, что не спишь, – в его тоне послышалась улыбка.

Запах стал ближе, и я ощутила, как волчица вся подобралась. С ней творилось нечто невероятное. Металась, выла, скреблась, будто пытаясь выбраться наружу.

Шорох одежды – и у меня все заныло внутри. Он раздевается. Какого черта?! Кровать прогнулась под тяжестью мужского тела. Сзади ко мне прижалось оно само – горячее и крепкое. Альфа скользнул носом по моей шее, потом выдохнул в ухо:

– У тебя изменился запах, ты в курсе? Теперь я ощущаю еще и запах волчицы. Он смешивается с твоим. Не представляешь, каким он кажется манящим! Я и не думал, что меня может тянуть к тебе еще сильнее… Что ты со мной делаешь, моя волчица?

– Я… не… – мои слова замерли в горле, когда Яров резко развернул к себе и накрыл мои губы своими.

Проклятье! Если я полагала, что раньше он на меня действует как-то странно, то сейчас поняла, что то были цветочки. Меня всю будто волнами накрывало. Они захлестывали, накатывали, словно прилив, наполняя все тело таким безудержным томлением, что я с трудом сдерживала стоны. Каждое прикосновение… да что там прикосновение… каждый раз, как я набирала в грудь воздух и вместе с ним вдыхала запах Ярова, возбуждение становилось все сильнее. Иначе чем магией, волшебством, назвать это трудно.

– Что ты со мной сделал? – выдохнула я, не в силах оторваться от него.

Обхватывала руками и ногами такое желанное тело, яростно отвечала на поцелуи и ласки, и чувствовала, что мне мало. Хотела слиться с ним без остатка, раствориться в нем. Не думаю, что даже ощутив его в себе, смогу насытиться до конца. Безумие! Томительная изощренная пытка, которой нет ни конца ни края. Видела, как в его глазах светится восторг.

– Теперь ты понимаешь? Понимаешь? – его шепот пробрал до мурашек. – Что все это время чувствовал я?

Я зарычала, обхватывая руками его напрягшийся член. Сама насадила себя на него и снова зарычала от избытка нахлынувших ощущений. Сильнее. Глубже. Резче. Хочу его! Хочу так, как еще никого никогда не хотела! Будто пьяная, не думала больше ни о чем. Даже о том, что завтра непременно пожалею о том, что так вела себя. Вновь и вновь заставляла его сливаться со мной. Облизывала, покусывала его тело. Такое желанное. Такое крепкое. Такое мое! Его запах сводил с ума, вкус его кожи казался вкуснее, чем все, что когда-либо пробовала.

Когда в окна скользнули первые утренние лучи, я жалела лишь об одном. О том, что эта ночь закончилась. Мы лежали сплетенные в объятиях и смотрели друг на друга. И меня сильно беспокоило выражение его лица. Полное страсти и одновременно нежности, какого-то дикого безумного желания. Неужели на моем лице он видит то же самое?

Вместе с осознанием этого вернулась способность мыслить. Нет! Я не хочу этого! Не желаю покоряться ему! Он силой заставил меня чувствовать это! Заставил прекратить принимать ликапин, удерживает в своем доме пленницей. Я не желаю так легко дарить ему победу! Я изо всех сил рванулась, высвобождаясь из объятий мужчины. На его лице промелькнули боль и удивление, но он все же отпустил.

– Что с тобой?

– Что со мной, Яров? – я горько рассмеялась. – Во что ты хочешь превратить меня?

– Я не хочу ни во что тебя превращать, – он покачал головой. – Лишь хочу, чтобы ты себя, наконец, обрела.

– Не этого ты хочешь, – задвинув скулящую и протестующую волчицу подальше, я с гневом взглянула на альфу. – Хочешь сделать меня одной из бессловесных самок, которые готовы ноги раздвинуть, стоит тебе взглянуть на них. Этого не будет, Яров! Я все равно найду способ убежать, слышишь? Освободиться от тебя!

– Даже после того, что было этой ночью? – слова давались ему тяжело, глаза потемнели, выдавая обуревавшие эмоции. – Ты ведь чувствовала то же, что и я!

– Что чувствовала, альфа? – издевательски бросила я, ударяя волчицу по наглой морде, вздумавшей снова высунуться. – Да, удовольствие ты умеешь доставить, не спорю! В сексе многих за пояс заткнешь. Но это же не значит, что я настолько голову потеряю, что захочу с тобой остаться навсегда!

– У тебя не будет выбора, – в этот раз в голосе Ярова послышалось рычание. Янтарный блеск в глазах показал, что мне удалось его снова довести до белого каления. Представляю, какого труда ему стоит сдерживаться, чтобы одним движением мне шею не свернуть. – И как же облегчает мою задачу то, что твоя волчица, наконец, проснулась!

Его слова насторожили. Я попыталась соскочить с кровати, но альфа молниеносно удержал меня, наваливаясь сверху.

– Я запрещаю тебе покидать территорию клана! – голос звучал как-то странно. Повелительно, властно, глубоко. Каждое слово буквально врезалось в мозг, выворачивая там все наизнанку, не давая возможности сопротивляться.

– Что это было, Яров? – как-то жалко отозвалась я, не в силах отвести взгляда от янтарных глаз.

– Слово альфы, которого ты не сможешь ослушаться, – послышался хмурый ответ.

В ту же секунду он отпустил меня, соскакивая с кровати. Двинулся к двери, больше не глядя и не удостаивая своим вниманием.

– Да ну? – отчаянно храбрилась я, пытаясь не слушать жалобного подвывания волчицы внутри. – Правда, думаешь, что можешь удержать меня этим?

Яров резко развернулся уже у порога и его бровь издевательски взметнулась.

– А ты сейчас просто подумай о том, что хочешь сбежать.

Настороженная и полная нехороших предчувствий, я все же это сделала. Представила себе, как пробираюсь к лесу и убегаю, в этот раз удачно. Тут же голову разорвало от такой дикой боли, что я закричала, обхватывая ее руками. Казалось, кто-то внутри протыкает мой мозг раскаленным прутом.

– Поняла, наконец, волчица? – донеслось рычание Ярова.

Я откинулась на подушки, чувствуя, как боль понемногу отступает. С ненавистью взглянула на альфу и поразилась тому, что к гневу в его глазах примешивается боль. Словно он сам вместе со мной только что переживал весь этот ужас. Или его настолько сильно зацепила моя боль? И все же даже это не могло унять моей ярости, моей ненависти к нему.

– Будь ты проклят, альфа!

– Похоже, я уже проклят, – с горечью заметил он. – Ты – мое проклятие.

Дальнейшие ругательства замерли у меня в горле. Что-то словно полоснуло по сердцу. Яров вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Я же долго еще лежала, пытаясь разобраться в самых противоречивых эмоциях, что меня обуревали. Хуже всего, что одной из этих эмоций было раскаяние.